Адам

Эйлер смотрел на них с усмешкой. Смотрел как победитель, но это он зря.

— Кажется, я прибыл как раз вовремя, — произнес он, лениво оглядываясь на своих людей. — Крики этой девочки слышны были довольно далеко.

Адам не видел на их одежде опознавательных знаков. Ни один из Орденов не взял на себя официальную ответственность или ни один из Орденов Эйлер не желал подставляться. Хотя у Тайной канцелярии уже было много кандидатов на допрос с пристрастием. Даже если глава ведомства не выживет - его ведомство знает, что делать дальше.

— Отпустите госпожу Флёри, фон Кирс, — проговорил Эйлер, сверля его взглядом. — Пусть идет, куда зовет её магия. Пусть приведет меня к самому её сердцу.

Адам стиснул зубы, тяжело дыша. Он знал одно, что сделает всё, чтобы защитить её.

Он не отпускал Аннабель, чувствуя, как её дыхание постепенно выравнивается. Она уже не пыталась рвануть назад, туда, где магия шахты пела свою безумную песню для неё.

Но любое неверное движение Адама в сторону Эйлера могло обернуться для них с Аннабель плачевно, судя по направленным на них стволам ружей.

— Ты ведь совсем без магии, фон Кирс. Тьма взяла своё, — голос Эйлера звучал ровно, без особых эмоций. — Девушку тебе защищать нечем. Да и Тайная канцелярия скоро падет. Никаких больше шпионов наводнивших королевство, словно саранча.

— Убирайся, Эйлер, — процедил Адам сквозь зубы, и в его голосе сквозила неприкрытая ярость. — Пока можешь.

Его соперник лишь вскинул бровь и насмешливо прищурился.

— Ты говоришь так, будто я не могу убить тебя прямо сейчас. Да, магия в этой шахте подавляет и меня, но это оружие… — он указал на свою свиту. — Вполне может сделать свое дело. Магические кристаллы в них идеальной огранки.

Адам чуть развернулся, прикрывая собой Аннабель. Он чувствовал, как её пальцы дрожат, но она уже приходила в себя, и теперь в её глазах он увидел решимость. Адам осторожно опустил её на землю и закрыл собой, ощущая как Аннабель молча уткнулась лбом ему в спину и обняла его сзади.

— Ты решил свергнуть короля, — тихо сказал Адам, пристально глядя на Эйлера. — Не ожидал, что ты зайдешь так далеко.

— Не только короля. Власть никогда не держится на одном человеке, — усмехнулся Эйлер. — Есть люди, чьи интересы давно не совпадают с нынешним порядком. Нам нужна новая сила, чтобы сместить его и поставить более подходящего правителя.

— Ты говоришь о войне, — прорычал Адам.

Все донесения говорили об этом. Поэтому охрана короля была усилена. Адам об этом позаботился.

— Власть всегда стоила крови, фон Кирс, — пожал плечами Эйлер. — Разве ты, глава Тайной канцелярии, не знаешь, что мир - это лишь короткая передышка между конфликтами?

— Если ты возомнил себя тем, кто решит судьбу всего Фоссиса, то явно переоцениваешь свои силы, — процедил Адам, медленно собирая в себе тьму.

Они отошли достаточно от центра шахты. А близость Аннабель будто давала его магии вдохнуть. Но он не показывал этого.

— Мои силы? — Эйлер приподнял бровь. — Мы хотим вернуть власть в руки тех, кто умеет ею пользоваться, а не кому она достаётся по случайности рождения. Разве это так уж плохо?

Адам промолчал. Спорить о политике с человеком, готовым на многое ради этой самой власти, смысла не было.

— Твое упрямство, фон Кирс, слишком дорого обойдётся тебе и тем, кто тебе дорог. Я думаю, что твой соратник Кассий фон Айдгар уже мертв. Твоя сестра, твой отец, твоя мать... — Эйлер вздохнул, будто ему действительно жаль, но Адам чувствовал, что это лишь провокация, блеф. — Я предлагал компромиссы, но ты не слушал.

— Потому что твои компромиссы - это предательство короля, — Адам изо всех сил старался говорить спокойно, но тьма в нем уже билась, готовая вырваться.

— Вы ведь всё ещё можете договориться, — внезапно подала голос Аннабель. Она выглянула из-за его плеча, однако Адам продолжал закрывать её собой. — Ведь ещё не поздно прекратить. Отступить.

Эйлер лишь фыркнул и рассмеялся её наивности, покачав головой.

— Прости, девочка, но мне не нужны полумеры. Мне нужна магия, что погребена в этих шахтах. Она поменяет расстановку сил в королевстве, и я готов на многое, чтобы взять её под контроль. Оружие, машины, техника, дирижабли, почти вся инженерия построена на магических кристаллах. На огромных залежах которых и стоит Академия Растар, — мертвые глаза Эйлера уставились на Адама. — И раз уж ты так беспокоишься о ней, отдай её мне. Гарантирую, что она не пострадает… если будет сотрудничать.

— Я не позволю, — прошептал фон Кирс.

— О да, я вижу, как ты забавно цепляешься за эту малышку. Даже удивительно для человека твоего положения, — глаза Эйлера насмешливо блеснули. — Ты слишком верен королю, слишком упрям. Тебя легче убить, чем переманить.

Адам стиснул зубы, когда Аннабель сжала его ладонь. Магия поднималась внутри него, реагировала на её прикосновения. Даже здесь, в глубинах шахты, вопреки подавляющей силе источника, его собственная тьма отзывалась. Он чувствовал, что это целенаправленно делает Аннабель и фон Кирс сильнее стиснул её руку.

— Отпусти моих фамильяров, — велел Адам.

— Только в глубины шахты, — усмехнулся Эйлер. — Но они там не выживут.

— Ррайз, — тихо сказал Адам. — Забери Алайру и уходи к недрам шахты.

Фамильяр метнулся к белой птице.

— Аннабель, — тихо выдохнула Ай.

— Иди, — шмыгнула носом та и махнула фамильярам рукой, когда Ррайз и Алайра скрылись в темноте пещеры.

Аннабель доверяла ему в этот момент. И Ррайз точно так же. Адам выпустил короткий вздох, понимая  что сейчас произойдет.

— Это твой последний шанс, фон Кирс. Отдай мне девчонку и живи. Или… — Эйлер сделал короткий жест, и несколько стволов ружей поднялись, целясь в их сторону.

Ректор фон Кирс не колебался больше ни секунды.

Ректор фон Кирс отпустил меня всего на миг, и этого хватило, чтобы почувствовать, как магия из него рванулась наружу. У меня получилось! Вышло защитить его магический источник от влияния шахты. Вышло дать тьме в нем вдохнуть полной грудью.

Его черные волосы во мгновение ока приобрели прежний белый цвет. И я с удовлетворением отметила удивление на лице магистра Эйлера. Удивление и ужас.

Я видела, как тьма, наконец освободилась, разливаясь по стенам шахты, словно живое черное море. Она пробежала по камням, скользнула по теням, затягивая воздух вязким удушающим густым мраком.

Шахта содрогнулась над головой Эйлера.

Я видела, как тот что-то выкрикнул, его люди подняли ружья, и в следующее мгновение раздался первый залп. Адам, схватив меня, оттолкнул в сторону.

Грохот оружейных выстрелов пронесся по подземелью, заставив каменные стены содрогнуться и пойти трещинами. Я успела заметить, как Адам шагнул вперёд, намереваясь укрыть меня своей магией.

— Беги, Аннабель! — выкрикнул он, поднимая из-под ног волну непроглядной темноты.

Тьма хватала и отбрасывала, внося хаос в стройные ряды людей противника.

Адам смотрел только на Эйлера, он не видел того, что увидела я. Один из врагов целился в ректора из-за упавшего камня. Я видела как он нажал на спусковой крючок ружья.

И я сделала то, что было единственно верным.

Рванула туда, закрыв его собой.

И в следующий миг резкая боль пронзила бок. Меня будто толкнули раскаленным клинком, и я пошатнулась, не сразу поняв, что произошло.

— Идиот! — взревел Эйлер, увидев, что случилось.

Всё вокруг замедлилось, звуки стали приглушенными, а мир будто начал рассыпаться на кадры. Адам схватил меня за плечо, но мне уже не было страшно. Я чувствовала его тепло, его магию.

Пока Эйлер и его люди были ослеплены собственной атакой и тьмой, пока грохот ружей всё ещё эхом разносился по шахте, я сжала пальцы на запястье Адама и, едва касаясь его кожи, направила свою силу в самое сердце его магии, пытаясь дать ему больше, пытаясь убрать все преграды.

Я не могла полностью убрать влияние шахты, но смогла создать тонкий слой защиты, не позволяя кристаллам вытягивать его силу.

Он тут же отреагировал - выкинул руку вперед, и темная волна сгустилась в его ладонях, собираясь в черный сгусток энергии.

Шахта рушилась у нас на глазах. Я почувствовала, как мир сотрясается. Глухой треск прошелся по стенам. Всё вокруг затряслось. Камни начали срываться сверху, земля под ногами задрожала, потолок заходил ходуном, грозя обрушиться в любую секунду.

Кто-то из людей Эйлера закричал, уворачиваясь от падающих обломков.

Сам Эйлер исчез в поднявшемся клубе пыли.

Я ощутила, как Адам резко дернул меня к себе, прикрывая от падающих камней. Я не сопротивлялась. Всё вокруг рушилось, крошилось, ломалось. Он прижал меня крепче, ощущала, как его дыхание стало тяжелым, прерывистым.

— Держись, — хрипло выговорил он мне на ухо.

Я знала, что нас накроет, знала, что будет больно, что, возможно, выхода уже нет. Но в тот момент я чувствовала только одно — его руки, которые сжимали меня, не позволяя исчезнуть в этом хаосе.

Последнее, что я услышала, прежде свод шахты окончательно рухнул, — его сердце, бьющееся рядом с моим.

А затем всё поглотила темнота.

***

Воздух был тяжелым, пропитанным запахом камня и пыли. Голова кружилась, всё тело ломило, но самое главное я была жива.

Дыхание Адама было громким и тяжелым.

Я открыла глаза, пытаясь понять, где мы. Темнота давила. Пространство между черными камнями было мало и Адам наполовину лежал на мне.

Благодаря тусклому свету кристаллов в камне удалось разглядеть его лицо. Пыль прилипла к коже и осела на белых волосах, кровь запеклась у виска, а взгляд был жестким и сосредоточенным. Стоило мне пошевелиться, как он мгновенно приподнялся на локте.

— Аннабель, — голос низкий, хриплый, но такой родной. — Ты в порядке?

Я пыталась ответить, но в горле пересохло, да и дышать было трудно. Бок обожгло болью, и только тогда я вспомнила, что сделала.

Пуля с магическим зарядом, предназначенная Адаму, вместо этого нашла меня.

Я крепко сжала веки, подавляя стон, но Адам уже всё понял.

— Глупая, я ведь его видел… — он выдохнул, его ладонь тут же прижалась к моей ране и надавила.

— Ай…

— Терпи теперь, — жестко и бесконечно устало осек Адам. А потом начал ощупывать рану.

— Ай!

Мой голос не отозвался эхом по сводам пещеры. Нас кругом окружал камень и места было мало.

— Навылет прошла и по касательной. Тебе очень повезло, — недовольно процедил он, глядя мне в глаза. — Но надо остановить кровь, а здесь не развернуться.

— Ты не ранен? — спросила я едва слышно.

Адам покачал головой.

— Забудь обо мне, — отрезал он. — Почему ты это сделала?

Я слабо моргнула, ощущая, что с каждым ударом сердца боль в боку пульсирует сильнее.

— Адам… — я снова попыталась заговорить, но он вдруг склонился ближе, не давая мне увильнуть от ответа.

— Зачем? О чем ты думала?

Он хотел знать правду? Хотел услышать то, что я так долго не решалась сказать вслух?

Если нас не найдут, если мы останемся здесь, под завалом, у меня не будет больше шанса…

Я сглотнула, собрав последние силы.

— Потому что я люблю вас, ректор фон Кирс.

Его взгляд застыл. Адам, казалось, перестал дышать.

— И… — выдохнула я, — без вас я бы была в руках Эйлера. И меня бы не убили, потому что я важна. А вот вас бы… Тебя бы…

Адам не сразу ответил. Я почувствовала, как напряглась его рука, всё ещё прижимающая меня к себе, и как он отрывисто вздохнул.

— Ты… — он выдохнул и запнулся, явно не ожидая услышать это здесь, в полумраке, среди осыпавшихся камней.

Я улыбнулась чуть увереннее, позволив себе коснуться пальцами его щеки.

— Ты всегда спасал меня, — прошептала я. — На этот раз… просто я решила спасти тебя.

Адам прикрыл глаза буквально на секунду и нахмурился. Чуть мотнул головой, и тут же с его волос посыпалась каменная пыль. Он провел ладонью по моей щеке, осторожно, как будто боялся сломать или сделать ещё больнее.

— Не место и не время для таких признаний, госпожа Флёри, — его голос прозвучал низко, почти над самым моим ухом. — Но, Аннабель… Никогда больше не бросайся под пули.

Я бы рассмеялась, если бы не ноющая боль. Поэтому просто спросила:

— А ты обещаешь не подставляться под них?

Адам отрицательно покачал головой и заявил:

— Нет. Я обещаю закрывать тебя собой до последнего вздоха. Ясно?

Я закатила глаза и произнесла сухими потрескавшимися губами:

— Вы неисправимы, ректор фон Кирс.

— Я знаю, — отозвался он.

Чуть склонившись он осторожно поцеловал меня в щеку, а потом я снова почувствовала его руку, сжимающую мою ладонь. Будто ректор напоминал, что я здесь, что я жива, что он рядом. И то, что он сказал, было для меня признанием. Пусть он и произнес это на свой лад.

Где-то вдалеке слышались отдаленные, очень-очень слабо слышные крики - возможно, выжившие люди Эйлера или кто-то ещё. И голоса эти удалялись.

Но мне было всё равно. Пока Адам здесь. Пока я в его руках.

Пока его сердце бьется рядом с моим.

— Разлеживаться нам некогда, надо выбираться из-под этого завала и искать другой выход.

Его взгляд снова пробежался по моему лицу, задержался на губах, но вместо того, чтобы сказать что-то ещё он тяжело выдохнул, поднял голову и, глядя в глубину завала, глухо произнес:

— Тема следующей лекции номер.. уже не помню: “Тактические ошибки и их последствия. Создание магического барьера перед тем, как броситься под пули, а не после”.

Конец второй части.