— Эйм? — прошептала я тихо, приподнимаясь на кровати. Комнату окутала густая ночь, и диван, на котором уже вторую ночь спал Блэкберн, было не разглядеть. Я прищурилась, перестраиваясь на магическое зрение. Попался! — Ты куда?

Тяжелый вздох был мне ответом. Я откинула одеяло и сползла на край, опуская ноги на пол.

— Спи, Лори, — с легким раздражением протянул Эймонд и двинулся к двери.

Ага… Конечно!

— Я с тобой! — быстро соскочив с постели, я подхватила брюки и спешно принялась натягивать их на себя. — Подожди меня!

— Нет, — припечатал он. — Ты будешь ждать меня здесь! Спи, завтра тяжелый день.

То есть он действительно считает, что можно уснуть после такого заявления? Я ведь прекрасно понимала, куда намылилось его темнейшество со своим дружком! И без меня…

— Лорейн, — тяжело уронил Блэкберн, без стеснения наблюдая за тем, как я впопыхах засовываю ночную сорочку в брюки. На нормальные переодевания времени не было. Я знала, что стоит мне только скрывать в умывальной, и я уже оттуда не выйду. — У меня могут быть свои дела…

Я так и остыла с ботинком в руке.

— Какие дела? — вкрадчиво спросила я. — Ночью.

Эймонд молчал, и от этого молчания стало кисло во рту… Неужели я ошиблась? Ночью ведь не только защитные сферы ходят вскрывать, но и на свидания к девушкам… Хотя, судя по ужимкам девицы, речь шла уже не о свидании с невинными поцелуями под луной…

— Ты идешь к Лауре? — как можно более равнодушно спросила я.

Ну в самом деле, мы же взрослые люди, я все пойму… Почему-то эта мантра мне совсем не помогала, хотелось выцарапать глаза обоим! У нас иной в академии и грядет нашествие тварей, а этот гад по бабам таскается…

— Что? — недоуменно протянул он. — К какой еще …Нет же!

— Ну тогда, не вижу причин, почему я не могу пойти с тобой, — я пожала плечами и быстро зашнуровала ботинки. Поравнялась с ним у двери и мило улыбнулась. — Так ты идешь?

Блэкберн скрипнул зубами.

Всю дорогу до парка мы провели в благодушном молчании. Яркая луна, вскарабкавшаяся на темный небосвод, бросала нам под ноги бледные тени. Прохладный туман путался в обрамляющих дорожки кустарниках, и в замершей ночной тишине были слышны лишь легкие шорохи наших шагов.

— А она что здесь делает? — с ошеломляющим простодушием спросил Колин, поджидавший нас у сферы.

— Я пытался, — словно бы извинился Эймонд и пожал плечом. Подошел к мерцающей завесе и тронул магическую сеть пальцами. Глаза его почернели, ледяное дыхание тьмы коснулось кожи…

— Дружище, — продолжал игнорировать мое присутствие Колин. — С этой женщиной нужно быть пожестче! Смекаешь?

Я едва не поперхнулась от возмущения! Несколько раз щелкнула пальцами прямо перед лицом противного Фаррела.

— Я здесь, вообще-то!

— О, Лорейн, — воскликнул Колин и улыбнулся так, будто только что меня заметил.

— Идем, — хрипло уронил Блэкберн.

Я коснулась мужского плеча, и Эймонд шагнул вперед, продавливая, но не нарушая сложную защиту. Сеть лопнула, будто мыльный пузырь, осыпая нас искрами и сразу же стянулась обратно, заращивая прореху.

— Посмотрю сверху, — Блэкберн вздохнул сквозь стиснутые зубы, воздух вокруг нас сгустился и разом остыл…

Темные крылья шириной в два человеческих роста распахнулись за его спиной с легким хлопком. Он оттолкнул от земли и стрелой взмыл в небо… Я забыла, как дышать…

— К этому невозможно привыкнуть, — будто прочитал мои мысли Колин. Он так же, как и я, завороженно пялился на удаляющегося Блэкберна. — Так и что? Кто победил на этом этапе соревнований?

Задача была довольно простой: нужно пройти по лесу, напичканному магическими ловушками, и собрать карту, состоящую из разрозненных кусков.

— Угадай, — фыркнула я.

— Значит, я пришел вторым, — весело хмыкнул Колин.

Я перевела на него задумчивый взгляд и склонила голову к плечу.

— Тебе не претит, что ты постоянно проигрываешь Блэкберну?

— Он мой лучший друг, — Фаррел дернул уголком губ. — И я отлично знаю, на что он способен.

— Тогда зачем ты с ним соревнуешься? Раз он сильнее.

— Он сильнее, да, — кивнул Колин и подмигнул. — Но это не значит, что я перестану пытаться.

Я прикусила губу, глядя в ночное небо. Эймонд огромной хищной птицей кружился над нашими головами… Мощный, пугающий, непобедимый. Сердце мое стучало отчаянно быстро от смеси страха и восхищения.

— Ты знаешь, в чем его секрет, — протянула я.

Можно быть сильнейшим стихийником, можно даже быть темным… история знала немало таких примеров. Взять хотя бы его легендарного отца или деда. Но никто из них не мог управлять временем.

— Он сам тебе расскажет, — тяжело вздохнул Колин. — Когда-нибудь.

— Ага, значит, ему есть что скрывать! — победно воскликнула я.

Эймонд сделал последний круг и плавным, тягучим движением рухнул вниз, поднимая своими крыльями вихрь из листьев и пыли. Тьма колыхнулась за его спиной и истаяла мерцающей дымкой.

— Чисто, — произнес темный.

— Разделимся и прочешем периметр? — спросил Колин. — Вы направо, я налево. Встретимся в центре.

Никто не стал спорить. Я встряхнула пальцы, призывая стихию, сплела тонкую сеть, раскинула ее перед собой и прикрыла глаза. Нырнула между деревьев, что тянули свои корявые ветви к луне, наблюдающей за нами с насмешкой. Блэкберн все время был рядом, я ощущала его вязкую, агрессивную тьму, стелющуюся по земле…

Ловушки были везде. Искусно замаскированные, оплетенные чарами иллюзии, способные обмануть даже опытного мага. Моя сеть едва улавливала их призрачные контуры, заставляя двигаться медленно и осторожно.

Спустя три часа руки начали подрагивать от усталости. Истощение стихий глухой болью отдавалось в висках. Горизонт постепенно окрашивался в красный, предвещая скорый рассвет. Признаться, я уже почти сдалась… когда земля резко ушла у меня из-под ног… Я глухо вскрикнула, цепляясь пальцами за воздух, охнула, падая спиной в пустоту.

— Лори! — рявкнул неожиданно метнувшийся ко мне Эймонд. Крепкая плеть обвилась вокруг моей талии и поддёрнула вверх. Он схватил меня за руку и вытащил на поверхность… — Под ноги не учили смотреть?

Растерянность и испуг тенью мелькнули на его лице и тут же исчезли, сменяясь злостью.

— Спасибо, — благодарно прошептала, цепляясь за его плечи. — Не понимаю, как я могла ее пропустить…

Яма была глубокой. И слишком уж ровной. Мы, не сговариваясь, переглянулись.

После короткой перепалки было решено, что Блэкберн идет первым. Яма оказалась не просто дырой в земле, а целым тоннелем, уходящим вглубь. Магический огонек в моей руке подрагивал, отбрасывая вокруг длинные пугающие тени. Густо пахло сыростью.

— Они долго готовились, — протянул Эйм, разглядывая опоры, наспех сложенные из грубого камня.

Вскоре тоннель расширился, сливаясь с просторной пещерой. Тяжелый, спертый воздух давил на грудь, подстегивая страх.

Я подкинула огонек вверх, чтобы осветить как можно больше пространства. Мой взгляд сразу же зацепился на огромные валуны, расходящиеся от центра спиралью.

Эймонд присел на корточки, прищурился, разглядывая выбитую на них рунную вязь…

— Это магия иных? — зачем-то прошептала я, прекрасно зная ответ. От камней несло таким могильным холодом, что кровь стыла в жилах.

Я запнулась неловко и случайно мазнула ладонью по самой верхушке… Что-то влажное обожгло кожу…

— Она самая, — вздохнул Эйм. — Разлом откроется здесь. Защитная сфера погасит эхо иномирной магии, у тварей будет достаточно времени, чтобы выбраться наружу и слаженно напасть на академию. Никто ничего не поймет, пока не станет слишком поздно.

— Что будем делать? — потерянно спросила я, уставившись на свою руку. Темная клякса ожила, расползаясь по ладони, скользнула на плечо…

— Попробую испепелить все это тьмой, — решительно заявил Эймонд. — Тебе лучше подняться наверх.

Я кивнула, потому что меня уже изрядно потряхивало…

— Эйм, — голос мой сорвался в сип. Рука онемела, грудь сдавило тисками. Я попыталась шагнуть к нему, но не смогла сдвинуться с места. — Что-то не так…

Последний вдох застрял в груди, опаляя легкие раскаленными углями… Сжалось сердце, зазвенело в ушах… Бросившийся ко мне Блэкберн вместе с пещерой утонули во мраке.

Меня скрутило на мгновение неведомой силой и выплюнуло на землю…

Я схватилась за грудь, снова ощущая биение своего сердца, вдохнула надсадно и закашлялась. Перевернулась на спину…

На аметистовом покрывале неба резвились стаи светящихся птиц… три луны, словно кровные сёстры, сплетались в причудливом танце.

Я бы восхитилась красотой иного мира, если бы только не обмерла от ужаса.