Бамбуковый лес, шумел как-то тревожно, словно предупреждал нас о чем то.

— Госпожа, — прошептала служанка, хватая меня за рукав. — Мне кажется, за нами следят.

— Тебе кажется, — отмахнулась я, разглядывая длинные стволы. — Ничего тут нет необычного, наверное, звери играются.

— Госпожа, мне не по себе, — простонала Динер.

И ее предчувствия тут же сбылись, будь они неладны. Из-за бамбуковых стволов высыпали люди. В грязных одеждах, с повязками на головах и с мечами, которые явно не видели точильного камня лет сто. Воняло от них так, что я удивилась, как не почувствовала это заблаговременно.

— Какие красавицы, совсем одни тут? Ценные вещи вытаскивайте! — вышел вперед главный, здоровенный детина с бородой, в которой застряли прошлогодние крошки.

Динер в страхе схватилась за мешочек цянькунь у нее на поясе.

— У нас нет ценных вещей, — врать у меня, как обычно, получалось довольно провально.

— Ложитесь на землю!

Я посмотрела на Диньер, а она посмотрела на меня, это, естественно, не принесло никакого результата.

— Госпожа, вам давайте подстелю вам плащ, — прошептала она.

— Ты думаешь, сейчас до церемоний? — так же шёпотом уточнила я.

Разбойники окружили нас плотным кольцом. Их было человек пятнадцать. Или двадцать. Я сбилась со счёта, потому что они всё время двигались по кругу, как стая волков.

— Золото, — сказал главный, протягивая грязную ладонь. — И украшения все снимайте.

— У нас нет золота, — я попыталась.

«Ведь если отдать золото, нечем будет заплатить демонице».

— Знаешь, девица, — сказал он, направляя на меня в бывшем «острие» ржавого меча. — Вы ушли недалеко от харчевни, где вы расплатились золотом. Хозяин — наш человек. Он и сообщил, что две жирные рыбки плывут по нашей реке.

— Ну какие же мы рыбки! — возмутилась я. — Я фея сладких снов Жувань, а это моя служанка Динер!

«Кажется, было не время представляться по всей форме, но вдруг в них бы проснулась совесть!»

— Фея? — он заржал. — Ну, значит, у нас сегодня праздник. Фея с золотом — к удаче.

«Юмор у него был довольно тоскливый.»

— Госпожа, — Динер дрожала всем телом, но вышла вперёд, загораживая меня. — Я их задержу. Вы бегите.

— Динер, ты умеешь сражаться? — было изумилась я.

— Я постараюсь, — прошептала она.

«Ну вот, кажется, не умеет. Мы явно в беде!»

— Взять их! — скомандовал главный.

Нас схватили. Грубо, больно, выкручивая руки. Я взвизгнула, как поросёнок. Динер закричала, пытаясь дотянуться до меня. Мешочек цянькунь упал с пояса Динер, рассыпав по земле пару жёлтых монет.

— Золото! — разбойники бросились подбирать. В суматохе меня толкнули, я упала на колени, разодрав новое платье.

— Госпожа! — Динер попыталась подбежать ко мне, но её держали трое.

— Свяжите их, — приказал главный. — И обыщите. Может, ещё что есть.

В рукаве у меня нашли персик, паровую булочку и пол початка кукурузы. Я воспользовалась моментом, пока голодные грабители делили эту добычу, и рванулась к Динер.

— Бежим!

— Куда?

— В лес!

Мы побежали. Но куда там — нас догнали через десять шагов и грубо потащили к главному, окончательно измазав в грязи. Мне стало страшно. Слёзы навернулись на глаза, я невольно вспомнила про Владыку и грустно подумала, что теперь и не увижу его никогда.

— Режьте их, — равнодушно сказал главный, забирая мешочек, с удивлением открыв его, увидел там большое пространство. — И бросьте в овраг. Чтобы никто не нашел.

— А платья? — спросил один из разбойников. — Шёлк дорогой.

— Вы все равно уже испортили их.

Мое терпение кончилось, и я решила, что будь что будет, использую силу, пусть меня накажут небеса, но обижать Динер не дам.

Сосредоточила силу в руках, как вдруг.

В этот момент лес наполнился топотом копыт, звоном металла и криками.

— Стоять! — рявкнул чей-то голос, властный и холодный. — Именем Императора!

Из бамбуковой чащи что хищные птицы вылетели всадники. В доспехах, с мечами наголо, и вышитыми драконами на плащах. Имперская стража.

Разбойники оторопели. Кто-то выронил меч, несколько попытались бежать, но всадники окружили их мгновенно.

— Взять всех, — приказал тот же голос. — Живыми. Для допроса.

— А этих? — стражник кивнул на нас.

— Женщин не трогать.

Из-за спин всадников выехала повозка. Не просто повозка, а настоящее произведение искусства, отделанная золотом и лаком, с вышитыми шёлковыми занавесками и флагом с императорским гербом.

Дверца открылась. Изнутри вышла дама.

Она была прекрасна. Лицо что лунный диск, брови, как крылья ласточки, губы, вишня в росе. На ней было платье из золотой парчи, расшитое жемчугом. В волосах — гуань с фениксом, который, казалось, вот-вот взлетит с ее головы и сожжёт этот лес. Она двигалась плавно, словно не шла, а плыла над землёй.

И эта величественная, роскошная, почти божественная дама подошла ко мне и опустилась на колени. ее служанка бросившаяся наперерез едва успела бросить на землю подушку для колен. Я оторопела и скорее всего стояла с нелепо открытым ртом.

— Светлая госпожа, — сказала она голосом, в котором звенели слёзы. — Наконец-то я вас нашла. Небеса услышали мои молитвы и позволили мне ещё раз увидеться с вами.

— Вы… вы кто? — пролепетала я, не зная куда себя деть.

Она подняла на меня глаза — чёрные, блестящие, полные благоговения.

— Вы не помните меня? — спросила с надеждой. — Конечно, вы не помните. Для вас это было мгновение. Для меня вы целая жизнь.

— Я вас… где-то видела? — я напрягла память, что было сил. — Мы были….эээээ

— Вы видели меня, когда я была маленькой, грязной, голодной, — она улыбнулась сквозь слёзы. — Тогда меня звали просто Линер. Я была в банде разбойников, и вы подарили мне надежду и свое благословение. Мне приснилось, как вы сказали, что я достойна лучшей судьбы.

У меня отвисла челюсть.

— Линер? — прошептала я. — Та самая девочка? Превратилась в феникса.