Для нынешнего Клейна простые магические ритуалы стали таким же привычным и обыденным делом, как еда или питье. Вскоре он закончил подготовку материалов и зажег свечу, символизирующую его самого.

Глядя на мерцающее, тускло-желтое пламя на письменном столе, Клейн внезапно поймал себя на весьма забавной мысли:

«А это не считается тем, что я сам по себе ставлю свечку?»[140]

«Черт возьми, о чем я вообще думаю!»

* * *

Обуздав свои мысли, он взял щепотку порошка из черного гнилоцвета, относящегося к сфере Смерти, и легонько посыпал им пламя свечи. Воздух мгновенно наполнился резким запахом, до боли напоминающим формалин из его прошлой жизни.

Следом он капнул туда же «экстракт полной луны» — атрибут, тесно связанный с Богиней Вечной Ночи.

Под тихое шипение пространство вокруг погрузилось в абсолютную тишину, наполнившись незримой, едва уловимой пульсацией.

Клейн сделал шаг назад и низким голосом зачитал на древнем гермесе:

— Я!

Затем он перешел на обычный гермес:

— Я призываю своим именем;

— Дух, блуждающий в пустоте; существо высших сфер, покорное чужой воле; посланник, принадлежащий исключительно Дейли Симон.

У-у-у!

Внезапно поднявшийся ветер завыл, словно кто-то горько зарыдал, а тускло-желтое пламя свечи мгновенно окрасилось в призрачный, темно-синий цвет.

В его свете стена за письменным столом пошла едва заметной, прозрачной рябью. И прямо из нее проступило жуткое, гротескное лицо — лишенное бровей, глаз и носа, с одним лишь огромным ртом.

Рот широко распахнулся, исторгнув длинный, кроваво-красный язык, сплошь усеянный кривыми, острыми клыками. А на самом кончике этого языка топорщились пять тонких, костлявых пальцев. Они то сжимались, то разжимались, явно дожидаясь письма.

«И это посланник мадам Дейли? По сравнению с тем, что призывал мистер Азик, это просто детские игрушки… Нет, даже это сравнение не передает всей пропасти между ними. Один — исполинский взрослый гигант, а другой — крошечный человеческий младенец… Интересно, это заслуга того самого медного свистка, или дело в личной мощи самого мистера Азика? Пожалуй, мне стоит кардинально пересмотреть свое отношение к нему. Вполне вероятно, что он — эксперт высокой Последовательности…»

«Ой, совсем вылетело из головы! Нужно было расспросить мадам Дейли о названиях 4-й и 3-й Последовательностей пути „Сборщика трупов“. Раз уж мистер Азик с огромной долей вероятности принадлежит именно к этой цепочке. Впрочем, далеко не факт, что он продвигался с помощью магических зелий… Возможно, всё дело в наследственности… Ладно, спрошу в следующий раз. Посланник уже заждался…»

Внимательно разглядев жуткое создание еще пару секунд, Клейн вложил заранее сложенное письмо прямо в «руку» на языке посланника, убедившись, что пальцы крепко его сжали.

Вшух!

Посланник молниеносно втянул язык, проглотив письмо. Призрачное, гротескное, непрерывно извивающееся лицо тут же вжалось обратно в стену и бесследно исчезло.

«Надо признать, магические методы — это чертовски круто и удобно. Жаль только, что их нельзя внедрить в массы…» — Клейн, глядя на вернувшее свой привычный цвет пламя свечи, покачал головой и завершил ритуал.

* * *

Утро понедельника. Баклунд, Район Императрицы.

В укромном, скрытом от посторонних глаз уголке муниципального сада, построенного на пожертвования герцога Нигена, Сью Дилча с вечно растрепанными светлыми волосами и источающая ауру лени Форс Уолл остолбенело пялились на своего связного. Они напрочь лишились дара речи, не зная, как с «этим» поздороваться.

Едва перешагнувшая отметку в полтора метра, миниатюрная и хрупкая Сью во все глаза смотрела на огромного золотистого ретривера, который радостно вилял хвостом и высовывал язык. Поправив на себе костюм рыцаря-ученика, девушка, тщательно подбирая слова, произнесла:

— Ты и есть тот самый посланник, которого прислала мисс Одри?

«О Богиня, и зачем я на полном серьезе разговариваю с собакой…»

Форс, зажав тонкими пальцами сигарету, усмехнулась:

— А вдруг это какое-нибудь магическое существо?

— Что-то я не припомню магических существ, которые были бы настолько похожи на обычную собаку… — на полном серьезе парировала Сью.

Сьюзи тут же чинно уселась, закрыла пасть и указала лапой на свой живот.

Там, в густой длинной шерсти, был надежно закреплен небольшой кожаный кошелек.

Сью воровато огляделась по сторонам. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, она торопливо шагнула вперед, наклонилась и отстегнула сумочку.

Форс с любопытством бросила взгляд на находку, и выражение ее лица внезапно стало крайне странным:

— Крокодиловая кожа… Причем чувствуется стиль именитого дизайнера Седеса… Подумать только, она использует такую сумочку для банальной курьерской доставки…

— … Иными словами, она жутко дорогая? — Сью слегка приподняла кожаный кошелек.

Форс плотно сжала губы и предельно серьезно кивнула.

Движения Сью мгновенно замедлились до комичного предела. Она с замиранием сердца, едва дыша, потянула за молнию и извлекла сложенный листок бумаги, словно держала в руках бесценную антикварную вазу.

Бегло прочитав послание, она передала его Форс.

Писательница внимательно изучила текст, после чего поднесла бумагу к сигарете. Она молча наблюдала, как пламя пожирает лист, превращая его в черный пепел, осыпающийся прямо на землю.

— Никаких дополнительных сведений, — Сью машинально надула губы и выудила из кармана своего костюма стопку сложенных листов.

Напустив на себя строгий, начальственный вид, она посмотрела на Сьюзи и на инстинктах строго-настрого наказала:

— Это наши отчеты о расследовании за последние несколько дней. Ты обязана передать их лично в руки мисс Одри Холл.

Сьюзи вздрогнула от испуга, поспешно выпрямила спину и принялась лихорадочно вилять хвостом, всем своим видом выражая послушание.

Сью удовлетворенно кивнула, затолкала отчеты в кожаный кошелек и аккуратно закрепила его обратно на теле собаки.

Сьюзи радостно тявкнула и пулей сорвалась с места, растворившись среди деревьев парка.

* * *

Роскошный особняк семьи Холл.

Одри сидела на диване в своей гостиной. Вооружившись ножом для вскрытия писем, она как раз собиралась вскрыть конверт.

Послание прибыло прямиком с Южного континента, из Империи Балам, от ее второго по старшинству брата. К письму прилагалась еще и внушительная посылка.

В этот самый момент дверь приоткрылась, и в комнату мелкими, частыми шажками вбежала Сьюзи.

Золотистая ретриверша чинно уселась на ковер перед Одри и выразительно похлопала лапой по кожаной сумочке.

— Ты просто самый лучший на свете курьер! — Одри совершенно не скупилась на похвалу.

Сьюзи оглянулась на дверь и, заставив воздух вибрировать, тихонько произнесла:

— Твоя подруга такая строгая… Когда я на нее смотрю, мне сразу вспоминается прошлое. Те времена, когда нас муштровали настоящие, суровые охотники.

Она досталась графу Холлу совершенно бесплатно — как подарок при покупке элитных охотничьих собак.

«Сьюзи, твой лоэнский с каждым днем становится всё лучше и лучше… Вот только с логикой построения фраз пока еще есть крошечные проблемы…» — с улыбкой подумала Одри, наблюдая за тем, как собака ловко отстегивает кошелек и привычным движением тянет застежку-молнию.

Девушка многозначительно подмигнула. Ретриверша мгновенно всё поняла: вскочив на лапы, она бросилась к двери и щелкнула замком, заперев ее изнутри.

* * *

«…Я не стал заваливать тебя подарками. Выбрал лишь парочку безделушек с истинно баламским колоритом. Например, отрез их знаменитого желтого шелка или украшения, пропитанные мотивами поклонения Смерти».

«Я помню, ты всегда питала слабость к мистицизму. Буду держать ухо востро и поищу что-нибудь интересное. Здешний фольклор и поверья насквозь пропитаны магией и тайнами…»

…

Дочитав послание, Одри взяла планшет, чистый лист и ручку. Откинувшись на спинку дивана и слегка поджав губы, она принялась старательно выводить ответ:

«Мой самый дорогой и любимый Альфред!»

«Хоть с твоего отъезда и прошло меньше года, та маленькая, наивная девочка из твоих воспоминаний уже успела повзрослеть. Я больше не увлекаюсь мистикой, так что тебе совершенно не нужно тратить время на поиски подобных вещей».

«Потому что это до смерти опасно…» — мысленно добавила Одри, слегка надув щеки.

За последнее время, побывав на собраниях Потусторонних и вдоволь наслушавшись историй от Сью и Форс, она узнала о стольких пугающих, кровавых трагедиях, связанных с мистикой, что у нее волосы вставали дыбом.

Немного подумав, она с воодушевлением вывела новую строчку:

«Теперь все мои интересы лежат в плоскости биологии! В последнее время я просто без ума от семицветных драконов-ящериц и прочих полудраконов. Не мог бы ты навести справки и разузнать, где можно отыскать подобных созданий или хотя бы их безупречно сохранившиеся останки?»