Ветер, дующий из подземелья, нес с собой жутковатый холод. Клейн, чьи нервы были натянуты до предела, внезапно почувствовал легкое облегчение.
«Наконец-то…»
«Стоит мне лишь пройти через это, и как минимум полгода мне не придется беспокоиться о подобных проверках…»
«Как только я перейду на 8-ю Последовательность и стану „Клоуном“, я обрету реальные боевые навыки. Если прибавить к этому помощь гаданий и „Талисман Испепеляющего Солнца“ в качестве козыря в рукаве, то даже в случае серьезной опасности у меня будут весьма неплохие шансы выжить…»
«Дожидаясь проверки из Священного Собора, я даже не стал снимать те триста фунтов, что мисс „Справедливость“ перевела на анонимный счет. Боялся, что они вычислят мои финансовые махинации и обвинят в наличии незаконного богатства неясного происхождения…»
Пока эти мысли безудержным вихрем проносились в голове Клейна, Данн Смит поправил воротник рубашки и низким голосом произнес:
— Эту проверку будет проводить Крестет Сесима, один из девяти старших диаконов Ночных Ястребов. Священный Собор относится к тебе весьма серьезно.
— Старший диакон? — ошарашенно выпалил Клейн.
Тринадцать архиепископов и девять старших диаконов составляли костяк высшего руководства Церкви. Ходили слухи, что среди них немало экспертов высоких Последовательностей!
Эти двадцать два джентльмена и леди были абсолютно равны в статусе. Они повиновались лишь божественным откровениям Богини Вечной Ночи и подчинялись напрямую Папе.
Данн вдохнул прохладный подземный воздух и едва заметно кивнул:
— Да, старший диакон. Но тебе не о чем волноваться. Крестет находится лишь на 5-й Последовательности. Он еще не перешагнул в ранг «полубогов», так что не стоит испытывать перед ним чрезмерного трепета и страха.
— Его титул во всем сверхъестественном мире — «Меч Богини». Поскольку он заслужил признание одного священного артефакта, его боевая мощь ничуть не уступает тем, кто только-только перешел на 4-ю Последовательность.
— Я уже успел с ним переговорить. Он настроен весьма доброжелательно.
«Подтекст слов капитана кристально ясен: он сказал лишь то, что следовало, и умолчал о том, о чем нужно было молчать. Он просит меня не нервничать и действовать строго по плану…» — Клейн с задумчивым видом кивнул и спросил:
— И где же мне предстоит встретиться с этим старшим диаконом?
— В алхимической лаборатории, где мы варим зелья, — лаконично ответил Данн, и по его лицу внезапно скользнула тень печали.
«В алхимической лаборатории? В той самой, где старый Нил варил мне зелье „Провидца“?» — Клейн медленно выдохнул. Вернувшись в комнату отдыха Ночных Ястребов, он снял с вешалки свое пальто.
Облачившись в легкий черный плащ и сунув руки в карманы, юноша шаг за шагом начал спускаться по извилистой лестнице, ведущей глубоко в подземелье. Дойдя до перекрестка, он свернул налево.
Вскоре Клейн увидел потайную дверь, освещенную рядами элегантных газовых ламп. Длинные столы внутри лаборатории были сдвинуты к стенам, освобождая просторную площадку в самом центре.
Там стояли два классических кресла с высокими спинками, обращенные друг к другу на расстоянии меньше метра.
В кресле, обращенном к двери, сидел мужчина лет тридцати, одетый в черный плащ и белоснежную рубашку.
Его золотисто-каштановые волосы были коротко острижены, а темно-зеленые глаза напоминали безлунное ночное озеро. Воротники рубашки и плаща были высоко подняты, полностью скрывая подбородок в густой тени.
— Добрый день, Ваше Превосходительство Сесима, — Клейн слегка склонился в изящном поклоне.
Клейн внезапно вырвался из оков удушающей усталости, вновь обретя былую бодрость и ясность мысли.
«Он подчинил меня своему влиянию абсолютно незаметно… Таков уровень 5-й Последовательности? Такова пугающая мощь старшего диакона?» — с легким содроганием вспоминая произошедшее, подумал юноша.
Крестет Сесима, скрестив пальцы, опустил руки на колени. Он слегка ссутулился, так что даже его губы скрылись за высоким воротником:
— Ты прошел проверку. Твой уровень контроля над зельем превосходит даже оценку «отлично».
— Теперь мне предстоит выяснить, не таится ли в твоем теле, разуме или духе скрытая угроза. Не исказили ли остаточные духовные отпечатки зелья твой характер, не оставили ли они после себя червоточин.
— У тебя есть три минуты, чтобы привести себя в порядок и подготовиться.
Клейн без промедления кивнул:
— Понял.
Сделав глубокий вдох, он медленно погрузился в состояние медитации, отсекая все лишние, тревожные мысли.
Крестет больше не проронил ни слова. Выудив из внутреннего кармана черного плаща серебряные карманные часы, он со щелчком откинул крышку.
Затем он пристально, не отрывая взгляда, наблюдал за бегом секундной стрелки.
Ровно через три минуты Крестет со звонким щелчком захлопнул часы и с улыбкой в голосе произнес:
— Я начинаю песнопение.
«Песнопение?» — на лице Клейна отразилось искреннее непонимание.
Не дав юноше и слова вставить, Крестет начал напевать мелодичный, тягучий мотив.
Эта мелодия эхом разнеслась по алхимической лаборатории, но вскоре начала терять свою гармоничность, распадаясь на диссонирующие, фальшивые ноты.
Скр-р! Скр-р-р! Визг! Клейну показалось, будто кто-то с остервенением царапает ногтями по классной доске. Будто кто-то трет друг о друга куски пенопласта. Будто прямо над ухом взревела дрель. В его мозг ворвалась какофония самых омерзительных, сводящих с ума звуков.
— Ты утверждаешь, что почерпнул вдохновение из девиза «Тайнозрителей» и примера Дейли?
— Именно так, — Клейн для начала дал утвердительный ответ, а затем пустился в детальные объяснения. — Один мой товарищ-«Тайнозритель» поведал мне, что те из них, кто неукоснительно следует своему девизу, теряют контроль куда реже остальных. А позже до меня дошли слова мадам Дейли. Она заявляла, что намерена стать истинным «Медиумом». И она — гений, достигший 7-й Последовательности всего за два года.
— Сопоставив эти два факта, я решил: а почему бы не попытаться стать истинным «Провидцем»? Я начал наблюдать, систематизировать свой опыт и вывел собственный «Кодекс Провидца». Признаться честно, результаты превзошли все мои ожидания. Я овладел зельем поразительно быстро. Ваше Превосходительство Сесима, я не знаю, доводилось ли вам испытывать нечто подобное, но когда зелье усваивается без остатка, вас охватывает совершенно особенное, ни с чем не сравнимое чувство… — Клейн щедро делился своими переживаниями, намеренно завуалировав и размыв саму суть «метода отыгрыша».
Окажись он в подобной ситуации в прошлой жизни, он бы наверняка залился краской и заикался от страха, пытаясь скормить столько полуправды столь могущественному Ночному Ястребу. Но с момента перемещения в этот мир ему приходилось лгать так часто, что это вошло в привычку. Его актерская игра была просто безупречной.
Глубина и непроницаемость, таившиеся в темно-зеленых глазах Крестета, исчезли. Его взгляд вновь стал спокойным, и он с легкой усмешкой произнес:
— Можешь быть спокоен. Это вовсе не иллюзия.
В его ответе Клейн не уловил ни малейших ноток подозрения или придирчивого допроса, отчего камень на душе юноши стал заметно легче.
— Данн подтвердил твой рассказ. Полагаю, ты и впрямь наделен блестящей логикой и острой интуицией. Ты настоящий гений, — похвалил его Крестет, но тут же задал новый вопрос: — Поделился ли ты этими выводами со своими товарищами по команде?
— Разумеется, — откровенно признался Клейн. — Я искренне желаю помочь им снизить риски потери контроля. Мы товарищи. Мы те, кому предстоит стоять плечом к плечу перед лицом смерти. У меня не было ни единой причины утаивать от них это открытие. Но именно по этой же причине я не стал посвящать в это гражданских сотрудников.
Крестет опустил закинутую ногу и сел прямо. Его тонкие губы наконец-то показались из густой тени высокого воротника.
Уголки его рта поползли вверх:
— Пусть ты состоишь в рядах Ночных Ястребов меньше двух месяцев, но твое понимание товарищества куда глубже, чем у многих ветеранов.
— Что ж… Я планирую поделиться с тобой кое-каким ценным опытом. Но, согласно правилам Священного Собора, ты обязан поклясться именем Богини, что ни словом не обмолвишься о нашей грядущей беседе тем, кто еще не посвящен в эти тайны.
— Тебя это устроит?
«Я прошел проверку?» — Клейн мысленно возликовал и закивал без малейших колебаний:
— Никаких проблем!
«Пусть теперь я и не смогу напрямую обучать других „методу отыгрыша“, у меня всё еще остаются мисс „Справедливость“ и господин „Повешенный“! Я смогу нести свет знаний через них!»