Характерный широкий подбородок, стянутые на затылке в пучок волосы на манер древних рыцарей, ледяная усмешка в глазах… Сью Дилча, полулежа на диване, скрупулезно изучала карандашный набросок, который ей передала Одри.

В ее глазах это был не просто человек, а ходячие, живые золотые фунты.

Намертво впечатав в память внешность пиратского адмирала Цилангоса, она перешла к чтению дополнительных примечаний:

«Каштановые волосы, темно-зеленые глаза».

«Портрет служит лишь для ознакомления, поскольку цель обладает способностью принимать облик других людей. Длительность трансформации неизвестна».

«Портрет лишь для ознакомления… Цель способна менять внешность… Лишь для ознакомления, менять внешность… И ради чего я тогда с таким усердием заучивала каждую черточку на этом наброске⁈» — Сью застыла в оцепенении, всем своим существом ощутив насмешку мироздания.

В растерянности подняв голову, она посмотрела на лениво развалившуюся на соседнем диване Форс Уолл и пробормотала, словно разговаривая сама с собой:

— Его же просто невозможно найти. Мы не знаем, как он выглядит, знаем лишь, что он чужак. А в Баклунд каждый день прибывают такие толпы чужаков, что их даже сосчитать нереально.

Форс напрягла мышцы пресса, силясь сесть, но после трех тщетных попыток потерпела позорное фиаско.

— Я всего лишь «Ученик», а не «Арбитр»… — проворчала она. Упершись рукой в спинку дивана, она всё же смогла перевести тело из горизонтального положения в вертикальное.

— Может, та юная мисс решила, что мы какие-нибудь пророки? — пошутила Форс.

Сью уже открыла было рот, чтобы ответить, но вдруг заметила, что на листке есть еще несколько дополнительных пунктов.

Понизив голос, она зачитала их вслух:

— «Рекомендуется искать по следующим направлениям:»

— «Во-первых, при Цилангосе находится некий зловещий артефакт, который каждые два дня должен пожирать плоть и душу живого человека. Стоит обратить внимание на исчезновения бродяг».

— «Во-вторых, необходимо скрупулезно собрать всю доступную информацию о Цилангосе, чтобы вычислить его уникальные пристрастия и поведенческие паттерны».

— «В-третьих, человек способен изменить черты лица, но если он не проходил специальной подготовки, его истинная натура непременно проявит себя. Например, в любимой еде, в походке, в привычных жестах и прочих мелких деталях».

Выслушав всё это, Форс едва заметно кивнула:

— А мисс Одри далеко не такая наивная и простодушная, как о ней судачат в свете. У нее весьма тонкий ум и поразительно холодная, рассудочная наблюдательность.

— Да неужели? — с долей сомнения переспросила Сью. И, не дожидаясь ответа, предложила: — Тогда я беру на себя сбор информации, а ты займешься анализом этой кучи золотых фунтов… то есть, я хотела сказать, пристрастий и повадок этого пиратского адмирала. Согласна?

Глаза Форс мгновенно округлились. Потрясывая в воздухе металлическим портсигаром с самокрутками, она возмутилась:

— Как у тебя язык повернулся? Как ты вообще могла предложить такой тонкой, ранимой писательнице заниматься подобной нудятиной: всё это систематизировать, анализировать и выстраивать логические цепочки?

Сью искоса взглянула на подругу, бессознательно излучая ту самую непререкаемую ауру властности:

— Но ведь в твоей «Грозовой усадьбе» есть просто блестящий эпизод с дедукцией.

Форс вжала голову в плечи. Опустив взгляд на кофейный столик, она парировала:

— Ты хоть представляешь, сколько волос у меня выпало и скольких часов сна я лишилась ради этого самого эпизода с дедукцией?

Резко вскинув голову, она бросила беглый взгляд на Сью Дилчу, затем снова уткнулась в стол и проворчала:

— Человеческая жизнь и без того слишком коротка, а успеть нужно так много. Так с какой стати мы должны тратить свое драгоценное время на столь нудную, выматывающую рутину?

«А ведь звучит чертовски логично…» — Сью едва не закивала в знак согласия, лишь огромным усилием воли сохранив ледяное величие «Арбитра».

— И что ты предлагаешь? У тебя есть другой способ решить эту проблему? — она намеренно понизила голос, пытаясь придать своему детскому, звонкому тембру хоть немного солидности.

Форс всерьез задумалась на добрый десяток секунд, после чего радостно вскинула голову:

— Мы можем нанять профессионала! Как только ты соберешь досье на вице-адмирала Урагана, мы просто вымараем его имя и отнесем все бумаги толковому детективу! Пусть он сам всё систематизирует, анализирует и выстраивает дедуктивные цепочки. А нам останется лишь оплатить его консультацию!

«И как мне самой это в голову не пришло…» — разум Сью на мгновение отключился. Подруги уставились друг на друга, и в комнате повисла тишина.

Когда пауза стала уже откровенно неловкой, Сью прочистила горло и произнесла:

— Договорились. Поступим, как ты предложила.

Не успели эти слова слететь с ее губ, как она торопливо добавила:

— Но услуги детектива оплачиваешь ты!

* * *

Хаулс-стрит, Клуб гадателей.

— Добрый день, мистер Моретти, — с радостным удивлением поприветствовала его очаровательная администратор Анжелика. — Какая редкость — вы заглянули к нам в пятницу.

Клейн, вымотанный до предела бесконечными поисками того самого дома с красным дымоходом, ответил ей легкой улыбкой:

— Судьба не терпит однообразия. Она всегда готова преподнести нам парочку сюрпризов.

Его путь как раз пролегал мимо клуба, а оплаченное время аренды кареты уже подошло к концу. Поэтому он решил зайти, чтобы выпить чашечку черного чая и немного перевести дух.

К тому же, это был его последний подготовительный шаг. Заручившись свежим «опытом» работы в Клубе гадателей, он получал железное, логичное обоснование для подачи того самого особого прошения Данну Смиту.

— Ваши слова всегда так полны глубокой философии, — искренне восхитилась Анжелика.

Клейн немного подумал и, тщательно подбирая слова, произнес:

— Боюсь, впредь я буду появляться в клубе гораздо реже. Вам больше не нужно рекомендовать меня новым клиентам.

Зелье было усвоено без остатка, и теперь ему предстояло двигаться к новой цели!

— Но почему? — с искренним изумлением и растерянностью спросила девушка. — Вы ведь уже сделали себе здесь прекрасное имя. Почти все знают, насколько точны и поразительны ваши предсказания. Мы даже подумывали пригласить вас в качестве лектора на воскресные семинары.

«Платили бы вы по целому фунту за каждый сеанс, я бы стиснул зубы и вкалывал здесь до седьмого пота… К тому же мне нужно прочесать еще целую кучу домов с красными дымоходами, чтобы как можно скорее вывести этого кукловода на чистую воду…» — мысленно проворчал Клейн, а вслух с мягкой улыбкой ответил:

— Мисс Анжелика, не стоит меня отговаривать. Такова воля судьбы.

— Я вовсе не прощаюсь навсегда. Я просто сокращу частоту своих визитов, а членские взносы буду оплачивать точно в срок.

«Всё равно смогу потребовать возмещения расходов… Заодно и приглядывать за клубом время от времени не помешает…» — беззвучно добавил он.

— Какая жалость, — со вздохом произнесла Анжелика. — Искренне надеюсь, что когда меня одолеют сомнения, вы случайно окажетесь поблизости.

Пережив первый шок, девушка с удивлением осознала, что эта новость не стала для нее громом среди ясного неба.

«Видимо, столь поразительный, испытывающий истинное благоговение перед судьбой предсказатель просто не мог вечно прозябать в каком-то заурядном клубе Тингена…» — подумала она и, вырвавшись из своих мыслей, с улыбкой спросила:

— Сиборнский черный чай?

— Да, — Клейн ответил ей такой же улыбкой.

Просидев в клубе минут десять и спокойно допив свой чай, юноша покинул заведение. На общественном конном трамвае он добрался до улицы Нарциссов.

Отпирая дверь, Клейн по привычке заглянул в почтовый ящик и обнаружил там свежее письмо.

Быстро вскрыв конверт, он увидел, что послание пришло от мистера Азика:

«…Я отправляюсь в городок Морс в это воскресенье. Вернусь в среду».

«Жители городка Морс почти поголовно веруют в Богиню Вечной Ночи… Если он отправится туда в воскресенье, то, судя по обычным бюрократическим проволочкам, Ночные Ястребы получат рапорт во вторник или даже в среду. Как раз идеально, я успею… Мистер Азик и впрямь не забыл о моей просьбе… Остается лишь надеяться, что он не забудет и о том, что ему нельзя светиться самому. Призовет какого-нибудь призрака, нагонит страху — и дело с концом…» — Клейн едва заметно кивнул. Высвободив толику Духовности, он трением пальцев поджег письмо.

Взмахнув рукой, юноша позволил легкому серому пеплу медленно осыпаться на пол.

* * *

Утро субботы. Клейн, облаченный в легкий черный плащ и шелковый полуцилиндр, сжимая в руке трость с серебряным набалдашником, неспешно переступил порог охранного предприятия «Черный Терн».

Поздоровавшись с Розанной, он бросил взгляд в сторону перегородки. Заметив, что дверь в кабинет капитана приоткрыта, юноша намеренно, ничуть не понижая голос, произнес:

— Вчера вечером в Клубе гадателей я встретил девушку, поразительно похожую на тебя.

— Да неужели? — с неподдельным интересом отозвалась Розанна.

Клейн с абсолютно невозмутимым видом закивал:

— Да, чистая правда. Я даже грешным делом решил, что вы сестры.

— Спешу тебя разочаровать: у меня нет сестер. Ни родных, ни двоюродных, — хихикнула девушка. — Ты хоть имя ее запомнил?

— Разумеется, нет. С какой стати мне запоминать ее имя? — усмехнулся Клейн. — Если вы так похожи, мне вполне достаточно видеть тебя каждый день.

— Могу я расценить это как изящный комплимент? — Розанне, как всегда, не требовался собеседник для поддержания разговора, она справлялась сама. — Клейн, ты ведь наверняка сколотил в Клубе гадателей целое состояние? Будучи самым настоящим Провидцем, ты оставил тех дилетантов далеко позади.

«Если мы не будем затрагивать эту больную тему, мы останемся прекрасными коллегами…» — Клейн легонько откашлялся и произнес:

— Истинный Провидец обязан испытывать благоговение перед судьбой. Нам категорически запрещено использовать свои навыки ради сверхприбылей.

— Ты что, выводишь собственный девиз Провидца? — с любопытством спросила Розанна.

— Именно так, — честно признался юноша.

Перекинувшись с ней еще парой дежурных фраз, он взмахнул рукой на прощание и, сжимая шляпу, направился за перегородку.

Тук-тук-тук. Глядя на хлопочущего над кофеваркой Данна Смита, он ритмично постучал в приоткрытую дверь.

— Войдите, — Данн бросил на него мимолетный взгляд и поспешно принял солидную позу.

За эти пару дней Клейн уже успел прощупать почву. Он убедился, что капитан, хоть и приступил к практике «метода отыгрыша», не обмолвился об этом ни единой живой душе, явно опасаясь реакции церковной верхушки.

Убедившись в этом, юноша закрыл за собой дверь, уселся на стул напротив и с предельно торжественным, едва скрывающим волнение видом произнес:

— Капитан, я чувствую, что полностью овладел зельем «Провидца».

— Я хочу подать особое прошение.