Арс Ноторис. Первый храм. Собор тайной исповеди.

— Что за богохульство… Какая мерзость, — шептала Крата, заканчивая последний штрих круга призыва. Когда осталось вписать лишь имя демонического лорда, она поднялась с колен, подошла к Зориану и решительно сунула ему в руки кисть и баночку с ритуальной краской.

— Я не буду этого делать, Первый Кардинал, — священнослужительница указала на пустое место в заполнении. — Пусть у меня руки отсохнут, но нет.

— Кардинал Зориан, — шагнул вперёд Первый Инквизитор. — Я завершу ритуал.

— Сам, — прохрипел старик, коршуном глядя на помощницу. — Отклонение в тринадцать делений. Не время блюсти чистоту рук, Крата.

— Я храню заветы Его, — отчеканила она, гордо вскинув подбородок. — И пусть мир рухнет — я не прикоснусь к этой скверне.

— В двух из шести городов под твоим попечением начался падёж скота. Подумай лучше об этом.

Дав понять, что не желает продолжать разговор, Зориан сделал шаг к кругу, но замер. Кисть и краска в его руках исчезли, зато в центре круга, высунув язык от усердия, уже трудился Фионис — Двенадцатый Кардинал. Несмотря на внушительную цифру возраста, он отличался от всех членов капитула ветреным нравом, своеволием и детской непосредственностью.

— «Баал» с двумя «а» пишется или с тремя? — парень в белой мантии хохотнул. — Шучу! Готово! Можно начинать ритуа-а-а…

Растянутая гласная повисла в воздухе, и Фионис замолк, уставившись на чьи-то босые ноги. Его взгляд медленно пополз вверх, скользнул по холщовым белоснежным штанам, задержался на обнажённом торсе, видном из-под распахнутой рубахи, и наконец встретился с лазурными очами Верховного Владыки.

— С двумя «а», — любезно подсказал король инфернального плана, оглядывая оцепеневших церковных иерархов. — Открою секрет: любому из вас достаточно произнести моё имя вслух, чтобы я услышал. Но видеть, как высшие умы церкви ради меня ползают на коленях с кисточкой… Признаюсь, я тронут.

— Явился, мерзкое отродье скверны.

Плавно усевшись в материализовавшееся за ним кресло, Баал лениво выставил палец в сторону Краты.

— Кто-нибудь, уймите старушку. Она, кажется, таблетки забыла принять.

— Заткнись, мразь! — прошипела Вторая, но следующее проклятие Зориан грубо пресёк, выставив ладонь перед самым её лицом.

— Помолчи, или я попрошу тебя удалиться.

Баал сидел, слегка склонив голову и уткнувшись подбородком в костяшки пальцев. В его позе читалось такое довольство, будто Верховный наблюдал не за краткой перепалкой церковников, а за спектаклем — предсказуемым, но оттого не менее занимательным.

— Зориан, враг мой, ты как-то осунулся с нашей последней встречи, — с неподдельной заботой в голосе произнёс он. — У меня есть хороший рецепт. Могу устроить тур в «Храм Алого Тумана». Учитывая качество твоей души и возраст, внимания Королевы не обещаю, но остальные суккубы с тобой бесплатно позанимаются. Подумай над предложением.

— Хватит, Баал! — Голос Первого Кардинала громыхнул под сводами светлого зала. — Ты знаешь, зачем мы тебя вызвали.

— Не знаю, — пожав плечами, Верховный легко поднялся, и кресло бесследно растаяло в воздухе.

Он повернулся спиной к собранию, направился к главной фреске собора и, остановившись перед грандиозным изображением, указал на фигуру в капюшоне.

— «Слишком надменный тон для того, кто просит милости. В душевной кротости открывается благодетель сострадания», — процитировал Баал строки из Завета, осенил себя крестом Плачущего и смиренно склонил голову. Затем обернулся к онемевшей аудитории и развёл руки. — О, чудо! Не сгорел в священном пламени, представляете? Так что, вычеркните эту небылицу из своих книжек.

— Богохульство! — взвизгнула Крата, вскидывая руку с готовым сорваться ослепительным пламенем святости.

— Отнюдь. Я воздал хозяину этого места должные почести, в отличие от тебя, ибо одно твоё поведение попирает Его заветы.

— Ещё слово… — её плечи напряглись, а грудь вздымалась, как у разъярённой фурии. — Уничтожу.

— Немедленно прекрати! — Резкая отповедь Зориана предназначалась помощнице, но его пронзительный, как лезвие, взгляд был прикован к Баалу. — Ты знаешь, зачем мы тебя вызвали?

— Зачем? — вернул вопрос тот, вновь приземляясь в кресло. — Чем может помочь скромный Владыка проигрывающей стороны?

— За двадцать восемь лун «Мерило Равновесия» сдвинулось ещё на три деления. — Зориан не отводил сурового взгляда от собеседника. — Как ты это делаешь, Баал?

— Никак. Моего могущества не хватит, чтобы сломать Равновесие. — Владыка усмехнулся, покачивая головой. — Я ведь предупреждал, но вы не захотели слушать. Вы меня изгнали, если помните.

— Хватит корчить невинную жертву, — устало вздохнул Зориан, сдвигая седые брови. — Что происходит, Баал?

— Ах, это место так умиротворяет, жаль, ничего не чувствую в фантомном теле… — Баал жадно втянул носом воздух и, прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла. — А происходит то, чего вы больше всего боялись. К вашему величайшему сожалению, новый Бог мира Арс Ноторис начал своё восхождение. Он ещё слаб, но опытен, умен, мудр и безжалостен. Оружие, которое вы выковали, обращается против вас. Речь о Константине. Главная ирония в том, что, даже оставив этот мир, он по-прежнему ему принадлежит.

— Баал, что ты несешь? — Зориан провёл рукой по коротким белоснежным волосам. — Константин покинул Арс Ноторис. Его здесь нет.

— Я говорил о принадлежности, а не о местоположении. Не придирайся к словам, старик. — Баал открыл глаза, приняв в кресле позу лектора и продолжил с видом знатока: — У вас появился претендент на божественный престол. Формально — он на вашей стороне, вот Равновесие и реагирует. Но, ручаюсь, Константин зол на вас, поэтому не ждите от него благодати. К тому же, он вне досягаемости, и вы бессильны что-либо изменить. Но это не самое смешное.

Он медленно обвёл взглядом побледневшие лица.

— Как думаете, что произойдёт, когда он завершит своё становление? Как там? «Каждому — по деяниям его». Если он взойдёт, то Арс Паулус перестанет его сдерживать. И куда он направится в первую очередь? Хах… По вашим лицам вижу — вы начинаете понимать своё положение. Смею утверждать, что первым, кто пожнёт его гнев, буду отнюдь не я. В этом месте зловеще смеюсь. Рассказ окончен.

Баал довольно улыбнулся, развёл руки, с насмешкой оглядывая двенадцать гипсовых лиц слушателей. В воздухе повисла гнетущая пауза, которую нарушил сам Верховный.

— Проучить бы вас за гордыню, но моё предложение о помощи ещё в силе. Могу оказать содействие в устранении Константина. Интересует?

— В чём подвох, Верховный? — Первый инквизитор Глен поправил чёрную перчатку. — Смерть Константина тебе сейчас невыгодна: инфернальный план на подъёме. Или нет?

— Всё так, — кивнул Баал. — Ты прав, и моя нечестивая душа поёт, глядя на это. Но я смотрю в будущее — стоит ли мимолётная выгода риска для всей расы? Моей расы? Путь становления Богом тяжёл и сложен, не факт, что у него получится… А если получится? Вас он определённо покарает, а потом возьмётся за инфернальный план и меня. Последнего мне бы хотелось избежать.

— Гм… Я тебя понял, — медленно кивнул Зориан. — О каком содействии речь?

— На многое не рассчитывайте. Из-за сильного сопротивления Арс Паулуса мои возможности скромны. — Баал поднял указательный палец. — Чтобы вы понимали: для отправки одного «чистого» мне придётся пустить под нож весь посев Сердца Инферно на две дюжины лун. Впрочем… Есть способ доставить в Арс Паулус, ну, скажем… — он картинно сделал паузу, — … отряд «кающихся».

— Что за вздор! — воскликнул Зориан. — Людям нет пути между планами!

— Воистину так! — подхватил Баал с хитрой улыбкой. — Самостоятельно — нет, но с помощью демона… Я предлагаю организовать доставку ваших убийц прямиком к порогу Константина, и обеспечить им поддержку на месте. Безвозмездно. Способ покажется вам кощунственным и неприемлемым, но тяжёлые времена требуют тяжёлых решений. Вот подробности.

Баал взмахнул рукой, и перед Зорианом из инфернального пламени возник свёрнутый свиток, который тот решительно сжал морщинистой ладонью.

— Думайте, а мне пора. Неотложные дела.

Владыка кивнул и растворился.

Инфернальный план. Мастерская Марбаса.

Сознание Баала вернулось в физическое тело. Он поднялся на ноги из медитативной позы, окинув взглядом золотой круг, выбитый на чёрном мраморе, и повернулся к хозяину лаборатории.

— Марбас, благодарю за круг. При всей скромности, он впечатляет.

— Для меня честь, что вы почтили мою мастерскую своим присутствием, повелитель, — рокочуще вернул благодарность демон с головой льва, не отрываясь от алхимических склянок.

— Пустяки, — снисходительно улыбнулся Баал. — Как продвигается мой заказ?

— Лучше показать. — Прорычав формулу, пятый владыка провёл рукой по воздуху, раскрывая овальный портал. — Пройдёмте на склад.

Оба демонических лорда шагнули внутрь и очутились в огромном, залитом светом помещении. Перед Баалом выстроились в идеальные ряды сотни, если не тысячи, ящиков, уходящие колоннами под самый сводчатый потолок.

— Это значительно больше, чем я ожидал, — Верховный с нескрываемым удовольствием потёр руки, окидывая взглядом бесконечные ряды. — Ты превзошёл себя, Марбас. Выше всяких похвал.

— Сущая безделица, мой король. — Пятый лорд постучал ногтём по деревянной крышке. — Когда прикажете начать? Мои слуги в Арс Паулусе на позициях и ждут лишь вашего слова.

— В таком случае, начинай хоть сейчас. Свяжись с графом Раумом — он обеспечит логистику и распространение.

— Сороковой лорд тоже в курсе? — во львиных глазах Марбаса мелькнуло неподдельное удивление. — Вы не упоминали его.

— На то были причины, — грустно улыбнулся Баал. — И это не вопрос доверия к тебе. Напротив, Марбас, именно из-за тех, кто меня окружает, потребовалась такая секретность.

— Что вы имеете в виду, повелитель? — пятый лорд выпрямился, и его рык стал глубже. — Кто-то посмел строить козни? Назовите имя, и я покажу, как Великий лекарь умеет обрывать нити жизни, ибо эффективно убивать способен лишь тот, кто умеет лечить.

— Умерь свой пыл, старый лев. Это даже не заговор, — Баал беспечно махнул рукой. — Просто кучка замшелых лордов-консерваторов, ноющих, что я не бросаю все ресурсы на штурм Арс Паулуса. Шепчутся, будто я стал слаб и нерешителен после последнего воплощения. А по-моему, я просто поумнел, но попробуй объясни это глупцам.

— Ваша мудрость неоспорима, владыка. — Марбас склонил голову. — Знайте, я на вашей стороне, даже если против вас восстанет весь инфернальный совет.

— Я не забуду этого, Марбас. — Баал кивнул. — А теперь мне пора, нужно удостовериться, что герцог Базин готов. Если всё в порядке — он тоже начинает действовать. Пришло время переходить от планов к делу.

Арс Паулус. Орловское княжество. Утро. Константин.

В очередной раз убедился: когда ждёшь чего-то важного, время ползёт, как раненый червь. Все недавние авантюры поблёкли, отступив перед однообразной рутиной последнего месяца.

Каждое утро начиналось одинаково: укрепление души древними практиками и капля яда призрачного химерида. Организм привык — пришлось увеличить дозу. Теперь я принимал его в чистом виде, едва заметную каплю, размером с зёрнышко пшена.

После добровольного самоотравления — пробежка до участка княжеской милиции. Если сначала на меня здесь косились опаской, то теперь здоровались за руку, а иногда и чаем с печеньем угощали.

После «очистки» задержанных от инфернальной скверны, позвякивая свежими камнями душ, я возвращался домой. Обязательная программа была выполнена. Дальше — по обстоятельствам. Чаще всего за мной заезжали «паладины», и мы уходили на вылазку. За месяц закрыли шесть заказов, два из которых были безнадёжными «висяками». Всё щёлкали за два-три выезда.

Добытые камни душ я бережно копил, отгоняя любое искушение потратить их по мелочи. У меня на них были грандиозные планы, невольным вдохновителем которых стал Орзо. Он об этом, конечно, не догадывается.

Несмотря на всю муть будней, парочка событий всё же врезалась в память. Главное — меня показали по телевизору: в передаче «Лица Орла» я рассказывал о демонах, своей работе и «чистке» задержанных в участке. После этого на улице ко мне стали подходить незнакомцы, хлопали по плечу: «Полезное дело делаешь, Костя». Даже некоторые бывшие «пациенты» из обезьянника меня узнавали — и, как ни странно, не держали зла.

Из второстепенного: наконец-то освоил смартфон. Не без помощи Златы, конечно. Штука оказалась чертовски полезной для обучения «паладинов». Мы завели общий чат, где я кидал задания, а ребята отчитывались сообщениями и видео. Эту революцию опять затеяла Злата, заявив: «А что мы, как ло́хи?».

Ну и на самом дне моего личного «топа событий» (да, я и такие слова уже усвоил) — моё элегантное падение в канализационный люк на задании, плюс пара покушений. В меня стреляли: один раз у здания полиции, второй — на крыльце приюта. Оба раза меня выручила привеска с зачарованием «отражения».

Больше за месяц ничего стоящего не приключилось, но сегодня эта полоса рутины должна была прерваться. Ночью я наконец собрал долгожданный урожай: на кровати аккуратными рядами лежали двадцать семь коробочек плодов Древа Раздора, которыми я намеревался распорядиться максимально грамотно.

— Вчера ещё канцелярские кнопки покупал, а сегодня — целый особняк, — я потрепал рыжего «недодемона» по загривку. — Растём, Кош… Готов к переезду?

В ответ прозвучало требовательное и безраздельно уверенное: «Мяу!».

В дверь постучали дважды. Я крикнул «Входи» и продолжил одеваться.

— Откуда⁈ — бледный Молотов поспешил прикрыть дверь и уставился на мою кровать.

— Это не тот вопрос, на который я бы хотел отвечать. Доброе утро, Юрий. — Я укладывал плоды осмы в рюкзак. — Чем обязан твоему визиту?

— Да я тебя сейчас грохну и всё это приберу! Вот чем! Хотя бы прикрыл это, — Видя моё непонимание, он раздражённо вздохнул. — Из-за пары сотен в бумажнике уже могут прирезать! А ты тут… Костя, нельзя так светиться!

— Можно было, пока ты не явился с криками. Стены тонкие, знаешь ли… — Поправив ворот свитера, я посмотрел на «помощника» с укором. — Зачем пришёл?

— Не догадываешься? — поддел меня этот секретный капитан тайной полиции. — Не ты ли сегодня покупаешь особняк под свою базу инквизиции?

— Ну да. И что? — Логика происходящего окончательно ускользала от меня.

— Костя, блин… — Юрий провёл рукой по ёжику отрастающих волос. — Не обижайся, но торговаться — это не твой конёк. Я навёл справки по своим каналам. Поместье ныне покойного Кислицкого выкупила мутная контора.

— «Орёл-партнёр», — уточнил я, застёгивая лёгкую спортивную куртку. — Я в курсе, Юра, не наобум покупаю.

— Так или иначе, мы идём с тобой. — Молотов ткнул пальцем в окно. — Внизу Злата в машине ждёт.

— Она зачем здесь? — Всё стало ещё запутаннее.

— Цитирую: «Проповедника обязательно наеб@ут! Он наивный и от жизни оторванный, как слепой кошак. Идём прикрывать его задницу!»

— Я вижу, вы обо мне высокого мнения. — Я накинул рюкзак с осмой на плечи.

— Беспокоимся, — коротко бросил Юрий. — Ты не ириску в ларьке покупаешь.

— Ладно-ладно, я понял. — Спорить не имело смысла. — Подъезжайте к зданию княжеской милиции. Я скоро буду.

— Может, на машине? — предложил Юрий, но, встретив мой взгляд при упоминании «демонической повозки», тут же сдался. — Хорошо, топчи ноги, если нравится, а мы поедем рядом.

Добежал я минут за пятнадцать. День выдался сухим и морозным, так что пробежка с поклажей за спиной была даже приятной. Злата осталась в машине, уткнувшись в смартфон, а Молотов пристроился ко мне. Не мог же он пропустить такое зрелище, как «экзорцизм».

— Сегодня всего четверо, Святой, — встретил нас у лестницы пожилой караульный, отпирая решётку. — Улов так себе. Одна девчонка, симпатичная, вообще повторно к нам загремела. Интересно, где она эту гадость снова подхватила?

— Любопытно. Посмотрим, Володя.

Внизу, у поста с двумя знакомыми надзирателями, меня уже ждали и без проблем пустили к задержанным. Михаил, старший смены, быстро провёл вдоль камер, поясняя:

— Эту троицу, на которых кольца патрульных среагировали, после «чистки» отпустим. А вот с тем проблемы. — Он кивнул на самую дальнюю дверь. — Ребята на драку с поножовщиной выезжали: мужик своего собутыльника пырнул. Там-то на него колечко фонить и начало. При задержании буянил, сопротивлялся, оперативника порезал — правда, только форму испортил. Хорошо, что ты с напарником, я тоже с вами пойду для усиления.

— Не стоит, Михаил. Спасибо, что предупредил. Вот с него и начнём.

Едва я подошёл к решётке, задержанный приник к прутьям, уставившись на меня хищным взглядом.

— А это маг ваш хвалёный? Что-то больно сопливый. — Бритый налысо мужик лет сорока, с татуировками, покрывавшими руки, попытался закончить реплику смехом, — и судорожно, хрипло раскашлялся.

— Ммм… Что тут у нас? Ямон. Молодой, даже без чина, совсем дикий. — Моя рука скользнула в карман, сжимая фокусировочный камень из скипетра зверолова. — Отойди от решётки и встань на колени.

Одержимый тут же отступил вглубь камеры, с рыком опускаясь на колени.

— Открывай, Михаил.

— А? Сейчас… — Старший надзиратель очумело потряс головой, направляясь к двери и вставляя ключи в замок. — Каждый раз смотрю, и каждый раз мурашки.

Левая рука вспыхнула духовным пламенем, сформировав ореол в виде когтистой лапы. Без лишних церемоний я вырвал инфернального духа из тела задержанного и запечатал в камне.

— Красота… — Благодаря развитому сигилу Форнеуса, камень души получился идеальным — ровным, прозрачным, с безупречными гранями. Уже не мусор, а качественный материал, хоть и небогатый силой. Спрятав трофей, я вышел из камеры и кивнул: дело сделано.

— Отлично, Костя, я думал, с ним больше возни будет. Остальные — добропорядочные граждане, поэтому работаем по старой схеме: разбирайся здесь, а я на выходе контрольную проверку проведу. — Михаил указал на своё кольцо, протянул мне ключи и удалился.

— Я смотрю, ты здесь свой человек, — заметил Юрий.

— Скажу больше, я тут в штате числюсь. Не без протекции князя Михаила, конечно.

— И кем? — удивился Молотов, останавливаясь со мной у следующей камеры.

— Работник архива, — задрал я нос. — Вроде дворника, только без метлы, не положена.

Следующие два изгнания прошли без сучка без задоринки. Меня даже поблагодарили. Седой интеллигентный старичок искренне обрадовался, узнав, что наконец-то выспится без кошмаров.

— Ух ты… — присвистнул Юрий, когда мы подошли к последней камере. — Не думал, что сюда такие красотки попадают.

— Спасибо, — с игривой ноткой в голосе ответила черноволосая девушка в пальто. Она сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и боковой разрез юбки откровенно демонстрировал кружевную резинку чулок.

— Лилия, милая… Как тебя снова угораздило? — Я вошёл в камеру, не выказывая ни капли беспокойства. — Или тебе здесь в прошлый раз так понравилось?

— Совсем не понравилось, Костя, — вздохнула она, и на её милом личике появилась маска разочарования. — Из приятного здесь только твоё общество.

Девушка встала, поправила короткую юбку и, отбивая чёткий ритм каблуками сапожек, подошла ко мне.

— Шла с работы. Подъехали опера на патрульной машине, спросили, что я одна делаю так поздно. А у одного из них это злосчастное кольцо вдруг замигало.

— Понятно, Лилёк. Расстёгивай блузку, буду тебя вызволять.

— Это мы мигом, — оживившись, она быстро принялась за пуговицы.

Мой напарник торопливо отвернулся, когда брюнетка явила на свет пышную подтянутую грудь, не сдерживаемую лифом.

— А что с твоим другом? — Лилия с удивлением обвела взглядом затылок Молотова, тихо посмеиваясь. — Он что, в монастыре рос?

— Не обращай внимания. — Мой указательный палец вспыхнул духовной силой. — Теперь стой смирно.

Лилия кивнула, и я приступил к волшбе, выводя на её коже «Запечатывание сущности» — начертание из арсенала алхимии душ.

— Готово. — Через минуту я убрал руку, не преминув оценивающе провести ладонью по груди девушки. — Шикарно… Прячь свои сокровища, красавица. Теперь дней двадцать можешь гулять спокойно, не опасаясь патрульных. Проверку Михаила на выходе ты пройдёшь.

— Спасибо, милый! Ты лучший! — Обвив мою шею руками, Лилия страстно поцеловала меня в губы. — С меня должок. Обязательно загляни к нам.

— Непременно, дорогая. Как раз собирался в ближайшее время.

— Обещаю, не пожалеешь, — она провела языком по губам. — Да… Чуть не забыла. Хозяйка хотела бы с тобой встретиться и обсудить твою помощь. Ты ведь не только мне, но и другим девочкам помогал…

— Понял, Лилёк. Зайду, как с делами разберусь.

— Я ей передам.

— Хорошо. Приводи себя в порядок, а нам с Юрием пора.

— Жду нашей встречи, Святой, — донеслась нам вслед кокетливая трель Лилии.

— Костя, что это было⁈ — выпалил Молотов, едва мы вышли за ворота участка. — Ты же ничего из неё не изгонял!

— Потому что Лиля не одержима. — Я пожал плечами, усаживаясь в машину, и, когда Юрий втиснулся рядом, добавил: — Она демоница.

— Кто? — встрепенулась Злата, следя за тем, как у Молотова отвисает челюсть.

— Она… — только и смог выдавить тот, показывая пальцем на здание участка.

— А, эта… Ну да, чертовка та ещё, — Злата с профессиональным интересом проводила взглядом удаляющуюся фигуру. — Сапоги-то у неё из новой коллекции Валентино. И пальто не абы-какое.

— Злата, она настоящая демоница! — Юрий, всё ещё на взводе, ткнул меня в плечо. — Он сам сказал!

— Настоящая демоница, — подтвердил я, не понимая причины всеобщего ажиотажа. — В чём проблема-то?

— Серьёзно⁈ — Злата развернулась к нам с водительского сиденья. — И что? Проповедник отпустил демоницу, даже пальцем не тронув?

— Вообще-то, он её трогал, — вставил Юрий, бросая на меня колкий взгляд. — Причём довольно настойчиво. За грудь.

— Чего, бл@дь⁈ — Брови Златы взлетели к потолку, а её глаза превратились в два изумлённых круга. — Проповедник, у тебя что, обет целомудрия кончился⁈

— Какой ещё обет? — я почесал висок. — Понятия не имею, о чём ты.

— Ладно, пофиг! — отмахнулась Злата, заводя двигатель и бросая взгляд на удаляющуюся Лилию. — Сейчас догоним, и я её из «Пушки» мочкану.

— Никого «мочкать» не нужно, Злата, — одёрнул я воинственную соратницу. — Едем к поместью.

— Но…

— Едем к поместью, Злата.

— Поняла. Нет так нет.

— Лилия безобидна. Она суккуба-полукровка, ещё совсем молоденькая — меньше сотни лет. Не умеет скрывать свою природу, вот патрульные её и ловят.

— Святой, ты в своём уме? — Молотов был похож на пса, учуявшего дичь. — Она — демон! Напомню, демоны — враги людей!

— Юрий, ты, идя по улице, пнёшь котёнка? — Мой вопрос застал его врасплох. — Пнёшь?

— Пусть только попробует, — буркнула беловолосая зоозащитница.

— Это же другое дело! — начал оправдываться Молотов. — Котёнок максимум диван когтями испортит, а демон…

— На Лиле нет людской крови, а я не трогаю тех, кто не вредит людям. — Видя недоумение спутников, продолжил: — Скажу больше: если придётся выбирать между безобидным демоном и кровожадным человеком — мой выбор будет предсказуем. Мир не чёрно-белый, Юрий. Я тебе это покажу.

Несколько минут мы ехали молча. Перед самым поместьем тишину разорвал визг тормозов, а нас отбросило к передним креслам — прямо перед капотом металась дородная дама в шляпке, волоча за собой худого мужчину в одном ботинке. Тот отчаянно цеплялся за её сумку, но весовая категория была явно не на его стороне. За этими двумя бежал моложавый мужчина в костюме-тройке, отчаянно размахивая портфелем и… ботинком. Наверно, парой к единственному оставшемуся на ноге у бедолаги, что скрёб подошвой по асфальту, пытаясь затормозить шествие.

Испуганная чуть не случившейся аварией Злата быстро пришла в себя, и шок сменился яростью. Она выпрыгнула из машины, готовая в лучших традициях разразиться многоэтажным матом. Блондинка даже открыла рот, но её опередил вопль дамы в шляпке:

— Помогите! Он мне своим демоническим хером перед лицом помахал! Я сюда больше ни ногой!

— Госпожа Белоглазова, это недоразумение! — кричал мужчина с портфелем, размахивая чужой обувкой. — Не уходите! Я дам вам большую скидку!

Все собранные Златой ругательства разом испарились. Она молча вернулась в машину, громко хлопнула дверью и уставилась на меня.

— Проповедник, тут какая-то адская хрень творится. Может, посмотрим что-то другое? Ты слышал? Тут демоническим хером машут!

— Всё тут как раз замечательно, — успокоил я их, хитро усмехаясь. — Я же говорил, что подготовился к покупке…