Вопрос был интересным, но ответ уж слишком очевидным.
— Та самая девочка, которую сослали в глухую деревню, откупившись всего тремя золотыми монетами, — из груди Берты вырвался тяжелый выдох. — Рамедес нашел меня и предложил эту аферу, надавил на то, что мой сын имеет право получить более высокое положение в обществе и что имя Харнион ему не будет лишним. Я рано овдовела, муж умер еще до рождения Кая. Я пыталась дать ему образование, как-то поднять на ноги. Он начинал свое дело. Появилась первая мясная лавка. Я видела, как сыну тяжело, и... да, легко согласилась на уговор своего дядьки. Мне было обидно за то, что меня выбросили младенцем, как мусор. Похоронили живой. При родителях я была сиротой, поэтому меня даже совесть не мучила. А ритуал в храме был бы даже нам на руку. Леди Мианель и мой Кай — пусть и не близкая, но родня. Это бы лишь подтвердило, что он имеет право на знатное имя.
Мои плечи опустились. Было такое ощущение, что нас всех здесь, каждого, в свое время окунули в грязь по самую макушку. И каждый барахтался как мог.
Я смотрела на мужчин и медленно осознавала, что далеко не единственная наследница рода, что вот рядом со мной не один, а два кузена, которые друг о друге и знать не знали.
И как теперь быть?
Мне стало нехорошо.
Хотелось подняться в комнату и, взяв таз, отмыться от всего этого.
Все присутствующие молчали. Каждый наверняка думал о своем.
Берта, выговорившись, уткнулась лбом сыну в плечо. Он, улыбнувшись, поднял руку и накрыл ее ладонь.
Словно чувствуя мою жуткую растерянность, Джаред сильнее сжал меня в объятиях.
Оставшись одна на диване, Сьюми, не мигая, смотрела в окно. Там ходили наемники и подчищали за своим главой.
Я понимала, что это для нас Марта — тварь и последняя мерзавка, а для нее — пусть и кошмарная, но все же мама, женщина, которую она хотела бы любить, да только не за что было.
Она не плакала. Просто смотрела словно в никуда.
Я вспоминала и то, о чем рассказывала она. У каждого свои игры. Кто-то тешил обиды и пытался, пусть и через мошенничество, найти справедливость, а кто-то откровенно наживался на нашей семье, убивая и обворовывая.
— Что было в предыдущем завещании, кто-нибудь его видел? — как-то устало спросил мой дракон.
Он уже не язвил и не выказывал злость.
— Я видела, — Берта села ровнее. — Признаюсь, пробралась в библиотеку, когда его составляли, и все подслушала. И Марта тоже была и по лицу видела, что недовольна она. Уже в то время они промышляли здесь с этим шерифом. Вышли на Кая и его мясные лавки. Признаюсь, я надавила на сына и уговорила пойти с ними на сделку. Боялась, что в случае отказа задавят они моего мальчика. И делу не дадут развиваться. Нет, всю глубину их подлости и гнилости не осознавала, что с Сьюми она творит — тоже. Мне, как матери, этого никогда не понять. Никогда. Я за ребенка — своего или чужого — грызть буду. А тут такое.
Кай молчал, но я видела, как он сжимает руку матери, поддерживая ее.
— Но ты не сказала, что было в завещании, Берта, — настаивал муж.
— Все просто, господин Джаред, — она пожала плечами, — оба поместья оставались за вами: земли и дома. Все вам. Кай же, как Харнион, получал одну из ферм. О Сьюми всего несколько строк. Леди Шорнель, не объясняя причин, назначила ей небольшое ежемесячное жалование. Я хорошо помню, как негодовала Марта. Тогда-то я и услышала впервые, кем является эта девочка. А вот имени леди Мианель в завещании и вовсе не было. Признаюсь, тогда-то я и подумала: несправедливо как-то, ведь брак ваш фиктивный. Простите, господин, но покойные леди очень часто сетовали на это. И все оставили вам. А ей? А о ней ни буковки. И почему бы леди не увлечься моим Каем? Ваш брак бы признали недействительным. И Кай, как Харнион, потребовал бы пересмотра наследования. Поместья разделили, вы бы остались при своем. Всего и нужно было увлечься девочке. А мой сын всегда вызывал у дам интерес. Слишком уж падки они на него. Я уж сколько жду, пока он невесту приведет, а он не шевелится. Ну и решила, что раз сам определиться не может, так я ему с пользой дела помогу. А леди Мианель и с образованием. Учительница — уважаемо...
Муж натурально зарычал, подавшись вперед. Берта, смекнув, что понесло ее, резко умолкла и принялась деловито разглаживать складки мятого платья.
— Наш брак не фиктивный! Вот чего ты в нашу спальню вламывалась! Невесту для сына сберечь пыталась, — рявкнул мой дракон. — Я еще могу простить, что лапу хотели на земли наложить, но моя жена...
— Да успокойся, — выдохнул Кай, — уже понял я, что шансов никаких. А так я бы и сам от всего отказался, чтобы ее заполучить.
— Лучше заткнись, — Джаред и вовсе соскочил с дивана.
— Милый, — я схватила его за руку, — люблю я тебя. Хватит уже. Я устала, хочу есть, а здесь так воняет гарью...
— Да, друг, а ты, оказывается, ревнив, — в гостиную снова вошел светловолосый дракон. — Ну, мы тут так раскинули. У вас при пожаре двое задохнулись. На второго — конюха — стеллаж с книгами упал, голову расшибло. Но я так понимаю, что шериф тоже сегодня решил представиться. И описывать произошедшее придется самим. Давай уже заканчивай посиделки и показывай, что и как. Пока у тебя медовый месяц, буду прикрывать твои тылы.
Джаред выслушал его и кивнул словно сам себе.
— Берта, ты уволена, — медленно проговорил он. — Хорошее рекомендательное письмо дам. О том, что вы были замешаны в делах банды, я забуду, но... Кай, ты со своего кармана будешь восстанавливать нанесенный ущерб наравне со мной. Иначе...
— Договорились, — Кай кивнул и довольно прикрыл глаза.
— И еще, — муж повернулся к Фомиру, — мне нужно, чтобы кто-то съездил в дом шерифа и обчистил сейф, о котором говорила Сьюми, и доставил прежнее завещание. Я начинаю разбирательство. Завещание, что было прочитано накануне похорон, считаю недействительным. На этом все.
Я смотрела на него, пытаясь сообразить, что он задумал.
Бессонная ночь, полная страха, давала о себе знать.
— Джаред, — мой голос дрогнул.
— Все хорошо будет, Миа, — он склонился и помог мне подняться с дивана. — Мы все разделим по совести. Сестру я признаю, и теперь она моя забота.
Фомир за нашими спинами громко закашлялся.
— Ну, пока она не выйдет замуж, конечно, — уточнил он. — А теперь отдыхать. Домиан...
— Не переживай, напарник, все подчищу в лучшем виде. Считай, все нужные бумаги уже у тебя. Иди...
Кивнув, Джаред одним плавным движением поднял меня на руки и понес в комнату.