Бой закончился, Амасте оказали помощь, Дармаус гордо ушёл с арены.

— Есть идеи, как такому противостоять? — спросил у Аскла.

Тот плечами пожал, ничего не ответил. Поэтому я направился к Маркусу.

— Как тебе бой? — спросил его, а заодно Дзендао с Леваном, которые здесь рядом стояли.

— Необычная способность, — ответил Маркус. — Пока нет идей, что этому противопоставить. Если бросишь ему вызов… — Маркус перешёл на шёпот, сказал мне почти на ухо: — Твою подружку это ещё больше унизит.

— Да не собираюсь я его вызывать, — почти искренне удивился я.

На самом деле я был не прочь. Теперь, когда проигрыш не равнялся потере власти над фракцией, можно действовать куда свободнее. Биться, ни о чём не думая. Понятное дело, что поражение всё равно ударит по моей репутации, но лично я в этом не видел проблемы. Никогда не проигрывать — это весело, но такой статус сделает заложником собственной репутации. Оно мне надо? Предпочту быть парнем, у которого иногда не получается, но это идёт ему на пользу.

— Конечно, конечно, — верно подметил мой настрой Дзендао.

— Чёрт с ним, с Дармаусом, — сказал я. — У нас на сегодня множество дел. Как насчёт выработать стратегию?

— Всё уже придумано давно, — ответил мне Леван. — Рассказать? — усмехнулся он.

Явно намекая, что я далеко не во все дела фракций посвящён.

— Спрашиваешь. Как будем всех нагибать? — потёр я ладошки.

Тактика была очевидная, если подумать. Основная ставка на тех, кто ходил со мной в поход. Остальные-то ничего нового на арене не покажут. Это не значит, что пользы от них не будет. Леван рассказал мне про теневую сторону сражений на арене. В обычное время ты сам выбирал, с кем сразиться, отправляя приглашение через наставников. Или принимал чужой вызов, если таковые имелись. Не всегда это было завязано на конкретные имена. Нужный человек мог отсутствовать или просто отказать на сегодня.

Всё бы ничего, знай себе вызывай тех, кто чуть слабее или равен тебе, да побеждай уверенно. Простая стратегия, которая не работала. По банальным причинам. Победить равного себе — это надо постараться. Другой ведь тоже захочет победить. Сразить того, кто чуть слабее — так это надо ещё угадать. Вчера человек на арене один уровень показал, сегодня освоил новую технику, хитрый приём, да просто звезды сошлись — и вот твой расчёт обломался. Всё это усложняли фракции. У которых было много кандидатов, командный дух, разные умельцы, свои амбиции и бюджеты.

Что, если одна фракция выстроит свою стратегию так, что задоминирует другую? Пошлёт десяток–другой вызовов, заберёт все победы. В этом случае она получит очки, репутацию, поток внимания, укрепит веру в себя. Проигравшие же получат всё то же самое, только со знаком минус.

— Ты вот знал, — говорил мне Леван, отведя в сторону и рассказывая, что к чему, — что если член какой-то фракции проиграл, то вероятность вызова других членов этой фракции и самого проигравшего в следующие дни возрастает? Если кто-то проиграл пару раз, то и вовсе на него лавина вызовов обрушится.

— Коршуны слетаются на того, кто споткнулся? — выделил я главное.

— Именно. Это в некотором роде борьба за веру в себя. Да и очки так проще получить.

— А разве те, кто набрасывается на споткнувшегося, не предают тем самым веру в себя? Это ведь надо себя совсем не уважать, чтобы целенаправленно выискивать такую добычу.

— Это ты очень глубоко смотришь, — хохотнул наш здоровяк. — Большинство о таких сложных вещах даже не задумываются.

— Но мы ведь не большинство?

— Мы не большинство, — глянул он проникновенно. — Но тут как решит глава фракции. У любого из путей есть свои минусы и плюсы, и не всегда правильное решение самое эффективное. Как в долгосрочной перспективе, так и в краткосрочной.

Я задумался, постаравшись понять, что это может значить. Хм… Люди ведь разные. Ситуации тоже отличаются. Что, если подстроить победу для кого-то, чтобы он укрепил веру в себя? Вывести его в оптимальное состояние, а потом уже бросать на тех, кто посильнее.

— Так голову можно сломать, — поморщился я.

— Как повезло, что у тебя есть я, — хмыкнул Леван.

— И не поспоришь, — улыбнулся я, — Тогда оставлю это на тебя. Не хочу с таким заморачиваться. Любая ситуация, победа или проигрыш — это всего лишь ступень.

— А вот эта мысль ещё глубже, чем предыдущая, и дорастают до неё далеко не все, — ответил здоровяк веско.

Глубже или нет, а лишний раз усложнять я не видел смысла. Хотя и признавал важность наличия какой-то стратегии. Хочешь или нет, а использовать их придётся. Ведь другие фракции их используют, а значит, нужно отвечать.

Пусть Леван этим занимается. Тем более у него это неплохо получается. А я… А я хочу себе интересных противников и как следует отвести душу.

Надо только дать отмашку Дарсии, чтобы нашла рабочих для обустройства поместья. Ученики подобным не занимались. Мы ведь в городе живём. Здесь и свои команды строителей имелись для обслуживания всех нужд. С возможностью нанять их. Драки драками, но и ночевать под открытым небом — такое себе.

* * *

День прошёл в рамках ожиданий. Парни выступили на кураже, достойно себя проявили. Я тоже отметился, но не скажу, что были какие-то острые моменты с элементами личной вражды. Так, обычные потехи.

На арену лично я выходил четыре раза. Всё остальное время медитировал прямо на стене, попутно наблюдая за другими бойцами. Тоже полезное занятие. Где ещё такое количество приёмов и тактик увидишь.

Уже вечером, когда начались самые жаркие бои, ко мне подошла Салана, сестра Ардеуса.

— Так приятно, что такой важный человек принял меня, — сказала она иронично, оказавшись рядом. — Или мне надо ещё добавить «старший»?

— Мы с тобой вроде бы не ссорились, чтобы ты меня подначивала, — удивился я, внимательно глянув на девушку. — Что-то случилось?

— Что-то, кроме того, что моему непутёвому брату отрубили руку? Нет, ничего.

— А, так в этом причина, — кивнул я. — Ты в обиде?

— Я в недоумении.

— Я теперь тоже, — заглянул я девушке в глаза, пытаясь понять, зачем она пришла, — Не знаю, что тебе сказал Ардеус, но он был среди бунтовщиков и первым обнажил меч.

— Он в основном ругался, что пришлось выложить тридцать кристаллов за лечение руки, что фракция Чёрной Орхидеи разрушена, и что Амаста получила пинка под зад, а связаться с тобой было худшим решением в его жизни.

— Если он действительно это сказал, то передай ему, чтобы обходил меня стороной и больше никогда не обращался за услугами, — ответил я холодно. — Я сделал его сильнее, и это факт. Худшим решением в его жизни было выступить против меня. Если он этого не понимает… То с неблагодарными дураками я дел вести не хочу.

— Со мной тоже теперь общаться не будешь?

— Зависит от того, что ты скажешь дальше. Так-то я до сих пор не понял, что ты хочешь мне сказать.

— Пришла прояснить, что происходит, — пожала девушка плечами.

— Жизнь идёт своим чередом, — отзеркалил я её жест. — Моё отношение лично к тебе не изменилось. А твоё ко мне?

— Ты будешь преследовать моего брата? — прямо спросила она.

— Если не будет создавать проблем, он мне безразличен.

— А если бросит тебе вызов?

— Пусть бросает сколько угодно. Это академия. Здесь постоянно сражаются на арене. Но, если он решит обратиться к другим методам… Тогда не вини меня, Салана.

— Буду винить, — ответила она. — Он же мой брат. Но я тебя поняла. Постараюсь образумить этого упрямца.

Я на это промолчал, и, неловко попрощавшись, Салана ушла.

* * *

Это был не последний разговор с девушкой на сегодня, который мне предстоял.

Когда закончили дела на турнире, то довольные вернулись обратно. Несколько десятков побед одержали. Все вместе постояли, о себе заявили. Дальше видно будет. А сейчас… По возвращении нас ждала расчищенная дорожка в сторону поместья через лес, гора мусора возле здания, а также россыпь палаток, которые установили вокруг.

Дарсия вышла встречать. К ней я и направился, пока остальной народ оглядывался.

— Как прошло? — спросил девушку. — Никто не обижал?

— Какая-то наглая девица пробовала возмущаться и ругаться, — улыбнулась Дарсия. — Но я ей сказала, что если она меня тронет, то один добрый парень перестанет быть добрым, сравняет тут всё с землёй и засыплет солью, чтобы больше ничего не выросло.

— Это хорошо, что договорились, — кивнул я. — Что по ремонту сказали?

— Восстановление здания займёт несколько дней. Ещё сколько-то займёт внутренняя отделка. Также надо купить и доставить мебель. Если ты не в курсе, то стоит это всё дорого.

— Куда деваться, — вздохнул я. — Пойду, пообщаюсь, — кивнул в сторону поместья.

Пройдя мимо Дарсии, дошёл до здания, поднялся по ступеням крыльца и зашёл внутрь.

— Ты! — прозвучало гневное. — Они пытались разрушить дом! Разнесли здесь всё!

— Всё — это гору хлама вынесли? — спросил я.

Дух появилась передо мной, выросла из темноты, обратилась черноволосой девушкой, что обвинительно выставила палец в мою сторону.

— Это были вещи госпожи!

— Сгнившие пять веков назад? — вскинул я бровь. — Мы же договорились восстановить это место. Так чего ты возмущаешься?

— Мне это не нравится! — поджала она губы.

— А что нравится? — спросил я.

— Ничего! — упрямо и откровенно по-детски ответила она.

— Даже сладости?

— Нет! — последовал рефлекторный ответ и тут же тихое: — Какие ещё сладости?

— В академии есть ресторан Цветов. Хозяин утверждает, что там ещё сами основатели ели.

— Знаю я это место, — гордо ответила девушка. — Этот Эссер специально его сделал для госпожи Алии. Умел впечатлить даму! — сказала она голосом тётушки, которая только и делает, что печётся о невинности подопечной. — Лучших поваров нанял!

— Я могу принести сладости оттуда. Хочешь? — спросил я с интонацией искусителя.

— Звучит подозрительно, — прищурилась девушка.

— Я же вижу, что тебе тяжело даются перемены. Немного сладкого после долгого дня, почему бы нет?

— Немного? У меня большой желудок, человек! — похлопала она себя по животу.

— Понял, — с самым серьёзным видом кивнул я. — Значит, сладостей побольше? Твои предпочтения?

— Я люблю фрукты. Мёд. Что-нибудь необычное!

— Сейчас же отправлюсь за сладеньким для тебя! — заверил я.

Дух фыркнула, но отказываться не стала. Я же в который раз подметил, что она ведёт себя как ребёнок. Обиженный, брошенный, древний ребёнок.

* * *

В ресторан Цветов я пришёл, как-то не подумав, что в позднее время здесь не ученики будут сидеть, а наставники не из последних.

— Господин Лай, — вежливо поздоровались со мной на входе. — Вы сегодня без спутницы?

— Спутница осталась в другом месте и желает отведать чего-нибудь сладкого, — улыбнулся я. — Также я хотел спросить у господина Феэра, как дела у одной старой черепашки.

— Вам не о чём беспокоиться, — заверил меня мужчина. — Сейчас я сообщу о вас хозяину. Прошу, проходите.

Это я и сделал. Прошёл в ресторан, прикидывая, где бы сесть. Заратраст вполне мог быть у пруда, туда я и направился. Лучше бы у входа остался, хотя как посмотреть.

— А этот что здесь делает⁈ — прозвучал визгливо-омерзительный голос, который бы я век не слышал.

Да так внезапно прозвучал, что я аж дёрнулся от неожиданности. Как-то не думал, что в этом месте на меня могут закричать вот так визгливо. Обернувшись, увидел Кардыша, главу павильона алхимии.

То, как я вздрогнул, ему точно понравились. Эти злобные глазки так и уставились на меня, попытались дыру прожечь.

— Кто пустил это отребье⁈ — не унимался он. — Глупый мальчишка! Это элитное заведение! Здесь нет места для таких, как ты!

— Нет места? — отозвался я. — Неужто почтенный Кардыш, — сказал я издевательски. — Ваше высокомерие заняло все свободные места?

— Что-о⁈ — перешёл он на ультравизг. — Да как ты смеешь со мной так разговаривать⁈

— Вы бы так не кричали. В вашем возрасте волнения противопоказаны. Да и спутницу вы свою пугаете…

Кардыш сидел не один, а с какой-то молоденькой девушкой.

— Решили пригласить внучку на ужин? — продолжил я. — Похвально, что заботитесь о семье!

— Да ты… Да ты!

Кардыша аж заклинило. Он покраснел, поднялся, начал брызгать слюной, смотря на меня безумным взглядом. А я и сам чувствовал нешуточную злость. Алхимия — это то немногое, что мне по-настоящему нравится. Кардыш же стал тем, кто закрыл мне некоторые возможности. А значит, стал личным врагом.

— Ты! — выставил он толстый палец в мою сторону. — Откуда такое отродье вылезло⁈ Из какой дыры⁈ Что за ублюдочные родители не озаботились твоим воспитанием⁈

Я и сам не понял, какое его слово зацепило меня. В ушах зазвенело, мир вдруг потемнел, а голос мой сделался совсем чужим, неживым.

— Повтори… — произнёс я, сдвигаясь.

Вдох… Тело насытилось кислородом, сердце забилось в два раза чаще. Руку я отвёл назад, живо представив, как в одно движение срублю этому борову его тупую башку.

Кардыш дёрнулся, побледнел, тут же окутался щитами.

— Что здесь происходит? — прозвучал спокойный, но властный голос. — Ученик Лай? Ты меня слышишь?

Я вдруг понял, что кто-то посмел меня сковать. Медленно повернул голову, уставился на главу академии.

— Ученик Лай, мне нужно напоминать наши правила? — спросил он спокойным, ровным, немного скучающим тоном. — За оскорбление наставника следует отчисление из Академии, а за нападение на наставника — казнь. Подумай, что ты хочешь сказать и сделать.

Вспомнив, что не стоит из-за одного урода ломать все свои планы, заставил себя выдохнуть. Вдруг обнаружил, что моя рука окуталась силой бинху. Да и духовную силу лучше притушить. Как и убийственное намерение. Медленно вдохнув и выдохнув, взял эмоции под контроль.

Но промолчать? Нет уж.

— Почтенный Мирий, — склонился я. — Спасибо, что напомнили правила академии.

— Он перешёл черту! — закричал Кардыш. — Я требую его казнить! Немедленно!

— Но, помимо правил академии, — продолжил я, распрямившись и посмотрев Мирию в глаза, — есть правила куда более древние. Кардыш оскорбил моих родителей.

— Это действительно так… — Помрачнев лицом, Мирий перевёл тяжёлый взгляд на самого Кардыша.

А я вдруг обнаружил, что повисла звенящая тишина. Гостей в этот вечер здесь было больше обычного. Не меньше половины столиков были заняты. И все сейчас смотрели на эту сцену.

— Кардыш, а с каких пор наставники стали так оскорблять учеников? — спросил Мирий вкрадчиво, почти ласково.

— Это я его оскорбил⁈ — взвился толстяк. — Это он оскорбляет меня самим фактом своего существования!

— Сложная ситуация, — ответил на это Мирий и снова посмотрел на меня. — Юный Лай, про какие же древние правила ты говорил?

— Некоторые оскорбления можно смыть только кровью, — твёрдо ответил я.

— Ты ещё на дуэль меня вызови! — рассмеялся Кардыш.

— Как ты видишь решение этой ситуации? — спросил Мирий, проигнорировав толстяка.

Он смотрел только на меня, но почему-то я был уверен, что глава сейчас активно обдумывает ситуацию и пытается найти выход.

— Могу предложить два варианта, — сказал я всё так же твёрдо. — Плату кровью я готов взять и сам. Но если это неприемлемо… Что ж. Так тому и быть. Передам родителям, как господин Кардыш о них отзывается.

Это был блеф чистой воды. Моя мать в лучшем случае сейчас где-то в темнице. Отец — неизвестно где. Да и пожалуйся я ему, он посмотрит на меня как на идиота и спросит, почему я сам жирдяю голову не оторвал. Справедливо спросит. Но здесь и сейчас я не мог давить ещё больше. Если только убить Кардыша да бежать из академии, но… От своих планов я отказаться не могу. Точнее, не имею права.

— Я тебя услышал, ученик Лай, — ответил мне Мирий. — Ты ведь сюда не просто так пришёл? Феэр… — позвал Мирий куда-то в сторону. — Удели внимание своему гостю.

Хозяин заведения уже находился в общем зале, смотря на происходящее с откровенной тревогой. Он замахал мне рукой, и я, подумав, не стал обострять. Пока не стал. Кардыш на это омерзительно захихикал. Ничего. Это я тоже запомню.

Шёл я не то чтобы быстро, поэтому услышал продолжение разговора. Да и… В общем, его все услышали. Феэр сам замер, не стал меня утаскивать подальше.

— Наставник должен быть примером для учеников, — сказал Мирий. — Особенно если это старший ставник и тем более глава павильона.

— Как это понимать? — сердито спросил Кардыш. — Этот Лай оскорбил меня! Я требую наказания для него!

— Мы ещё вернёмся к этому вопросу, — ответил Мирий тихо, отчего, кажется, у всех по спине в этом зале мурашки побежали. — Я случайно стал свидетелем этой безобразной сцены. Но раз уж мы с тобой пересеклись… Как раз хотел кое-что обсудить.

А сейчас тон стал совсем другим. Будто ничего не случилось. Будто они какую-то рабочую мелочь обсуждают.

— Что думаешь насчёт турнира алхимиков? — спросил Мирий. — Последний мы лет пятнадцать не проводили, да? Пора бы это исправить. Подготовь на завтра план мероприятия.

— Турнир алхимиков?

Не знаю, что было в этом предложении, но всю уверенность Кардыш растерял в один миг.

— Да, проверим, кто из нынешнего поколения лучший, — с энтузиазмом сказал Мирий. — Разошли приглашение всем школам. Пусть присылают таланты. Не будем ограничиваться одной лишь академией, дадим шанс и другим.

— Х-хорошо, — с запинкой ответил Кардыш.

— Также, думаю, можно совместить. Разошли приглашение и старым мастерам. Проверим, кто нынче сильнейший в Содружестве.

Феэр на этом моменте спохватился. Я успел до него дойти. Хозяин заведения схватил меня за локоть и утащил во внутренние помещения. Впервые я оказался на местной кухне. Где шкворчало, пахло самым разным. Десятки людей готовили, нарезали, варили, жарили…

— Ох, Лай, что же ты наделал… — встревоженно покачал головой Феэр.

— Простите, мастер, — поклонился я. — Кажется, я доставил вам и вашему заведению неудобства.

— Не говори так, — отмахнулся он, поморщившись.

Бросив взгляд на поваров и тех, кто здесь работал, он снова схватил меня за локоть и утащил в дальний угол.

— Знай люди, что здесь произойдёт, все бы места выкупили, — сказал он шёпотом, наклонившись ко мне. — Я беспокоюсь за тебя. Кардыш не тот человек, которого нужно так доводить.

— Он уже назначил награду за мою голову, — пожал я плечами. — Ничего нового не случится.

— Ох, — посмотрел Феэр осуждающе. — Стоит быть осторожнее, Лай.

— Обычно я так себя и веду, но тут личное, — вздохнул я. — Давайте не будем о грустном. Как поживает Заратраст? Не разорил вас ещё?

Я попытался свести всё в шутку, но мужчина бросал взгляды куда-то вовне, явно думая о том, что там ещё происходит. На меня тоже иначе смотреть начал, уж не знаю почему. Поводов-то хватает.

— За него не стоит волноваться, — вымученно улыбнулся Феэр. — Почтенный Заратраст нашёл способ общаться со мной. Он передал десятки рецептов. Какие-то совсем просты и интересны лишь как часть истории, но есть и уникальные, сложные шедевры. Обязательно заглядывай, Лай, попробуй их на вкус. Получилось замечательно.

— Как только найдётся свободная минутка, — заверил я, про себя подумав, что в ближайшее время здесь точно не появлюсь, чтобы не создавать дополнительных проблем Феэру. — Сегодня я к вам пришёл за сладким. Не для себя, а для одной… Девушки-духа.

— О-о, — оживился Феэр. — А что это за дух?

— Если позволите, я пока не готов назвать её имя.

— Конечно-конечно, — закивал он. — Чего бы хотела эта почтенная госпожа?

— Фрукты, мёд, что-нибудь необычное. И ещё несколько отдельных пирожных, если не сложно, — смущённо улыбнулся я. — У нас там ещё пара девушек есть. Будет опрометчиво их обидеть. Разумеется, я готов оплатить заказ…

— Не надо! — резко махнул он рукой. — Не обижай такими словами старика. Сейчас всё сделаю в лучшем виде.

И сделал.

Ресторан я покинул через чёрный ход, чтобы заново не пересекать общий зал. Мысли у меня в голове крутились самые злые, и я неожиданно для себя признал, что впервые кому-то настолько ярко, целенаправленно желаю зла.

Даже Бинхуэм для меня были абстрактной величиной, на которых непонятно, как злиться. Они где-то там, далеко. Пусть их злодеяния в сто раз хуже, но Кардыш был здесь, совсем рядом, и как-то он умудрился задеть меня сильнее других.

Так что, когда возвращался, строил самые разные планы мести.

Эти мысли выбило из головы, когда увидел, как через лес идёт женская фигура. К нам решила заглянуть Амаста.