Я еще долго стоял на коленях, когда она исчезла, эффектно тая в моих руках, не оставляя даже тени, растворилась тут же рассеявшейся темной дымкой.

Демоница разбитых чаш, будто темная дыра в моем сердце, знобила меня и влекла. Я так жаждал ее внимания, что, несмотря на ее странную просьбу, с охотой согласился на нее, предполагая, что это лишь игра, но она не шутила.

Меня это так потрясло. Я действительно получил три удара, хотя она вообще планировала ударить пять.

Сначала я почувствовал возбуждение от ее манеры разговора, этого осуждающего взгляда, будто бы она судила невинного меня на великом суде. Хотя кого я обманываю, невинным я совсем не был. Я смотрел в ее горящие глаза и готов был принять все, что она скажет.

Она так долго приручала меня, ощущение, что маленькими шагами шла именно к этому, а я все еще не был готов.

Заявить на меня права, почему таким способом? Я не понимал, но в глубине души жаждал всех ее решений.

Я честно пытался сделать все, как она просила. Сжал зубы на первом ударе, держал контроль. Я могу держать контроль очень долго, привык к затяжным играм. Но чтобы по своей воле поддаваться, такого еще не испытывал. На втором ударе я крепко уяснил, что она не шутит и шутить не собирается.

Зачем ей это?

Внезапно боль пронзила так глубоко, что раскрыла что-то в душе. Ощутил тысячи уколов датчиков по всему телу, или это были не датчики?

Открыл глаза, но находился в темноте. Постепенно в комнате включился ночник, знакомый запах с детства ударил в нос. Замер. Я совершенно растерялся и, влекомый каким-то внутренним инстинктом, позвал:

— Сестра? — произнеся это тихо, сам не знаю зачем, не слыша своего голоса. Только ругань за закрытой дверью, тонкий луч света под ней.

Еще удар с того другого мира, боль растеклась по всему телу, датчики выли, предупреждая об опасности. Громом распахнулась дверь. Она опять нажаловалась на меня.

Когда это было? Что со мной? Что происходит?

В своей семье я никогда не чувствовал себя в безопасности. Родители, следуя тенденции богатого общества, взяли меня из здоровых детей, от которых отказались родители по некоторым причинам. Но когда у них появился свой ребенок, всю любовь и заботу они перенесли на нее, и это было понятно. Лилу была младше всего на год, но с самым мерзким характером, на который была способна девчонка. Ей всегда было мало, не достаточно их любви. Я тоже должен был подчиняться беспрекословно, чего никогда не делал. Платил я за это очень просто, она каждый раз она придумывала новые уловки.

Когда наконец я перешел в среднюю школу, я наконец озлобился и научился отвечать, так что наши с ней игры вышли на новый уровень. Демоница задела за живое, вывернула это старое противостояние, о котором я давно забыл, давно живя отдельно.

Очнулся внезапно, владычица моего сердца подняла мое лицо, по которому стекали слезы, я не мог их контролировать.

Ее выражение было немного испуганным и очень сочувствующим, она прижала меня к своим юбкам так плотно, что я уперся носом в упругие мышцы ее ног.

Не сопротивлялся, это было так приятно и так безумно. Что за тайные шрамы оголила она в моей памяти. Я, выросший в роскоши, несмотря на это, оказался не так силен, как всегда предполагал.

Демоница разбитых чаш уже вышла. А я все не мог прийти в себя.

Как эта шалость зашла так далеко?

За что она так сильно на меня зла?

Я растерянно снял шлем, тряся головой. Повел ноющими плечами, аккуратно снимая датчики.

Хотелось принять холодный душ, когда я думал о демонице.

«Договориться о реальной встрече?» — щеки обдало жаром.

«Нет, не думаю, что это хорошая идея! Нет.»