Морской поход

Гремлун Сунь Вач Джин был прижимистым и запасливым. Он из замка Озерная жемчужина стащил медный самогонный аппарат и стал гнать самогон. Благо зерна и бочек в Эхейском царстве в землях царя было много. Пару бочек он затащил тайком в сумку к Артему и теперь вместе с канцлером, который был не против выпить, обмывал свою новую жизнь. Как всякий инородец, он был подвержен похмелью и пил до потери сознания, от него не отставал и канцлер. Они вдвоем употребили кувшин настойки из бочки и отрубились. Перемещение воинов и овладение городом на побережье прошло мимо их сознания, и когда Свад пришел в себя, то первое, что он увидел, держась за больную голову, была страшная зеленая женщина. Спросонья и с похмелья Сваду показалось, что это орчанка, только без клыков. Орчанка придерживала его голову и что-то неразборчиво говорила. Свад повел глазами и увидел ноги в сапогах, он вспомнил, что с ним был канцлер.

«Убила! – промелькнула у него мысль. – Артем нашел еще одну дракониху, и она убила канцлера». Он стал вырываться из рук орчанки, но тут завозился канцлер, глухо застонал и приподнялся. Его взгляд сконцентрировался на гремлуне и зеленокожей образине, как про себя обозвал видение гремлун. Он мгновение-другое собирал глаза в кучу, пытаясь сфокусировать зрение, и, не выдержав, со стоном упал на пол.

– Ты кто? – хрипя спросил Свад.

– А ты кто? Я ищу друга царя. – Свад заморгал и, неожиданно ухмыльнувшись, показал рукой на сапоги канцлера:

– Вон он, друг царя. – Орчанка оскалилась и отпустила голову гремлуна. Потеряв опору, он затылком ударился об пол. Боль прострелила ему голову, и он выругался: – Чтоб тебя… полегче, ящерица. – Но орчанка, не обращая внимания на гремлуна, перешагнула через него и направилась к канцлеру. Свад лежал и слышал, как она возилась вокруг человека, а тот слабо отбивался.

– Отстань, чудовище, не надо, ой, не надо… – слышалось из-за бочек.

«Жрет бедолагу, наверное», – подумал Свад и стал отползать подальше. Неожиданно мимо него с грохотом промчался канцлер со спущенными штанами, за ним гналась орчанка. «Оттрахает и съест», – решил Свад и притворился мертвым. Но удар ногой в бок привел его в чувство. Он, не открывая глаз, ойкнул и болезненным голосом произнес:

– Я умер.

– Хватит притворяться, коротышка, скажи, куда убежал друг царя?

– Он… Он… – Новый удар ногой под ребра заставил его сказать правду: – Сбежал. Иди к ящикам, там выход.

Но орчанка уходить не спешила, она присела рядом с гремлуном.

– Хочешь, полечу? – спросила она. И Свад облизнул губы. Он открыл один глаз, увидел зеленую образину, закрыл глаз и ответил:

– Дай опохмелиться.

– Дам, но сначала скажи, что нравится другу царя. Я его рабыня. – Свад внутренне ужаснулся: «Надо же, какое страшилище – и рабыня».

– Он любит мужиков, – неожиданно для себя брякнул гремлун. – Ты ему не понравишься.

– Э-э? Почему? – недовольно спросила образина.

– Ты некрасивая.

– Э?.. Ах, это? Так это временно, я просто немного больна, а так я белая и пушистая. – Свад представил белую пушистую ящерицу и поежился.

– Какой ужас, – прошептал он, – вот же не повезло Версамору. – Но затем, как обычный несчастный человек, который рад, когда у других несчастье, радостно ухмыльнулся.

– Ты чего ухмыляешься? – спросила образина.

– Не завидую я другу царя, – честно ответил Свад. – Дай опохмелиться, мне трудно держаться на ногах. – Образина поднялась с колен, подошла к бочке, понюхала и поморщилась.

– Как можно пить эту гадость? – спросила она. – Вино тут есть?

– Нет, вина нет, есть виски, наливай! – потребовал гремлун.

Образина сунула ему в руки черпак. Свад жадно сделал три глотка, потом еще пару и решил, что лучше впасть в забытье, чем видеть эту зеленую лягушку, допил черпак и снова отрубился.

Артем только приготовился отужинать, как из воздуха возник канцлер, взъерошенный, испуганный и со спущенными штанами.

– Версамор, не вздумай тут нагадить, – растерянно воскликнул Артем, но, принюхавшись, уловил вонь густого перегара. – Нажрались, черти, – осуждающе произнес он. – Как Свад находит выпивку? Ты ему ее достал? – спросил он испуганного, надевающего штаны канцлера.

– Нет, сир. У него таких настоек две бочки… И там зеленокожее страшилище. Она хотела меня изнасиловать. Скажите, сир, кого вы подселили к нам?

– Какое еще зеленокожее страшилище? – не понял его Артем.

– С такой рожей, – канцлер показал размер рожи руками, и Артем вспомнил, что отправил к Сваду Лишан.

– Постой, Версамор, а почему она к тебе полезла?

– Не знаю, сир, просто ваш советник сказал, что я друг царя. Это лестно, но, сир, я не просил для себя такой милости…

– А он что, так и сказал? – спросил Артем и рассмеялся. – Нет, Версамор, это рабыня для гремлуна Ты, Версамор, правильно сделал, что удрал, – и себе, и ей жизнь спас. В сумку пока не суйся, поживешь тут, выделю тебе палатку и слуг. Пусть они сами там разбираются.

– Спасибо, сир, вы меня здорово выручили… Но, если мне будет позволено узнать… Почему вы наказали Сунь Вач Джина?

– Почему наказал? – удивился Артем.

– Но эта рабыня, она такая… – шепотом ужаса произнес канцлер, – словами не передать, какая страшная.

– Она скоро скинет лягушачью шкурку и станет красавицей, – подмигнул ему Артем. – Еще завидовать будешь.

– Скинет… – прошептал канцлер, приходя в еще большее смятение. – Колдовство… Чур меня, чур меня, – и выскочил из шатра.

– Какой мнительный, – усмехнулся Артем и приступил к трапезе.

В следующий раз, когда гремлун пришел в себя, он увидел подол юбки из своего сундука.

– Гуня! – Рот Свада непроизвольно растянулся в радостной и глупой улыбке. – Гуня! – крикнул он, но к нему подошла другая женщина, красивая и черноволосая.

– Тебе чего, огрызок человека? Опять настойки?

– Ты кто? – удивленно промычал Свад, полностью сбитый с толку.

– Я рабыня друга царя, царь отправил меня ему служить.

– Служить?.. А… A где зеленая лягушка вот с такой рожей? – Гремлун показал большой круг руками

– Ее нет, она ушла, я осталась за нее. Так где тут друг царя прячется?

Свад мутным взглядом окинул женщину и пробормотал:

– Надо же так напиться, зеленая лягушка мне кажется красавицей.

– Эй, – удар ногой под ребра привел его в чувство. – Ты что, тут главный, полчеловека? Ты тут смотришь за имуществом? Рассказывай, что тут есть. Один сундук я не смогла открыть, мне нужны наряды, чтобы нравиться другу царя.

– Скройся с глаз моих, уродка, – закрыв глаза, ответил гремлун. – Дай мне спокойно умереть.

– Да подыхай, мне-то что? – ответила женщина и ушла. Свад немного полежал, потом пополз к ящикам, где был проход в нормальный мир. Его заметила женщина и строго спросила:

– Ты куда ползешь, червяк?

– Мне надо в отхожее место.

– Оно в другом углу, не вздумай нагадить между ящиками, – предупредила женщина. Свад уже влез наполовину и увидел сидящих за столом Артема и канцлера.

– Версамор, тебя тут заждались! – радостно закричал он, и вместе с ним появилась голова Лишан.

Артем с удивлением на них смотрел. Он молчал. Лишан обрадованно улыбнулась:

– Сир, ваш друг сбежал, что делать мне?

– Как сбежал? Вон он, с тобой торчит, – удивленно воскликнул Артем. И только сейчас понял, что не сообщил Лишан, кто друг царя, а она приняла Свада бог знает за кого.

– Тут огрызок мне мешает. – Лишан затолкала голову гремлуна обратно в сумку и захихикала: – Ой-ой, негодник, он мне под юбку лезет, – и дернулась. Затем не удержалась и выпала из сумки на пол шатра. Встала и отряхнулась.

– Лишан, этот коротышка и есть друг царя, а этот господин всего лишь мой подданный. Он канцлер. Возвращайся и угождай моему другу. – Артем склонил голову, разглядывая женщину, она восстановила свою прежнюю красоту и привлекательность. – Свад больше чем человек, он гремлун и второй человек в царстве после царицы, – добавил он.

Лишан тут же исчезла. Артем поулыбался и снова приступил к разговору с канцлером. Но тот, ошеломленный появлением красотки, сидел с открытым ртом.

– Это кто? – немного опомнившись, спросил канцлер.

– Это я, Версамор. Ты что, забыл, кто я такой? – удивленно спросил Артем.

– Я не про вас, сир, я про женщину…

– А, это… это лягушка, что сбросила шкурку, – улыбнулся Артем.

– А зачем она ее сбросила?

– Она наказана была злым колдуном, – не придумав ничего путного, брякнул Артем.

– Колдуном? Зачем?

– Кто его знает, Версамор, я не спрашивал. Давай по делу.

– Давайте, сир… И что, она будет то лягушкой, то красавицей?

– М-м-м, ты о чем?.. Ах, об этой рабыне…

– Сир, вы запретили рабство… – напомнил Версамор.

– Да, – сокрушенно покивал Артем, – но к ней это не относится, у нее особый статус.

– Какой статус?..

– Ну как у лошади. Ее не спрашивают, повезет меня или нет, садишься и едешь.

– А-а, понимаю, – закивал Версамор. – Она не человек, она лягушка.

– Почти, – отмахнулся Артем. – Ты не уклоняйся от дел, ты человек государственного масштаба.

– Чего человек? – Канцлер растерянно посмотрел на Артема. А Артем понял, что опять использовал понятия своего мира, Земли.

– Ты человек, мыслящий за все государство, Версамор, потому слушай меня. О лягушке не думай.

– Хорошо, сир… Но, э-э-э… простите, я не могу не думать. Она такая красавица – и лягушка. А кто этот колдун?

– Этот колдун, – сурово, с раздражением произнес Артем, – я. Хочешь стать жабой?

– Нет, сир, – побледнел канцлер.

– Тогда давай говорить о делах царства, а не о лягушке.

– Слушаюсь, сир, – пролепетал испуганный канцлер.

– Хорошо, три раза глубоко вздохни, – приказал Артем. – Успокойся. – И, увидев, что канцлер сделал вдох и замер, напомнил: – И выдыхать не забудь.

Заметив, что Версамор уже пришел в себя и внимательно смотрит на него, Артем продолжил разговор.

– У меня есть большие запасы зерна для посевной. У крестьян зерна осталось мало, к весне они все съедят, и сеять им будет нечего. Ты продашь им зерно и заберешь то серебро, что я дал в качестве награды. Понял?

Версамор поморгал и кивнул:

– Понял, сир. А зерна много?

– Очень много, оно хранится в пещерах рядом с моим замком.

– А кто не сможет заплатить? – спросил Версамор. – Что с ними делать?

– Дать в долг и получить свое от урожая.

– М-м, – замялся канцлер, – может статься, что не все смогут отдать. У кого-то урожай погибнет, кто-то окажется нерадивым хозяином. Что тогда?

– Версамор, а ты как думаешь?

– Но раньше можно было забрать человека в рабство, а теперь нет. Вот я и не знаю, что с ними делать… Пытать?

– Нет, организуешь коммуны бедняков, назначишь над ними управляющего, охрану, и управляющий заставит их хорошо работать. Работать будут за еду, остальное пойдет в казну.

– О, сир! Вы очень хорошо придумали, как заставить их отрабатывать долги. Вы очень мудры, – польстил Версамор. – Может, тогда всех крестьян загнать в коммуны, пусть работают за еду, мы здорово разбогатеем…

– Нет, Версамор, всех загонять не будем. Я потому и царь, что мудр, а ты менее мудр, раз тебе такие нелепые идеи в голову приходят. Дело не в том, чтобы самому нажиться, а чтобы подданные были зажиточные. Чем зажиточнее подданные, тем больше налогов и тем богаче царь. Запоминай формулу успеха.

Но запомнить формулу успеха Версамор не успел, из воздуха выпал полуголый Свад.

– Бра-ат! – отчаянно закричал он, но высунувшаяся рука схватила гремлуна за волосы и затащила обратно. Он с воплем обреченного на казнь исчез.

– Что там происходит, сир? – испуганно спросил канцлер. – Может, вашему советнику нужна помощь?

– Я могу сделать предположение, – рассмеявшись, ответил Артем. – Лягушка решила моего советника помыть.

– Зачем?

– Он воняет.

– Сир, я все не осмеливался спросить, как он к вам попал? Он же из другого мира…

– Я тоже из другого мира. Как и ты, Версамор. Случайно он попал. Сунь Вач Джин – мастер проклятий, и он проклял руки Артама, в теле которого я жил. А проклятие всегда притягивает к себе того, кто это проклятие наложил. Вот я случайно и произнес заклинание призыва, и он появился.

– Что это за заклинание, что выдергивает существо из другого мира? Сир, вы очень… страшный человек, простите…

– Не страшный, везучий, Версамор. А заклинание простое, но опасное, хотя я уже не маг, и оно не сработает. – Артем улыбнулся и произнес: – Перпетуум мобиле. Вот видишь, ничего не происходит… – Не успел Артем договорить, как из воздуха появился тоскливо воющий голый гремлун, надутый, как шар. Он громко выпустил газы, закрутился по шатру, пролетел над головой канцлера, который все же успел пригнуться, и вылетел из шатра на воздух, при этом тонко воя, как циркулярная пила.

К удивлению Артема, вместо него в шатер заглянул пират Харальд Черный Ястреб.

– Могу войти, ваше величество? – спросил он.

– Входи, – машинально ответил Артем, который был ошарашен тем, что заклинание сработало. Харальд вошел и выглянул наружу.

– Кто этот летун? Он перепугал весь лагерь.

– Это советник царя, – произнес бледный канцлер, – иномирец, мастер проклятий, великий колдун Сунь Вач Джин.

– Он что, решил полетать голым?..

Его прервало появление обнаженной Лишан.

– Сир, – запричитала она. – Ваш друг надулся и выскочил из бочки. Как мне ему понравиться, если он все время чудит и сбегает?

– Лишан, уйди, я все решу, – отмахнулся Артем, и женщина исчезла.

– А это кто? – спросил пораженный увиденным Харальд.

– Это, – охотно пояснил канцлер, – лягушка, она сняла свою шкурку.

– Ну и дела у вас творятся, – удивленно произнес Харальд. – Вы уже захватили мой лагерь, захватили корабли, у вас летают голые колдуны, ходят голые лягушки, чего еще я не знаю?

– Ты не знаешь, что город тоже под моим покровительством, – ответил Артем. – Не переживай. Лагерь поделим или можешь новый поставить рядом. Корабли верну. Мы теперь союзники.

– Могу сесть, ваше величество? – без лишних церемоний ответил пират. – Вы уж простите, я попросту не привык кланяться.

– Не надо кланяться, я не всегда был царем, просто садись и поговорим.

Но в этот момент воины занесли голого гремлуна, облепленного снегом. Артем махнул рукой, и гремлун исчез.

– Теперь нам никто не помешает, – произнес Артем и взмахом руки отпустил воинов.

* * *

Тридцать четыре корабля, триста пиратов и четыре сотни воинов вторые сутки двигались на юго-восток, их гнало течение, которое шло обратно вдоль континента из северных широт. Сначала дул холодный пронзительный ветер, волны высоко задирали носы кораблей, и Артем некоторое время чувствовал тошноту от непрерывной качки. К его удивлению, ополченцы чувствовали себя вполне хорошо. Они сидели вперемежку с пиратами на веслах по двое: один пират – один ополченец, – и неустанно гребли, помогая течению.

Первой целью Харальд предложил сделать небольшой форпост княжества Вархарам на перекрестке торговых путей. По мнению капитана пиратов, его захватить было несложно, но зато можно было неплохо поживиться.

Через четыре дня непрерывного пути показалась цепь островов, и пираты бросили якорь у одного из небольших покрытых лесом островов, набрали свежей воды и высадились на берег.

– Переждем до ночи, – пояснил такое решение Харальд, – ночью приблизимся к форпосту, утром предложим властям сдаться, не захотят – надо будет посылать драконов.

– Разберемся, – неопределенно ответил Артем и принял план капитана пиратов.

Между ополченцами и пиратами не было драк, ругани или непонимания, как этого можно было ожидать. Пираты были суеверными людьми удачи, и если не повезло в этот раз, повезет в другой. Крестьяне были послушны, не роптали и все, что приказывали моряки, делали добросовестно. Со старанием. А совместный поход сделал их единомышленниками и объединял общей целью. Моряки охотно передавали свои умения бывшим крестьянам, а те со своей особой сметкой все быстро перенимали.

Ночью двинулись вдоль линии мелких островков к самому большому острову, приблизились и в полной темноте бросили якоря.

– Раньше ты их не грабил? – спросил Артем капитана пиратов.

– Нужды не было, – неохотно ответил тот, – хватало других целей.

– Не боишься, что потом тебя будут преследовать? – спросил Артем.

– За что? – удивился капитан пиратов. – Походом командуете вы, ваше величество, я только моряк, наемник. – И Харальд широко улыбнулся, показав крепкие белые зубы.

«А он все сразу рассчитал! – догадался Артем. – И добычу захватит, и останется ни при чем. Впрочем, – подумал Артем, – это хорошо, его можно использовать почаще как моряка и проводника, за все отвечу я», – и тоже широко с пониманием улыбнулся. Хлопнул капитана по плечу.

– А ты мне нравишься, Харальд Черный Ястреб.

– Ты мне тоже, ваше величество, – ответил ударом в плечо царя пират, и оба они рассмеялись. Отсмеявшись, Артем спросил:

– Вообще, какой план сражения, Харальд?

– План? Я тебя хотел спросить, как ты, ваше величество, собираешься грабить островитян.

– Я не знаю, что тут и как, – пожал плечами Артем. – Думаю показать драконов, напугать местных жителей и отправить канцлера на переговоры. Может, испугаются и дадут выкуп.

– Вполне возможно, – подумав, ответил Харальд. – Тут в гарнизоне мало воинов. Никто никогда не думал грабить княжество, потому что здесь на архипелаге расположена перевалочная торговая база. Перекресток морских путей с севера на юг и на восток. И она всем нужна, княжество об укреплении своих позиций не заботится, врагов тут не было испокон веков. Мы, люди моря, тут отдыхали, сбывали свои трофеи, рабов и получали прибыль, золото и серебро. Так что нам тоже не было смысла тут грабить. Но сейчас мои люди без добычи, а это урон моему авторитету, так что я подумал и предложил ограбить ближайших островитян. Потом двинем вглубь архипелага на юг. Но если островитяне упрутся, то за стенами их трудно будет взять.

– Возьмем, – невозмутимо ответил Артем, – и тогда цена, уплаченная островитянами, будет выше.

– Хорошо бы, – покивал Харальд.

Утро открыло небывалое зрелище: несколько десятков кораблей заполнило залив. К кораблям поплыли две большие лодки местной стражи. На борт флагманского корабля взошел важный толстый чиновник, брезгливо оглядел воинов и спросил:

– Кто главный?

Хойскар схватил его за бороду и рванул вниз. Не ожидавший этого чиновник не удержался на ногах и с воплем рухнул на колени. Воинов, сопровождавших чиновника, окружили и разоружили паладины. Тех, кто был в лодках, заставили подняться на борт и тоже разоружили. Хойскар подтащил к Артему толстяка.

– Ты кто? – спросил стоявшего на четвереньках и пучащего глаза чиновника Артем.

– Я сборщик таможенных пошлин, бей Армардж… господин, – добавил он, после того как получил пинок под зад, который отвесил Хойскар.

– Слушай меня внимательно, Армардж, я царь Эхейский Артем Первый, прибыл собрать дань с жителей острова. Передай своему начальству, что если они не вышлют на переговоры делегацию для определения размера выкупа жизней жителей, то я разорю городок и жителей продам в рабство.

Глаза чиновника, казалось, вылезут на лоб от удивления.

– Царь Эхейский? – спросил он. – Откуда ты?

– Оттуда, – Артем неопределенно указал рукой в сторону океана. – Иди, я помогу главным людям города принять решение. – Ногой отпихнул чиновника, и тот на четвереньках стал отползать. Затем он вместе с воинами сел в лодку и отчалил.

– И что дальше? – спросил Харальд, который молча наблюдал за этой сценой. – Думаешь, ты их напугал?

– Думаю, что еще напугаю. Подождем. – Он огляделся и спросил Хойскара: – А где завтрак?

– Сейчас все будет, – поспешно ответил магистр. И отправился отдавать приказы.

Артем ел и пил вино, сидя за бочкой рядом с Харальдом. Казалось, его не беспокоило то, что произойдет дальше. Он спросил Харальда:

– А почему у тебя такое имя необычное? Тут совсем другие имена.

– Я с севера. Там, – он указал рукой, – моя заснеженная родина, фьорды, рыжие, красивые женщины, сильные мужчины. Моя дружина, три десятка воинов, вся оттуда. Но там нечего грабить – леса, звери и такие же бедняки, каким и я был. А тут полно добычи, вот и обосновался в этих широтах.

– Понимаю, – ответил Артем. – Далеко твоя родина?

Харальд печально глянул на море и кивнул:

– Да, ваше величество, и я скучаю по ней.

Насытившись, Артем вытер губы льняным полотенцем и произнес:

– Думаю, пора жителям показать представление и убедить их сотрудничать. Степа, Красотка, ко мне! – Из воздуха возникли орк и гоблинка. Харальд дернулся, но, увидев спокойно сидящего царя, успокоился, хотя все же отодвинулся от бочки на шаг. – Степа, Красотка, видите там за стенами город? – Артем указал рукой на стены.

– Видим, – за обоих ответила Красотка.

– Их надо напугать, полетайте, покричите, сильно не жгите. Нагоните страху. Вопросы есть?

– Нет, – ответил Степа.

– Выполняйте.

– Есть! – ответила Красотка и с разбега бросилась за борт. На лету превратилась в черного дракона и, взмахнув крыльями, подняла волну. Корабль качнулся, пара воинов, не удержавшись, выпала за борт. Следом в море сиганул Степа и поднял такую же волну, и корабль накренился. Не успевший ухватиться за мачту Харальд слетел в воду. Пока им помогали выбраться, драконы поднялись в небо, сделали круг и направились к городу. Артем наблюдал феерическую картину: огонь, песок, камни – все это летело на стены, затем черный дракон рухнул в город, и оттуда поднялся червь.

– О-о! – произнес пораженный увиденным Харальд. – Ваше величество, ты показал бы их нам вначале, и завершили бы сразу миром. Чего ждал? – Он не обращал внимания на то, что стоит весь мокрый. Харальд как завороженный смотрел на драконов и стихии, которые они вызвали.

Драконы покружили минут десять и направились к кораблям.

– Теперь посмотрим, что будут делать начальники этого города, – произнес Артем. – А ждал я того, чтобы ополченцы перестали вас бояться. Вот чего ждал.

Харальд усмехнулся:

– Понимаю, сам бы так поступил, новобранцев надо учить…

К полудню Артем понял, что переговоров не будет. Из города никто не прибыл. Город затих и затаился.

– Глупо, – произнес Артем. По словам Харальда, в городе был гарнизон из сотни воинов, они никогда не сражались, следили за порядком да собирали мзду с приезжих. – Ладно, значит, останутся без штанов, – подвел итог Артем. – Хойскар, строй на палубе своих. Степа! – Из воздуха появился орк. – Забирай воинов Хойскара и отнеси в город, высади внутри крепости. Красотка, забирай полсотни ополченцев с другого корабля, старший у них Истофах, высаживай их на стены города. Хойскар, ты захватываешь крепость, я с ополченцами – стены. Харальд, веди остальных к городу, мы откроем ворота. Даю трое суток на разграбление. Все рабы мои.

– Понял, – оскалившись как волк, кивнул капитан пиратов.

Воины с палубы исчезали, словно растворялись в воздухе, это было потрясающее зрелище, и моряки были поражены не меньше, чем при атаке драконов на город. Вскоре три тени поднялись в небо и, взмахнув крыльями, исчезли, и все три дракона ушли в невидимость.

Наместник бей Мирджаран выслушал чиновника, который привез дурные вести, и велел того посадить в подземелье, а воинам усилить охрану стен. Вооружить мужчин из числа жителей и поставить их на городские стены. Толку от них было немного, но они создавали видимость большого гарнизона. Он не верил, что какие-то залетные пираты смогут захватить город. Город хоть и небольшой, но его окружали стены, внутри была крепость, которую взять было еще труднее. Для этого нужны осадные орудия и лестницы, ни того ни другого у пиратов не было, а штурмовать стены без лестниц не смог бы никто. Даже появление странных ужасных существ не изменило его решения.

– Пусть летают, – услышав новости о появлении пугающих тварей, ответил наместник. А узнав, что ущерб от их налета незначительный, лишь хмыкнул: – Пугают, глупые дикари.

Город затаился, жители вооружились и встали на стены, воины гарнизона заняли стены крепости, и все ждали, что будет дальше. А после полудня на них обрушились чужие воины. Они возникли из воздуха на стенах города, где занимали оборону жители, и внутри крепости, где засел гарнизон. Жители не могли оказать настоящего сопротивления, напавшие воины, одетые в железо, как метла прошлись по стенам над воротами, сбрасывая орущих от страха островитян со стен. Затем нападавшие захватили и открыли ворота, и к городу устремились воины, волной хлынувшие с кораблей. Корабли подплывали к пристани, высаживали воинов на пирсе, и так сотня за сотней вливались в город. Жарче шла битва в крепости, там гарнизон попытался организовать сопротивление. Оттуда доносились звуки применения магии, взрывы, крики, над крепостью поднимался дым. Ворота крепости распахнулись, и толпа прибывших с кораблей воинов устремилась внутрь.

Наместник был поражен, и когда в его покои, отворив дверь ногой, вошли три воина, он онемел от страха и удивления. Следом вломились еще с десяток воинов, схватили наместника и поволокли на выход.

Артем видел, как его ополченцы, ведомые Истофахом, возникали на стенах и тут же атаковали тех, кто защищал их. Защитники, ошеломленные внезапным появлением врагов, впали в панику. Они не оказывали сопротивления, а стали разбегаться. Но за ними вплотную следовали нападавшие, разили защитников в спины и скидывали нерасторопных со стен. Истофах получил приказ не преследовать убегающих, а пробиться к воротам и захватить их. Затем удерживать до подхода основных сил. Сотня бывших крестьян быстро и слаженно очистила от защитников надвратную башню. Захватила ворота, и воины открыли их. Выстроили оборону перед воротами со стороны города. И хотя на них никто не нападал, они действовали строго согласно приказу Артема и не отходили от ворот до самого конца боев внутри города. Артем в бою не участвовал, он шел следом за воинами и оглядывал город с высоты стен: каменные и деревянные дома, узкие улочки, навесы торговых лавок, площадь перед крепостью. За стенами крепости шло свое сражение, защитники стен города разбежались, их толпы бежали по улицам, бросая оружие и щиты, прятались по домам.

«Как страусы, – подумал Артем, – сунули голову в песок и думают, что их не найдут».

В город уже вбегали первые сотни пиратов и ополченцев. Артем в сопровождении десятка воинов прошел по площади до ворот крепости, там уже толпились воины, прибывшие на кораблях. Они ждали, когда ворота откроются.

За стенами крепости сражение утихало, все реже применялись боевые магические заклятья, и наконец, ворота широко растворились, и толпа орущих от радости воинов устремилась вовнутрь. Подхватило течение и Артема, и повлекло дальше. Теперь уже он не руководил полем боя, и никто им не руководил. Начался хаос захвата и грабежей. Артем просто вошел внутрь крепости. Увидел, как к нему тащат богато одетого человека, впереди шел улыбающийся Хойскар.

– Вот, сир, это наместник, – сообщил ему Хойскар и ногой пнул упавшего человека. – Кланяйся царю Эхейскому, – грозно прикрикнул он, и наместник на животе пополз к ногам Артема.

– Поднимите его, – Артем брезгливо отошел на шаг, – и найдите место, где мы могли бы поговорить.

– Есть, сир, – тут же ответил Хойскар и дал команду двум паладинам: – Тащите ублюдка обратно в его покои. Пошли, сир, покажу, там богато, – завистливо присвистнул Хойскар, – богаче, чем у Артама и у тебя.

– Посмотрим, – нахмурился Артем, упоминание его бедности ему не понравилось.

В покоях наместника Артем сел на высокое кресло, а наместника усадили на коленях перед ним.

– Так ты наместник, – не спрашивая, а утверждая, разглядывая трясущегося человека с большим животом и дряблыми трясущимся щеками, произнес Артем. – Наместник, ты оказался глуп. Ты сослужил плохую службу своему князю и жителям города. Ты останешься жив, если выполнишь мои условия, и я не буду убивать жителей города. От тебя я жду тысячу золотых монет и сто ремесленников к концу третьих суток. Хойскар, приставь к нему двух паладинов, и пусть наместник идет выполнять мой приказ.

Наместник разинул рот.

– Я не могу выполнить этот приказ, – пробормотал он.

– Ладно, – ответил Артем, – тогда, Хойскар, найди того, кто сможет это сделать. Тут должен быть казначей. А наместника повесь на воротах.

Два паладина схватили наместника, и тот понял, что шутки закончились.

– Я постараюсь! – заорал он. Артем отрицательно покачал головой.

– Мне не нужны твои старания. Мне нужны от тебя тысяча золотых монет, можно часть серебром, можно часть утварью. Найдешь?

– Найду, – дрожащим голосом ответил наместник. Артем махнул рукой, и наместника потащили вон из покоев.

– Хойскар, собери слуг, пусть работают как раньше. Паладинов разместите в крепости, воинов гарнизона разоружить и посадить в подвалы, пусть сидят там до нашего отъезда. Все ценное отсюда заберем себе. Будем и мы выглядеть богато, – он усмехнулся и продолжил: – Будем блистать среди монархий.

Хойскар тоже довольно оскалился.

– А в городе? – спросил он.

– А что в городе? – в ответ спросил Артем.

– Там грабят, сир.

– Пусть грабят, воинам нужно иметь стимул для войны. Паладины получат долю из казны, и она будет не меньше, чем при грабеже, просто сохрани тут все, и мы это заберем.

Хойскар довольно и широко раскрыл рот в улыбке.

– Не беспокойся, сир, казначей схвачен, посты выставлены, всех гоним прочь из дворца наместника. Но в городе склады купцов…

– Что не ограбят, то купцы выкупят. Ждем три дня и начинаем торг, – ответил Артем.

Вскоре в покои наместника стали входить молчаливые и испуганные слуги, женщины в разорванных платьях. Они наводили порядок, убирали следы разгрома. Артем им не мешал. Он сидел в своем кресле и, не замечая суету слуг, размышлял, что делать после того, как получит выкуп. Можно было двигаться дальше и грабить острова, но внутреннее чувство подсказывало ему, что надо возвращаться. Он разрывался между желанием получить больше богатства и необходимостью вернуться. Он все-таки пришел к пониманию, когда Хойскар привел худого сутулого человека в богатой одежде.

– Это казначей, сир, его зовут Рамвиран. Кланяйся! – Хойскар толкнул худого мужчину в спину, и тот упал на колени.

– Казначей, ты поговоришь с моим чиновником, он все, что нужно, у тебя расспросит, помогай ему, и ты будешь жить, – спокойно произнес Артем. – Хойскар, где Версамор?

– Как где, на корабле, – воскликнул магистр ордена паладинов.

– Пусть идет сюда, сопроводи его и сведи с господином казначеем. Он знает, что делать.

– Так я лучше проведу этого козла на корабль, пусть там общаются, – предложил Хойскар. Артем не спорил, лишь махнул рукой:

– Делай как знаешь, вели подать вина, закуску, пригласи Харальда и сам приходи.

– Есть, сир, – ответил довольный Хойскар и потащил за шиворот вон из покоев вжавшего голову в плечи казначея.

Харальд пришел к вечеру усталый, в богатой одежде и отличных доспехах из кожи. На нем был ламинарный доспех и шлем с маской дракона.

– Звал, ваше величество? – спросил он.

– Звал, Харальд, разговор есть. Твои люди довольны?

– Да, довольны, – согласился Харальд. – Все по договоренности, добыча богатая, я даже не ожидал найти здесь столько всего.

– Как ты считаешь, есть необходимость плыть дальше и грабить других? – спросил Артем.

– Сейчас, если честно, царь Артем, такой необходимости нет, нужно распродавать то, что уже набрали воины. Корабли забиты под завязку, воины отдыхают с местными женщинами. Как ты и приказал, убийств немного, да и жители не сопротивляются…

– Хорошо, – кивнул Артем, – тогда нужно обговорить следующее: мы возвращаемся, нам нужны корабли и моряки.

– Это не проблема, ваше величество, корабли купцов в гавани, на них можно перевезти и товары, и воинов. На кораблях мореходы, их мои ребята не трогают. Я сразу понял, что тебе нужны будут такие люди. В сопровождение я выделю пять кораблей прикрытия, они сопроводят твою флотилию до побережья, а мы отправимся по своим делам. Если я тебе понадоблюсь, отправишь гонца в княжество Дейли Вранг на своем корабле или с купцами. Он найдет меня на постоялом дворе «Алая роза Дейли». Если меня не будет, передашь письмо хозяину постоялого двора. Если есть задумка, говори сейчас. Отвечу, смогу прибыть или нет, но это за плату, царь.

Артем кивнул.

– Понимаю. Задумка есть, – ответил он. – Летом мне предстоит война с Риванганом, твои сотни мне бы пригодились…

– Прости, царь, войны не моя стихия, люди не захотят воевать, а набег с прибылью – это мы завсегда. – Харальд говорил спокойно и уверенно. Артем с пониманием отнесся к его словам.

– После отражения атаки я пойду на Риванган, пограбить их города.

– Это другое дело. Закончишь войну – призови, и я соберу людей моря, – охотно ответил Харальд. – Но идти через земли пустоши – не лучшая идея, Риванган имеет порты, и не лучше ли спуститься по морю на юг и напасть на один из них? Много можно будет взять добычи.

– Я подумаю над твоим предложением, Харальд, садись, будем праздновать.

– Охотно поддержу компанию, ваше величество. – Харальд уселся за богато накрытый стол и поднял налитый служанкой кубок из серебра. – За тебя, ваше величество, ты приносишь удачу, – произнес он.

Через три дня Артем получил все, что затребовал: золото, серебро, утварь и рабов. Ему нужны были ткачи и гончары, и художники, и плотники-ремесленники, ювелиры, кузнецы, рудознатцы. Здесь жили те, кто сюда прибыл в поисках удачи и лучшей доли. Два десятка красивых молодых женщин. Купцы откупились товаром, серебром, вином, утварью, мебелью, оружием и доспехами. И тем, что согласились переправить все награбленное на побережье, к устью реки, где стоял купеческий город.

Канцлер действительно обобрал город. Он знал, что брать, сколько и как вести переговоры. Ошалевший от нахлынувшего богатства, он непрестанно считал, проверял свозимые трофеи.

На пятый день обремененные трофеями тронулись в обратный путь. Ополченцы садились на весла и помогали парусам плыть против течения.

Первый выход в море оказался для Артема весьма удачным. Мести со стороны княжества он не опасался. Много войск князь не соберет, а люди моря в войну ввязываться не будут. Это он понял, пообщавшись с Харальдом.

Артем не просто набрал ремесленников, он забрал ткацкие станки, железо, бронзу, медь. Все это лежало в трюмах пузатых купеческих кораблей. Вместо рабов на веслах были его ополченцы. Рабы, которые получили свободу, частью присоединились к нему, частью пошли с Харальдом. Море в этих широтах было относительно спокойным, летние ветры не приносили бури. А зимой ветер дул с континента. Обратный путь занял восемь дней. Высадились у города купцов, разгрузили корабли. На лошадях, которые ждали ополченцев в бывшем лагере пиратов, тронулись обратно в царство. Настроение у всех было приподнятым. Ополченцы получили хорошую добычу, которую они не могли бы заработать за всю свою жизнь, получили небольшой опыт сражений, и их обучение решено было продолжить, а по весне распустить по домам для посевной.

Казалось, жизнь в Эхейском царстве начала налаживаться, и это радовало Артема. Он с радостью вдыхал морозный воздух теперь ставших ему родными просторов, и его войско, груженное трофеями и пленными, неспешно двигалось по реке на запад.

Горских дружин Артем не опасался, они застряли, где-то под перевалом, который оборонял Артам, и Артем хотел прийти ему на помощь.

Но на середине пути его догнала страшная весть. Один из казаков, который встретил их, сообщил, что князь Артам убит. Подробностей он не знал, но говорил, что его убила девушка Неела Полумертвая. А дружины окружены горцами и мятежниками с Озер на перевале, и дни собранных Артамом войск сочтены…

* * *

Появления дружин горских князей ждали, но все равно появление большого войска Артам встретил с большим волнением. Воинов, собранных князьями гор, оказалось неожиданно много – примерно тысяча всадников и лучников, собранных со своих земель князьями.

Войско остановилось у подножия перевала, стало оборудовать лагерь. Ни суеты, ни тревоги они не выказывали, и это удивляло неопытного в военном деле Артама. Рядом не было Артема, и не у кого было спросить, как быть. Все походные вожди смотрели на Артама и ждали указаний от него. Артам, впервые попавший в такую ситуацию, не знал, что делать. У него был приказ от Артема оборонять перевал, и он решил на этом остановиться. Чтобы скрыть неуверенность, сухо произнес:

– Ждем. – Отвернувшись, он ушел к себе в палатку.

В эту ночь неожиданную весть принес Гросвар.

– Сир, – князь грованов поспешно зашел в его палатку: – Странные дела творятся на болотах. Там появились вооруженные отряды. По одежде, это, похоже, воины мятежников, что сговорились с горцами… И их много.

Не успели они обсудить это, как в палатку зашел походный вождь венгов.

– Сир, мне приказано вернуться в княжество, – сообщил он.

– Кем приказано? – удивленно спросил Артем и переглянулся с Гросваром.

– Приказ привез от князя Венцариота его командир личной стражи Ветроис.

Артам растерянно посмотрел на Гросвара, тот насупился.

– Вендир, ты походный вождь и во время войны подчиняешься великому князю Озерному, – сурово произнес Гросвар. – Князь Венцариот управляет землями княжества, но не дружиной.

– У меня приказ и от совета старейшин. Я не могу ему не подчиниться, – ответил походный вождь венгов.

– Тогда оставь дружину и своего заместителя, – нашелся Артам, – и ступай один, выясни, что случилось в княжестве. На болотах стоят войска мятежников, и вполне может быть, что приказ поддельный.

Венг неуступчиво набычился.

– Я венг, – произнес он, – и мы уйдем, даже если будем прорываться силой. Ты нас, князь, не остановишь.

Артам внутренне сжался, события разворачивались не так, как он ожидал. В умах походных вождей началось брожение.

– Хорошо, ты уйдешь, – недолго раздумывая, ответил Артам, – но венги станут предателями в глазах Озер. Иди, я тебя не держу.

Походный вождь резко отвернулся и решительно покинул шатер.

– Что бы это значило, сир? – спросил его Гросвар.

– Это предательство, Гросвар, я уверен, что Венцариот не отдавал такой приказ, значит, его арестовали и взяли в плен, – мысли Артама лихорадочно складывали информацию в цельную картину, кольцо на пальце нагрелось и помогало понять смысл происходящего. – Мы точно узнаем, что происходит, если захватим этого Ветроиса.

Гросвар, поняв задумку Артама, согласно кивнул и ответил:

– Сделаем, сир, я пойду отдам разведчикам приказ.

– А я подниму дружины по тревоге, – ответил Артам, и оба князя вышли из шатра.

Артам обошел всех походных вождей, поговорил с ними и понял, что уходить решили только венги. Все дружины были наготове и выполняли приказы Артама. Под утро пришел уставший Гросвар:

– Мы схватили Ветроиса, сир. Венцариота убили… его убила Неела Полумертвая, так сказал Ветроис, но ему я не верю. Уверен, произошел переворот в традициях племен. Князья решили вернуть себе прежние вольности. Сир, с этим надо что-то делать, если нас зажмут с двух сторон, мы не выстоим, начинать нужно первыми.

– Что ты предлагаешь? – собравшись с духом, спросил Артам.

– Оставим тут костры и охрану, а сами спустимся и неожиданно атакуем лагерь у болот. Мои разведчики обезвредят их секреты и часовых.

– Заманчиво, – задумался Артам, – но тогда нас назовут убийцами. Мы первыми нападем, и князья скажут, что пришли к нам на помощь, а мы убили их людей. Тогда пожар междоусобицы разгорится с такой силой, что мы его не потушим. Будем ждать, Гросвар.

– Тебе решать, князь, но считаю, что ты ошибаешься, – ответил князь грованов.

– Посмотрим, – с трудом сохранив спокойное выражение лица, ответил Артам. Гросвар немного постоял в раздумьях и вышел из палатки.

День прошел в напряженном ожидании. На вторые сутки стояния из болот вышли войска, которые там прятались, и встали у подножия перевала. Посыльный от Артама, который отправился к ним спросить, кто они и что хотят, вернулся и сообщил: войско привел князь Хойдрым в помощь князю Артаму.

– Я не просил помощи, – ответил Артам, – не знаю, что ему пришло в голову. Может, пойти самому спросить?

– Не стоит, – остановил его Гросвар, – это может быть ловушкой.

– Ладно, – неохотно согласился Артам, – подождем еще.

Но отголоски боевой трубы со стороны горцев не дали ему времени ждать. Прибежал посыльный от часовых на склоне перевала.

– Сир, горцы пешими начали подъем в гору. Они атакуют перевал.

Артам побледнел, но справился с волнением и приказал:

– Объявить тревогу, дружинам занять свои боевые порядки. – Сам он с тяжелым предчувствием, которое неожиданно накатило, направился на верх перевала. За ним увязался мальчик-ученик Мешрул, который все это время был словно невидим, жил среди воинов и редко появлялся на глазах.

– Сир, у меня нехорошие предчувствия, – пристраиваясь рядом, сообщил он.

– Какие? – не оглядываясь, спросил Артам.

– Не знаю, что-то плохое грядет…

– Не будь суеверным, Мешрул, – ответил Артам, – это просто волнение перед битвой… ты бы ушел отсюда.

– Нет, сир, я буду рядом с вами, – решительно ответил мальчик.

Артам видел, как волна за волной воины горцев поднимались по пологому склону. Воины шли уверенно, без боязни, и это настораживало. Неожиданно обожгло палец, на ум пришли мысли:

«А что делают войска, приведенные Хойдрымом?» Он обернулся и, не найдя кого послать, обратился к мальчику:

– Мешрул, сбегай посмотри, что делают войска, которые пришли с болот.

Мальчик сорвался с места и убежал, но вскоре вернулся и был крайне взволнован:

– Они поднимаются наверх, идут быстро, сир.

Тут же подошел Гросвар.

– Сир, воины Хойдрыма идут в полном боевом порядке, это нападение… – Он с немым укором посмотрел на Артама.

– Гросвар, бери своих воинов, встреть их на середине пути, нам надо остановить мятежников, я помогу магией.

Гросвар быстро ушел, а Артам направился к своей палатке. Из нее вышла Неела.

– Неела!.. – удивленно воскликнул Артам. – А ты что тут делаешь?

– Я пришла за тобой, Артам.

Неела подошла к Артаму ближе. От нее исходил неприятный, тошнотворный запах тления. Артам поморщился. Вид грязной и оборванной девушки ему не понравился. Он хотел сказать, что ей надо бы привести себя в порядок, но девушка сунула руку за вырез платья и резко выдернула ее. В руке Неелы блеснул прозрачный кинжал, Артам ничего не успел сделать. Она мгновенно нанесла удар в не защищенную доспехами шею Артама.

Клинок вошел глубоко, и Артам с хрипом ухватился за рукоять кинжала. Его глаза обиженно посмотрели на девушку и закрылись, а сам он медленно опустился на колени и упал набок, из раны хлынула кровь. Неела постояла над телом, поглядела на ошеломленного и испуганного мальчика и пошла прочь.

– Стой! – опомнившись, крикнул Мешрул и выпустил в девушку огненный шар, огонь охватил фигуру, но она продолжала спускаться, пылая, как факел, затем исчезла. – Убили! – неожиданно громко закричал Мешрул. – Князя Артама убили! На помощь!..