*«Согласно опросу Межрасовой Торговой Палаты, 78 % работодателей считают демонов „нежелательными кандидатами“, 63 % не нанимают вампиров даже на ночные смены, а 91 % эльфов уверены, что гномы пахнут серой. На вопрос „А вы сами когда-нибудь общались с представителем этой расы?“ положительно ответили только 12 %. Остальные предпочли промолчать и отодвинуться подальше».*

— Из ежегодного отчёта «Предрассудки и рынок труда в магическом сообществе», издание «Магический бизнес-вестник», год 673-й от Падения Тёмного Властелина.

Увольнение пахло варёной капустой и дешёвым успокоительным зельем.

Жанна Огнева сидела на скамейке перед клиникой «Ведьмино счастье» и тупо смотрела на коробку с личными вещами. В коробке лежали: заварной чайник с автоподогревом, кружка с надписью «Лучшая ведьма года» (иронично, учитывая обстоятельства), стопка просроченных лицензий и комнатный цветок, который, по слухам, умел предсказывать смерть. Пока что цветок просто вял, как и её карьера.

— Вы не можете меня уволить, — сказала она полчаса назад заведующей, высокой ведьме с причёской «я важнее, чем ты думаешь». — Я здесь семь лет. Семь! Я вылечила трёх оборотней от лишая, сняла проклятие с сорока двух сковородок и однажды даже уговорила домового не взрывать бойлер.

— Жанна, — заведующая вздохнула так, будто ей предложили выпить отвар из жабьих лапок, — дело не в твоей квалификации. Дело в… — она замялась, — в твоём отношении к клиентам.

— К клиентам? Я что, грубила?

— Ты привела на приём демона.

Вот оно. Камень, который упал с души. Или, точнее, в душу.

— Демона, — медленно повторила Жанна. — Вы увольняете меня за то, что я помогла демону?

— За то, что ты помогла демонубесплатно, — поправила заведующая. — И без согласования с руководством. И вообще, он даже не наш пациент. Он пришёл с вопросом «как перестать пугать детей своим видом». Это не медицинская проблема. Это… — она поморщилась, — социальная.

— Ему было плохо. Он плакал.

— Демоны не плачут.

— Этот плакал. У него из глаз шёл дымок. Такой грустный серый дымок.

Заведующая посмотрела на Жанну так, будто та предложила заменить котёл с зельями на микроволновку. «Мы ведьмы, а не соцработники. Наша задача — лечить порчи и сглазы, а не вытирать сопли демонам. Даже не сопли. Что там у них? Адская слизь?»

Жанна не стала спорить. Она собрала вещи, взяла цветок и вышла. И теперь сидела на скамейке, чувствуя себя последней идиоткой.

— Ну и правильно, — сказала она цветку. — Зачем мне эта работа? Зато теперь я свободна. Я открою своё дело.

Цветок молчал. Цветок, видимо, предсказывал ей финансовый крах.

— Что? Не веришь? А вот увидишь.

Она встала, поправила кеды (деловой костюм с кедами — её фирменный стиль) и решительно зашагала прочь. Куда — она не знала. Но точно не домой. Дома её ждала пустая квартира, холодильник с просроченным кефиром и соседка-оборотень, которая каждую ночь выла на луну и мешала спать.

Жанна шла по улице, размышляя. Чем она хороша? Она ведьма, но не из тех, кто гадает на кофейной гуще или летает на метле (метлу она продала два года назад, чтобы заплатить за курс повышения квалификации — «Эффективный менеджмент в магическом здравоохранении»). Её дар — бытовые чары и редкая способность «видеть истинную сущность». То есть она могла посмотреть на любое магическое существо и понять, какая работа ему подходит по энергетике. Например, тот самый демон — у него был мощный потенциал эмпата, но он работал грузчиком на складе и каждую ночь плакал.

— Эх, — вздохнула Жанна. — Если бы я могла помогать таким… создавать своё агентство по трудоустройству.

Идея пришла внезапно. Как удар током. Или как когда в суп вместо соли сыплешь сахар — сначала шок, потом понимание.

— А почему нет? — вслух спросила она.

Прохожий гном в каске обернулся и подозрительно на неё посмотрел.

— Не обращайте внимания, — сказала Жанна. — Я разговариваю с цветком.

Гном ускорил шаг.

Она свернула в переулок, чтобы сократить путь к центру города. Переулок был старый, магический — с табличкой «Здесь обитают бесы и прочая мелкая нечисть. Вход по заявкам». Жанна не обратила внимания. Она думала о бизнес-плане.

А потом наступила в лужу.

Лужа, впрочем, оказалась не совсем лужей. Это был подвал. Вернее, окно в подвал, присыпанное листвой. Жанна провалилась по колено, чертыхнулась, потеряла равновесие и, обдирая локти, рухнула вниз, приземлившись на что-то мягкое, пахнущее серой и кофе.

— Ой, — сказало мягкое. — А я как раз никого не ждал. Деньги я не отдам. Печеньки тоже.

Жанна открыла глаза.

Перед ней сидел бес.

Обычно бесы описываются в справочниках как «мелкие демонические создания, склонные к пакостям и воровству». Этот был мелким. И лысым. И в очках. И в помятой рубашке с пятном от варенья. Он сидел за столом, заваленным бумагами, и держал в руке печенье.

— Вы кто? — спросила Жанна, пытаясь встать.

— Бухгалтер, — ответил бес. — Филимон. Можно Филя. Я здесь живу и работаю. Точнее, работал. Сейчас я в творческом поиске. А вы кто и зачем упали в мою гостиную? Это частная собственность. Там даже табличка есть, но гномы её украли.

Жанна огляделась. Подвал оказался довольно уютным: старый диван, настольная лампа, куча папок и магический ноутбук с голограммой (модель прошлого года, но ещё живая). На стене висел плакат: «Налоги — это святое, даже если ты бес».

— Вы бухгалтер? — переспросила Жанна.

— Был. Меня уволили из «Чистого неба» три месяца назад. Сказали, что бесы не вызывают доверия у клиентов. Представляете? Я вёл их отчётность восемь лет! Ни одной ошибки! Ну, почти ни одной. Один раз я перепутал счета, но это был не я, это домовой в компьютере поселился. — Филя вздохнул и откусил печенье. — А теперь я сижу в подвале, ем печеньки и жду, когда кто-нибудь наймёт меня на работу. Вы случайно не нанимаете?

Жанна моргнула.

— Вообще-то… я как раз хочу открыть агентство по трудоустройству.

— Какое агентство?

— Для тёмных рас. Демонов, вампиров, бесов… ну и других, кого не берут на работу из-за стереотипов.

Филя перестал жевать. Его маленькие чёрные глазки заблестели.

— Вы шутите?

— Нет.

— И вы хотите нанять меня? Беса? Бухгалтера?

— Я хочу найти бухгалтера. Если вы хороший…

— Я лучший! — Филя вскочил, рассыпав печенье. — Я знаю все лазейки в магическом налоговом кодексе! Я могу оформить лицензию на что угодно — хоть на дракона-таксиста, хоть на вампира-донора! Я… — он запнулся. — Но у меня нет денег на стартовый взнос.

— У меня тоже, — призналась Жанна. — Но я думаю, что смогу получить грант от Межрасовой Торговой Палаты. Или кредит. Или…

— Или вы можете просто нанять меня за пирожки, — сказал Филя. — Я люблю пирожки. С капустой. И с повидлом. С мясом не надо, я бес, мы не едим мясо, это этически сложно.

Жанна посмотрела на беса. Он был лысым, нелепым, пахло от него кофе и отчаянием. Но в его глазах горел такой искренний огонь… или это отсвет от ноутбука?

— Хорошо, — сказала она. — Пирожки так пирожки. Но сначала — договор.

Филя просиял. Он вытащил из кучи бумаг чистый бланк, магическую ручку и написал сверху красивым подчерком:

«Договор о сотрудничестве между ведьмой Жанной Огневой и бесом Филимоном (далее — Филя)»

Пункт 1: Филя ведёт бухгалтерию, налоги и юридические вопросы. Пункт 2: Жанна печёт пирожки не реже двух раз в неделю. Пункт 3: Филя не ворует печеньки из общего запаса. Пункт 4: Жанна не называет Филю «мелким пакостником» даже в сердцах. Пункт 5: Прибыль делится 50/50 после вычета расходов на пирожки.

— Вы это серьёзно? — спросила Жанна.

— Абсолютно. Я бес, но я честный бес. — Филя протянул ей ручку. — Подписывайте.

Она подписала. И в ту же секунду договор засветился зелёным — магическая печать приняла его.

— Поздравляю, — сказал Филя. — Вы только что стали директором самого безнадёжного стартапа в этом городе. Ура нам. Теперь давайте искать офис. Этот подвал я сдаю за копейки, потому что хозяин — мой двоюродный брат, он живёт в аду и ему всё равно. Согласны?

Жанна оглядела подвал. Пахло сыростью, бумагой и надеждой.

— Согласна.

Они не успели даже отметить сделку чаем, как наверху что-то грохнуло. Жанна подняла голову — в окно, через которое она упала, заглядывал…

Ангел.

Настоящий. С крыльями. Но в деловом костюме, с планшетом в руках и с таким выражением лица, будто он пришёл выписывать штраф за неправильную парковку метлы.

— Добрый день, — сказал ангел ледяным голосом. — Меня зовут Гавриил. Я представляю корпорацию «Чистое небо». У нас есть информация, что в этом помещении планируется незарегистрированная коммерческая деятельность, связанная с трудоустройством тёмных рас. Это нарушает параграф 666 Магического Кодекса, пункт «О недопущении хаоса». Прошу предъявить лицензию.

Филя замер с печеньем во рту.

Жанна медленно выпрямилась, отряхнула юбку, посмотрела ангелу прямо в глаза и сказала:

— Лицензии пока нет. Но зато у нас есть договор, бес-бухгалтер и очень много пирожков. Приходите через неделю — покажем вам лицензию. А пока… — она взяла со стола Филю на руки, — пока мы заняты.

И она демонстративно закрыла окно, придавив сверху стопкой бумаг.

— Ты что творишь? — прошептал Филя. — Это же ангел! Они закрывают такие конторы за один день!

— Ничего, — сказала Жанна. — У нас есть неделя. А неделя — это вечность в мире бизнеса.

Она посмотрела на цветок, который уронила при падении. Цветок лежал на полу и почему-то уже не вял, а тянулся вверх, к свету.

— Видишь? — сказала она цветку. — Даже ты ожил.

Цветок молчал. Но Жанна могла поклясться, что он улыбнулся.