Глава 26

SILVIA

Через два часа, как и сказал Микаэль вернулись дядя с тетей и начались приготовления.

С визажистом и стилистом приехали еще несколько человек, чтобы одновременно помочь мне и тете.

В моей комнате развернули целую бьюти студию с кремами, кисточками, раскладными многоярусными чемоданами полными косметики.

Мне сделали массаж лица, нанесли какую-то сыворотку и занялись волосами. Моим стилистом сегодня была коренастая девушка с пышными формами и с кольцом в носу. Она от чистого сердца восхитилась мои цветом волос, и была удивлена что это мой не естественный цвет. От природы я брюнетка.

Мне сделали легкие волны и собрали их, с одной стороны, приоткрывая лицо с права. Под шпильки продели нить из бриллиантов и пробор заискрился миллионами огней.

Занялись макияжем. Визажист, девушка со строгим лицом и красными прядями в волосах, сняла с лица сыворотку, нанесла крем и немного тональной основы. Я ее сразу предупредила, что не люблю яркий и вызывающий макияж, поэтому мы остановились на легких стрелках и красной помаде, на последнем настояла тетя. Она периодически к нам забегала, проверить все ли идет по плану.

На скулы немного добавили румян и шимера.

Результат мне понравился.

Когда очередь дошла до платья, я, глядя на него, нервно вздохнула. Платье очень яркого, алого цвета, сейчас висело напротив меня на вешалке, привлекало взгляды всех присутствующих и пугало меня.

Я никогда еще не носила такие наряды, а этот цвет избегала всю свою жизнь.

Ко мне подошла девушка с кольцом в носу:

— Не нужно бояться этого цвета, он подходит только сильным личностям. Я помогу.

Я одела силиконовый лиф без бретелек и грудь приняла притягательный вид. Девушка-стилист расстегнула замок на платье и подошла ко мне помогая надеть его. Невесомая ткань скользнула по мне окутав холодком. Поправив складку на груди, девушка-стилист застегнула невидимую молнию с боку и расправила нити из страз, на моей спине.

Я надеваю туфли на шпильке от Manolo Blahnik также усыпанные стразами.

Делаю вдох и на трясущихся ногах подхожу к зеркалу, смотрю на эту особу в красном.

Я открываю рот от неожиданности. Я себя еще никогда не видела такой яркой и красивой. От стрелок глаза кажутся еще больше, а красная помада хотя и добавляет пару лет, но придает образу шикарный вид.

Я кручусь перед зеркалом, осматривая не красивое платье, от которого все в восторге, а то какие части моего тела оно не прикрывает. По правому бедру тянется глубокий разрез, который заканчивается пуговкой из страз, как те, что на спине. Спина открыта полностью, а мою пятую точку прикрывает легкая складка как на груди.

— Вау, ты круто выглядишь! – восхищается мои видом девушка с красной прядью.

— Ты поразишь всех холостяков Рио! – Добавляет вторая, прижимая от восхищения руки к груди.

Я полностью открыта для взглядов, от этой мысли я краснею и закрываю глаза.

— Ты готова моя девочка? – В комнату влетает тетя Марисэлла и останавливается на месте.

- Моя дорогая, - она открывает рот от восторга. – Какая же ты красивая и так похожа на свою маму!

Она умиляется этим видом, так искренно, что я боюсь ее обидеть.

— Тетя, платье очень откровенное и открывает все мое тело. – Мягко протестую я как будто можно еще что-то сделать.

— Я знала, что красный цвет тебе подойдет. – Она берет меня за руку и кружит на месте осматривая с головы до ног.

Под впечатлением она и не слышит мой жалобный протест.

- Ты произведешь фурор, моя дорогая. – Ее тон не терпит отступлений, поэтому я делаю глубокий вдох и выдох.

- Я с подарком. – Она протягивает мне коробочку. – Он от твоего дяди.

Я беру и открываю красный футляр и почти слепну от блеска бриллиантов что там находятся.

Это ожерелье просто восхитительное. Сколько в нем карат я даже боюсь представить, раньше их у меня никогда не было. Я осторожно провожу по ни пальцем боясь уменьшить их свечение.

— Оно прекрасное! – Я смотрю на улыбающуюся тетю Марисэллу. – Спасибо тетя, это очень дорогой подарок для меня.

Она небрежно машет на это рукой, берет колье и повернув меня в сторону зеркала застегивает его на мне. На шею ложится груз роскоши, и я начинаю сверкать еще больше.

Теперь я уже сама не могу оторвать от себя взгляд.

— Ты сверкаешь как бриллиант, дорогая. – Тетя обнимает меня за плечи. – И я сейчас не о украшении что у тебя на шее.

Тетя Марисэлла целует меня в щечку и уходит закончить свой туалет.

Через несколько минут, закончив сборы мы все встречаемся в гостиной.

Я спускаюсь по лестнице и слышу удивленные возгласы братьев. Они сидят с ровными спинами боясь примять свои черные костюмы от Армани. Эстебан с прической а-ля «Я переборщил с гелем для волос», Микаэль с взлохмаченными волосами как будто никогда и не слышал об укладке.

— Твою же налево! – Не сдерживается Эстебан и подходит ко мне. – Это наша замухрышка Айна или для меня мама наконец то нашла спутницу жизни?

— Я никогда не была замухрышкой, братец! – я его тоже при этом обнимаю и отстранившись, угрожаю пальцем. – Готова тебе это доказать в следующий раз на ринге.

— Всегда готов! – Он подмигивает глазом.

— Айна, ты просто очаровательна, сестренка. – Меня уже обнимает Микаэль. – Ты вся сверкаешь.

Я машинально берусь за колье.

— Это подарок вашего отца.

— Тогда тебе нужна дополнительная охрана на сегодня. – Заявляет он.

— Думаю, я справлюсь. – отвечаю я.

— Все готовы? – позади нас раздается голос дяди, и мы все поворачиваемся.

Дядя Густаво спускается под руку с тётей Марисэллой, и я не могу отвести от них взгляда. Они идеальная пара.

Он, весь в черном, сдержанный и строгий, она в шикарном белом, красивая с улыбкой на лице.

Мы садимся по машинам и со мной в одном салоне едет Эстебан. Возможно, мне сейчас кажется, но после того, как он вчера вытащил меня из машины Роя, он негласно исполняет роль моего охранника.

Мы проезжаем пляжи Копакабана и движемся в сторону центра. Я начинаю нервничать.

Прием, встреча с людьми, сотни оценивающих взглядов, разговоры и обсуждения, да еще и платье меня беспокоит.

Я смотрю на здания и людей за окном машины и разминаю свои холодные руки.

— Волнуешься? – Спрашивает Эстебан накрывая своей ладонью мои руки.

— Да, очень! – Отвечаю, замечая, что у меня еще и голос дрожит.

— Не переживай. – Говорит он мне вытягивая ноги. - Смотри на все проще: Вечеринка – это сборище богатых людей, которые хотят немного опустошить свои кошельки. Мама часто организует такие благотворительные сборы. Во – вторых, тебе надо будет только улыбаться и пожимать руку тем, к кому тебя подведут или с кем познакомят. В – третьих, тебе нужно будет выстоять только торжественную часть, а потом можешь уйти в комнату отдыха или вернуться домой.

— Так просто. – Ухмыляюсь я.

— Ты к этому привыкнешь, со временем.

Я погружаюсь в свои мысли, в воспоминания о таких вечерах, все что я могла знать ранее или видеть в фильмах. Ничто не идет в сравнение, когда сама являешься их участницей.

— Что мне нужно будет делать ещё?

Эстебан делает вдох пожимая плечами.

— Улыбайся, благодари за комплименты и отвечай короткими фразами: «да», «благодарю», «вы так любезны» и что-то в этом духе.

Я киваю головой.

— Ты назвал вечер мамы «сборищем»? – Вспоминаю его слова. Я удивлена и немного обижена за тетю Марисэллу.

Эстебан отвечает не скоро, смотря в окно:

— Поверь мне, после того как ты познакомишься и узнаешь лучше некоторых из гостей, для тебя «сборище» будет мягким выражением их личностей. И запомни, не все, кто улыбается тебе и целует тебя в щечку, желают тебе добра.

Я сглатываю ком в горле и его слова отнюдь меня не успокаивают.

— Знаешь, после твоих слов мне хочется начать брать уроки по стрельбе. – Говорю я в шутку.

— Без проблем, сестренка! – Отвечает Эстебан на полном серьезе. – Могу дать пару уроков.

После этих слов, мне становится страшнее от мысли о том на какую вечеринку я еду.

Мы подъезжаем к воротам частного клуба «Сильва».

Клуб представляет из себя одноэтажное здание с огромными дверями посередине и большими окнами. Напротив, крыльца находится фонтан, который сейчас подсвечивается.

Парковка заполнена отполированными Ролс Ройсами, спортивными Бентли, представительскими Мерседесами и тонированными Геликами.

У входа стоят некоторые гости, охрана и люди с фотоаппаратами.

Мы останавливаемся у самого крыльца и Эстебан выходит первым. Он протягивает мне руку и помогает выйти из машины.

Я делаю вдох и принимаю его поддержку.

Только я выставляю правую ногу из машины и поднимаю голову, как возле меня загораются сотни вспышек.

Они меня обступают и слепят, если бы не сильная рука Эстебана, я бы упала.

Он уверенно ведет меня вперед, не обращая внимания на фотографов. Я смотрю под ноги, чуть придерживая подол платья. Кто-то кричит мое имя:

— Айна Гаварес, por favor.

Я поворачиваю голову и меня осыпают вспышки фотокамер. Мы делаем пару общих фото.

Пройдя мимо папараци мы оказываемся в просторном холе, тут уже стоят дядя Густаво с тетей Марисэллой и Микаэль и приветствуют припозднившихся гостей.

Меня немного трясет, но я успеваю оглядеться. Холл клуба просторный с зоной ресепшена, зоной отдыха и кафе. Все оформлено в бежевых и белых оттенках и украшено цветами.

Тут просто море из цветов.

Цветы повсюду, в вазах, на стенах в виде панно и даже свисают, подвязанные, с потолка. Все утопает в белых цветах, создавая ощущение легкости и чистоты. Вот для чего мы заказали такое количество цветов!

Я зачарованно оглядываюсь вокруг. Это выглядит потрясающи.

В этом помещении ни одно пространство и поверхность не осталась без цветов.

Персонал одет в светлую форму. У девушек в волосы заколот цветок, у юношей вставлен цветок в грудной карман жилета.

Тут к нам подходит помощница тёти, Кансуэлла и раздает братьям тоже по цветку.

— Мама, тебе не кажется, что с цветками перебор? – Недовольно заявляет Эстебан, прицыкивая. – Я похож на влюбленного цыгана.

Я смеюсь на его шутку и спешу поправить ему цветок на груди.

— О, да, ромалы! Ты вылитый цыганский барон.

— Откуда ты знаешь это обращение?

— Если бы ты любил читать, знал бы как мне ответить на это. – Смеюсь я.

Эстебан морщит нос и как в детстве показывает мне язык, чем еще больше веселит меня.

— Нет, дорогой, цветы — это часть нашего вечера. – Отвечает тетя. - Я совсем забыла предупредить тебя, о папарацци, Айна. - Она подходит к Микаэлю помогая ему. – Я дала согласие лишь на пару фотографий для газеты и выберу сама только лучшие.

— А можно без фотографий, тетя. – Прошу я.

Она округляет глаза как будто я сморозила глупость:

- Права на публикацию уже проданы моя дорогая и лежат на твоем счету. – Она нежно хлопает меня подбадривающе по плечу. – Ты себе не представляешь сколько народу желает увидеть и познакомиться с наследницей компании Гаварес.

Дядя Густаво от цветка отказывается.

Тут в зале начинает говорить ведущий мероприятия и Эстебан ведет меня к дверям. Мы встаем за спиной старших и перед нами открываются двери.

Мы входим в зал, полный людьми. Оставив свои разговоры все поворачиваются в нашу сторону и я, сделав вдох, медленно выдыхаю.

Пока мы идем к импровизированной сцене я разглядываю людей вокруг меня. Все стоят в полной тишине, играет только классическая музыка. Лица мне не знакомы и кажутся холодными. На них как будто и нет лица, только натянутые маски по случаю праздника.

В меня вкрадывается чувство что присутствующие разглядывают, оценивают и прицениваются. Так ли я хороша, как они себе представляли? Выгляжу я на наследницу или нет? Подхожу на эту роль или нет? Кого прятал дядя в Лондоне?

Кажется, я даже слышу имя отца, наверно сравнивают, на кого я стала больше похожа; на отца или на мать.

Сотни глаза скользят по моим волосам, по платью, фигуре и особенно по лицу. Кто-то хитро щурится, некоторые дамы высокомерно задирают нос, а кто-то просто улыбается.

Мне становится не по себе от этих взглядов, и я сжимаю руку Эстебана. Он кладет успокаивающе свою ладонь на мою.

Зал, как и холл утопает в цветах. У импровизированной сцены большая цветочная арка, а с потолка свисают гирлянды из цветов добавляя помещению воздушность.

Если бы не все эти люди, то я бы прыгала от радости от этой красоты.

На сцене мы останавливаемся и дядя Густаво, под руку с тетей Марисэллой, выходит вперед к микрофону.

— Дорогие, гости, нашего вечера. – Говорит дядя, сдержанным тоном. –Я, от семьи Гаварес благодарю вас за принятие нашего приглашения. Мы рады вас видеть на нашем вечере.

Разглядывая лица присутствующих, я не могу найти среди них ни одного искреннего выражения.

Женщины. Тут их в меньшинстве, и они разных возрастов. Есть в возрасте, совсем пожилые и молоденькие. Последние пришли либо в качестве дочерей или в роли любовниц. Одни смотрят с опаской, как на соперницу другие с завистью, оглядывают меня с ног до головы, прицениваясь к моим украшениям и к наряду. Не продешевил ли дядя на нем. Третьи с призрением в глазах, но с улыбкой на лице.

Мужчин на вечере больше. Они тоже смотрят на меня оценивающе, как бы прикидывая насколько я выгодная партия. Высокомерие и похоть горит в глазах, когда их взгляды скользят по моему платью и по его разрезам.

Если взгляды женщин меня не беспокоят, потому что меня не волнует женская зависть, то вот мужские глаза на себе я не могу терпеть. Они как заплесневелое сладкое варенье, от которого хочется отмыться.

Слава Богу, я не могу читать их мысли, иначе пришлось бы набить всем морду, я чувствую!

Дядя передает слово тете Марисэлле. Она благодарит гостей, объявляет программу вечера и напоминает, что в конце будет аукцион, с секретным лотом.

Я слушаю ее в пол уха, потому что мне хочется как можно быстрее убраться от сюда, не успев побыть тут и десяти минут.

Я блуждаю по гостям скучающим видом, пока не встречаюсь взглядом с самыми небесными и завораживающими глазами на всем белом свете. Меня настолько это поражает, что от волнения, охватившего меня, я делаю вдох ртом и забываю, где нахожусь.

Находясь в стороне от всех этих людей на меня, смотрит Рой Мартинес.

***

У меня почти сносит крышу, когда я вижу ее в красном платье. У нее красивое накаченное тело и большая грудь, что особенно выделяется в этом чертовом платье. Кто посмел его на нее надеть?

Оно слишком обтягивает ее грудь и бедра. Это не остается не замеченным от мужских взглядов в зале.

Хочу воспользоваться своим ножом, который закреплен у меня чуть выше лодыжки и выколоть каждому глаза, кто смотрит на нее хоть с каплей вожделения

***

Он стоит со всеми, и в то же время отстраненно от всех. На нем черный костюм и белая рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу. Ему идет деловой стиль.

В руках у него бокал с шампанским, он поднимает его в мою сторону и отпивает, не сводя с меня глаз. Он не улыбается, он просто впитывает меня губами как этот напиток и глазами как будто я дорогая картина.

Я сглатываю ком в горле и не могу оторвать от него глаз. Мне хочется убежать, спрятаться и больше не стоять перед ним как на витрине.

В то же время мне хочется ощущать на себе его взгляд, увидеть его улыбку и понимать, что она вызвана мной и адресована только мне.

Тут ко мне подходит Эстебан и берет за руку.

— Готовься, сестренка, сейчас начнется самое омерзительное — это знакомства.

Мы отходим чуть в сторону, и я нехотя отвожу взгляд от Роя.

— Давай я подам тебе знак, - шепчет на ухо Эстебан. - чтобы тебе было веселее, кого бы я пристрелил первым.

— Согласна, - киваю я, не показывая, что расстроена отсутствием в поле зрения голубых глаз. – Это будет забавно.

— Не сомневайся во мне! – Отвечает Эсстебан и встает напротив меня, как раз в той стороне, где подходят к нам гости.