— А теперь мазь, — голос зверя охрип от страсти. — Сделка совершена, душа моя. И я выполню её условия.
Я закивала, наблюдая, как чешуйки медленно исчезают с его лица.
Джаред не обманул. Он с серьёзным видом смазал быстро заживающие зудящиеся ссадины кремом и передал бочонок мне. Сам поднялся и отправился в умывальню намочить полотенце, чтобы обтереть руки.
Его огромная фигура внушала трепет.
В одних подштанниках он выглядел ещё крупнее, чем обычно.
Я быстро закончила с натираниями и поправила на себе сорочку.
Муж вернулся и, ничего не говоря, стёр мазь с моих ладоней, после лег в постель.
Смущение ушло. Я больше не краснела рядом с ним, не мечтала спрятаться и забиться в какой-нибудь уголок.
— Устраивайся удобнее, Миа, и будем отдыхать, — выдохнул он, и я легко подчинилась.
Прижавшись к его боку, закрыла глаза.
— Видишь, нам ведь несложно любить друг друга, Миа. Просто нужно дать шанс нашему браку.
— Считай, он у тебя есть. Но если окажется, что это всё же был ты...
Сомнения всё ещё щипали душу...
— Я тебя за такие слова отшлёпаю, негодница. Только всё заживёт, и перекину через колени. Так ладонью приложусь — никакая магия не спасёт!
— Сам же потом лечить и будешь, — фыркнула я на него.
— Не соблазняй, — тихо засмеялся. — Спи. Завтра никто тебя не потревожит. Тебе нужен отдых.
Что-то мурлыкнув себе под нос, я ощутила лёгкий поцелуй в волосы.
И так хорошо вдруг стало...
...Утро...
Я медленно выплывала из сладкого сна. Что-то будоражило сознание.
— Господин, солнце уже встало над деревьями, леди нужно будить. Эта леность до добра не доведёт. Женщина должна быть ранней пташкой, заботиться о муже и его завтраке, а не наоборот. Я бы никогда не позволила своей невестке спать до обеда. Ещё чего! Нужно, чтобы вперёд сына поднималась, вещи ему готовила, завтрак несла, воду...
Я поморщилась. Опять Берта. Принесла же нелёгкая кухарку.
— Вот поэтому у вас до сих пор и нет невестки. Какая же под такое подпишется? — грубо припечатал её Джаред. — Моя жена должна отдыхать как можно больше. Если я узнаю, что она поднимала ведро с водой — буду зол. Если до меня дойдёт, что она бегала по лестницам с горячим завтраком или обедом для меня — приду в ярость. Это понятно? Будить запрещаю! Передай Марте, что вещи на ночь она возьмёт сама или помогу я. Воду пусть носят лакеи. Но об этом я буду говорить Фомиру.
— Да управляющего волнует только дочь Марты. Эта Сьюми. Он ходит за ней днями по пятам...
— Сплетни при мне не таскать! — Берте снова прилетело.
— Да я же не со зла. Но я говорила ему, что нужно конюха следом за леди в сад послать, а он лишь усмехнулся. И Сьюми эта, кстати, из сада за несколько минут до искалеченной леди Мианель прибежала. Испуганная. Он — господин Фомир — велел об этом молчать.
Я напряглась. Ведь действительно слышала кого-то сразу после падения. И показаться мне это не могло. Выходит, это была эта девочка.
— Ты уверена? — голос Джареда стал холодным.
— Да, спросите у него. И ещё... Она ведь маг. Я раз видела, как она вещи огнём сушить пытается. Чуть форму не спалила, — Берта перешла на шёпот.
— А ты? — неожиданно спросил муж.
— Я? Кухарка я, господин, и печь свою огнивом разжигаю. Но я не вправе молчать, хоть и господин управляющий приказал. Да и Марта ведь работала здесь и раньше. А после, говорят, выгнали, а как спрашиваю за что, так она молчит.
— Ясно, — Джаред выдохнул. — Можешь идти. Но ты меня поняла. Невестку свою, если она вообще у тебя будет, строй, а мою жену не тронь. Считай, что получила выговор...
— Разбалуете, господин, жену крепко в руках держать нужно.
— Я сам знаю, что мне с женой делать. Свободна.
Берта ещё что-то поворчала себе под нос, но всё же ушла. Дверь тихо закрылась.
— Поувольнять всех! — процедил Джаред. — Никакого почтения!
— Ты ворчишь, — зевнув, я легла на спину и нашла его взглядом. — Она просто хочет как лучше. И я действительно, как приехала сюда, так только и сплю.
— Вот и отдыхай.
Он подошёл к столу и, подняв небольшую кружку, сделал глоток.
— Травяные чаи у неё и правда хорошие. Но на этом все достоинства и заканчиваются. Ты слышала весь разговор, душа моя?
Я поморщилась и приподнялась на локтях. Одеяло сползло с плеч. Джаред заметил это и замер, рассматривая меня.
— Только то, что она говорила про Сьюми и что меня держать нужно крепко в руках, — я снова зевнула и упала спиной на подушку.
— Ну, держать тебя в руках я согласен, но только не словами, а делом, — он улыбнулся и, сделав ещё один глоток, поставил чашку. — А вот девочка эта... Есть в ней какая-то неправильность.
— Может, необученный маг. Бывает ведь, что сильная магия задерживает в развитии. Таким детям нужно особенное воспитание и контроль. Я проходила это. Если Марта вовремя не поняла, что её дочь обладает скрытым даром, если ей не распечатали его, а магия прорвалась сама...
Я задумалась над своими же словами. Это всё вполне укладывалось в поведение молодой женщины. Ведь она немногим младше меня.
— Ей примерно девятнадцать, — кажется, мой дракон мыслил примерно в том же направлении. — Она не отсталая, Миа, скорее запуганная. Или... затравленная. Марта никаким магическим даром не обладает. Её отец... неясно. Если девочка ходила в обычную школу для простолюдинов, то её вполне могли обижать.
— Из зависти... Я была несколько раз в городских учебных заведениях для бедняков. Там ужасно. За более или менее новое платье могут побить. Просто из зависти, а если ребёнок с магическим даром...
— Да... Но это наши домыслы, Миа. — И вообще, не с того, милая, мы утро начали.
Он подошёл к кровати и присел. Его рука легла на моё плечо и скользнула вниз.
— Ты ведь знаешь, как жена должна приветствовать с утра супруга?
Я приподняла бровь, делая невинное лицо.
— Целовать, да?
— Угу, — он важно кивнул. — Вот так, — склонившись, Джаред потёрся о мои губы.
Дверь скрипнула.
— Господин, я забыла спросить, что готовить на ужин, — в проёме стояла Берта.
— Вон! — рык моего мужа сотряс стены.
Я вздрогнула, а кухарку мгновенно смело.
— Уволю сегодня же...
— Тихо, — я обхватила его лицо и притянула к себе. — Она больше в нашу дверь ну точно не ворвётся.
Я снова коснулась его губ, и он мгновенно углубил поцелуй. Жадный и такой голодный.