Столкнувшись с «необъяснимым чувством узнавания», другие Потусторонние 9-й Последовательности, возможно, попытались бы напрячь память, чтобы докопаться до истины, или же просто отмахнулись бы и забыли об этом. Но «Провидец» — дело иное. Клейн без промедления завершил ритуал, снял духовную стену, достал лист бумаги и вывел на нем утверждение для гадания:

«Источник недавнего чувства узнавания».

Следом он уселся на край кровати и, сжимая в руке пергамент, принялся беззвучно повторять написанное.

После седьмого повторения его глаза потемнели. Прибегнув к помощи медитации, он провалился в сон, чтобы вступить в «диалог» с собственной Духовностью.

В размытом, искаженном мире видений Клейн увидел карету. А в ней — молодую леди, облаченную в серо-белое платье.

У девушки были мягкие черные волосы, миловидное круглое личико и утонченная, сладкая аура. Однако ее тело сотрясала крупная, неестественная дрожь.

Картина сменилась вспышкой, и Клейн вновь увидел эту красивую барышню. На этот раз она находилась на подпольном рынке. Слегка пренебрегая манерами, она сидела на корточках и о чем-то грубовато переговаривалась с торговцем.

Сон стремительно поблек, и Клейн вынырнул в реальность. Теперь он точно знал, почему отразившийся в зеркале силуэт показался ему таким знакомым.

Он видел эту девушку в реальной жизни!

«Впервые мы пересеклись на улице Нарциссов, совсем неподалеку от Нижней улицы Железного Креста. И именно в ту ночь капитан с ребятами выслеживали там „Подстрекателя“ Трисса… Значит, между ними определенно есть какая-то связь…» — Клейн погрузился в раздумья на несколько десятков секунд. Затем он вновь подготовил алтарь, вознес мольбы Богине и, используя ритуальную магию, в точности перенес отпечатавшийся в памяти образ врага на бумагу.

Капитан Данн и остальные всё это время молча ждали, не смея перебивать, и лишь теперь подошли ближе, чтобы взглянуть на портрет.

— Ты уже встречал ее? — спросил Данн.

Клейн едва заметно кивнул и лаконично ответил:

— Да. В ту самую ночь, когда вы гнались за «Подстрекателем» Триссом, я наткнулся на нее на остановке общественного экипажа на улице Нарциссов. Это совсем рядом с улицей Железного Креста.

— Значит, с огромной долей вероятности именно она и была нашим недавним врагом. Сообщница «Подстрекателя», — с задумчивым видом кивнул Данн.

В этот момент Леонард вдруг удивленно хмыкнул:

— А вам не кажется, что этот портрет выглядит как-то знакомо? Она же вылитый «Подстрекатель» Трисс!

Клейн опешил. Он тут же перевел взгляд на лист пергамента и принялся заново, куда более придирчиво, изучать нарисованную им молодую леди.

— Хм, действительно, сходство просто поразительное. Круглое личико, узкие глаза, утонченная аура… — чем дольше он смотрел, тем больше убеждался в правоте Леонарда. Вот только черты «Подстрекателя» Трисса были абсолютно заурядными, в то время как эту девушку можно было смело назвать красавицей.

Клейн вскинул голову и посмотрел на Леонарда. Заметив взгляд, напарник многозначительно приподнял бровь.

«И что бы это значило?» — юноша почувствовал лишь растерянность и непонимание.

Данн Смит, немного поразмыслив, выдвинул свою гипотезу:

— Возможно, она — сестра «Подстрекателя». И она тоже вступила в Орден Теософии, или же примкнула к Секте Демонессы.

Видя, что Клейн так и не уловил его намек, Леонард мысленно вздохнул и с абсолютно серьезным видом произнес:

— У меня есть одна смелая догадка.

— И что за догадка? — поинтересовался Данн.

Леонард без малейших обиняков заявил:

— Я подозреваю, что эта девушка — и есть «Подстрекатель» Трисс!

— Что⁈ — от изумления Фрай едва не поперхнулся воздухом.

Данн же, слегка нахмурившись, произнес:

— Твоя догадка заключается в том, что «Подстрекатель» Трисс на самом деле женщина? Или что тот, с кем мы только что столкнулись — это переодетый мужчина? Нет, судя по моему контакту в сновидении, я могу с уверенностью заявить: она — женщина.

Клейн, чья память хранила колоссальный багаж всевозможных безумных сюжетов и немыслимых поворотов, бросив еще один взгляд на портрет, мгновенно выдвинул иную гипотезу:

— А что, если «Подстрекатель» Трисс… превратился в женщину?

«В таком случае множество нестыковок сразу же встают на свои места. Например, почему все следы Трисса внезапно оборвались, и даже гадание не давало никаких результатов… Цель ведь кардинально изменила свою суть! Единственный вопрос: как ему удалось провернуть это так быстро и, судя по всему, без особых усилий… И надо же, этот новоиспеченный мастер женского платья оказался весьма недурен собой… Нет, если положить руку на сердце — чертовски хорош собой…» — мысли Клейна стремительно разлетелись в разные стороны.[118]

Леонард с довольным видом кивнул:

— Именно так. В этом и заключается моя смелая догадка. Она идеально объясняет внезапное и бесследное исчезновение Трисса. К тому же это прекрасно увязывается с тем фактом, что верхушка Секты Демонессы сплошь состоит из женщин.

— … — Данн и Фрай застыли, на мгновение лишившись дара речи.

Пусть за годы службы им и доводилось сталкиваться с немыслимым количеством монстров и всевозможных сверхъестественных аномалий, но с подобными метаморфозами они встретились впервые!

— Твоя догадка заключается в том, что многие дамы в высших эшелонах Секты Демонессы в прошлом были мужчинами? — переспросил Данн, и, не дожидаясь ответа, сам же добавил: — А ведь это действительно возможно… Пожалуй, в этом и кроется истинная суть их магических зелий.

Клейн, выслушав всё это, почувствовал, как по низу живота пробежал леденящий холодок. Зелья пути Демонессы оказались просто чудовищной подставой!

«Искренне надеюсь, что в Последовательности „Провидца“ не затесалось подобного подставного зелья… Нет, конечно же нет. Взять тот же путь Демонессы — там всё понятно по одному лишь названию… Вот только я понятия не имею, как называется 1-я Последовательность моего пути…» — юноша инстинктивно принялся возносить мольбы Богине.[119]

— Неужели магические зелья и впрямь способны на такое? — всё еще не веря своим ушам, спросил Фрай.

Леонард развел руками и усмехнулся:

— Даже зелья низших и средних Последовательностей способны вызывать поразительные, чудесные изменения в организме. Как-никак, все они берут свое начало от самого Творца.

В этот момент Данн повернул голову к Клейну:

— Попробуй провести гадание на ее текущее местонахождение.

— Хорошо, — Клейн подошел к куче разбросанных в беспорядке платьев. Испытывая крайне смешанные чувства, он подцепил одно из них и расстелил на ковре.

Уперев в ткань свою трость, юноша принялся мысленно воскрешать в памяти черты лица беглянки и сопутствующую информацию, одновременно шепча утверждение для гадания:

«Местонахождение Трисса… нет, Трисси».

«Местонахождение Трисси».

…

Спустя семь повторений глаза Клейна потемнели, сменив цвет с карего на черный. Внезапно вокруг него закружили легкие вихри ветра.

Его левая рука оторвалась от набалдашника, и черная трость с серебряной отделкой ощутимо покачнулась.

Покачавшись из стороны в сторону, трость так и не упала, уверенно застыв на прежнем месте.

— Идет помеха… — низким голосом констатировал Клейн.

А наличие помех означало лишь одно: направление было выбрано абсолютно верно!

Та самая молодая леди с огромной долей вероятности и была «Подстрекателем» Триссом… нет, Трисси!

Увидев этот результат, Данн едва заметно кивнул:

— Чего еще ожидать от Секты Демонессы — организации, активно действующей на мировой арене еще с прошлой Эпохи…

Поскольку Трисс превратился в Трисси, Данн безошибочно определил, что их цель принадлежит не к Ордену Теософии, а именно к Секте Демонессы.

Окинув комнату взглядом, капитан тяжело вздохнул:

— Придется искать зацепки в других местах. Например, отследить происхождение этих платьев, пробить владельца дома… А заодно запросить у полиции людей для прочесывания паровых железнодорожных станций и портов.

«Конечно, эти методы могут дать результат, но пока мы будем копаться, у Трисси будет уйма времени, чтобы убраться из Тингена куда подальше… Да, вернусь домой — обязательно попробую провести гадание над серым туманом…» — Клейн испытывал крайнюю настороженность к Трисси, которая без малейших колебаний устраивала столь массовые и кровопролитные ритуалы. Ему отчаянно хотелось выследить ее и прикончить прямо на месте.

— Леонард, отправляйся в полицейское управление и собери людей для устранения последствий. Клейн, можешь возвращаться домой и отдыхать… — на этих словах Данн потер виски. Выдержав паузу в пару секунд, он посмотрел на Клейна то ли с намерением проверить его знания, то ли желая преподать урок: — Если бы командовал ты, как бы ты поступил в недавней ситуации? Представь, что в твоем подчинении нахожусь я, Леонард и Фрай.

Клейн нахмурился, обдумывая ответ секунд десять, и произнес:

— Первым делом я бы провел гадание, чтобы выяснить, сработает ли ритуал в ближайшее время. Если ответ отрицательный — мы устанавливаем наблюдение и не лезем на рожон. Затем мы отправляем гонца в полицейское управление и к ближайшему военному гарнизону с требованием прислать как минимум пять пушек. А дальше — массированный артобстрел здания. Мы просто сровняем этот алтарь и укрытие Трисси с землей!

— В таком случае она либо будет заживо погребена под обломками, либо попытается сбежать под шквальным огнем, что неминуемо выдаст ее укрытие. А мы с вами, капитан, заранее займем позиции по периметру и будем ждать…

С каждым словом юноша всё больше воодушевлялся. Этот план казался ему невероятно простым, грубым, эффективным и, что самое главное, абсолютно безопасным!

Данн, Леонард и Фрай застыли в оцепенении. В комнате надолго повисла гробовая тишина.

— Эм, капитан, плохая идея? — заметив их реакцию, Клейн почувствовал легкую неуверенность.

Данн помолчал пару секунд и ответил:

— Нет, идея великолепная. Вот только к ней нужно добавить одно важное условие: сперва необходимо удостовериться, что грубое разрушение алтаря не спровоцирует еще более катастрофических последствий… Эх, за годы службы Ночными Ястребами мы просто привыкли полагаться исключительно на себя, на свои потусторонние силы и верное оружие. Мы привыкли ни под каким предлогом не подпускать обычных людей к сверхъестественным инцидентам…

«Ну и ладно, а я всегда был и останусь преданным фанатом массированного артиллерийского огня…» — мысленно констатировал Клейн.

* * *

В густом мраке ночи Клейн и Леонард протопали добрых пятьсот метров, прежде чем наткнулись на остановку общественного экипажа.

Дождавшись кареты, они вернулись на улицу Железного Креста. Один направился в ближайший полицейский участок, а второй зашагал в сторону улицы Нарциссов.

Оказавшись перед домом, Клейн привычно отряхнул одежду, убедился, что на нем нет никаких подозрительных следов, и лишь затем достал ключ и отпер дверь.

В гостиной, в свете довольно яркой газовой лампы, Мелисса корпела над домашним заданием, а Бансон читал книгу. В комнате царила тихая, по-домашнему уютная атмосфера.

«Бансон целыми днями мотается по городу, выматываясь до полусмерти, а по вечерам всё равно находит в себе силы учиться… Вот что значит настоящая целеустремленность… А я так не могу. Прямо сейчас мне хочется лишь одного — рухнуть в кровать и уснуть…» — Клейн бросил взгляд на старшего брата и с теплой улыбкой молча помахал рукой в знак приветствия.

Бансон ответил ему такой же улыбкой:

— Теперь я прекрасно понимаю, что у щедрого жалованья есть своя цена.

— В этом мире за всё приходится платить. Где есть приобретение, там неизбежна и отдача, — философски заметил Клейн, вешая трость на стойку у двери.

— Эту фразу тоже изрек император Россель? — Мелисса отложила перьевую ручку и подняла голову.

В отличие от университетов и грамматических школ, летние каникулы в Тингенской технической школе длились всего две недели — в конце июля и начале августа. Как только спадала самая удушливая жара, занятия возобновлялись.

— Да? Понятия не имею… — с легкой неловкостью на лице ответил Клейн.

Снимая шляпу, он направился к лестнице. Юноша планировал как можно скорее подняться над серым туманом и провести гадание на местонахождение Трисси.

Внезапно тишину нарушило громкое урчание его собственного желудка. Клейн ощутил зверский, сводящий с ума голод.

«Ах да, я же так и не поужинал… Но ведь в записке я черным по белому написал, что охранное предприятие обеспечит меня рабочим ужином, и просил ничего мне не оставлять… Капитан просто невыносим, опять забыл про еду…» — лицо Клейна скривилось. Он уже собирался сделать вид, будто сыт по горло.

И тут Мелисса, бросив на него мимолетный взгляд, указала в сторону кухни:

— Я оставила тебе баранью отбивную, порцию густого овощного супа и еще пару кусков хлеба.

Сказав это, она вновь уткнулась в учебник и тихо, словно разговаривая сама с собой, пробормотала:

— Мне кажется, эти рабочие обеды не слишком-то вкусные. От них только аппетит пропадает…