Высшие планы, где живут боги

В обители бога войны Марселона бушевала буря негодования. Богиня Иехиль, словно вихрь, металась из угла в угол, ее белоснежные, как мрамор, руки яростно взмывали в воздух. Ее голос, наполненный гневом и возмущением, эхом разносился по комнате, отражаясь от высоких стен и усиливая драматизм сцены.

– Что он себе позволяет, этот мальчишка, посчитавший себя выше богов… Кем он был до встречи с нами? Мы его приблизили, дали помощь, помогли ему в трудные времена. А он, видите ли, считает себя драконом, хочет нами править!..

– Нет, сестра, – ответила ей Мара, перепуганная таким проявлением эмоций Иехиль, – он не хочет нами править, он говорит об устоях этого мира. Создатель над всеми нами – дракон, хранитель мира, и под хранителем – боги. Он ничего не переступил, и он сказал, что не хочет господствовать над богами, у каждого свое дело.

– Дело?! – вновь вспыхнула негодованием Иехиль. – Какое у него дело – завоевать горы и распространить свою власть до моря? Это жалкие потуги неудачника… Что он может?..

– Он может разрушать наши храмы на своих землях. – Мара стала приходить в себя. – Он может отдавать души умерших тебе на своих землях. Он может разрешить или не разрешить храмы. Это ли не власть дракона? И твои, и мои, и храмы Нарны разрушены за рекой. Это его предупреждение. Нарна уже не хозяйка гор, и она удрала к нынешнему хранителю. Она в отчаянии ищет его покровительства. И понимает, что без его помощи она уйдет в небытие.

– Есть храмы на Озерах, – буркнула Иехиль и недовольно посмотрела на молчаливого Марселона. – А ты чего молчишь? – возвысила она голос. – Тоже хочешь упасть на колени перед мальчишкой?..

– А что хочешь ты? – спросил Марселон.

– Я-я-я… – запнулась Иехиль. – Я хочу свободы… Я бог!

– Ты и так свободна, и что это тебе дает? Твои души по миру забирают демоны. Так решил дракон-хранитель, ты из-за этого ушла в небытие, и тебя из него вытащил Артем.

– Нет, это сделал Артам! – вспыхнула Иехиль.

– Ты просто не хочешь признать, что все это сделал Артем, пока жил в Артаме. Но ты так и не сказала, что ты хочешь?

Иехиль замолчала и буквально упала на диван, положила ногу на ногу и отвернулась.

– А я скажу тебе, что ты хочешь, но не можешь получить. Ты надеялась стать женой дракона, как ранее Нарна стала женой проклятого дракона. И у тебя это не получилось. Мальчишка оказался умным и стойким. Он добился десяти побед в драконьих войнах, представь себе, он пережил десять битв, это очень много. А ты говоришь, что он неудачник, – насмешливо продолжил говорить Марселон. – Он получил печать власти и знания, его уже не обманешь.

– Все равно мы ему нужны, у него нет тифлингов, а без тифлингов он не получит власти над землями, – зло выкрикнула Иехиль и задохнулась. У нее перехватило дыхание. Она вскочила, подошла к столу и налила себе в кубок вина из кувшина.

– У тебя тоже нет тифлингов, сестра, – тихо прокомментировала ее последние слова Мара. – И тифлинги у него есть. Мои тифлинги, и он мне отдал тифлингов Нарны…

– Ты… – Иехиль резко обернулась. – Ты не говорила, что пошла к нему в услужение! – Она подошла к сестре и уставилась на нее своими ледяными глазами. – Ты предала нас…

– Нет, я нас не предавала, сестра, потому что нас уже нет. Есть ты, я и Нарна, которая выбрала другую сторону. Мы теперь каждая сама по себе, и я не пошла к дракону в услужение. Ему наша служба не нужна. Ему нужно, чтобы был соблюден закон мироздания. Ты понимаешь, о чем я говорю. Он не хочет господствовать над нами, лишь бы мы признали его власть над землями, над которыми простирается его крыло. Или ушли туда, где нет еще его власти.

– Ты… – Иехиль не смогла найти слова ответа. – Ты… непроходимая дурочка. Все драконы подавляли богов и стремились к единоличной власти. Так было всегда. Почему ты думаешь, что этот дракон сделает по-другому?

– А он уже действует по-другому, – ответил за Мару Марселон. Иехиль не удостоила его ответом. – Тебе, Иехиль, надо смириться, что твой план обмануть Артема и сделать его своим мужем не удался, – невозмутимо продолжил Марселон. – И это хорошо, хоть один нормальный дракон появился в наших краях. Не умер в ловушке демонов в замке проклятого дракона, закрыл пробой, откуда вылезали бесы, и установил в том месте знак своей власти. Теперь бесы оттуда не полезут. Половина гор за рекой очищена от демонов. Это не удалось сделать хранителю и тому красному дракону, который бросил ему вызов, но бесславно погиб от рук твоей сестры…

– Она еще и твоя жена! – ядовито выкрикнула Иехиль, затем в порыве гнева обернулась к молча сидевшему Илю и спросила: – А ты так и будешь молчать?

– А вы никогда не спрашивали моего мнения, Иехиль. Я был для вас лишь довеском. Что касается меня, пока выбор делать не буду. Рано еще, пусть дракон окрепнет, покажет силу в противостоянии с хранителем, а тогда уже буду думать, к кому присоединиться. Помойную яму мне мог отдать и нынешний хранитель…

– Не мог, – презрительно скривившись, ответила Иехиль, – он ее отдал демонам. Так что будем делать? – обратилась она к другим богам.

– Мара свой выбор сделала, – ответил Марселон. – Я к ней присоединюсь, а ты думай. Выбор у тебя небольшой. Ты будешь вместе с Илем медленно умирать или приползешь к одному из драконов на коленях. Вы забыли, что Артам – его брат, и Артем может приказать своей властью закрыть все ваши храмы. А я уверен, он это сделает. Он не дурак, в конце концов. В общем, если накричалась, то, Иехиль, иди к себе, я от тебя устал.

– Я что… – вновь задохнулась богиня и, не найдя слов, исчезла. Иль не ушел, он посмотрел на Мару.

– Ты считаешь, что надо принять власть Артема? – спросил он. Мара кивнула, встала и попрощалась.

– Пойду, надо восстанавливать храмы и собирать брошенных тифлингов.

– Стой, – остановил ее Марселон, – я с тобой.

Артам сидел в своей резиденции, расположенной в лагере гоплитов на живописном полуострове. В жарко натопленной комнате, наполненной уютным теплом, горел камин. Дрова трещали, создавая мелодичный ритм, а из трубы доносился гул ветра, напоминая о бушующей стихии за пределами этого оазиса спокойствия. Артам, погруженный в странную сонливость, бездумно наблюдал за игрой огня. Со стороны могло показаться, что его взгляд был полон глубоких раздумий, он остановился на пламени, которое, казалось, отражало его внутреннее состояние. Время от времени он подбрасывал в огонь крупные поленья. Каждый раз, когда полено с глухим стуком падало в камин, в комнате становилось чуть светлее, а пламя, облизывая новое топливо, вспыхивало с новой силой, словно пробуждаясь к жизни.

Артам ждал вестей от Артема, чтобы предпринять какие-либо действия против горцев и мятежных князей. Вместо мыслей он видел картинки того, что происходило на Озерах. Западные князья, которые последними были присоединены к Озерному княжеству силой и обстоятельствами непреодолимой силы, снова стали проявлять недовольство урезанием их привилегий и власти. Он видел, как они общались со своими вождями и убеждали их присоединиться к походу против Озерной жемчужины. Они не видели угрозу со стороны горских князей и считали, что их незаслуженно оттеснили в тень, лишив власти и влияния. Им удалось смутить сердца тех, кого приблизил Артем, когда был главой союза племен Озер.

Крейсы, эгдеи, рипы и торганы вступили в тайный сговор с гонцами людей моря и готовили им беспрепятственный проход через свои земли до земель Хойду, до которых можно было незаметно добраться озерами. Пользуясь туманом, застилавшим озера, это было сделать нетрудно.

В душе Артама не было осуждения или обиды. Он понимал: не верность хранит княжество, а страх перед неисполнением закона и наказанием. А если страха не было, то надо его нагнать. В последней встрече с Артемом тот высказал свои общие соображения на тему, что должно объединить земли как Озер, так и Эгейского царства. Идея разделить земли на области или провинции с лишением князей власти и назначением наместников ему пришлась по душе. И западные племена дали ему хороший повод для таких преобразований. Он видел этот процесс воочию внутренним взором. Это был первый этап наступления на вольности племен. Осталось дождаться горцев, пропустить их и ударить с тыла, когда они будут осаждать Озерную жемчужину.

Но маленький червячок сомнений грыз его душу. Артам, отрешившись от мыслей, искал причину этих сомнений и, казалось, уже нашел. Он был на грани откровения, когда перезвон колокольчика отвлек его от созерцания огня.

Артам медленно поднял голову, посмотрел на силуэт, появившийся справа от него, и когда взор его прояснился, он увидел жену-гремлунку. Его Розу. Она стояла и улыбалась.

– Что ты, муж мой, такой печальный? – с огромной нежностью и любовью спросила она.

Артам широко улыбнулся, теплая волна прошла по его душе, смывая налет скорбного молчаливого раздумья.

– Моя Роза, – прошептал он, поднялся и осторожно, чтобы не придавить выпирающий живот гремлунки, обнял жену. – Как я рад тебя видеть. Почему не предупредила?

– Дело срочное, мой муж, надо поговорить, а потом побывать у дракона.

– У какого дракона? – спросил Артам. Он отстранился от жены и недоуменно на нее пристально посмотрел.

– У Артема, дорогой, у какого же еще? Ты понял, что произошло здесь, на западе земель?

Артем, ничего не говоря, посмотрел на нее с удивлением.

– Понимаю, ты не понял, – улыбнулась Роза, – потому что некто из богов перекрыл тебе доступ к информации. Я думаю, это мог сделать Иль… а скорее всего, Иехиль, хитрая бледнолицая лисица, которая ловит рыбку в мутной воде…

– Постой, – остановил ее Артам. – Я не понимаю, о чем ты? Проходи и садись на кресло у камина, и расскажи мне подробности.

Гремлунка, поддерживая животик, прошла к креслу, села и поправила складки бархатного бордового платья, которое так шло к ее зеленым глазам.

– Слушай, мой муж… – начала она свой рассказ. – Артем, как дракон, заявил о своей власти над северо-западом этого континента. Он бросил вызов богам, демонам и хранителю этого мира. У него появилась печать и знания древних драконов. Теперь Артем или победит, или погибнет, но с его гибелью придет и твоя гибель. – Она скорбно улыбнулась уголками губ.

– А он не поторопился? – осторожно спросил Артам.

– Этого я сказать не могу. Не знаю, – пожала плечами гремлунка. – Он выиграл десять битв с драконами, причем всего за полгода. У других драконов на это уходит несколько столетий. Пока удача на его стороне. Но бросив вызов богам и хранителю, он поднял большую волну в эфире. Все Высокие, что прячутся от хранителя, уже знают, что на западе появился владыка, который закрыл прорыв бесов в свои земли. Владыка, что осознал себя и хочет заявить свои права на этот мир. В небесных сферах все пришло в движение. Там такое творится, что тебе лучше этого не знать, спокойней жить будешь.

– Но если все так, что мне делать? – спросил Артам. – Какая моя роль во всем этом?

– У Артема есть просьба: он хочет печатать свои деньги в царстве. Ему нужны станок для проката, литейная печь и пресс для чеканки монет, еще серебро, медь, золото. Все это нужно в ближайшие дни доставить в Эхейское царство.

– Хорошо, я сам схожу в Город Мертвых и выполню просьбу брата, – ответил Артам. – Это все?

– Нет, еще нужно пропустить отряд горцев, чтобы они прошли через земли предателей. Это как бы разведотряд горцев, а на самом деле преданная Артему дружина. Потом ты с объединенными дружинами пройдешь огнем и мечом по этим землям. Все предатели у власти должны быть казнены: князья, старейшины и военные вожди. Знати в этих племенах не должно остаться.

– И это я сделаю, но я понимаю, что не это главное?

– Все верно, мой муж, ты стал проницательным. Тебе нужно взять покровительство дракона и признать его власть над Озерным княжеством.

– Для меня это лучший выход, – с улыбкой облегчения ответил Артам. – Что мне это даст?

– Защиту от богов и хранителя, но вовлечет в борьбу за власть. Ты оставишь на Озерах храмы только тех богов, что примут покровительство ледяного дракона. Так ты лишишь всех божественных противников дракона их тифлингов. Сейчас тифлинги Мары, Нарны и Марселона… Да еще, думаю, молодого Иля строят козни против тебя. Отсюда и волна предательств. Смертные люди падки на власть и богатство. Они склонны следовать своим желаниям, не долгу. Чем быстрее ты примешь его покровительство, Артам, тем быстрее себя обезопасишь.

Теперь до Артама дошло, что он не мог понять во всей этой ситуации, откуда рос червь сомнений, который разрушал его веру в успех: боги противодействовали ему.

– Тогда надо как можно быстрее призвать Артема для того, чтобы принять его власть над Озерами, – горячо произнес Артам. Гремлунка улыбнулась:

– Мы сами к нему придем. Положи на алтарь два драгоценных камня, желательно алмазы.

– Без проблем, – быстро согласился Артам и тут же встал с кресла, положил на резной комод два необработанных алмаза и посмотрел на жену. Она тоже встала и подошла к Артаму. Взяла его за руку и произнесла:

– Хочу попасть к своему мужу, дракону Артему.

Артем, проводив богиню Мару, почувствовал, как его веки, только что слипшиеся от усталости, внезапно распахнулись, словно под натиском невидимой силы. Сонливость испарилась, уступив место тревожной решимости. Он поднялся, неспеша оделся и сел в раздумьях за стол, чувствуя, как его сердце бьется быстрее, словно подгоняя время, предчувствуя грядущие испытания.

В его голове крутились мысли о судьбах этого мира и о том, как он связан с ним. Он думал о богах, об их противоречивой природе. Не все они жаждали власти, но те, кто стремился к ней, становились разрушительными силами, нарушающими хрупкий баланс этого мира. Их властолюбие, их жажда контроля превращали их в бунтарей, готовых на все ради своих амбиций.

А что может он, молодой дракон, заявивший права на северо-запад континента? Артем физически ощущал тяжесть этой ответственности. Он знал, что его сила – это не только дар, но и бремя. Он понимал, что ему предстоит сделать выбор, который определит судьбу не только его самого, но и всех, кто живет под его крылом. Что он может противопоставить той могущественной силе, что неуклонно надвигается на него? Что он может предложить богам, чтобы они уважали его, а не пытались подчинить своей воле?

Артем никогда не жаждал власти. Не лез в политику. Политика казалась ему далекой, сложной и недосягаемой целью. Из нее происходили обманы, предательства, и все сводилось к одному: стать политиком и хапать, хапать и хапать. Для Артема, как и для большинства простого, обремененного бедностью населения, это было омерзительно.

Но это было неизбежное зло, с которым приходилось мириться. Так жили на Земле. А как жить здесь? Поступать как безжалостный дракон он не мог. Не мог поступать и как человек.

«Что же делать?..» – в который раз задумался он.

От невеселых размышлений его оторвало неожиданное появление в кабинете жены-гремлунки и Артама. Артем с изумлением посмотрел на парочку и, не зная, как реагировать, произнес:

– Здрасьте. А мы вас не ждали…

– Вы не ждали, – ответила гремлунка. – А я вот позаботилась о вас двоих. Вот привела Артама. Он хочет пойти под твое крыло и, как великий Озерный князь, принять твою власть и покровительство над Озерами.

– Это действительно так? – спросил Артем.

– Да, это даст мне защиту от богов, – решительно ответил Артам и, улыбнувшись, добавил: – Хочу иметь рядом крепкую поддержку.

– Без проблем. Я думаю, это верное решение. Я и сам думал, как поступить, но вы оказались проворнее меня, – широко улыбнулся Артем. – Говори, Артам, слова клятвы. Повторяй за мной: «Я, Озерный князь Артам, признаю над Великим княжеством Озерным власть ледяного дракона и принимаю его покровительство».

Артам четко, слово в слово, повторил то, что сказал Артем. Артем подошел к Артаму и положил свою руку ему на голову:

– Принимаю тебя под свое крыло, великий князь Озерный.

Артама пронзила ледяная игла, он вздрогнул и заморгал.

– Что это было? – спросил он.

– Это на тебе печать дракона, – ответил Артем. – Боги не имеют над тобой власти. Возвращайся и закрой все храмы богам, кроме богини Мары. Она приняла мое покровительство…

– Постой, дракон, – неожиданно раздался звучный басистый голос. – Разреши припасть к твоим ногам.

Артем узнал голос бога Марселона. Он в растерянности посмотрел на жену-гремлунку. Та кивнула и промолчала.

– Заходи, – нерешительно произнес Артем. В комнате появился могучий воин в доспехах.

– Ледяной дракон, я бог войны Марселон. Готов признать твою власть и принять твое покровительство. Приветствую, госпожа, – склонил голову воин. – И тебе привет, князь Озерный.

– Марселон, как ты нас услышал? – спросил Артем. Марселон, обнажив крепкие большие зубы, рассмеялся:

– А ты, дракон, не закрыл доступ к себе. Тот, кто хочет принять твое покровительство, проходит до границы. Там я и услышал конец вашего разговора.

– А кто не хочет принять покровительство? С теми что? – спросил Артем.

– Они не могут слышать и видеть тебя, дракон. Прошу, оставь мои храмы.

– Оставлю, бог войны, и построю новые. Я простираю свое крыло над тобой, Марселон, и я не твой хозяин, я власть здесь и защитник.

– Тогда наложи свою печать на меня, – попросил бог войны.

Артем, не споря, возложил свою руку на голову Марселона. Тот вздрогнул и поблагодарил:

– Благодарю, ледяной дракон, нам надо поговорить. – Он многозначительно посмотрел на Артама и гремлунку.

– Мы уже уходим, – произнесла гремлунка, и она с Артамом тут же скрылась.

– Проходи, Марселон, садись, – пригласил бога войны Артем. – Вино будешь?

– Не откажусь, – произнес Марселон и сел за стол. Сам налил себе кубок и выпил.

– Так о чем ты хотел со мной поговорить? – спросил Артем.

– Нужно пробудить несколько богов, дракон, ты это можешь. С самого начала мог.

– Каких и зачем? – спросил Артем. Он прищурился и сверлил глазами Марселона.

– Не бойся, не для того чтобы плодить себе врагов. Нет. Для обустройства твоей империи. Я так полагаю, что ты будешь завоевывать себе пространство и обустраивать его.

– Это так заметно? – спросил Артем.

– Нет, я говорю, как бы поступил я. Думаю, ты тоже этого хочешь.

– Каких богов нужно пробудить?

– Сначала бога торговли и счастливого случая, толстого обжору Эрмия. Он определит меру успехов империи и уровень прибыли. Торговлю надо развивать в первую очередь, дракон. Эрмий в чужие дела не лезет, для него главное, чтобы торговцы, лавочники и купцы приносили ему жертвы. Сестрички не хотели, чтобы он пробудился, не хотели расширения твоей власти.

Затем идет Кроний, бог изобилия и урожая. Как ты понимаешь, чем богаче империя, тем она сильнее. Еще Промет, бог ремесел и производства. Поможет наладить если не промышленность в империи, то высоко поднимет производство количественно и качественно всей продукции, которой можно торговать и воевать. Уже потом пробудить бога веселья Вакха. Без него народ унывает. Но это потом. Смертные в своей безудержности любят предаваться веселью, до вакханалий. Но сейчас оно будет только мешать. Вакх сам не знает границ…

– Я понял тебя и не возражаю, но как мне их призвать?

– Как меня призвал, так и других богов. Имена богов я тебе назвал, стань просто Артемом и призови их по одному. Если призовешь их в ауре дракона, то испугаешь их. Они не проснутся.

И напоследок. Иехиль зла на тебя за то, что ты не принял ее любовь и отверг ее как жену. Она будет строить тебе козни. От меня не жди помощи в этой борьбе. Это ваше личное противостояние. А Нарна, удрав к хранителю, будет пытаться смутить и Иехиль, и Иля, и Мару, но с нами у нее этот номер не пройдет, мы под твоим покровительством. Я все сказал, дракон, мне пора, не обессудь, – произнес Марселон и, добавив «пока-прощай», исчез.

Артем остался один и задумался: что за странные существа эти женщины. Женщин он никогда не понимал. Батюшка, что приютил его в обители, давал ему поучения:

– Берегись, сын мой, двух зол: сребролюбия и женщин.

– А почему женщин? – удивился Артем. – Ну сребролюбие еще пойму, но вот при чем зло и женщины?

– Женщины сотканы из обмана, сын мой, – утверждал батюшка. – Например, Ева: она поддалась обману змея и заставила мужа совершить грех. А все почему?

– Почему? – как эхо повторил Артем, сбитый с толку словами святого отца.

– Потому что не поверила Богу, а поверила змею-искусителю и искусила мужа. Вот, к примеру, женщина просыпается. Она встает за два часа до выхода из дома. Прихорашивается, красится, наносит пудру и выходит уже не той самой, какая она есть, а измененной внешне. И это, сын мой, сатанинский обман. Это не та женщина, которая встала с постели. Это другая женщина. Она наращивает ресницы, красит ногти и наносит макияж, чтобы обмануть мужчину. Красота, сын мой, великая сила, и мужчины в большинстве своем падки на нее. Они думают, встретили красавицу, а на самом деле они обманулись. И в душе они не такие красавицы, как внешне. Жаждут денег и богатых мужей. Они знают, что их красота – это товар, и продают его. А если красоты нет, то ее можно нарисовать. А это опять же обман.

– Вы, батюшка, женоненавистник, – ответил тогда Артем.

– Я пастырь овец Христа, сын мой. А ты поживи, присмотрись – глядишь, и уразумеешь смысл моих слов.

«Нет, батюшка, – ответил мысленно Артем, – не все женщины такие. Это обобщение схоже с тем, что все мужики козлы. Хотя… Нарна – она такая хитрая и лукавая…»

– Размышляешь? – услышал он голос женщины, в нем было много ледяных ноток. Артем огляделся, никого не было.

– Ты кто? – помедлив, спросил он.

Легкий смех его озадачил.

– Так кто ты, незнакомка ночи? – повторил он свой вопрос.

– Пусти, и увидишь.

Артем помедлил, но разрешил:

– Заходи, гостем будешь.

В комнате появилась Иехиль в нарядном платье, на ней сверкали украшения из полированного серебра с большими бриллиантами. Артем мимоходом заметил, что она необыкновенно красива в этом наряде, он подчеркивал бледность ее лица и синеву больших глаз.

– Иехиль? – удивленно произнес Артем. – Что привело тебя ко мне?

– Хотела поговорить. Я знаю, что Мара и Марселон взяли твое покровительство. Нарна сбежала, ты остался один.

– Я не один… – попробовал отговориться Артем.

– Один, один, – упорно повторила Иехиль. – Тебе нужна достойная пара. Дионисия лет через сто – сто пятьдесят помрет, а еще раньше состарится. Тебе как дракону нужна подходящая пара. Я нейтральна, у меня нет тифлингов, и ты, если подумаешь, можешь взять меня в жены. Вместе мы противостанем всем демонам и хранителю…

Вот тут Артема прошиб пот, и кольцо на пальце буквально прожигало до костей. Он встряхнул головой и понял, что находится под наваждением.

– Как человек я имею жену, как дракон я найду себе пару среди драконов, Иехиль. Мы не ровня – я Хранитель мира, ты богиня смерти, это неравный брак, который украдет у меня мое призвание. Тот красный дракон для меня стал хорошим примером.

– Ты не понял главного, – спокойно ответила Иехиль, – Нарна использовала святой источник, чтобы воровать силы дракона и подчинить его себе. Я не такая…

– Такая, – жестко ответил Артем. – Ты зачем пришла и просила пустить тебя?

– Я хотела договориться, – сухо ответила Иехиль, – прощай, дракон. – И тут же исчезла, кольцо перестало жечь.

– Ну и боги, черт их побери, – прошептал смущенный Артем, – как ловко она подкатила, и обаяние, и красота, и колдовство пустила в ход. Спасибо, милая, – прошептал Артем. Может, батюшка в чем-то и прав, богини тоже женщины, и ничто человеческое им не чуждо. Надо бы быть с ними поосторожнее.

Артем глянул в мозаичное окно. На дворе занималась заря. «Спать, похоже, не придется», – подумал Артем и вышел прогуляться по замку.

* * *

Неела проводила ночь в одиночестве, она боялась приблизиться к Артему, хотя он ее простил после того, как она пыталась избавиться от гремлуна. Покои оборудовала в подвале, на страже поставила поднятого бывшего князя-зомби, он бдительно стерег покои своей госпожи.

«Зачем я здесь? – лежа на кровати, укрытая простым шерстяным одеялом, думала она. – Что я ищу? Все кончено. Артем меня не любит, и жизнь моя потеряла смысл… Не лучше ли уйти к госпоже и закончить эти муки?..»

– Печалишься? – раздался шепот рядом с кроватью.

Неела вздрогнула, прикрылась до подбородка одеялом и огляделась. Из сумрака выступил силуэт женщины в красивом наряде.

– Госпожа… – трепеща, прошептала Неела.

– Тише, дурочка, – остановила ее тень. – Я тут негласно, скоро уйду, слушай и запоминай. Ты знаешь планы Артема?

– Не все…

– Что знаешь, говори.

– Он хочет захватить все мятежные замки. Потом потопить горцев с помощью гремлуна, я должна их поднять вместе с лошадьми.

– Вот… Очень хорошо… – Неела увидела хищный оскал на еле различимом лице богини. – Ты так и сделаешь. Потом направишь эти орды нежити на войско Озерного и Нехейского царств. Но только тогда, когда услышишь мой голос. Еще ты должна будешь убить Артама, вот кинжал, прими его и убей брата дракона.

– Я-я-я… – испуганно заметалась Неела. – Не могу…

– Можешь, тварь, – кинжал вошел в грудь Неелы, и она почувствовала, как ее сердце остановилось. Ледяной комок проморозил ее изнутри, выгнал все чувства и сомнения. Она тихо вздохнула и произнесла:

– Слушаю и повинуюсь, моя госпожа, – и, взяв в руки кинжал, вытащила его из своей груди, спрятала под одеялом.

– Живи и слушайся Артама во всем, – приказала Иехиль, и ее облик растаял в серой мгле наступающего рассвета.

Артам вернулся к себе в лагерь гоплитов и сразу же начал раздавать приказы. Командир гоплитов, тысячник Долграй, которого воины подняли с постели рано утром, был несказанно удивлен.

– Что случилось, сир? – зевая, спросил он.

– Я убываю в Мертвый город, подготовь обоз, три повозки. Охрана – два десятка гоплитов. Доедем через топи до озер, обозы пусть ждут меня, не уходя, гоплиты тоже.

– Понял, сир, сейчас же отдам приказы. Могу я узнать, почему такая спешка?

– Все просто, – улыбаясь, ответил Артам, вспомнив поговорку Артема: – Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Будь быстрее своего врага.

– О-о-о! – уважительно произнес тысячник и вышел.

Обоз был собран к рассвету, и Артам, сев на второй возок, укрылся овчиной и задремал. Повозка мерно покачивалась на ухабах, полозья скрипели по снегу, возницы иногда понукали сонных лошадей. Мороз грыз щеки. Незаметно под монотонную неспешную езду Артам уснул.

Он видел сон. Большой остров среди облаков, на острове замок и поселение. У стен грядки с овощами, полоска незрелой ржи в стороне, почти на краю острова белая беседка, в которой сидел светлый тифлинг с крыльями. Он смотрел на Артама и махал ему рукой. Артам посмотрел себе под ноги и увидел пропасть.

– Иди, – услышал он тихий шепот и сделал шаг.

К его изумлению, он шел по воздуху, как по дороге. Неожиданно серая тень промелькнула с ним рядом. Артам оступился и почувствовал, что падает. Он неумолимо падал в пропасть, и от страха у него перехватило дыхание, скулы свело, и он, силясь закричать, не мог этого сделать, не мог позвать на помощь. Но тут рядом промелькнула светлая тень и обхватила его руками. Артам почувствовал, что падение прекратилось и его поднимают вверх. Затем осторожно поставили на край острова в нежную зеленую траву.

Артам медленно приходил в себя, затем, отдышавшись, направился к беседке. По дороге огляделся. На краю стояла девушка-тифлинг и, улыбаясь, смотрела ему вслед. Она показалась Артаму знакомой, но он не мог вспомнить, где ее видел. Так, недоумевая, он подошел к беседке и остановился у входа. В беседке сидел большой благообразный тифлинг со светлыми волосами до плеч. На поясе тифлинга в ножнах находился меч. От рукояти меча исходило слабое сияние.

– Тебя не жжет этот свет? – спросил светлый тифлинг, проследив за взглядом Артама.

– Нет, – ответил Артам. – Кто ты?

– Я тот, кого Артем называл санитаром, бывшая его судьба. Тифлинг, что спасла тебя, – это твоя бывшая судьба. Ты, Артам, потерял ее и можешь заблудиться. У каждого смертного должна быть своя судьба. Она указывает ему путь, по которому нужно двигаться. Сейчас ты топчешься на месте, и я хотел тебе помочь, но мне противостоит один из местных богов. И он хотел твоей погибели. Видишь ту девушку, что так и осталась стоять?

Артам оглянулся, посмотрел на девушку и кивнул:

– Вижу.

– Примешь ли ты ее своей судьбой?

– Ну… – задумался Артам. – Она уже спасла меня, почему нет. Только моя судьба связана с драконом…

– Я знаю и хочу тебе сказать, что у каждого разумного создания должна быть своя судьба. Свое предназначение. Но как узнать свое предназначение, если нет судьбы? Она ведет божие творение по пути, ему уготованному. И у драконов, как сотворенных создателем, тоже должна быть своя судьба. Я не могу пробиться к дракону. Меня блокируют тифлинги Хранителя, и вступить с ним в бой я не могу. Это ловушка. На территории Хранителя меня ждет поражение, но ты под крылом дракона. И ты можешь ему передать мои слова: пусть примет меня своей судьбой. Так и скажи: «Старший ангел может стать твоей судьбой».

– Хорошо, – растерянно ответил Артам. – Мне-то что делать?

– Согласись принять Агнессу своей судьбой, и все. Она будет за тобой присматривать.

– Хорошо, – кивнул Артам. – Я готов принять Агнессу своей судьбой. Это все?

– Да, скажи Артему, что как только он захочет принять свою судьбу, ему ко мне откроется путь. Теперь иди. – И Артама неумолимо потащило в облака, он вздрогнул, задрожал и проснулся.

– Сир, мы у озера, – обернулся к нему возница. – Там дальше почтовая станция, мы будем ждать тут или вернемся?

– Ждите на почтовой станции, – распорядился Артам и вылез из саней. Походил, разминая затекшие от сидения ноги, и направился к скрытой туманом ограде почтовой станции.

Такие станции он разместил по берегам озер на землях преданных ему князей. Это была задумка Артема, и она очень помогла сейчас: гонцы быстро передавали сообщения от станции к станции, и за день он мог оповестить всех князей. Немыслимое дело для этого мира. Артам диву давался, как такое нововведение не было сделано в других государствах?

На почтовой станции его ждал перевозчик. Артам сел в лодку и спустя час был на землях князя Венцариота. Еще полчаса, и он попал на остров, где мрачной твердыней в клубах тумана вырисовывались почерневшие башни Мертвого города.

Окрестности рядом с городом воины Венцариота хорошо подчистили и даже заходили на его окраины, уничтожая всех попавшихся оживших мертвецов. Постепенно они загнали их ближе к центру, где на них стали охотиться более сильные мертвяки…

У почтовой станции его уже ждал сам Венцариот. Он помог Артаму выйти из лодки и обнял как друга.

– Снова в Мертвый город, сир? – спросил князь.

– Да, надо брату станки переправить. Он укрепляется на своем месте и хочет чеканить свои монеты.

– Это радует, – удовлетворенно ответил Венцариот. – Что там по пиратам? Что слышно?

– Готовятся к нападению, собрали коалицию из князей гор. Но у Артема план, который нам поможет выявить предателей. Одна преданная ему дружина пройдет как разведка князей через земли тех озерных князей, которые задумали предательство. И мы точно будем знать, кто враг, – жестко произнес Артам. – Потом объединенные дружины пройдут огнем и мечом по землям предателей. Всех князей, вождей и старейшин пустим под нож, а на этих землях я назначу наместников.

– Ну что же, план неплохой, – согласился Венцариот. – Ты волен делать с предателями все, что пожелаешь. Пошли в поселок, и ты расскажешь, что тебе надо для похода в Мертвый город. Только хочу предупредить. Там происходят непонятные события. Один мой отряд стражников-патрульных не вернулся, а посланный на их розыск отряд встретил сильных тварей и, с трудом отбившись, с потерями отступил.

– Интересное начало, – потупился Артам и остановился. – Чую, это неспроста… Ладно, я схожу один на разведку. Не стоит соваться туда с людьми. Времена смутные, боги ведут борьбу против меня и Артема.

– Это почему? – приподнял светлые брови князь. На его лице появился интерес, который он и не скрывал.

– Мы не стали им служить, – улыбнулся Артам.

– А это не опасно? – Я помню, как было трудно без них. А Иль помог объединить все племена…

– Иль потерял свою власть, – со вздохом сожаления ответил Артам. – Более сильные боги лишили его власти на Озерах и хотят предать нас дракону-хранителю. Костры запылают среди Озер, многие погибнут в этом костре. Придет инквизиция, и тогда… Сам понимаешь, – не стал продолжать Артам. – Ты закрой храмы Иехиль, Нарны и Иля, оставь только храмы Маре и Марселону. Эти боги нам помогают.

– Не очень радостная весть, сир. Но и мы не простаки, – улыбнулся князь и повел Артама в княжеский терем посреди поселка.

Артам зашел в тепло и сразу же вспотел.

– Ну и топят же у тебя, князь, – покачал он головой и поспешил снять полушубок. – Отдохну и пойду в город ночью, – сообщил он свое решение Венцариоту.

* * *

Ночь прошла в странных событиях. Утро тусклым рассветом стучалось в узорчатое окошко, словно пытаясь разбудить мир, который еще не готов был проснуться. В комнате царила тревожная тишина, нарушаемая лишь треском огня в камине.

Артем, не в силах уснуть, смотрел на узоры мозаики на окнах, которые, казалось, оживали в предрассветных лучах. В голове крутились обрывки ночных событий: неясные образы, странные звуки и чувство обеспокоенности, что упущено что-то важное, которое не отпускало и заставляло снова и снова возвращать память к ночным событиям.

Внезапно Артем услышал тихий стук в дверь. Сердце замерло, а затем забилось быстрее. Кто это мог быть в такой ранний час? Он медленно поднялся с кресла и, поправив меховую безрукавку, направился к двери.

За дверью стояла Неела. Ее глаза блестели в полумраке, а на губах играла загадочная улыбка. Лицо ее было бледным, но очень спокойным.

– Сир, – тихо произнесла она, – разрешите убыть в Озерное княжество, мне тут делать нечего.

Артем долгим взглядом окинул девушку. Что-то в ней изменилось с того раза, когда он ее видел. Исчезла нервозность и дерганость при встрече с ним. Она была та же и в то же время другой… Но какой? Артем не мог понять.

– Нужно будет поднять пиратов с их конями, Неела… – ответил он. Но Неела спокойно произнесла:

– Ты их утопишь рядом с Озерной жемчужиной, я буду там.

– Ну хорошо, – согласился Артем, – можешь убыть. Тебе нужны сопровождающие?

– Нет, только мой ширд. – Неела отвернулась и, не глядя на Артема, попрощалась: – До встречи, сир.

Артем смотрел ей вслед и видел спокойную, уверенную походку.

«Может, образумилась или перегорела?» – подумал он и, закрыв за ней двери своего кабинета, забыл о девушке.

Оставшись один, Артем задумался. Он смотрел в окошко, где занимался рассвет, на двор замка сыпался снег, и это видение его успокаивало. Ему предстояло решить, кого из богов призвать. Идея призвать богов пришлась ему по душе. Как говорили на Земле, свято место не должно пустовать. И надо ковать, пока горячо. Нарна покинула горы, и тифлинги остались в растерянности. Часть из них подберут Марселон и Мара.

«Но не все они захотят быть воинами и санитарами», – мысленно усмехнулся Артем. Тифлинги, они как люди, прибиваются к богам по своим интересам. Призывать бога торговли вроде рано, сейчас не та ситуация, чтобы заниматься торговлей, грядет большая война.

Призвать бога изобилия и урожая вроде бы следует: наступит весна, начнется посевная – а вот и бог, он уже есть, обрел влияние и силу и может благословить урожай. Еще надо найти ему жрецов. Кроме того, можно призвать и бога производства. Он не помешает на его землях. Но не будут ли бодаться лбами эти боги? Тифлингов не так много… Задача не из простых, время и полезность бога решают всё.

«А чего я маюсь, – подумал Артем, – сначала надо призвать одного бога, посмотреть, как он себя проявит, а потом думать, что делать дальше. Надо бы узнать из книги сокровенных знаний, какие еще боги есть. А то пришел Марселон, наговорил, а ты верь ему. А веры-то нет, – нерадостно усмехнулся Артем. – Ну что, решено, призову бога плодородия или как там его…»

Артем закрыл глаза, сделал глоток эликсира концентрации и замер. Ему нужно было найти место покоя бога. И он почему-то думал, что это место может быть в любой части этого мира. Не все же они собрались тут, на Севере. Но он оказался неправ. Когда его дух воспарил, он словно на мониторе компьютера увидел схему местности. Место покоя Крония было далеко на западе, среди земель, оккупированных демонами. На горе прямо у вершины стоял камень, рядом шест, и на нем полоскалась старая выцветшая тряпка.

«Зачем помечать места гибели богов?» – подумал Артем и подлетел поближе. Он понял, что может далеко отлетать от тела, и, набравшись решимости, приблизился к заинтересовавшему его месту. Ничем не примечательное место, если бы не скала, и на ней хорошо видимая печать дракона. Причем не хранителя, а красного дракона.

«Это теперь моя печать», – с удивлением рассматривая скалу, подумал Артем. Насмотревшись, поспешил вернуться, но только дернулся, как почувствовал, что его зацепил якорь. Неведомая сила приковала его к вершине горы, и он заполошно заметался. «Что это? – преодолевая нахлынувший страх, подумал он. – Очередная ловушка демонов? Но как? Как они могут меня чувствовать? Здесь что, весь астрал „заминирован“ их ловушками?..» Он метался мыслями долго, более часа, и чем больше он прилагал усилий, чтобы выбраться из ловушки, тем сильнее становились оковы. Он медленно стал сползать к вершине горы. А это уже было совсем плохим знаком. Его дух зацепило каким-то заклятием, которого он не знал.

В чувства стала заползать паника, но Артем сказал сам себе: «Если попал в трудную ситуацию, не паникуй, думай продуктивно».

Думать продуктивно было трудно. Чувства, плененные ужасом его положения, мешали думать, они как щупальца опутывали его разум, мешая сосредоточиться. Тогда Артем стал думать, почему его чувства так всполошились. Смерти Артем не боялся, у него два сердца, а в плен его демоны взять не могут, значит, это просто наваждение. Он призвал ауру дракона и почувствовал облегчение. Страх стал отступать и прятаться в глубинах его сознания, но не уходил, он смотрел с ненавистью из темной части его души, и Артем с удивлением увидел в себе черноту. Именно к этой черноте присосались два отростка чужой ауры, выросшие из камня с печатью дракона. Ауры мощной, гораздо сильнее ауры дракона.

«Что это? – отстраненно задумался Артем. – Что за чернота?» И тут же к нему пришли знания: как всякое живое существо, он состоит из света и тьмы. Это позволяет ему находиться в равновесии, светлая половина контролирует темную, а темная не дает светлой быть наивной и доверчивой. Она атакует свет, а свет защищается.

Артем не стал задумываться над чернотой в его душе. Есть и есть, потом разберется. Он заглянул под скалу, там дремал благообразный дядька лет пятидесяти, с бородкой и холщовой сумкой через плечо.

– Проснись, – обратился к нему Артем. И мужчина открыл глаза.

– Кто разбудил меня? – услышал чужой голос у себя в голове Артем.

– Я ледяной дракон, владыка Запада, проснись и прими мое покровительство. Тут много тифлингов, они ждут богов.

– Дракон? Как много вас было, и все хотели моей смерти. Глупцы, – усмехнулся человек. – Я не могу выйти, на месте моего упокоения печать красного дракона. Он по велению своей жены Нарны заточил меня… Да и делать мне в мире нечего… Тут демоны…

– Есть что делать. Работай, как все. Служи создателю.

– О, кто-то говорит о создателе? Это интересно. Обычно драконы ставят себя выше всех. Ты необычный дракон. Знаешь создателя и говоришь о нем. Может, и ты служишь создателю?

– Служу, – мысленно ответил Артем. – Я сниму печать, но меня приковала к скале демоническая сила…

– Это понятно, дракон, тут полно ловушек. А ты, видимо, молодой дракон… Неопытный.

– Да, я такой, – не стал спорить Артем.

– Снова интересно, – произнес человек. Снимай печать и брось вызов другому дракону, иного пути освобождения нет. Демоны хитры, аки демоны, – хрипло рассмеялся своим словам человек. – Ты или тут висеть будешь до скончания веков, или вызовешь на бой противника.

– Я бы этим демонам… – зло обронил Артем. – Ладно, сейчас я тебя освобожу.

Он дунул, и изморозь накрыла красную печать. Она потекла и подтеками растеклась по камню. Человек выпрямился и встал на горе. Поправил сумку и произнес:

– Ты тут больше без тела не летай, демоны контролируют астрал. До встречи, дракон, если выживешь. Если что, зови. – И сразу же исчез.

Артем еще немного повисел, и неожиданно злость на себя, на свою надменность и глупость накрыла его. Он не выдержал и издал громогласный крик «Предвестника». Его чувства обуяла ярость дракона: его, повелителя небес, поймали ничтожные демоны. Он ревел не умолкая, и горы сотрясались от его крика, тучи в страхе стали разбегаться. Но тут же его подхватил налетевший осьминог, он сунул ему в рот свое щупальце, и Артем поперхнулся. Закашлялся и замолчал.

Артем не успокоился, он рвался в бой, а внутри него пищали два спутника.

– Что он творит? – плакала черная дракониха.

– Н-н-не зн-н-наю, – выбивал дробь зубами небольшой, юный, красный дракон. – Наверное, тащит нас на погибель. Он очень зол и не может… – Договорить не успел, Артема выбросило в город. Он упал за мусорными баками среди высоких стен многоэтажек. Его падение смягчила большая картонная коробка.

Артем сел и потер бок, затем стал оглядываться. Когда он поднял голову, то увидел, как из-за бака выглядывает человек непонятного пола, весь в грязи и без передних зубов. Он гневно оскалился.

– Ну сто за молодезь посла, – проорал он сипеляво. – Дазе самоубиться по-нормальному не могут. Ты, дурень, если хотел разбиться, то выбрал бы проеззую часть, а не внутренний двор. Там, если бы вызил, тебя масина переехала бы, и все, конец зизни и несчастью. А ты, видись, мой дом разрусил. С тебя причитается. Гони монету.

– Какой дом? – удивился Артем.

– А такой. Ты на нем сидись.

– Это коробка…

– Да, раньсе была коробка из-под холодильника. Теперь, понимаесь, мой дом. Я тут зиву.

– А нормальный дом ты не мог себе подыскать? – спросил Артем.

– А где денезки на него взять? А? Где? вот скажи? – горячо воскликнул обиженный человек.

– А ты работать не пробовал?

– Ха, работать? Работа любит дураков. Вот ты работал, работал и ресил броситься вниз. Вот видись, до чего работа доводит. А тут тепло, и всегда есть тряпки, объедки. Зить мозно. Отстегивай полисмену тетвертак и он не трогает. Ты сто, работу потерял, да? – уже участливо спросил замарашка.

– Вроде того, – ответил Артем. – А я где?

– Ну вот, и дом сломал, и память потерял, – огорченно вздохнул замарашка. – И сто мне с тобой делать?..