Отставка Жюля Греви с поста президента республики вызвала смятение в рядах умеренных республиканцев, контролировавших Национальное собрание. Необходимо было любой ценой избежать «вакансии власти» и в течение суток избрать нового главу государств, тем более что в Париже было неспокойно; ходили упорные слухи, что Огюст Бланки и его сторонники-социалисты готовят восстание и намерены учредить новую Коммуну. Однако в правящем парламентском большинстве не было единства по вопросу о приемлемой кандидатуре. Одни депутаты предлагали Жюля Ферри, другие — Шарля де Фрейсине, третьи — Шарля Флоке, четвертые — Анри Бриссона. Все эти кандидаты, принадлежавшие к верхушке умеренных республиканцев, в президентство Греви в разные годы возглавляли Совет министров и считались близкими к главе государства. Нужен был свежий, но известный в обществе человек — с безупречной репутацией, достаточно авторитетный для того, чтобы занять пост главы государства, достаточно самостоятельный, а кроме того одновременно способный объединить разные группировки в правящей партии. И такой человек был найден. Им стал Сади Карно. 3 декабря 1887 года путем рейтингового голосования Палата депутатов избрала его новым президентом Французской республики.

Мари Франсуа Сади Карно — таково было полное имя избранного президента Франции — родился в Лиможе (историческая провинция Лимузен) 11 августа 1837 года. Он принадлежал к известной всей Франции семье с давними и прочными республиканскими традициями. Его дед Лазар Карно (1753–1823) — «великий Карно», как его называли, — был крупным ученым, математиком и механиком, генералом и политическим деятелем эпохи Французской революции, его заслуженно величали «организатором победы» республиканской Франции над иностранными интервентами. При Реставрации он был вынужден эмигрировать и окончил свои дни в изгнании (1823).

Старший брат Лазара Карно — Жозеф (1852–1835) был известным юристом, членом Кассационного суда. В 1832 году он стал членом Академии моральных и политических наук.

Сын «великого Карно» (отец будущего президента Франции) — Ипполит Карно (1801–1888) был участником Июльской (1830) и Февральской (1848) революций, членом Временного правительства Второй республики, министром народного просвещения. Им был подготовлен проект введения обязательного бесплатного начального образования и учреждения среднего женского образования. В 1848 году Ипполит Карно стал основателем Школы администрации, предшественницы ныне существующей École nationale d'Administration (Национальной школы администрации) — элитарной кузницы руководящих кадров Пятой республики. После бонапартистского переворота 1851 года он перешел в жесткую оппозицию режиму Второй империи, после падения которой в 1870 году стал одним из самых уважаемых депутатов Национального собрания, а с 1875 года — несменяемым сенатором.

Славу семейства Карно упрочил другой сын Лазара Карно — Николя Леонар Сади (1796–1832), физик и инженер, один из создателей современной термодинамики. Будучи страстным поклонником творчества средневекового персидского поэта Саади из Шираза, Николя Леонар добавил его имя к своему, слегка изменив его написание.

Ипполит Карно очень любил рано умершего брата и в память о нем назвал его редким именем своего старшего сына, будущего президента Французской республики. Кстати, младший сын Ипполита Карно — Адольф (1839–1920) тоже не посрамил фамилии. Он стал известным ученым в области химии и геологии, членом Академии наук, а также успешным предпринимателем и политиком. В 1901 году Адольф Карно создал и возглавил левоцентристскую партию «Республиканский и демократический альянс».

Мать Сади Карно — Жанна-Мария, урожденная Дюпон-Савинья (1816–1897), доводилась племянницей дивизионному генералу Пьеру-Антуану Дюпон де л'Этану, ветерану революционных и наполеоновских войн.

Примером своей жизни Сади Карно опроверг бытующее представление о том, что природа обычно «отдыхает» на детях известных родителей. С ранних лет он обнаружил не только незаурядные способности, но и примерное трудолюбие.

Среднее образование Сади получил в престижном парижском лицее Кондорсе. Этот лицей, основанный в 1803 году, был известен не только высоким уровнем преподавания, но и демократичностью порядков, и поэтому прогрессивно настроенные буржуа охотно отдавали туда своих сыновей.

Лицеист Карно рано обнаружил повышенный интерес к точным и естественным наукам, хотя хорошо успевал и по гуманитарным предметам. По завершении учебы в лицее он выбрал профессию военного инженера и поступил в столичную Политехническую школу. Хотя Школа с 1804 года находилась в подчинении Военного министерства, со времен Июльской революции она считалась одним из рассадников республиканских настроений, а студенты-«политехники» — «неблагонадежным элементом». Но, судя по всему, в студенческие годы инженерное дело интересовало Сади Карно больше, чем политика. Как и в лицее, он был одним из лучших на своем курсе. Что касается его политических убеждений, то они изначально были республиканскими, хотя Карно их особо не афишировал.

В 1857 году двадцатилетний выпускник Политехнической школы Сади Карно решает углубить свои инженерные познания и определяется в Школу мостов и шоссейных дорог (École des ponts et chaussées), основанную в 1747 году, еще при < Людовике XV.

В начале 1860-х годов Сади Карно начал самостоятельную жизнь. Он получил назначение на пост главного инженера путей сообщения в департаменте Верхняя Савойя, незадолго до того включенного в состав Франции[56]. В двадцать пять лет это был стройный, элегантный, всегда модно одетый молодой человек с правильными чертами лица — высокий лоб, достаточно крупный нос, густые брови и выразительные глаза. Позднее к этому добавятся аккуратно расчесанные усы и короткая бородка. Этот располагающий к себе окружающих облик Карно сохранит на протяжении всей своей жизни. Он и на шестом десятке будет выглядеть молодым энергичным мужчиной.

Начало его взрослой жизни ознаменовалось в июне 1863 года женитьбой на 22-летней мадемуазель Сесиль Дюпон-Вит, дочери парижского адвоката и экономиста, друга знаменитого Джона Стюарта Милля[57]. Впоследствии тесть познакомит своего зятя с Миллем. Сам же Шарль Брук Дюпон-Вит был известен умеренно социалистическими взглядами.

В браке у супругов Карно родятся четверо детей, сначала дочь, Клер, а затем три сына — Сади, Эрнест и Франсуа. Дочь последнего Анна (внучка Сади Карно) в 1925 году выйдет замуж за Рене Жискар д'Эстена, дядю будущего президента Франции Валери Жискар д'Эстена.

Вплоть до 1870 года Карно целиком был поглощен профессиональной деятельностью. Он разработал проект, позволивший поднять уровень воды в озере Аннеси[58] на 20 сантиметров. Этот проект, реализованный к 1874 году, обеспечил водой все промышленные предприятия региона. Талантливый инженер также оставил о себе память 40-метровым арочным мостом через реку Рона в районе Коллонж (департамент Эн) и Шеврие (департамент Верхняя Савойя). Строительство моста началось в 1865 году под руководством самого Карно, но начавшаяся франко-прусская война остановила работы. Когда в 1874 году строительство было завершено, мост назвали по месту его географического расположения — Коллонж. После трагической гибели Сади Карно (1894 год) мост получил имя своего проектировщика и первостроителя.

Падение Второй империи и установление во Франции республиканского режима пробудило у Сади Карно интерес к политике. Его отец, пользовавшийся авторитетом среди республиканцев, ввел старшего сына в круг своих друзей-единомышленников. Признанным лидером республиканской партии в то время был Леон Гамбетта, который сразу же обратил внимание на Сади Карно и рекомендовал его военному делегату в правительстве Национальной обороны Шарлю де Фрейсине в качестве помощника. Фрейсине, как и Сади Карно, был инженером, выпускником Политехнической школы, и они легко нашли общий язык.

13 января 1871 года Карно был назначен префектом департамента Нижняя Сена и одновременно Чрезвычайным комиссаром Республики в двух других департаментах — Эр и Кальвадос. Когда А. Тьеру и Ж. Греви удалось склонить республиканское правительство к заключению мира с Германией, Карно в знак протеста подал в отставку с занимаемых постов. Он, как и Гамбетта, был убежден в необходимости продолжать войну до последней возможности.

На состоявшихся в феврале 1871 года выборах в Национальное собрание Карно стал депутатом от департамента Кот-д'Ор (регион Бургонь-Франш-Конте). При ратификации Франкфуртского мирного договора с Германией в мае 1871 года он был в числе 107 депутатов, отказавшихся признать как уступку Эльзаса и Лотарингии, так и выплату победителю 5-миллиардной контрибуции.

На новых выборах, состоявшихся в 1876 году, он был переизбран в Палату депутатов. Когда президент Патрис де Мак-Магон в мае 1877 года попытался управлять страной в обход республиканского парламентского большинства, Сади Карно вместе с другими депутатами-республиканцами проголосовал против навязываемого главой государства кабинета А. де Бройля.

На внеочередных парламентских выборах в октябре 1877 года Карно подтвердил свой депутатский мандат. К тому времени он уже приобрел широкую известность как последовательный защитник республиканских ценностей.

В 1878 году начинается его министерская карьера — сначала в качестве заместителя государственного секретаря, а год спустя — министра общественных работ в правительстве Жюля Ферри. Первый министерский опыт был недолгим — чуть более года. Вернувшись в парламент, Карно в 1883 году был избран председателем бюджетной комиссии Палаты депутатов, а в 1883–1885 годах был вице-председателем Палаты.

В 1885 году его вновь пригласили в правительство Ш. де Фрейсине, его давнего покровителя, министром общественных работ, но вскоре предложили более престижный портфель министра финансов. На этом посту Карно проявил себя с самой лучшей стороны. Безукоризненно честный, он отказывался следовать примеру многих своих предшественников, приукрашивавших реальное состояние государственных финансов. Прямо и откровенно Карно говорил об остром бюджетном дефиците и предлагал непопулярные меры по его покрытию — режим строгой экономии и займы. Когда в 1887 году Палата депутатов отказалась принять составленный Карно годовой бюджет, он без малейших колебаний вышел в отставку, посчитав для себя невозможным идти на компромисс ради продолжения министерской карьеры.

Перед этим он отказался завизировать документ о крупной выплате близкому другу президента Греви. Зато это сделал преемник Карно в Министерстве финансов, что вызвало взрыв возмущения в Палате, и без того настроенной против Греви после аферы с орденами Почетного легиона.

Позже незапятнанная репутация Карно сыграла свою роль, когда дошло дело до избрания главы государства после добровольной отставки Греви. Депутаты никак не могли договориться о приемлемой кандидатуре нового президента. В результате ожесточенных дебатов еще до голосования отпали несколько кандидатур. В это время вспомнили о Карно, который поначалу не предполагал участвовать в выборах. В конечном итоге в список для голосования внесли двух кандидатов — Сади Карно и Жюля Ферри. Победа любого из них сохраняла высший государственный пост за умеренными республиканцами.

При первом голосовании в Палате из 849 голосов за Карно было подано 303, а за Ферри — 212. Часть депутатов (монархисты, националисты и левые республиканцы) проигнорировала голосование, так как их не устраивали оба кандидата. В качестве альтернативы Карно ими была выдвинута кандидатура генерала Гюстава Соссье, военного губернатора Парижа, возглавлявшего комиссию по расследованию аферы с орденами Почетного легиона. Но против него выступили непримиримо настроенные к монархистам и одновременно оппозиционные к умеренным республиканцам радикал-социалисты, которые в конце концов тоже решили поддержать Карно. При повторном голосовании он получил абсолютное большинство — 616 голосов.

С появлением в Елисейском дворце супругов Карно жизнь президентской резиденции заметно оживилась — во многом благодаря супруге главы государства. Элегантная Сесиль Карно отличалась интеллектом и высокими душевными качествами, завоевавшими ей искреннее уважение в обществе. Она служила надежной опорой мужу. Мадам Карно положила начало доброй традиции устраивать в Елисейском дворце на Рождество праздник для сирот и детей из бедных семей.

Начало президентства Карно пришлось на подъем националистического движения во Франции, объединившего верхушку армии, бонапартистов, орлеанистов, легитимистов и даже левых республиканцев-социалистов. Лидером этого движения стал дивизионный генерал Жорж Буланже, ветеран Итальянской и Индокитайской кампаний, участник франко-прусской войны. Командуя полком, он участвовал в подавлении Парижской коммуны и лично руководил массовыми расстрелами коммунаров. В 1886 году Буланже был назначен военным министром и умело использовал этот пост для укрепления своего положения. Он принял ряд мер по перевооружению армии современным стрелковым оружием и улучшению материального положения военнослужащих, что принесло ему популярность в армейских кругах.

Очень скоро Буланже стал высказываться по вопросам внешней политики, что выходило за пределы его министерской компетенции. Особое беспокойство в правительственных кругах вызывали откровенно реваншистские заявления военного министра, рисковавшие обострить и без того напряженные отношения Франции с Германией. Его стали называть «генерал Реванш».

Постепенно разрыв Буланже с умеренными республиканцами стал неизбежным. В мае 1887 года, по требованию президента Греви, его вывели из правительства и отправили командовать 13-м армейским корпусом в Клермон-Ферран. Вернувшись в армию, Буланже не только не успокоился, но резко активизировал нападки на правительство, о чем регулярно сообщали в Париж осведомители тайной полиции. Они же сообщали о контактах генерала с проживавшим в изгнании принцем Жеромом Наполеоном, вождем бонапартистов, а также с орлеанистами и даже с легитимистами, которые снабжали его деньгами в надежде на антиправительственный заговор.

Одновременно харизматичный генерал-популист формировал радикальное политическое движение, названное по его имени буланжизмом. Позднейшие историки усмотрят в буланжизме определенные черты французской разновидности национал-социализма. Буланжисты бросили открытый вызов Третьей республике и ее «капитулянтской» внешней политике.

Движение нарастало, становясь реальной угрозой для существующего политического режима. Когда в январе 1889 года генерал Буланже с триумфом был избран в Палату депутатов от столичного департамента Сена, поползли слухи о намерении буланжистов захватить Елисейский дворец и сместить Сади Карно с поста президента Республики. «Патриоты» ждали только приказа своего лидера, но тот, по непонятным причинам, колебался. Здесь, видимо, сказались тридцать лет военной службы, прошедшей в безусловном подчинении вышестоящему командованию...

Пока Буланже пребывал в нерешительности, президент Карно действовал на опережение. Во время очередного правительственного кризиса он поручил формирование нового кабинета министров Пьеру Тирару и убедил его доверить пост министра внутренних дел некоему Эрнесту Констану — человеку с неоднозначной репутацией, разбогатевшему на вывозе нечистот из французской столицы. Теперь перед «ассенизатором», отличавшимся невероятной энергией и изворотливым умом, поставили задачу очистить Париж от генерала Буланже. Трудно сказать, в какой степени Констан был посвящен в замыслы главы государства и председателя Совета министров, но он с готовностью принялся за дело.

В конце марта 1889 года он встретился с Буланже, уже вернувшимся из Клермон-Феррана в Париж, где он занял депутатское место в нижней палате. Констан сообщил генералу, что президент и глава правительства поручили ему выступить 1 апреля в Палате депутатов с запросом о лишении Буланже парламентской неприкосновенности за подготовку антиреспубликанского заговора и что ордер о его аресте якобы уже подписан. Замысел состоял в том, чтобы спровоцировать Буланже на необдуманные действия, которые и стали бы основанием для его судебного преследования.

Расчет в полной мере оправдался. Перспектива ареста и тюремного срока всерьез встревожила Буланже. У него в это время в разгаре был бурный роман с виконтессой Маргаритой де Бонмен, с которой годом ранее они познакомились в одном из парижских салонов. Генерал задумал даже развестись с законной супругой и навсегда соединить свою жизнь с Маргаритой. Ради нее он готов был пожертвовать всем — только бы не разлучаться. Любовники решили, что они должны бежать — сначала он, а затем она.

30 марта 1889 года при содействии «сочувствовавшего» ему главы МВД Буланже скрылся из Парижа и через несколько дней объявился в Брюсселе, куда в скором времени к нему приехала Маргарита.

Неожиданное и необъяснимое бегство Буланже стало сокрушительным ударом для его многочисленных сторонников, которые были полностью деморализованы предательством вождя, поставившего любовь выше их общего дела. В рядах буланжистов не нашлось никого, кто смог бы заменить невероятно популярного генерала. С этого момента движение стало постепенно ослабевать и распадаться. На парламентских выборах в сентябре 1889 года, где буланжисты рассчитывали стать победителями, они получили лишь 72 депутатских места (против 366 у республиканцев).

Побег опаснейшего для Третьей республики противника стал формальным основанием для его судебного преследования.

4 апреля 1889 года Палата депутатов 330 голосами против 190 удовлетворила запрос правительства о лишении Жоржа Буланже парламентской неприкосновенности, после чего начались следственные действия против него и руководителей буланжистов — Анри Рошфора, графа де Диллона и др. 14 августа 1889 года Верховный трибунал заочно приговорил их к каторжным работам за организацию «заговора против внутренней безопасности», а также за злоупотребление служебным положением и растрату общественных фондов.

А что же Жорж Буланже?..

Ему недолго довелось наслаждаться обретенным счастьем. 15 июля 1891 года Маргарита де Бонмен умерла в Брюсселе от скоротечной чахотки. Безутешный Буланже не нашел в себе сил жить без своей возлюбленной. 30 сентября 1891 года он покончил с собой выстрелом в голову на ее могиле. Ему было всего 54 года — ровно столько же, сколько и его главному политическому противнику президенту Сади Карно.

Благополучное устранение буланжистской угрозы совпало у со столетним юбилеем созыва Генеральных штатов в 1789 году, ставших прелюдией к Французской революции. Президент Карно счел необходимым придать этому юбилею национальный масштаб. 5 мая 1889 года он возглавил организованные по этому случаю торжества в Версале, где сто лет назад в этот день открылись Генеральные штаты. В своем выступлении Карно подчеркнул историческое значение Генеральных штатов на пути Франции от монархии к республике.

А десять дней спустя, 15 мая, он торжественно открыл Всемирную выставку в Париже, главным экспонатом которой стала построенная к этому событию Эйфелева башня. Вызвавшая поначалу множество критических оценок, со временем она превратилась в главный символ французской столицы.

Глава государства трезво оценил последствия «дела Буланже». Он осознал общественный запрос на более энергичную внешнюю политику Франции перед лицом Германской империи, постоянно наращивавшей свою военную мощь. Был взят курс на поиски союзников для Франции. Сближение с Англией выглядело проблематичным из-за острого соперничества двух колониальных держав в Африке и на Дальнем Востоке. Австро-Венгрия была слаба, она зависела от Германии и казалась все менее самостоятельной. Не приходилось рассчитывать и на Италию, союз с которой не мог стать достаточным противовесом Германской империи.

Все более определенно внимание Карно сосредоточивалось на России, несмотря на очевидную идеологическую несовместимость двух режимов — республиканской Франции и самодержавной Российской империи. Но у Франции не оставалось другого выбора, и идеология была принесена в жертву интересам национальной безопасности.

Александр III был свободен от германофильства своего покойного отца. Его всерьез беспокоило нарастание влияния Германии, угрожавшее нарушить сложившееся в Европе равновесие. К тому же царя сильно раздражали антироссийские интриги Берлина и союзного с ним венского двора в Болгарии, освободившейся от турецкого господства с помощью России. Да и супруга Александра, императрица Мария Федоровна (урожденная датская принцесса Дагмар), никогда не скрывала неприязни к Германии, постоянно угрожавшей ее маленькой исторической родине.

В конце 1880-х годов обострились русско-германские экономические противоречия из-за введения Германией высоких пошлин на зерно из России, что привело к таможенной войне между двумя странами. С другой стороны, промышленные круги в России, искавшие дополнительные ресурсы для развития производства, видели во Франции перспективного инвестора и кредитора.

Все это с успехом было использовано французской дипломатией, постаравшейся показать Петербургу все преимущества двустороннего сближения. В 1888 году Россия разместила во Франции заказ на изготовление 500 тысяч современных ружей для русской армии. Тогда же, в 1888 году, русское правительство получило во Франции первый заем, за которым в 1889, 1890 и 1891 годах последовали новые крупные займы.

Экономическое взаимодействие Франции и России сопровождалось военно-политическим сближением. Летом 1891 года французская военная эскадра во главе с контр-адмиралом Альфредом Жерве нанесла дружественный визит в Кронштадт. Тогда же, в форме обмена письмами между главами МИД Франции и России, было оформлено двустороннее политическое соглашение, дополненное в 1892 году военной конвенцией, содержавшей конкретные взаимные обязательства сторон в случае агрессии против одной из них.

В октябре 1893 года состоялся ответный визит русской военной эскадры в Тулон. Командовавший ею контр-адмирал Федор Карлович Авелан получил приглашение в Париж, где был торжественно принят президентом Карно и министром военно-морского флота адмиралом Анри Риёнье. Президентским декретом русский адмирал был удостоен Большого креста ордена Почетного легиона. Александр III не остался в долгу: Сади Карно был отмечен высшей наградой Российской империи — орденом Св. Андрея Первозванного.

В январе 1894 года Париж и Петербург обменялись ратификационными грамотами, придавшими силу военной конвенции 1892 года, что юридически оформило франко-русский союз, который просуществовал до октября 1917 года.

Президент Франции испытывал чувство законного удовлетворения. Союзом с Россией ему удалось надежно укрепить безопасность своей страны, избежав военного конфликта с Германией. При этом он сумел переиграть националистов-реваншистов, обличавших правительство в капитулянтстве и забвении национальных интересов Франции.

Возможно, именно поэтому на его репутации не сказался случившийся в это время громкий политический скандал, потрясший Третью республику — так называемая Панама. В 1892 году вскрылась причастность целого ряда известных французских политиков, включая министров, к финансовым махинациям при строительстве Панамского канала, в котором Франция участвовала по соглашению с Колумбией, контролировавшей Панамский перешеек. Карно оказался вне подозрений, но вовлеченные в аферу министры и депутаты были серьезно скомпрометированы, как и парламентская система Франции. С тех пор понятие «Панама» стало во всем мире нарицательным, когда речь заходит о крупных финансовых аферах.

Наряду с националистами и буланжистами, серьезную угрозу для Третьей республики с конца 1880-х представляло получившее широкий размах движение анархистов, которые, как и русские народовольцы, были склонны к террору в отношении представителей власти. Отвергая «буржуазное общество», которое они желали разрушить, анархисты вели «пропаганду действием», подкладывая бомбы в рестораны и кафе, где собирались представители политической элиты. В декабре 1893 года анархист Огюст Вейян пронес бомбу в зал заседаний Палаты депутатов и взорвал ее в амфитеатре. Лишь по счастливой случайности никто тогда не погиб.

Правосудие жестко реагировало на подобные акции и карало смертной казнью их исполнителей. Президент Карно принципиально отказывался распространять предоставленное ему конституцией право помилования на террористов. Так, он отказался помиловать Вейяна, а затем и Эмиля Анри (единомышленники называли его «Сен-Жюстом анархии»), устроившего серию взрывов в Париже с многочисленными жертвами. 21 мая 1894 года по приговору суда Эмиль Анри был гильотинирован.

Тем временем смертельная опасность нависла над самим Карно. Убийство главы государства задумал двадцатилетний итальянский эмигрант, убежденный анархист Санто Джеронимо Казерио, работавший в булочной в южном приморском городке Сет (Аквитания). Купив за пять франков длинный кинжал толедской работы, Казерио отправился в Лион, где, как он знал, президент Карно должен был присутствовать на церемонии открытия Всемирной колониальной выставки.

24 июня 1894 года глава государства неспешно следовал по улицам Лиона в открытом экипаже. Внезапно к коляске подбежал молодой человек и с криком «Да здравствует анархия!» вонзил кинжал в правый бок Карно. Нападавшего схватили на месте; толпа едва его не растерзала.

Кинжал задел печень и повредил жизненно важные сосуды. Несмотря на все усилия пытавшегося его спасти доктора Понсе, в 23 часа 45 минут того же дня Сади Карно скончался от внутреннего кровотечения.

Тело главы государства было доставлено в Париж, где были организованы национальные похороны. Сади Карно удостоился редкой для государственного деятеля чести — быть похороненным в Пантеоне, рядом со своим знаменитым дедом Лазаром Карно.

Его убийца по приговору суда 16 августа 1894 года был гильотинирован. Отказавшись принять явившегося к нему священника для последней исповеди, Казерио поднялся на эшафот со словами: «Мужайтесь, друзья! Да здравствует анархия!»

Убийство Карно стало последним заметным террористическим актом французских анархистов, активность которых резко пошла на спад, чему способствовала и серия принятых тогда же Палатой депутатов репрессивных законов, действовавших вплоть до 1992 года.

Сади Карно при жизни пользовался глубоким уважением в обществе, а трагические обстоятельства его гибели способствовали возникновению вокруг имени убитого президента редкого для представителей французского правящего класса ореола благородного республиканца, никогда и ничем себя не скомпрометировавшего. Заняв пост главы государства, он в высшей степени добросовестно и ответственно выполнял возложенные на него конституцией 1875 года обязанности, никогда не выходил за рамки своих полномочий, держался в стороне от ожесточенной борьбы партий и политических течений, пытаясь лишь смягчать ее остроту и непримиримость.

Карно сыграл важную роль в упрочении республиканского строя во Франции, устоявшей от искушения буланжизмом. За (шесть с половиной лет его президентства Франция сумела выйти из международной изоляции и укрепить свою национальную безопасность путем сближения с Россией.