Красное шелковое платье приятно скользило по моей коже, игривый ветер путался в длинной юбке, нырял в высокий разрез, трепал распущенные волосы…

— Ты прекрасна, — с придыханием произнес Эймонд, нежно поглаживая большими пальцами рук мои ладони.

Я засмущалась, ощущая, как жар приливает к щекам, улыбнулась робко.

— Ты тоже, — прошептала я. И не соврала. Две верхних пуговицы на его черной рубашке были расстегнуты, открывая вид на загорелую кожу груди и крепкую шею.

Я словно воочию представила, как провожу языком по впадине между ключиц, скольжу выше, задевая трепещущую на шее вену, чувствую его пульс и слышу сладкий стон…

— Лори, я так рад, что ты согласилась стать моей женой, — голос Эймонда звучал глухо.

— Что? — переспросила я, разглядывая его губы. Он счастливо улыбался, и солнце, вскарабкавшееся на небо прямо за спиной Блэкберна, отбрасывало вокруг его головы золотой ореол. — Что ты сказал?

Его губы шевелились, но я не могла разобрать ни слова. Перевела задумчивый взгляд на руки… красная лента с золотой вышивкой надежно обвивала наши с ним запястья...

Эймонд наклонился ко мне для поцелуя, обхватил затылок, не давая мне ни единого шанса отстраниться, и впился в мои губы поцелуем. Горячим, требовательным… сладким. Его язык скользнул по моим зубам, проник глубже, исследуя, дразня… Я застонала тихо и закинула руки ему на шею. Блэкберн притянул меня ближе, крепко сжал талию одной рукой… второй скользнул ниже…

— Сбылась мечта идиота, — послышался откуда-то сбоку болезненный голос Колина. Я с трудом отстранилась от Эйма и обернулась. Сердце мое споткнулось от страха, горло перехватило…

— Колин? — с ужасом уронила я, разглядывая окровавленную рубашку парня, висящую лохмотьями. Лицо Фаррела было белым как снег, а глаза казались черными провалами.

— Дальше вы как-нибудь без меня, — просипел он с улыбкой и рухнул навзничь.

Я закричала, дернулась… и проснулась.

— Дурной сон? — участливо спросила Кэти.

За окном уже сплетались предрассветные сумерки. В лаборатории горел приглушенный свет, пахло травами и жженым сахаром.

— Приснилось, что я вышла замуж за Блэкберна, — все тело болело от неудобной позы, я подняла голову и с усилием потерла затекшую шею.

Кэти, хмурясь, разглядывала здоровенную колбу с какой-то булькающей жидкостью внутри… Досчитала до трех, поправила круглые очки и бросила туда щепотку трав. Жидкость забулькала еще сильней и почему-то посинела.

— Кошмары — первый признак переутомления, — поддержала меня подруга.

— Прости, что заставила торчать здесь всю ночь, — протянула я, ощущая укол вины. Время утекало сквозь пальцы, и на способности Кэти я действительно возлагала большие надежды. Всей правды она пока не знала, лишь краткую выжимку о странных видениях из будущего.

— Ты же знаешь, мне не привыкать, — отмахнулась подруга, сосредоточенно записывая что-то в журнал наблюдений. — Я хочу усилить стандартную формулу, чтобы зелье сработало как можно быстрей. А то результата придется ждать месяц…

Боюсь, месяца ни у кого из нас нет.

— Почти готово, — предупредила Кэти, набрала зелье пипеткой, капнула на стеклышко. Потянулась предвкушающе. — Немного осталось…

Я подошла к окну и уселась на подоконник. За пыльным стеклом виднелся ухоженный парк, разрисованный мощеными дорожками и густым кустарником. А за парком, прикрытый с одной стороны аллеей, высился церемониальный зал. Взгляд мой то и дело прикипал к мраморному крыльцу, и по рукам бежали противные мурашки.

— Так-так, — вдруг раздалось от двери. Колин вальяжно толкнул дверь в лабораторию и застыл в проеме. — И кто это здесь у нас нарушает правила академии?

— Никто, — буркнула Кэтрин хмурясь. Фаррела она недолюбливала. Мягко говоря. — У меня есть разрешение.

— Аааа, это ты, Кэтистрофа *, — протянул парень, делая вид, что сразу ее не узнал. Оскалился… и нашел меня взглядом. — И ты, подлая предательница!

Колин обогнул длинный стол, стремительно ко мне приближаясь. Я спрыгнула с подоконника и раскрыла перед собой огненный щит…

— Не в моей лаборатории! — вскрикнула Кэтрин.

— Я ж тебя голыми руками придушу, — проигнорировал ее Колин, наступая на меня. — Если ты сейчас же не назовешь хоть одну причину этого не делать. Какого хрена ты наплела эту чушь про попытку убийства ректору? Из-за тебя меня отстранят от соревнований!

— Я все объясню! — ответила спокойно, но все же попятилась.

— Давай, Ло, я весь внимание! — прорычал парень. — Ладно Эйм. У него хотя бы есть веская причина терпеть твои выходки. Но я на это не подписывался!

Он был настроен крайне решительно. Колин, как и я когда-то, очень хотел победить в соревнованиях, и отстранение, видимо, его несколько расстроило. Он ловко перепрыгнул через стол, текуче обогнул стеллаж, почти загоняя меня в ловушку… вот только я успела нырнуть в сторону и оказалась на стороне Кэти.

— Я его задержу, — воинственно прошептала подруга, не сводя с Фаррела взгляда.

— Уверена?

— Да, — кивнула она. — Давно хотела протестировать один порошочек… Беги!

Ну я и побежала. За спиной что-то бухнуло, грякнуло… Колин грязно выругался. Я успела добежать до самого конца коридора, когда поняла, что за мной больше никто не гонится.

Выдохнув, пригладила форму и растрепавшиеся волосы. За подругу я не переживала — Колин давно и прочно был влюблен в Кэти. Правда, очень хорошо это скрывал, в том числе и от нее самой. Его тайну я узнала абсолютно случайно, и поклялась не раскрывать, несмотря на то, что мы с ним никогда особо не дружили. И кто после этого подлая предательница? Точно не Лорейн Аль Морани!

На улице было прохладно, я зябко поежилась и обняла себя за плечи. Купольный стеклянный потолок церемониального зала, в котором отражалось темное серое небо, навевал не самые приятные чувства...

Что-то шевельнулось у крыльца, привлекая мое внимание. Я быстро сошла с дорожки, спряталась за деревом и прищурилась, глядя сквозь сведенные особым образом пальцы. Расстояние до объекта стремительно сократилось, краски стали ярче… и в темной фигуре мне удалось распознать ректора!

Идти спать или проследить за иным, который вознамерился всех нас убить? Действительно сложный выбор!

Продираясь сквозь стриженый кустарник, я накинула на себя легкую вуаль невидимости. Крутить более сложное заклинание в непосредственной близости к иному не рискнула, он мог почувствовать возмущение стихий.

Лже-ректор что-то тщательно выискивал на внешней стороне здания. Примерился несколько раз, приложил ладонь и низко опустил голову, читая заклинание… Я замерла, боясь даже вздохнуть! Наверняка это как-то связано с исчезновением магии в зале.

Закончив все дела, он еще раз осмотрелся и размеренным шагом двинулся к главному корпусу. Я дождалась, пока ректор скроется из вида, и подползла ближе.

На первый взгляд, все выглядело обычно. Просто старый, каменный фасад. Я зашарила руками по стене, пытаясь ощутить отклик чужого заклинания или силы. Удача улыбнулась мне довольное скоро — ладонь кольнуло чем-то острым, пальцы онемели, будто их окунули в ледяную прорубь. Противоестественная, чужая сила скользнула по спине морозным дыханием…

Я ухватилась за это чувство, вцепилась, стиснув зубы, и аккуратно, почти ювелирно выжгла заклинание, что скрывало собой необычный артефакт.

Он был похож на длинный, тонкий ключ. На стержне магическая вязь, мелкая, едва читаемая…

— Зачем ты обнимаешься со стенами? — спросил Эймонд, и я едва не взвизгнула от неожиданности. Сердце пустилось вскачь, разгоняя кровь по венам. Даже к замерзшим пальцам вернулась чувствительность.

Я обернулась к нему, поймала хмурый требовательный взгляд… И быстро сунула находку в карман.

— С кем мне еще обниматься? — невинно спросила я. Против воли перед глазами промелькнули картинки из недавнего сна. Горячие губы, наглый язык… Я тряхнула головой и, как ни в чем не бывало, прошла мимо.

— Я с тобой еще не закончил! — рявкнул Блэкберн и дернул меня за руку, разворачивая к себе. — Ты снова заготовила какую-то пакость?

Я открыла было рот, чтобы отбить эту гнусную гнусность и поклеп, но взгляд зацепился за мужскую фигуру на дальнем конце аллеи. Ректор решил вернуться! Почувствовал мое вмешательство?

Еще немного и он застукает нас здесь.

Времени на препирательства не было! Я сотворила петлю и сделала подсечку не ожидавшему такой подставы Эймонду… Мы рухнули на газон, надежно скрываясь за кустами! Я практически оседлала его и зажала чужой рот ладонью.

— Тихо! — прошипела ему на ухо. Выражение его лица было поистине непередаваемым. Он тяжело выдохнул мне в ладонь, не предпринимая попыток освободиться… скользнул своими ручищами по моим бедрам, сжал ягодицы…

Ректор застыл выжидательно, и это время растянулось для меня в вечность. Заметил? Или повезло?

— Лорейн, ты пытаешься меня совратить? — пробурчал в мою ладонь Эймонд. Будто нарочно шевельнул своими бедрами. Я вдруг ощутила то, что в пристойном аристократическом обществе не принято обсуждать. Кровь бросилась мне в лицо, в животе разлилось приятное тепло…

— Спятил, Блэкберн? — вкрадчиво протянула я, глядя в почерневшие глаза. Тьма легкой дымкой скользнула по коже Эймонда и мягко перетекла на мою руку… Я словно завороженная уставилась на самую разрушительную в мире силу, которая касалась меня с нежностью и лаской, будила внутри меня что-то странное, дикое. — Отпусти…

Я перекатилась с него, нервно оправила юбку. Закусила губу и бросила взгляд на аллею. Ректор ушел.

— Давай поговорим, — прохрипел Эйм, сидя на земле. Но я уже со всех ног припустила к общежитию…

Влетела в комнату и заперла за собой дверь. Давно пора признать — Эймонд Блэкберн вызывает во мне чувства. Иногда это злость и желание убивать, иногда… просто желание. Сладкое, мятежно чувство, от которого колени становятся ватными, а внутри разгорается жаркое пламя.

Я сунула руку в карман… и ключа-артефакта там не было. Растерянно проверила остальные карманы…

Какая же я дура! Развесила сопли! Гаденыш отвлек меня и стащил опасную находку! Вот же… Блэкберн!