«Происхождение этой золотой капли».

Мысленно повторив утверждение для гадания семь раз, Клейн, держа в руке пергамент и зажав иллюзорную золотую каплю, откинулся на спинку кресла.

Он понятия не имел, сработает ли гадание, если опираться исключительно на собственное чутье для отделения и материализации предмета. Ему оставалось лишь смело выдвигать гипотезы и осторожно проверять их на практике.

Спустя несколько секунд глаза Клейна потемнели, сменив цвет с карего на непроглядно-черный, и он погрузился в состояние медитации.

Его веки отяжелели и опустились, а перед мысленным взором предстал туманный, призрачный мир сновидений.

В этом сером, расколотом на куски пространстве внезапно вспыхнуло ослепительное, сияющее золотое солнце!

Сквозь бесчисленные слои пустоты донесся низкий, глухой гул. Абсолютно чистое, нестерпимо яркое сияние в одночасье воспламенило всё сущее, и золотые, обжигающие языки пламени безумным вихрем хлынули во все стороны.

Бум!

Клейна мгновенно вышвырнуло из сна. Содрогаясь всем телом, он рухнул на бок. Его фигура уподобилась пылающему факелу, охваченному ревущим огнем.

В этот самый миг его рассудок погрузился в абсолютный хаос, не оставив ни единой связной мысли.

Грохот!

Таинственное пространство над серым туманом заходило ходуном. Величественный, монументальный дворец начал рушиться дюйм за дюймом. Древний, испещренный временем бронзовый стол покрылся глубокими кратерами и развалился на части.

Эти пугающие, апокалиптические разрушения продлились всего три секунды. А затем серо-белая пелена тумана вновь погрузилась в первозданную тишину, словно ничего этого и в помине не было.

Золотое пламя на теле Клейна тоже постепенно угасло. С обугленной, черной как смоль кожей он катался по полу и истошно вопил, пока к нему наконец не вернулась способность соображать.

Вцепившись в подлокотник кресла с высокой спинкой, он с невероятным трудом поднялся на ноги. Его обуревали дикий первобытный ужас и полнейшее недоумение перед тем, что только что произошло.

До сего момента ему и в страшном сне не могло привидеться, что один-единственный сеанс гадания способен обернуться столь катастрофическими последствиями!

Сделав несколько жадных, судорожных вдохов, он огляделся по сторонам и увидел, что незыблемый, казалось бы, величественный храм и древний стол разрушены до основания. Для таинственного мира над серым туманом, где никогда не случалось никаких аномалий, подобный урон был просто беспрецедентным.

«Да что, черт возьми, здесь произошло? Неужели мое гадание указало на какую-то невообразимую, пугающую сущность?» — Клейн, к которому понемногу возвращались силы, стряхивал с себя обугленные струпья и лихорадочно строил догадки. — «Если бы эта таинственная пространственная преграда не приняла удар на себя, от меня бы, наверное, даже горстки пепла не осталось… Неужели та золотая капля — это божественная кровь? Я что, только что увидел Вечное Пылающее Солнце или какого-то могущественного ангела из Его свиты? Нет, это было солнце. Склоняюсь к первому варианту… Матерь божья, я что, только что посмотрел прямо на истинного бога?»

Чем больше Клейн об этом думал, тем сильнее его пробирал запоздалый, леденящий страх. Он осознал, что только что стоял на волоске от окончательной и бесповоротной смерти:

«Не зря говорят: невежество порождает бесстрашие… Не будешь нарываться — не умрешь…[131] Впредь нельзя гадать на всё подряд, кто знает, на какую тварь наткнешься в следующий раз!»

«И если я решусь на подобное еще раз, совершенно не факт, что это таинственное пространство снова сможет защитить меня от фатального удара… И тогда я уж точно отправлюсь на тот свет…»

«Хм, продолжать эксперименты с золотой каплей — чистое самоубийство. Та сущность, скорее всего, само Вечное Пылающее Солнце, тоже оказалась застигнута врасплох скрытностью, причудливостью и внезапностью гадания сквозь серый туман. Она просто не успела отреагировать в полную силу… А вот если бы Он был готов, боюсь, это пространство меня бы не спасло…»

Придя к этим выводам, Клейн вернул своей фигуре нормальный облик. Обугленная корка исчезла, но сам его силуэт стал заметно тусклее и прозрачнее, чем прежде.

Он поднял руку, помассировал виски и мысленно пожелал восстановить дворец и стол.

Исполинский, словно выстроенный для великанов храм и вылитый из бронзы длинный стол мгновенно воссоздались из небытия, вернувшись к своему первозданному виду.

Клейн опустился в кресло, откинулся на спинку и с самоиронией произнес вслух:

— Впрочем, нет худа без добра. По крайней мере, я выяснил примерные пределы возможностей этого таинственного пространства. Теперь у меня есть четкий ориентир… Полагаю, лишь ангел, приближенный к богам, способен в полной мере расшатать силу над серым туманом?

— Эх, придется добавить в мой «Кодекс Провидца» еще одно правило: «Никогда не гадать на то, что может быть связано с существами высокого порядка». Да, и Духовным зрением направо и налево разбрасываться тоже не стоит. Если случайно посмотришь на то, на что смотреть категорически запрещено, можно тут же получить «Game Over». В реальном мире у меня нет этого таинственного пространства, чтобы отразить львиную долю смертоносного урона…

Переведя дух еще несколько секунд, Клейн вдруг странно скривился. В его голове эхом отдавались обрывки каких-то знаний.

Да, именно знаний!

В то короткое мгновение контакта с сущностью, предположительно являющейся Вечным Пылающим Солнцем, Клейн находился в состоянии гадания. И его разум на одних лишь инстинктах умудрился выудить кое-какую информацию и знания из этого божества.

Не теряя времени, он прибегнул к технике «гадания по снам», чтобы воскресить в памяти и систематизировать этот совершенно неожиданный, незапланированный улов. Взяв в руку материализовавшуюся пузатую черную перьевую ручку, он принялся выписывать пункт за пунктом:

«1. Не смей смотреть прямо на Бога».

«2. Чистый Белый Ангел».

«3. Секрет изготовления „Талисмана Испепеляющего Солнца“… Это весьма продвинутый талисман сферы Солнца, чья сила не иссякает целый год… Для его создания не обязательно проводить ритуал и возносить мольбы Вечному Пылающему Солнцу. Можно обойтись Запечатанным артефактом „3–0782“, черпая мощь прямо из Мутировавшего Священного Знака Солнца…»

«4. Крайняя враждебность по отношению к Повелителю Бурь и Богу Знаний и Мудрости».

«5. Рецепт зелья „Бард“: Основные материалы — один кристаллический подсолнух, либо хвостовое перо взрослой огненной птицы, либо хвостовое перо птицы-поджигателя… плюс один камень сирены или один поющий подсолнух… Вспомогательные материалы — один стебель травы летнего солнцестояния, пять капель сока июльского вина, один темный эльфийский лист».

«6. Рецепт зелья „Проситель Света“: Основные материалы — один сияющий камень, либо порошок пылающей белой души, либо… кровь зеркального ежа, либо сердце магмового гиганта… Вспомогательные материалы — один белоокаймленный подсолнух, три капли сока аконита…»

«7. Рецепт зелья „Жрец Света“: Основные материалы отсутствуют. Вспомогательные материалы — пять граммов розмарина, семь капель сока золотистого бергамота, скальная вода…»

«8. Рецепт зелья 4-й Последовательности „Неомраченный“: В качестве основного материала можно использовать золотую божественную кровь, извлеченную из Мутировавшего Священного Знака Солнца. Альтернатива — три хвостовых пера взрослой божественной птицы Солнца и один камень священного сияния. Вспомогательные материалы отсутствуют…»

Закончив выписывать эти восемь пунктов, Клейн не удержался и нервно забарабанил пальцами по краю бронзового стола.

Улов оказался куда богаче, чем он мог себе вообразить!

Честно говоря, пережить столь безрассудное и самоубийственное гадание уже было для него величайшей наградой. Кто бы мог подумать, что к этому приложится еще и щедрый «бонус за выживание»!

Из внутренних архивов Ночных Ястребов он знал, что путь Последовательностей, подконтрольный Церкви Вечного Пылающего Солнца, называется «Солнце». А его 9-я ступень — это «Бард», «профессия», призванная песнопениями даровать себе и союзникам отвагу и силу, а также вселять в сердца набожность и покорность. Их неизменный девиз гласил: «Восславим же Солнце!»

Соответствующая 8-я Последовательность носила имя «Проситель Света». Ее обладатели могли применять базовые заклинания и ритуалы из сферы Солнца и являлись идеальным оружием против живых мертвецов и призраков. А 7-я ступень — «Жрец Солнца» — даровала колоссальное усиление магических и жертвенных навыков в этой же области.

«Иными словами, я только что раздобыл полные рецепты зелий 9-й и 8-й Последовательностей пути „Солнца“… И, в отличие от прежних формул, здесь указаны альтернативные ингредиенты и их названия из разных исторических эпох… Что и следовало ожидать от рецептов, выуженных прямиком у Вечного Пылающего Солнца!» — с глубоким удовлетворением констатировал Клейн.

Что же касалось просьбы юноши из Города Серебра, то изначально Клейн планировал спихнуть ее решение на «Повешенного». В конце концов, Церковь Повелителя Бурь и Церковь Вечного Пылающего Солнца были древнейшими ортодоксальными культами. За тысячелетия своего существования они то враждовали, то объединялись, и наличие в архивах первых рецептов начальных Последовательностей пути «Солнца» было бы вполне закономерным.

Возможно, «Повешенный» раньше не интересовался этой темой и не запрашивал подобные документы, но учитывая его статус — а он наверняка был «Мореплавателем» 7-й Последовательности — раздобыть их не составило бы особого труда. Однако теперь его услуги не требовались. Клейн решил проблему сам, причем самым немыслимым и экстремальным способом.

«Мисс Справедливость, господин Повешенный, ученик Солнце, ваш покорный Шут только что едва не превратился в горстку пепла…» — Клейн мысленно посетовал на свою нелегкую долю, всё еще содрогаясь от пережитого ужаса.

Он вновь опустил глаза на пергамент, обдумывая остальные формулы:

«Неужели „Жрец Света“ — это древнее название „Жреца Солнца“? Нет, во внутренних досье Ночных Ястребов ничего подобного не упоминалось, да и мое гадание не дало никаких пояснений на этот счет… Это 6-я или 5-я Последовательность?»

«А вот 4-я Последовательность — „Неомраченный“… Мой первый рецепт высокой Последовательности! Какая жалость, что не хватает названий вспомогательных ингредиентов, и ума не приложу, как их восполнить… А та золотая капля — это и впрямь божественная кровь. Запечатанный артефакт „3–0782“ оказался куда могущественнее, чем все предполагали. Как по мне, он вполне тянет на артефакт 1-го класса».

«Скорее всего, прежние оценщики из Ночных Ястребов ограничились лишь проверкой на то, обладает ли эта штука собственным разумом, насколько она опасна для людей, тяжело ли контролировать ее влияние и годится ли она для уничтожения нежити. И до истинной природы этого странного источника они так и не докопались».

«Да этот Мутировавший Священный Знак Солнца, пожалуй, способен дать отпор даже злым духам… Откуда тогдашним экспертам было взять для экспериментов настоящего злого духа…»

«Будучи примерным Ночным Ястребом, я не имею ни малейшего права присвоить артефакт „3–0782“. Зато… хм, зато я вполне могу улучить момент, чтобы наклепать „Талисманов Испепеляющего Солнца“, позаимствовав его силу… Увы, в этот раз фокус не пройдет — я не припас нужных материалов. С какой стати Ночному Ястребу Богини Вечной Ночи таскать с собой атрибутику из сферы Солнца?»

Клейн с досадой потер виски. Убедившись, что над серым туманом не наблюдается никакой подозрительной активности, он наконец-то расслабился. Значит, Вечное Пылающее Солнце не смогло взять след и отыскать это место.

«Не смей смотреть прямо на Бога, не смей смотреть на существ высокого порядка — эту заповедь нужно высечь в памяти!»

«Почему Вечное Пылающее Солнце питает столь лютую ненависть к Повелителю Бурь и Богу Знаний и Мудрости?»

«И что еще за Чистый Белый Ангел?»

…

В вихре этих мыслей Клейн ощутил, как его голова стремительно пустеет и наливается свинцовой болью. К тому же он резонно рассудил, что проторчал здесь непозволительно долго, и пора возвращаться в реальный мир, пока никто не заметил неладного.

А ведь поначалу он самонадеянно рассчитывал провернуть два-три гадания от силы за минуту! Думал, что духовная стена надежно его скроет, а в случае малейшей опасности он тут же почувствует это над серым туманом. Он был настолько уверен в своей безопасности, что напрочь отбросил все дурные мысли. И в итоге эта беспечность едва не стоила ему жизни, отняв при этом уйму драгоценного времени.

Всерьез опасаясь, что по возвращении его встретит ослепительный «Свет Очищения» или уничтоженный «Мутировавший Священный Знак Солнца», юноша с замирающим сердцем окутал себя Духовностью и рухнул в пропасть.

Перед глазами разлился багровый лунный свет, в котором таилась густая, непроглядная ночная тьма. Клейн вновь увидел редкие деревья перелеска, сорную траву под ногами и абсолютно целый, невредимый Запечатанный артефакт «3–0782» в своей ладони.

Проведя пару секунд в леденящем напряжении, он наконец-то поверил, что опасность миновала.

Хух… Клейн протяжно выдохнул. Его накрыла глубочайшая, пробирающая до костей усталость — закономерный итог безумных танцев на самом краю бездны.