[Интерлюдия 5]

— Проморгали гвардейца, проф, — голос, искажённый мембраной противогаза, прозвучал глухо и досадливо. — Его тут не должно было быть…

— Плевать, — отозвался второй, сжимая в руках катализатор куда более крупный. — С этим разобрались, идём даль…

Договорить он не успел.

С утробным гулом из облаков дыма и пыли вылетел титановый блок, впечатавшийся в не успевшего отреагировать диверсанта. Тело смялось с влажным хрустом, а блок, не останавливаясь, протащил несчастного до самой стены склада, пробил её насквозь и, грохоча, остановился где-то с той стороны постройки. Кирпичная кладка просела, и часть крыши, повременив секунду, обрушилась внутрь.

Наступившую тишину прорезала короткая, отрывисто брошенная команда:

— Рассыпаться!

Семеро оставшихся диверсантов бросились в стороны со слаженностью, о которой собранная наспех группа не могла и мечтать. Их фигуры в бесформенных хламидах и изящной конструкции шлемах-противогазах с большими, изредка подсвечиваемыми зелёным светом линзами заняли позиции полукругом.

Мужчина, который нёс на плече обмякшую «герцогиню», отступил дальше всех — его задачей было сохранение груза, ради которого всё и затевалось.

— Кто это⁈ — выкрикнул первый боец перед тем, как его катализатор исторгнул широкую, практически видимую волну воздуха, разогнавшую дым и пригнувшую ближайшие кусты к земле.

Пыль расступилась, и они увидели то, что поднималось из воронки, оставленной недавним взрывом, который не мог не похоронить преследователя, торопящегося и идущего вслепую, на одних лишь «светляках».

«Вот же дрянь. Если это был гвардеец, то на кой ему такой свет?..» — промелькнула запоздавшая мысль у лидера группы, в оба глаза взирающего на огромный, высотой в шесть-семь метров конструкт из множества матово-чёрных, поглощающих свет объектов.

И эта пакость планомерно разрасталась, словно кто-то создавал внутри новые элементы и выдавливал их на поверхность, к чему-то готовясь.

— Что за… — один из диверсантов отступил на полшага, прежде чем вскинуть катализатор.

Его дыхание участилось — он занервничал.

— Это принц, — резко оборвал его лидер отряда. — Больше некому.

— Принц? Но нам докладывали, что он в центральном…

— Плевать, что там докладывали!..

Полосы на катализаторе лидера диверсантов опасно блеснули в полумраке, и со ствола сорвалась мгновенно разросшаяся вширь и ввысь волна ослепительно-белой плазмы, синеватый отлив которой моментально окрасил в холодные оттенки всё вокруг.

Поток раскалённого вещества ударил в конструкт, проплавил первый слой, второй, третий — но ударной мощи хватило только на это.

— Добить, времени нет!

Следом грянула череда квази-электрических разрядов — ветвистых, изгибающихся дугами, вгрызающихся в металл и стекающих в землю безо всякого вреда. Почти сразу их сменила всё та же плазма, едва стало понятно, что по ту сторону не идиот, и вот так, «на дурака», его не прожарить.

Россыпь множества небольших, юрких, разлетевшихся веером в поиске уязвимых мест снарядов закружилась вокруг конструкта, обрушиваясь на стыки и щели, но безрезультатно — тот, кто поддерживал конструкт, не ошибся, даже когда под нагрузку попали дополнительные части этой монструозной «брони».

Спустя секунду уже шесть лучей плазмы обрушились на титановый «гроб», плавя металл и нарушая целостность его составных частей, исчезающих от перегрузок.

— Почти пробили, проф! — радостно рявкнул один из террористов, смещающийся после каждого залпа. — Ещё чуть-чуть!..

Но лидер энтузиазма подчинённого не разделял:

— Двойка, четвёрка, берите восьмого и уходите, живо! Время!

Двое диверсантов, замешкавшись на секунду, отделились от группы и метнулись к носильщику. Тот уже активировал катализатор и приподнялся над землёй, когда из массивного «рюкзака» за его спиной выросли тонкие, материализованные металлические лапки, обеспечивающие мобильность даже с грузом на руках.

— Девица стойкая до ужаса, — процедил он, поправляя ношу. — Вторую дозу вколол, а она всё брыкается. Скоро затихнет…

Второй и четвёртый не ответили — лишь материализовали такие же лапки, приподнявшие их тела над землёй…

В отблесках плазмы блеснула ртуть, и три головы, отделившиеся от тел, взлетели в воздух. Тела рухнули, как подкошенные, а жгут матово-чёрного жидкого металла подхватил Мариэллу за талию, расплылся вокруг неё коконом и выдернул в сторону — прямиком к фигуре, окружённой расплывчатым, искажающим свет маревом.

Лекс поймал девушку, закинул её на плечо и выпрямился, пройдясь пальцами по кнопкам переехавшего на бедро катализатора.

Боевая часть группы, ещё не успевшая толком осознать случившееся, развернулась. Титановый кокон, который они атаковали до сего момента, беззвучно исчез — и вырос вновь, но теперь не вокруг Лекса, а между парнем и диверсантами.

Сотни его элементов, массивных и матово-чёрных, вдруг замерли, а спустя миг начали срываться с места, вспахивая дёрн, перемалывая в щепу деревья и тела тех, кто не успевал уклониться от описанной каким-то безумным ритмом атаки.

Кубы и пирамиды били вразнобой и хаотично, вздымая пыль и вынуждая диверсантов тратить время на защиту. Один из бойцов, не успевший ни прикрыться техникой, ни отступить, переломанной куклой отлетел к ближайшему дереву. Другой расслабился, выйдя из области поражения масштабной техники, когда его ударило едва-едва, по касательной, но даже этого хватило, чтобы переломать ему половину рёбер.

— Отходим, живо, живо! В погоню, эта мразь отступает!.. — лидер группы первым отрастил стальные лапки, органично дополнившие его броню, и бросился за беглецами.

И оставшиеся в живых, сцепив зубы, последовали за ним.

* * *

Ртуть несла меня вперёд, пока катализатор ощутимо припекал бедро даже сквозь плотную ткань штанов. Мысль прицепить устройство на ногу была исключительно верной, потому что браслет накалился в момент, а от тряски Мариэлла не просто не потеряла сознание, а стала биться в руках с удвоенной силой, пытаясь вырваться.

Движения её были хаотичными, но резкими и отчаянными.

— Хватит, Мариэлла! — рявкнул я, хлопнув её по заднице. — Свои! Прекращай, или я тебя вырублю!

Она затихла, хоть и не сразу. То ли узнала голос, то ли просто выбилась из сил окончательно. Проверять было некогда.

«Эти люди… они куда подготовленнее террористов-смертников. Опытные операторы эрикс-искусств? Похоже на то. По крайней мере, пока так легко и непринуждённо титан не плавил никто», — я покосился на браслет, на дисплее которого ошибка всплывала за ошибкой. Злосчастные прерывания приходилось компенсировать вручную, тратя лишние силы и перегружая устройство. — «Но и я уже кое-что понимаю в том, как правильно раскрыть свои возможности. Даже с катализатором попроще…».

За спиной раздался треск и грохот, а затем до моих ушей донёсся знакомый, нарастающий гул. Рефлексы сработали вперёд мысли: титановый блок материализовался за спиной, приняв на себя электрический разряд.

Белоснежные, с голубыми отблесками дуги перетекли на всё вокруг, поджигая траву и деревья, а я распределил за своей спиной с десяток мощных светляков, сверкающих на манер прожекторов — и следующий разряд прошёл в стороне, запалив ещё один клочок парка.

«Не уничтожены. Двое? Трое. И на Мариэллу им уже наплевать. Проклятье…».

Из-за собственных светляков я не сразу понял, что впереди замелькала хорошо кем-то освещённая аллея, и, вылетев на неё, поначалу растерялся.

Взгляд скользнул по десятку человек охраны Академии в полном боевом, по троице гвардейцев, нацеливших на меня катализаторы… будь это враги, то пережить удар было бы чертовски сложно.

Но их миссия была отягощена тем, что по «полю боя» весело скакали студенты, и до опознания цели ни охрана, ни гвардейцы атаковать не спешили.

— За мной трое! — я бросил себя за спины охранников, развеивая светляков и стягивая к себе ртуть, поддерживать которую становилось всё сложнее. — Может, больше. Террористы.

Гвардейцы отреагировали первыми — один сместился ко мне, быстро и чётко размещая на передовой щиты из незнакомого мне сплава алого оттенка, а двое перевели внимание на стену деревьев, разойдясь в разные стороны.

— Ранены? — бросил гвардеец, концентрации которого хватало и для возведения защит, и для пригляда за нами.

— Если только девушка, — я не торопился опускать Мариэллу на землю, как не торопился и прерывать все восемь активных техник материализации.

— Медики в пути, — бросил гвардеец, демонстративно закрывая нас своей широкой спиной в отливающей бронзой броне.

На всё про всё с момента моего появления на аллее прошло немногим больше десяти секунд, а на нас уже выскочил первый террорист.

Первый же залп охраны и гвардии был нацелен на обезвреживание — кулаки спрессованного холодного воздуха столкнулись с появившимися лишь на миг «волнорезами» из металла, переломав деревья и кусты за спиной врагов.

Ответный залп был страшен: рассчитывая нагнать меня, террористы всё ещё уповали на плазму.

Две пылающих струи смыли троих охранников так, что от тех остались лишь обугленные головёшки, а их барьеры истаяли, словно дым. Третий террорист отстреляться не успел — один из бойцов гвардии ударил первым, и переломанное тело отлетело в кусты.

Потери мигом прекратили всякие попытки бескровного задержания со стороны защитников Первой Академии. Охрана разверзлась целым ворохом техник, которые, впрочем, сильно не дотягивали до того, что могли показать террористы: снаряды, огонь, взрывы и снова снаряды до своих целей просто не добирались.

Для защиты обе стороны применяли привычные мне металлические блоки разной толщины и формы, вот только если я по привычке и по дурости пытался «держать» материализованные объекты, тратя силы уже после отражения удара, то тут они появлялись на мгновение, сталкивались с разрядом, пламенем или снарядом, и исчезали.

И этого оказывалось достаточно в большинстве случаев: материализация в эрикс-искусствах не требовала времени и ничего не стоила, в отличие от того же процесса в магии воплощения.

«Вот оно», — я смотрел за происходящим в оба глаза, нарастив вокруг себя и Мариэллы толстый слой ртути — её поддержание без внешнего воздействия ничего мне не стоило. — «Настоящий бой. Совсем не то, что можно найти в сети. Совершенно другой уровень и подход, другие приёмы…».

Я отдавал себе отчёт в том, что никто не будет оставлять для изучения кем угодно реальные боевые методики, но такой разницы не ожидал совершенно.

«Фактически, в сети показывают уровень карапузов в песочнице — красиво, эффектно, но бесполезно против реальных профессионалов», — я проводил взглядом ещё одного охранника, не успевшего выставить защиту перед квази-электрическим разрядом, продолжающим стекать с тела на землю ещё некоторое время. — «Справился бы я, восприми меня всерьёз полный отряд с первых секунд? Будь я проклят, если на этот вопрос можно дать точный ответ. И проверять это мне бы не хотелось».

Ещё одного из двоих выживших террористов взяли живым: тот был слишком занят попытками продавить охранников и защитой от бьющих по площадям залпов гвардейца, чтобы увидеть разверзнувшееся у него под ногами металлическое нечто, перемоловшее ступни прежде, чем он успел поднять себя вверх на наспех материализованных металлических лапах.

Взвывшего от боли человека подхватило чем-то невидимым — и с силой приложило об дерево. Тело обмякло, и один из гвардейцев тут же сместился к нему, без малейшего пиетета отстрелив катализатор вместе с запястьем.

Последний сопротивлялся отчаяннее всего: он почти не уделял внимания защите, полагаясь на манёвренность и плазму, которая явно давалась ему легче всех прочих техник.

Но в одиночку против толпы он сдюжить не смог даже с учётом того, что его целенаправленно решили брать живым: не прошло и десяти секунд с того момента, как он остался один, когда нечто невидимое затормозило его, а точный залп струи плазмы спалил его катализатор и, вероятно, часть пальцев.

Ничего не затихло: крики, ругань, треск пламени и падающих деревьев служили фоном, который сложно было игнорировать. Быстрая перекличка, взятие периметра под контроль — и женщина-гвардеец, отделившись от своих, немедленно сместилась к нам.

— Господин Лазарь, — голос под шлемом звучал глухо, но отчётливо. — Положите госпожу на землю, немедленно.

Она сунула руку за спину, выудив прямо из выпирающей части своего доспеха компактный металлический тубус с большим алым крестом на корпусе. Щёлкнула защёлка, и миру себя явило содержимое — комплект медикаментов, подогнанных друг к другу так плотно, что даже лишнюю упаковку таблеток внутрь засунуть было бы проблематично.

— Я слышал, что ей вкололи двойную дозу чего-то. Ран на первый взгляд не обнаружил, — я опустил Мариэллу Озмунд на брусчатку. Женщина незамедлительно нависла над телом девушки, проверяя пульс, зрачки, дыхание.

— Вы можете отойти, господин Лазарь, — бросила она коротко, не поднимая головы. Её пальцы пробежались по застёжкам на одежде Мариэллы.

— Нет, — я качнул головой, мазнув взглядом по суетящимся вокруг людям. Женщина на мгновение замерла, подняв на меня взгляд и обратив внимание на всё ещё струящуюся вокруг ртуть. — Здесь только что орудовали предатели, которых кто-то провёл мимо всех, включая гвардию. Предпочту перестраховаться.

Сказать, что другие гвардейцы, каким-то образом это услышав, напряглись — значит не сказать ничего. Но их коллега спорить не стала — лишь кивнула и сместилась так, чтобы прикрыть Мариэллу собой. Я же, в течение пары секунд посверлив взглядом открытую мне спину, выдохнул: враг едва ли стал бы так подставляться.

Потекли томительные минуты ожидания.

Охранники обрабатывали раны, свои и пленных. Один из гвардейцев стоял, наблюдая за периметром, пока его товарищ уже занимался террористами — судя по их вою и ругани, церемониться «в поле» с ними никто не собирался, и методы добычи информации применялись самые что ни на есть эффективные.

Когда на горизонте появилась группа людей в чёрном в сопровождении ещё одного отряда охраны и гвардейцев, я окончательно выдохнул — если предаст такая толпа, то тут уже ничего не попишешь.

При том в окружении бойцов гвардии промелькнул и Александр — бледный, но собранный.

— Доложить, — бросил он, остановившись рядом с подскочившими гвардейцами.

«Пыточных дел мастер» вытянулся:

— Ваше Высочество, диверсанты нейтрализованы. Двое взяты живыми, один убит. Ранее господин Лазарь вывел из строя, — он качнул головой в том направлении откуда явился я, и туда моментально ринулась четвёрка гвардейцев, — пятерых. Госпожа Озмунд жива, — он повернулся к женщине-гвардейцу, — Лира?

— Состояние стабильное, без сознания — долгоиграющий наркотик в крови, — женщина уже уступила место подоспевшим медикам. — Ей уже оказывают помощь.

— Среди задержанных — Лидали, Ваше Высочество. Предварительно, с его помощью диверсанты проникли на территорию — подкоп под академией, точки входа-выхода будут локализованы и взят под контроль в течение ближайших минут. Источник данных о патрулях гвардии выявлен, Имперская Безопасность уже должна заняться задержанием…

— В процессе, — бросил мужчина в чёрной униформе. — В течение десяти минут поступит информация.

Он бы сказал что-то ещё, но брошенный на меня взгляд показал, что не всё безопасник собирался озвучивать в присутствии чужих ушей.

— Итого восемь человек в этой группе, — произнёс Александр, поджав губы и глядя на тела. — Плюс двое у центрального крыла… Больше никого?

— С высокой вероятностью, Ваше Высочество, — подтвердил «пыточных дел мастер». — Контингент противника и без того велик, чтобы ожидать появления отдельной группы, кроме наблюдателей.

— Полный доклад предоставить через час, — подытожил принц спустя несколько секунд. После этого он перевёл взгляд на меня, на ртуть, шагнул вперёд. — Лекс, цел?

Я выдохнул, прервав пять техник из восьми. Оставшиеся капельки ртути демонстративно завёл под одежду — чтобы не вызвать лишних вопросов и обвинений.

— Цел, — я повёл плечами и поморщился. — Даже не поцарапали. Но об остальных того же не скажешь…

Александр проследил за моим взглядом — туда, где свободные гвардейцы помогали охранникам Академии перетаскивать тела погибших. Пятеро человек, которые ещё десять минут назад выполняли свой долг, теперь лежали на брусчатке.

— Это их долг, — произнёс принц тихо. — Каждый из них давал присягу. Но это не делает их смерть менее… — он осёкся, поджав губы. — Ладно. Сейчас не время.

Он повернулся ко мне всем корпусом, поправил очки на переносице и окинул взглядом так, словно видел впервые.

«Переоценка. Он оценивает меня заново, с учётом новых обстоятельств».

— Ты снова оказался в центре событий, Лександр, — он выдохнул, покачав головой. — И… независимо от того, что будет в отчёте, я не забуду того, что ты сделал. И ты можешь не беспокоиться о формальностях — к тебе не будет лишних вопросов…

— Я бы предпочёл, чтобы о моём участии во всём этом, — я неопределённо покрутил рукой в воздухе, — вообще никто посторонний бы не узнал, Александр. Слишком много внимания.

— И слишком много свидетелей, — спустя пару секунд ответил принц, взвесив все варианты. — Но я посмотрю, что можно сделать. Просто сам пока не болтай лишний раз, и, возможно, шум удастся сгладить. Не скрыть — просто что-то приуменьшить, кого-то выгородить… кандидаты на награждение всегда найдутся.

— Я буду благодарен и за это, — признание вышло искренним, потому как я действовал без оглядки на последствия. Не опять, а снова.

Александр улыбнулся. Скупо, сосредоточенно, но прямо и без фальши:

— Постараюсь оправдать ожидания, Лександр. От тебя сейчас потребуется доклад, — его взгляд скользнул по безопасникам, которые коршунами сновали вокруг, стараясь объять необъятное. — Всё равно занятий завтра точно не будет. Центральный корпус повреждён, была диверсия.

— А женское общежитие? — я нахмурился.

— Там — тишина и благодать, — Александр понимающе усмехнулся. — Их план был в том, чтобы поднять тревогу рядом со мной, и заставить нас стянуть силы, ослабив бдительность на других направлениях. Телохранителей Мариэллы тихо и аккуратно убрал лично Лидали…

«Лидали. А ведь он показался мне хорошим человеком. И должен был руководить моей подготовкой… проклятье. Почему он?» — я поморщился и в мыслях, и в реальности. Но возмущаться или страдать по этому поводу не стал, потому как были темы и более важные.

— Мы шли вместе с Громовым и Шталь, они должны были прочесать центральную аллею. И подавали сигнал…

— Они наткнулись на тело, — принц кивнул. — Их обоих перехватили гвардейцы. Дмитрия — на полпути к месту взрыва и, предположу, точки, где ты столкнулся с врагом. Виктора — у центрального крыла. Они в безопасности.

— И то хлеб, — я выдохнул облегчённо, покосившись на сотрудника Имперской Безопасности, направляющегося к нам. — Не буду тебя отвлекать, Александр. Да и от меня сейчас потребуют доклад, так что…

— Удачи, Лександр, — Его Высочество принял завершение разговора с благодарностью. — Напиши мне, когда тебя отпустят, чтобы я был в курсе. А то, зная отдельных личностей, от них станется искать ответы в обход протокола…

Принц мазнул взглядом по мужчине в чёрном, который услышал эти слова, но едва ли они его хоть сколько-нибудь расстроили.

— Обязательно, — кивнул я и, проводив удаляющегося к своим гвардейцам Александра взглядом, развернулся к безопаснику.

«Эта ночь определённо будет долгой… но я готов терпеть и не такое до тех пор, пока лично для меня и для моего окружения всё обходится малой кровью».

А спустя секунду с меня действительно потребовали доклад, и стало уже не до посторонних мыслей.