Важные события разыгрывались после смерти Юстиниана на Балканском полуострове. К сожалению, источники дают о них лишь отрывочные сведения. Как уже говорилось, при Юстиниане славяне заходили далеко на юг и угрожали временами даже Фессалоникам. Они проникали на полуостров большими массами и мало-помалу его заселяли. Заодно с ними действовали авары, народ тюркского племени, живший в то время в Паннонии. Славяне и авары угрожали столице, побережью Мраморного и Эгейского морей, проникали в Грецию, достигая Пелопоннеса. Слух об этих вторжениях дошел до Египта, где о них писал Иоанн, епископ Никиу{70}. В конце VI и начале VII века, благодаря упорному аваро-славянскому движению к югу, которое не могли остановить византийские войска, на Балканском полуострове произошел важный этнографический переворот — полуостров в значительной части оказался занят славянами.
Италия также не была достаточно защищена против нападений извне. Этим объясняется легкость и быстрота завоевания ее большей части германскими варварами лангобардами под началом короля (конунга) Альбоина, появившимися спустя некоторое время после уничтожения Юстинианом остготского государства. Лангобарды, уничтожив в союзе с аварами в половине VI века у Среднего Дуная державу варваров гепидов, двинулись, может быть опасаясь своих союзников аваров, в Италию из Паннонии; шли они с женами и детьми; в состав их войска входили многие другие племена; особенно много было саксов.
Народная легенда обвинила в их призыве в Италию престарелого правителя ее и полководца времени Юстиниана Нарзеса. Подобное обвинение Нарзеса должно считаться необоснованным. Он, по вступлении на престол Юстина II, удалился от дел и вскоре умер в Риме.
Лангобарды вступили в Северную Италию в 568 году; они подвергли страшному опустошению все местности, по которым проходили. От их имени и происходит нынешнее название Северной Италии — Ломбардия. По своему исповеданию они были арианами. Покорив север Италии, лангобарды двинулись на юг. Постепенно их толпы рассеялись почти по всему полуострову. Рим захвачен не был, но они окружили его с севера, востока и юга. В конце концов в Италии образовалось крупное германское государство. Тиверий и, даже гораздо более серьезно, Маврикий старались установить союз с франкским королем Хильдебертом II (570–595) в надежде склонить его начать военные действия против лангобардов в Италии, однако их усилия оказались тщетными. Хильдеберт не раз посылал войска в Италию, но всегда с целью завоевать древние франкские владения для самого себя, а не с намерением помочь Маврикию. Предоставленный самому себе, Рим, выдержавший не одну лангобардскую осаду, нашел защитника в лице папы Григория I, который вынужден был не только заботиться о духовной жизни своей римской паствы, но и принять меры к защите города от лангобардов.
Прошло более полутора столетий после этих событий, прежде чем франкские короли, вдохновляемые римской церковью, но не византийским императором, смогли уничтожить лангобардское владычество в Италии. Лангобардское завоевание Италии совершенно ясно показало несостоятельность внешней политики Юстиниана на Западе; империя не имела достаточно сил для удержания владений покоренного остготского королевства. Лангобардское вторжение положило основание для постепенного отдаления Италии от Византии и ослабления в Италии политической власти империи.