Как только старый Нил закончил говорить, пара призрачных глаз в полумраке за его спиной стремительно исчезла. Даже Клейн, находившийся в состоянии Духовного зрения, не смог уловить ни единого следа их присутствия.
— Это внешнее проявление ритуальной магии, — с усмешкой пояснил старик.
«Как любопытно… Получается, Духовное зрение — это просто усиленная версия глаз инь-ян?»[58] Словно ребенок, получивший новую игрушку, Клейн с огромным интересом отвел взгляд и принялся разглядывать каждый угол комнаты, пытаясь понять, чем нынешняя алхимическая лаборатория отличается от той, что он видел обычным зрением.
Полумрак очерчивал контуры предметов. Длинный стол, пробирки, весы, мензурки и шкафы ничуть не изменились с тех пор, как Клейн активировал Духовное зрение, и не излучали ни малейшего свечения.
«Неживые объекты лишены Духовности?» — мысленно пробормотал он, скользнув взглядом по серебряному сундучку на столе.
Внезапно он увидел исходящее изнутри сияние: одно было лазурным, как ясное небо, другое — ослепительным, словно россыпь звезд, а третье — багровым, будто полыхающее пламя!
— Материалы, полученные от сверхъестественных существ, сохраняют некую форму жизни… э-э, активность? Даже если их первоначальный владелец давно мертв? — тщательно подбирая слова, с неподдельным любопытством спросил Клейн.
— Если быть точным, в них сохраняются остатки Духовности. Это один из ключевых факторов успеха при приготовлении зелий, а также одна из первопричин потери контроля среди Потусторонних. Данн должен был тебе об этом рассказывать, — откровенно ответил старый Нил.
Вдруг вспомнив о чем-то, он невольно рассмеялся:
— Помнится, в рецепт «Сборщика трупов» входит высушенная взрослая черно-пятнистая лягушка. Чтобы выпить такое зелье, требуется немалая храбрость.
Представив эту картину, Клейн почувствовал легкую тошноту. Не став поддерживать веселье старика, он перевел взгляд на недостаточно освещенные, темные участки лаборатории. Однако там не оказалось ожидаемых почти невидимых духов или призраков.
— Разве Духовный мир не окружает нас повсюду? — с недоумением спросил он.
Старый Нил хмыкнул и велел:
— Малыш, повтори за мной: — Это штаб-квартира отряда Ночных Ястребов. Это подземелья Церкви Богини Вечной Ночи. И здесь полно Потусторонних! — Неужели ты думаешь, мы позволим духам и душам свободно бродить здесь? К тому же, Духовный мир и духи — это два совершенно разных понятия.
Клейн на мгновение почувствовал неловкость. Повернув голову и сделав вид, что разглядывает тусклый свет газовой лампы у потайной двери, он ответил:
— Я понял.
Внезапно межбровье у него задергалось, начался неконтролируемый спазм.
«Что происходит?» Клейн уже собирался обернуться и спросить, как вдруг заметил, что у самого входа в потайную дверь, на границе тускло-желтого света, неподвижно стоит почти прозрачная фигура. Она имела очертания человека, а цвет ее ауры идеально сливался с окружающей полутьмой, делая ее почти неразличимой.
С-с-с!
Межбровье Клейна пронзила острая боль, а перед глазами все поплыло. Сосредоточив взгляд, он попытался присмотреться, но никакой «невидимой» фигуры там уже не было!
«Странно…» Он обернулся и произнес:
— Мистер Нил, у меня дергается межбровье, и немного болит.
— Ха-ха, это абсолютно нормально. Ты ведь только что стал Потусторонним. Духовное зрение ложится тяжелым бременем на твое Духовное тело, постоянно истощая его. Внешне это проявляется как пульсация в межбровье, колющая боль в голове, обостренная чувствительность и легкие галлюцинации. Кроме того, в состоянии Духовного зрения ты легко можешь испытывать дискомфорт в незнакомой обстановке или поддаваться чужим эмоциям. Все это требует внимания. Тебе придется раз за разом практиковаться, чтобы привыкнуть и научиться блокировать эти эффекты. И еще: используй Духовное зрение экономно и вовремя его отключай, — с улыбкой пояснил старик.
«Почему мне кажется, что ты откровенно злорадствуешь…» — Клейн поспешил задать следующий вопрос:
— А как выйти из этого состояния?
Изначально он хотел упомянуть о замеченной «невидимой» фигуре, но, услышав в списке симптомов «легкие галлюцинации», отбросил эту мысль.
Вкупе с пульсацией и покалыванием в межбровье, объяснение старого Нила полностью расставляло все по своим местам!
— Так же, как и раньше: визуализируй предмет, собери внимание, затем перейди в состояние медитации. Закрой глаза, возьми Духовность под контроль и мысленно прикажи ей остановиться. Когда ты откроешь глаза, Духовное зрение будет отключено.
Старый Нил объяснял все неспешно и лишь под конец добавил:
— Конечно, это самый долгий и топорный способ. С помощью тренировок мы можем в состоянии медитации раз за разом давать себе установку, воздействуя на Духовность, и создать простой жест-переключатель. Например, я могу дважды легонько постучать себя по межбровью, чтобы активировать Духовное зрение, и еще дважды — чтобы отключить его. Как именно настроить этот переключатель, зависит только от твоих привычек и предпочтений.
— Понял, — немного подумав, Клейн решил последовать примеру наставника и использовать двойное постукивание по межбровью.
«Один раз» легко спутать с инстинктивным почесыванием лба, «три раза» — может отнять драгоценное время в критической ситуации, а щелчок пальцами или нечто подобное выглядит слишком вызывающе и привлекает лишнее внимание.
Собрав внимание, он визуализировал сливающиеся воедино светящиеся сферы и вновь вошел в состояние медитации.
Под руководством старого Нила, пройдя через многократные самовнушения и тренировки, он наконец «настроил» свой переключатель.
Слегка сжав руку в кулак, Клейн дважды постучал костяшкой у основания указательного пальца по межбровью. Перед его глазами тут же вспыхнули ауры разной толщины и цвета.
Постучав еще дважды, он вернул зрение в норму — без единой аномалии.
— Наконец-то освоил… — с радостью выдохнул юноша.
И только в этот момент он осознал, насколько сильно измотан: казалось, он может уснуть прямо на ходу. Голова была пустой и гудела, словно он не спал три ночи подряд.
Старый Нил с улыбкой сказал:
— Мы не «Бессонные». После каждой изнурительной тренировки или чрезмерного использования Духовного зрения нам требуется сон для восстановления сил. Можешь идти домой. Как следует отдохни, а во второй половине дня прогуляйся от дома Уэлча до улицы Железного Креста — постарайся как можно скорее найти зацепки, связанные с дневником семьи Антигон. А завтра мы продолжим изучение оккультизма. Разумеется, не забывай и о чтении исторических документов.
— Хорошо, — Клейн обеими руками и ногами поддерживал план старого Нила.
Взяв трость и выйдя из алхимической лаборатории, юноша дождался, пока потайная дверь закроется, а старый Нил вернется в хранилище оружия. Потирая ноющее межбровье и виски, он оперся на перила и ступенька за ступенькой побрел наверх.
В этот момент сзади подошел Данн Смит. Уголки его губ слегка приподнялись, а глубокий взгляд остановился на юноше:
— Старый Нил сказал, что ты отлично справляешься. И с медитацией, и с Духовным зрением.
— Возможно, это просто особенность пути «Провидца», — скромно ответил Клейн.
Он догадался, что Данн только что подменял старика, охраняя арсенал.
Капитан замедлил шаг, поравнявшись с Клейном, и после нескольких секунд молчания, не поворачивая головы, произнес:
— Запомни: любопытство сгубило кошку. И оно же губит Потусторонних. Не пытайся докопаться до шепотков, которые не должен слышать, и до сущностей, которые не должен видеть.
— Я понял, — Клейн воспринял это как очередное предупреждение об опасности потери контроля.
Войдя в офис охранного предприятия «Черный Терн», он попрощался с Розанной, которая явно еще не знала о его становлении Потусторонним. Неторопливо выйдя на улицу, он сел на конный трамвай до улицы Нарциссов и по пути едва не уснул.
Время близилось к полудню, температура воздуха составляла около двадцати шести-семи градусов. Клейн снял с пояса медный ключ и открыл дверь своего нового дома.
Внутри еще не хватало многих вещей; гостиная и столовая казались пустыми. Бансон и Мелисса, один на работе, другая в школе, давно ушли.
Клейну было не до хозяйства. Закрыв за собой дверь, он быстро поднялся наверх и вошел в свою спальню с книжным шкафом.
Сняв фрак и повесив его на вешалку, он с нетерпением рухнул на кровать и, едва коснувшись головой подушки, провалился в глубокий сон.
Клейн проснулся от яркого солнечного света. Повернув голову и медленно открыв глаза, он обнаружил, что солнце в самом зените.
«Который час? Неужели я проспал дневное собрание Клуба Таро?» — с трудом поднявшись, он подошел к вешалке, так как его карманные часы все еще лежали во внутреннем кармане фрака.
Он не только забыл выложить их, но и забыл закрыть дверь спальни и задернуть шторы на эркерном окне.
Щелк!
Достав часы и откинув крышку, Клейн с облегчением выдохнул.
Было чуть больше двенадцати. До назначенных трех часов дня оставалось еще уйма времени.
Сегодня был понедельник — день их собрания с Повешенным и Справедливостью.
Сделав задумчивое лицо, Клейн дважды постучал по межбровью. Мир перед глазами изменился, и он увидел, что его собственная аура вернула себе яркий и здоровый цвет.
Снова постучав дважды, он отключил Духовное зрение, неторопливо спустился на первый этаж, вскипятил чайник, заварил дешевого чая и сжевал буханку ржаного хлеба, намазав ее остатками сливок.
После этого он достал учебники по истории и конспекты прежнего владельца и принялся неспешно «повторять» и закреплять материал.
В две часа пятьдесят семь минут пополудни Клейн закрыл книги, надел колпачок на ручку и с легким шорохом задернул шторы.
Затем он запер дверь спальни на ключ, погрузив комнату в глубокий полумрак.
Дважды постучав по межбровью, он активировал Духовное зрение и огляделся по сторонам.
Убедившись, что в комнате не таятся невидимые сущности, Клейн отключил зрение, достал часы и сверил время.
Тик-так, тик-так.
Без одной минуты три он, как и в прошлый раз, сделал четыре шага против часовой стрелки, очерчивая квадрат и мысленно произнося по-китайски соответствующие заклинания.
Разве что на этот раз он не стал раскладывать хлеб по углам.
Закрыв глаза, Клейн почувствовал легкий зуд на тыльной стороне ладони. Казалось, четыре черные точки, образующие маленький квадрат, вновь проступают и становятся выпуклыми.
В ушах вновь раздались безумные вопли и соблазнительный шепот, но на этот раз головная боль была не такой невыносимой.
И дело было не в том, что он перестал поддаваться их влиянию, а в том, что теперь он мог силой воли заставить себя не вслушиваться в них.
Став Потусторонним, в подобной обстановке он обрел толику самоконтроля.
Вскоре его «тело» стало легким и воспарило ввысь. Перед ним раскинулся окутывающий всё серый, бескрайний и туманный простор, усеянный темно-красными «звездами». Две из них, казалось, имели с ним некую тонкую связь, вызывая необъяснимое чувство дежавю.
Взглянув на свой размытый силуэт, Клейн с недоумением пробормотал:
— Это и есть Астральное тело, о котором говорил старый Нил?
Постояв спокойно несколько секунд, он вновь воздвиг над серым туманом тот величественный храм, длинный бронзовый стол прямо под куполом и двадцать два кресла с высокими спинками, украшенными символами различных созвездий.
Клейн чинно проследовал к креслу во главе стола и сел, окутав свое тело и лицо еще более густым серым туманом. Затем он вытянул правую руку и, словно нажимая на невидимые кнопки, коснулся двух знакомых «багровых» звезд, устанавливая ту самую мистическую связь.