Я вернулась в поместье Су Мина с таким чувством, будто покинула его не утром, а несколько дней назад. Всё вокруг казалось приглушенным, отдаленным, будто я смотрела на мир через толщу воды. События этого дня здорово изматывали.

Ноги сами понесли меня в спальню.

Две служанки приблизились ко мне. Я позволила им раздеть себя, застыв как манекен. Пальцы девушек ловко распутывали завязки, снимали испачканное платье. Я смотрела, как тяжелая ткань безжизненно спадает на пол, и чувствовала, как вместе с ней падает и часть того груза, что давил на плечи.

Когда меня умыли и причесали, я легла в кровать. Появилась быстрая требовательная мысль: «А может, заглянуть в пользовательское соглашение?» Я так долго пыталась его заполучить, и вот теперь оно тут, совсем рядом. Бери и изучай. Ищи выход. Давай же.

Но едва я представила, как начну читать бесконечные пункты, пытаясь вникнуть в их смысл, голова отозвалась тупой, пульсирующей болью. Любая попытка анализировать была обречена на провал.

«Потом, — твердо пообещала я себе. — Разберусь со всем этим завтра». Плотный, беспросветный сон накрыл меня с головой, стоило закрыть глаза.

И поутру, на мой вкус, слишком рано, меня разбудила одна из служанок.

— Госпожа, к вам пришел глава Линь, — сообщила она, заглянув в комнату. — Он готов ждать столько, сколько потребуется.

Я медленно села на кровати. Сердце резко и гулко ударило где-то в основании горла. Линь Янь. Здесь.

— Предложи ему напитки и скажи, что я сейчас подойду, — голос прозвучал хрипло, но твердо.

Чего уж откладывать. Если по-честному, мне не терпелось увидеть и Линь Яня, и Жэнь Хэ. И хоть немного узнать о том, что произошло вчера.

Спускаясь по лестнице, я чувствовала себя обнаженной. Не в физическом смысле, конечно. Но простая домашняя одежда, неубранные волосы, следы сна на лице — я даже не умылась. Да и плевать! Линь Янь видел меня и в куда худшем состоянии. Ничего с ним не случится, если узрит без прически.

Мужчина обернулся от окна, стоило мне войти в гостиную, и улыбнулся так искренне, что у меня перехватило дыхание.

— Ми Лань, доброе утро, — сказал он негромко. — Я счастлив, что с тобой всё в порядке. Стоило бы отложить визит, но мне хотелось увидеть тебя поскорее.

Я постаралась не выдать, как сердце дрогнуло от этих его слов.

— Я тоже рада, что вы живы, — ответила коротко. — Это значит, что…

Я не понимала расстановки сил, поэтому не могла даже представить, что сейчас с Жэнь Хэ. Если Линь Янь здравствует, означает ли это, что третий принц в опасности?

— Ситуация во дворце всё ещё неспокойна, если ты об этом, — перебил он мягко. — Жэнь Бай находится под стражей за попытку переворота. Супруга Нин тоже заключена за решётку.

— А Жэнь Хэ?

Линь Янь поморщился, словно мой вопрос был для него больнее пощечины.

— Третий принц — всё, что осталось у императора. Его положение самое стабильное из всех.

Значит, Жэнь Хэ в безопасности. Я облегченно выдохнула.

— Что с самим императором?

— Он при смерти. Что касается наследного принца… — Линь Янь сделал паузу и посмотрел в сторону. — Он погиб, защищая дворец от мятежников.

— А наложница Мей? — вдруг вырвалось у меня.

— Её оправдали, — ответил мужчина.

Я слабо улыбнулась. Что ж, это добрая новость. Жэнь Хэ не только выжил, но и исполнил свой план. Очистил имя матери от грязи.

Линь Янь посмотрел прямо на меня. В его взгляде было что-то тяжёлое, но завораживающее.

— Я очень переживал за тебя. Пусть ты злишься на меня, не страшно. Я не обижен и готов ждать прощения столько, сколько потребуется. Я много причинил тебе зла и заслуживаю любого наказания. Но если бы с тобой что-то случилось, это сделало бы мою жизнь невыносимой.

«Любого наказания? Это что за БДСМ-клуб?» — ехидно мелькнуло в мыслях.

— Зачем вы пришли, глава Линь? — попыталась сохранить равнодушие в голосе. — Отчитаться мне о последних новостях?

По-хорошему, не помешало бы узнать, что с ним самим. Каково его положение в этих дворцовых интригах? Но я решила отложить этот вопрос на потом. Чтобы не выглядеть слишком уж заинтересованной в судьбе Линь Яня. Тот медленно вынул сложенный лист.

— Я собирался отдать тебе письмо. Его передал Сяо Вей ещё в день гибели Су Мина. Не знаю, так ли оно важно сейчас. Но я не люблю оставлять долгов.

Он протянул мне лист бумаги. Понятно, что письмо было лишь предлогом. Но всё же я взяла его. На секунду наши ладони соприкоснулись.

* * *

Тепло его пальцев я ощутила разрядом электричества. Дернулась, но не смогла отвести взгляда. Линь Янь прищурился, а выражение лица изменилось: вместо холодного и сдержанного стало хищным.

— Ты дрожишь, Ми Лань, — сказал он тихо. — Это из-за меня?

Сердце гулко стукнуло в груди.

— Не льстите себе, глава Линь. — Голос мой прозвучал резче, чем я хотела. Пальцы сжались вокруг письма так, будто я держала оружие, а не бумагу.

Он усмехнулся, а затем вдруг обвил руками меня за талию. Сила объятий пронзила до дрожи, его дыхание обожгло щёку.

— Если хочешь меня оттолкнуть… сделай это, — произнёс он, глядя прямо в глаза.

Я замерла, чувствуя, как каждая клеточка тела просит о близости. Но разум твердил: «Нет! Нельзя! Не здесь, не сейчас, и, скорее всего, лучше не с ним!».

— Ты… — выдох сорвался тише шёпота. — Ты слишком много себе позволяешь.

Но я даже не пошевелилась, чтобы отстраниться. Он заметил это и улыбнулся шире, и в этой улыбке горел такой огонь, от которого хотелось спастись, но и гореть в нем одновременно. Губы скользнули ближе к моему уху, касаясь кожи.

— А ты… не хочешь меня отталкивать. Иначе почему вышла ко мне в том, в чём спала?

Я задохнулась. Ох, вот не зря же была мысль одеться! Мало меня тетушка Мей лупила.

— Я… — слова застряли в горле. — Я не думала…

Его ладонь скользнула вверх по моей талии, под тонкий пояс.

— Я не намерен притворяться, будто не понял твоего намёка.

Вспыхнула всем телом, когда он коснулся живота. Ткань халата чуть сползла с плеча, открывая кожу, и прохладный воздух смешался с жаром его прикосновений.

— Линь Янь… — прошептала я, не в силах скрыть дрожи.

— Моё имя на твоих губах звучит как признание в чувствах, — отозвался он, прильнув ближе.

Он не дал мне времени передумать. Его рот накрыл мой в поцелуе, резком, жадном, как будто он хотел разом стереть все мои протесты. Сердце взорвалось огнем, я захлебнулась этим поцелуем, забыв и о страхе, и о здравом смысле.

Рука на моем животе крепче прижала к себе, вторая скользнула по плечу, заставив ткань рубашки окончательно соскользнуть вниз. Я почувствовала его силу, его одержимость, и своё собственное безумное желание, я тонула в нём, пока не услышала тихий, едва различимый звук шагов за дверью.

Мир вернулся рывком, я резко выдохнула и, с усилием толкнув Линь Яня в грудь, отступила. Воздух обжёг лёгкие, я дышала тяжело, будто после бега.

— Я ничего не видела! — пролепетала Фейту, вошедшая в комнату и моментально отвернулась, краснея до ушей.

Я же с ужасом поняла, что ночная рубашка сползла почти до талии, а плечи и грудь открыты. Линь Янь выглядел не лучше: волосы растрёпаны, губы припухли.

А его взгляд… он прожигал мою кожу. Глаза скользили по линии ключиц, задерживаясь на груди, на каждом дюйме открытой плоти.

Я судорожно вдохнула, едва шевельнув губами:

— Отвернись!

Он лишь дернул бровью, мол даже не подумаю.

Щёки вспыхнули. Я сама отвернулась от него и, дрожащими пальцами принялась натягивать одежду и поправлять пояс. Выходить в таком виде было явно ошибкой.

Фейту, всё ещё стоявшая спиной, скороговоркой продолжала:

— Я зашла сказать, что его высочество, принц Жэнь Хэ, ожидает вас в ваших покоях… Он велел пойти поискать вас.

— Что он делает в её покоях? — хмуро спросил Линь Янь.

— Что он делает в моих покоях? — воскликнула я почти одновременно с ним.

Фэйту замялась, явно боясь сказать лишнее:

— Он… забрался туда через окно, когда я наводила порядок.

Прежде чем я успела среагировать, послышались шаги и в комнату вошёл Жэнь Хэ.

На нём было простое тёмно-синее ханьфу без лишних украшений. Фиолетовые волосы, обычно распущенные, теперь были собраны в высокий узел. Лицо было спокойным и ясным, и он улыбался точно так же, как когда мы тайком встречались у тетушки Мей.

— Ми Лань! — радостно воскликнул он, словно появление здесь и сейчас было самым естественным. — Я боялся, что с тобой что-то случилось…

Он шагнул ближе, его взгляд скользнул по мне. Сердце ухнуло вниз. Вид у меня должно быть был тот еще: волосы растрёпаны, ночное платье одето кое-как.

Взгляд принца переместился на Линь Яня. Радость на лице Жень Хэ мгновенно сменилась холодной усмешкой.

— О, так ты не одна, — сказал он мягко. — Глава Линь всегда появляется в самых неожиданных местах. Даже там, куда мужчинам прилично входить лишь с дозволения.

Линь Янь сжал губы в тонкую линию.

— Приятно слышать о приличиях из уст того, кто сам предпочитает входить через окна, а не через двери, — холодно заметил Линь Янь.

Я чувствовала, как воздух в комнате сгустился, стал тяжёлым, как перед грозой.

— Я… вообще не ждала гостей, никого из вас! — вырвалось у меня почти в панике. — Пожалуй… пойду переоденусь.

Я схватила Фэйту за руку и, не дожидаясь ответа выскользнула из комнаты, чувствуя на себе обжигающие взгляды Линь Яня и Жэнь Хэ.

Мы вернулись в мою спальню, где Фейту помогла мне умыться, расчесаться и надеть свежий наряд. Я специально не торопилась. Пусть они там промаринуются как следуют. Если повезет, даже поубивают друг друга — и мне не придется с ними общаться.

Тонкие руки служанки ловко застёгивали завязки и поправляли пояс, но взгляд её всё время возвращался к письму, которое я отложила на столик.

— Это же письмо от ученого Сяо, — заметила она негромко. — Я не умею читать, но всегда узнаю почерк ученого Сяо. Даже отсюда. Он собирался отдать его вам.

— Линь Янь только что передал письмо мне, — кивнула я. — Как оно оказалось у него? Почему Сяо Вей не вручил это письмо мне лично?

— Если честно, я не знаю, — служанка пожала плечами. — У меня не было возможности поговорить с ученым Сяо наедине. Он всё время был занят, и мы только мельком пересекались в последние дни. Даже во дворец нас сопровождали люди Жэнь Хэ. Ученый Сяо сказал лишь, что передал письмо «как смог», и на этом всё.

Я развернула тонкую бумагу.

— И что же там? — спросила, пробегая глазами по строчкам.

Фейту смущенно ответила:

— Господин Сяо пишет, что подсыпал в напиток Су Мина снотворное, чтобы иметь возможность поговорить с вами… и в случае необходимости спасти вас.

Моё лицо невольно омрачилось.

— Снотворное? — прошептала я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

— Мы очень переживали, что вы в заточении. Поэтому решили действовать.

Дурное предчувствие сжало сердце. А если именно он виновен в смерти Су Мина?..

Что стоит переборщить с травами? Ошибиться ведь не так сложно. Су Мин был стар, да ещё и не особо здоров. Он перебрал с выпивкой в тот вечер — и возможно, даже крошечная доза снотворного стала критичной.

Что, если безобидное намерение спасти меня обернулось непоправимой трагедией? Сяо Вей, с его острым умом… мог ли он совершить такую ошибку? Или… или не ошибку?

Он ведь и в самой игре был отравителем. В ядах этот человек разбирался как никто.

Мог ли он солгать Фейту о том, что конкретно подлил Су Мину?

Я обязана как можно скорее поговорить с Сяо Веем. Фейту я не стала озвучивать своих подозрений — она бы защищала возлюбленного до последнего. Её можно понять.

Мы закончили одеваться в гнетущем молчании.

В самых растрепанных чувствах я вернулась к гостям. Эта парочка не подралась — к сожалению или к счастью. Но в воздухе звенело напряжение, будто невидимые клинки уже были обнажены.

Мужчины обратили ко мне свои взгляды. Жэнь Хэ тепло улыбнулся. Линь Янь сощурился.

Я первой нарушила тишину:

— Ваше Высочество, с какой целью вы пришли? Вчера я сделала всё, о чём вы просили. Неужели этого недостаточно, чтобы смыть мои грехи?

Жэнь Хэ чуть склонил голову, глаза его блеснули огорчением. Линь Янь подался вперёд.

— Он что-то требовал от тебя? — спросил он, глядя прямо на меня. — О каких грехах идет речь?

Прежде чем я успела ответить, Жэнь Хэ лениво откинулся на спинку стула, и на его губах заиграла легкая, почти беззаботная улыбка. Только взгляд оставался равнодушен.

— Знаете, глава Линь, — произнес он с притворной задумчивостью, — я ведь скоро могу стать императором. Если достопочтенный отец не переживет следующие недели, то трон перейдет мне. — Он сделал театральную паузу, давая этим словам повиснуть в воздухе. — И тогда… наверное, я должен издать специальный указ и подобрать вам лучшую жену. В благодарность за вашу поддержку.

Губы Линь Яня искривились в холодной усмешке. Он не выглядел ни испуганным, ни даже удивленным. Лишь еще более сосредоточенным.

— Иными словами, Ваше Высочество, вы собираетесь принудить меня к браку? — уточнил он.

— Не воспринимайте это таким образом, — Жэнь Хэ мягко поднял руки, будто отстраняясь от столь вульгарного предположения. — Как будущий правитель, я должен заботиться о благополучии своих самых верных подданных. Я действую из лучших побуждений, и только.

«Ага, — ехидно прозвучало у меня в голове. — Из лучших побуждений ни в коем случае не позволить сопернику заполучить меня».

Если честно, я едва сдержала возмущение. Они снова тянут меня каждый в свою сторону, как будто я приз за победу. Если в дело идет не драка, то угрозы!

Кто сказал, что я вообще захочу иметь что-то общее хоть с одним из них?!

Я все еще чувствовала вкус поцелуя Линь Яня — дерзкий, властный, опьяняющий. Но заставила себя отвлечься от этих мыслей. Как и от того, как сильно я беспокоилась за Жэнь Хэ, хоть и была на него зла.

— Вы заботитесь только о себе, Ваше Высочество, — сказал Линь Янь. — Ваши попытки устранить меня бессмысленны. Поверьте, вы не заставите женщину полюбить вас насильно.

— Поверьте, — отрекошетил Жэнь Хэ, — я не собираюсь никого заставлять. Мой долг — найти для вас супругу самой благородной крови, которая продолжила бы знатный род Линь. Что касается той, о ком вы думаете…

— Если в будущем императорский указ повелит мне жениться, разумеется, я подчинюсь. Но пока вы лишь бросаетесь словами, Ваше Высочество. Император может подписывать указы, но без верных людей страна падет. Если бы не я сегодня, вы бы сейчас скорее всего были бы мертвы, Ваше Высочество. — сказал он подчеркнуто почтительно, но глаза оставались холодными.

— Хватит, — сказала я, не выдержав. — Вы оба говорите обо мне так, будто меня здесь нет. Я не вещь. У меня вообще-то тоже есть право выбора.

Они повернули головы ко мне почти одновременно.

Кажется, пора перевести разговор. Иначе эти двое перегрызут друг другу глотки прямо в моей гостиной. Или поделят меня как праздничный пирог.

Вот только я открыла рот, чтобы осадить их, как перед глазами вспыхнуло знакомое окно интерфейса:

«Жэнь Хэ и Линь Янь спорят за ваше внимание. Какой фразой вы остановите их?»

Я пробежалась глазами по вариантам. Первым было предложение продолжить упрекать их: «Один строит из себя императора, другой — спасителя! А я для вас кто?».

Второй вариант оказался радикальнее, хотя заставил невольно прыснуть: «Может, вам проще устроить поединок? А я в это время пойду пить чай».

Опустив глаза на третий вариант, я едва не усомнилась в том, что не разучилась читать:

«У меня есть компромисс. Вы можете оба стать моими матримониальными наложниками. Если хотите делить меня, то делайте это официально».

На всякий случай я даже потрясла головой, но буквы не исчезли. Может, в игру вирус пробрался?

Хотя, с другой стороны, ну что я действительно могу им сказать. Первый вариант слишком банальный. От новых упреков толку не будет. Второй вариант мне нравится, но вдруг они серьезно затеют поединок?

А третий… я мстительно улыбнулась и мысленно выбрала его:

— У меня есть компромисс. — с вызовом произнесла я. — Вы можете оба стать моими матримониальными наложниками. Если хотите делить меня, то делайте это официально. — А дальше добавила от себя с особой язвительностью. — Продолжение вашего спора приму за согласие.

Мои слова повисли в воздухе, но уже в следующий миг Жэнь Хэ прыснул, прикрывая рот ладонью, а Линь Янь вздохнул и покачал головой.

— Такие шутки, вещь сомнительная, Ми Лань. — заметил он сухо.

Я скрестила руки на груди и прищурилась.

— Однако, желание поспорить с друг другом у вас, кажется, наконец пропало, не так ли? — я выдержала паузу и продолжила уже ровнее: — Тогда у меня другой вопрос. Помнится, — я мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и произнести это, — после смерти Су Мина вы оба обещали проверить вино, которое он пил. Ну так как? У вас есть отчёты?

Тишина в комнате стала вязкой. Жэнь Хэ мигом перестал улыбаться, Линь Янь замер. Они переглянулись, и мне хватило одного этого взгляда, чтобы понять: оба что-то скрывали.

— Надо же, — протянула я, чувствуя, как голос становится резче. — Вот по этой теме у вас, смотрю, поразительное единение. Говорите уже, я всё знаю!

— Знаешь? — нахмурился Линь Янь. Его взгляд метнулся к Жэнь Хэ, и впервые за время разговора в нём мелькнула тень сомнения. — Что именно ты знаешь, Лань-эр? — спросил Жень Хэ, но смотрел при этом не на меня, а на соперника.

— Мне всё рассказала Фейту. — Я вздёрнула подбородок. — А ей рассказал Сяо Вэй.

На лицах обоих одновременно проступила тень. Они будто враз потемнели, и на миг в комнате стало так тихо, что слышно было бы, если бы капля воды скатилась по лепестку в вазе.

Они молчали. И чем дольше, тем сильнее во мне крепло чувство, что дело нечисто. Неужели Су Мин… действительно умер не сам? Неужели его убили? В этом виноват Сяо Вей?

— Су Мин, — произнесла я медленно. — не умер от удара сердца. Его убили.

Жэнь Хэ неловко кашлянул и потёр шею.

— Ну… технически это действительно был удар сердца… — протянул он. — Никто не думал, что оно окажется таким… восприимчивым.

— Прости, Ми Лань, — неожиданно сказал Линь Янь. — Мы виноваты перед тобой.

Я замерла. Виноваты? «Мы»?.. Почему они извиняются так, будто сами приложили руку?

По телу прошла холодная дрожь. Глубоко вдохнула, посмотрела сначала на одного, потом на другого и тихо произнесла:

— Хорошо. Тогда скажите мне прямо: что было в бокале Су Мина?

Повисла пауза. Наконец Линь Янь буркнул, мрачно глядя в сторону:

— То, что тебе сказал Сяо Вэй, то и было. Правда… мы так и не нашли того, кто подсыпал настойку для бодрости.

— Для бодрости он сам себе подлил, — перебил Жэнь Хэ и скривился. — Но мы так и не выяснили, кто добавил мочегонное.

— Мочегонное?.. — я глупо хлопнула глазами. Казалось, будто меня ударили по голове.

Жэнь Хэ загнул палец:

— От Сяо Вэя было снотворное, — затем загнул еще один. — Я добавил пару капель афродизиака. Думал, старик хорошо развлечётся с приглашёнными танцовщицами ночью и забудет о своей новоиспечённой доченьке.

Я перевела взгляд на Линь Яня:

— Ты что?.. — заторможенно спросила я.

— А я подсыпал немного порошка для… гм… пищеварения, — сухо добавил Линь Янь. — Хотел, чтобы он точно остался в своих покоях.

Я не верила своим ушам. И всё это… было в одном бокале?

— Великолепно, — выдохнула я, собственный голос звучал словно из-под толщи воды. — Один хотел, чтобы он бегал, другой — чтобы спал, третий — чтобы любился танцовщицами, а четвёртый, чтобы сидел на горшке?!

— Там был еще порошок от племянника из боковой ветви рода, — добавил Жэнь Хэ. — Он из мести подсыпал средство, вызывающее чесотку.

На глаза навернулись слёзы, и тут же прорвался истерический смешок. Получалось так нелепо, так абсурдно, что сердце разрывалось от обиды, но губы предательски дрожали в улыбке.

Я резко вскинула голову, плечи дрожали, и посмотрела на обоих так, что они одновременно отвели глаза.

— Я передумала, — голос мой звенел от злости. — Моими наложниками вы оба быть не достойны. Убирайтесь. Сейчас же.

В комнате повисла тишина. Жэнь Хэ дёрнул уголком губ, но взгляд стал мрачным. Линь Янь нахмурился, сжал кулаки.

Су Мин погиб не от какого-то злодея, а от их вечных споров. Каждый пытался перетянуть одеяло на себя, у каждого был на меня свой план, но не один из них не спросил, чего я сама хочу. Они думали только о себе.

— Вон! — повторила я громче. — Оставьте меня одну!