Мы прибыли в прекрасный дворец, каких я раньше не видела.

Роскошный двор, узоры и колонны, исписанные хвалебными символами, пестрили своим лирическим разнообразием.

Во дворе мы не встретили прислуги, лишь треххвостый белый кот приветливо рычал, подходя к нам. Белый и пушистый, он выглядел весьма заманчиво. Я даже облизнулась, а он успел заметить.

— Хозяин не в настроении, он опять не спал, — прорычал тот, поглядывая на меня оранжевым глазом. Его белые хвосты разошлись в разные стороны так, что у меня в глазах затроилось.

— Вот я привел прислужницу храма сладких снов, — проворчал посланник.

«Так учтиво говорит с котом!?»

Я поклонилась.

— У них тоже проблема с кадрами? — спросил пушистый наглец оглядывая меня мельком.

— Да, можно сказать и так. Либо наставница Шуань решила насолить Владыке за старые обиды.

Они совместно закивали, вкладывая в это синхронное движение смысл, который я понять не могла.

Когда их взгляды обсудили меня полностью, кот молча махнул хвостом в сторону резных дверей, ведущих во дворец:

— Иди, владыка ждёт тебя.

Посланник и кот остались во дворе, и я подозревала, они затеяли без меня обсуждать мои способности к медицине. Не имея предлога послушать, я вздохнула и пошла к дверям.

Пришлось повозиться, они так скрипели, словно их уже пару тысяч лет никто не открывал. Я, трудом приоткрыв одну створку, просочилась вовнутрь белым дымом.

Ну и бедлам… Повсюду пыль и высохшие листья алого клена. Они противно хрустели под ногами, превращаясь в лиственный прах. То, что снаружи представлялось прекрасным, было таким разочаровывающим внутри. Я прошла по главной зале.

Никого.

Пугающая тишина скребла сердце. Полы моего белого ханьфу покрылись пылью.

— Ну и срам!

Прошла дальше, заглядывая в комнаты. Разбросанная мебель, дыры в холстах, осколки драгоценных ваз в пыли. Наставница явно переоценивала мои способности, если отправила меня сюда с целью уборки.

«А ведь я не спросила посланника о цели визита!» — хлопнула себя по лбу. Кажется, я уже дошла до главных покоев, они были полуоткрыты, ведь одна дверь свисала, еле держась на истлевших дверных навесах.

Я попыталась открыть вторую, но она задрожала и с грохотом упала, разметав пыль и листья. Когда я отняла руки от лица, комната предстала передо мной вся целиком.

Опрокинутый стол, пол, устланный свитками, как ковром, и огромная кровать, покрытая черными шелками. Тут и рос этот красный клён, он оплел основание, являясь живым изголовьем. На кровати неподвижно сидел мужчина ко мне спиной, в его длинных блестяще белых волосах запуталась пара листьев.

Я сделала несколько шагов вперёд и торжественно произнесла, поклонившись:

— Жувань из храма сладких снов прибыла… эээ навестить… выполнять ваше задание.

Мужчина даже не шелохнулся.

«Может, он спит?» — я осторожно сделала несколько шагов вперед. А он в свою очередь резко развернул голову. Будто призрак мне в душу заглянул.

Аж озноб пробрал, чуть кровь носом не пошла!

Владыка ночи был бледен, что первый снег, темные круги пролегли под глазами, делая образ и без того мрачным. Волосы взъерошенной копной могли бы поместить сразу нескольких птенцов трехлапого солнечного ворона.

— Ваше темнейшество, думала, меня вызвали для уборки дворца, но вижу, что вам нужна не меньшая помощь, — воскликнула я, совсем не собираясь его оскорблять.

Зрачки его, и без того темные как ночь, заняли все пространство белка, расширяясь от гнева.

Я, признаться, почувствовала внезапную слабость в коленях и, совсем не сопротивляясь, присела.

— Что ты тут делаешь, бродяжка? — ледяной тон звучал только в моей голове, так как владыка вовсе и рта не открывал.

Дрожь охватила меня ещё сильнее, и я стала быстро оправдываться, сбиваясь:

— Я Жувань из храма сладких снов, прибыла по приказу моей наставницы. Ваш посланник притащил меня сюда. Мне ещё не дали никакого задания… Я думала, что вы… хотите жени… — тут я осеклась, не в силах больше произнести ни слова.

«Он мне запретил? Получается, это всё, что хотел знать владыка? А я так хотела рассказать ему о спасении его посланника и получить какое-нибудь высокое звание или что нибудь ценное. Владыка ночи — это вам не шутки, он может хорошо наградить». — от этих мыслей на моем лице засияла улыбка.

— Ты что, «дурочка»?

Он назвал не ругательный иероглиф, а тот, что означал, что я в высокой степени скудоумна.

Скрывать правду от владыки было очень нехорошо, и я согласно закивала, пока он не разрешил мне ответить.

— Да, владыка, я не так давно родилась и ещё не успела как следует набраться ума. Вы во всем правы. — Таким особам обязательно надо льстить, наставнице это всегда очень нравилось, и я, не скупясь, хотела продолжить:

— Ваш разум так велик, что сразу раскусил…

После чего опять встретила запрет, попыталась сделать два неловких шага на коленях ближе к владыке, дабы рассмотреть его ближе, он мне позволил.

«Да… Ему бы выспаться как следует».