Минут пять Зара с Адель лежали молча. Наверняка девочки провели бы куда больше времени в тишине и своих мыслях, но тут в дверь постучали.

– Не спите? – спросила Дарья, заглядывая внутрь и хмурясь от вида двух все еще неразобранных постелей. – Отбой был пятнадцать минут назад.

– Извините, мы просто… – промямлила Зарина и, так и не придумав продолжения, виновато улыбнулась.

– На первый раз прощаю, – поджала губы наставница. – Но чтоб больше такого не было.

– Хорошо, конечно, – закивала головой Адель.

– Я ухожу и делаю вид, что ничего не видела. Переодевайтесь, и чтоб через три минуты уже были в кроватях. И лучше закройте окно. Простынете еще.

Дарья скрылась за дверью. Зара подошла к столу и машинально поправила блокнот и тетради, выровняв стопку. Затем добрела до шкафа, сменила джинсы с толстовкой на шорты и топ и медленно, как амеба, накачанная успокоительным, доползла обратно.

– Ты ведь пошутила насчет другого мира, да? – прошептала Адель.

Она забралась под одеяло, но засыпать вовсе не планировала.

– Хотелось бы, чтобы это было шуткой, – усмехнулась Зара.

– Да ну! Ты меня разыгрываешь!

Адель решительно скинула с себя одеяло, схватила с тумбочки телефон и включила фонарик. В следующий миг она уже стояла у кровати Зары.

– Ну-ка иди сюда! Ладно – волосы! Но глаза-то, глаза-то не могут быть такого цвета!

Одной рукой она схватила Зарину за плечо и прижала к подушке, другой – потянулась к ее лицу. В глаза ударил яркий луч. Зара часто заморгала и попыталась отвернуться, но Адель пальцем приподняла ее веко. Боясь, как бы Лисичка не вонзила ноготь ей прямо в глаз, Зара повиновалась и посмотрела на свет.

– Инопланетянка!

Адель отшатнулась, и Зара выдохнула. Тыльной стороной ладони протерла глаза.

День всего прошел, а меня уже пытают! Ну и мирок!

– Правда желтые…

Адель в ужасе попятилась к стене, аккуратно огибая кровать и все время смотря на Зарину, будто боялась, что та может вот-вот на нее броситься.

– А то при свете дня ты не рассмотрела! – цокнула языком Зара.

– Ободка линз нет! Боже мой! Говорили мне не гадать на картах. Демона призову. Не слушала! Вот теперь – получай!

Она врезалась в кресло, упала в него и завизжала.

– Тихо ты! – шикнула на нее Зара. – Наставница придет!

Но Адель не унималась. Недолго думая, Зарина подскочила к ней и зажала рот ладонью.

– Изыди! – промычала та. – Спасите! Уби…

– Никакой я не демон, – Зара прижала к ее губам вторую ладонь. – Обычный человек. И убивать я тебя не собираюсь. С моим даром это все равно не получится. Вот была бы я стихийником…

Адель схватила ее за запястье и попыталась отнять руки от лица.

– Во… М-м-м!

– Тш! Да клянусь, не трону я тебя!

– Воздух… – сдавленно произнесла Адель.

– Ой, прости!

Зара вскинула руки вверх и сделала шаг назад.

– Все, не трогаю.

Адель дышала часто и смотрела на нее с опаской.

– И как мне после этого тебе верить? Чуть меня не задушила.

– А ты мне чуть глаз не выколола!

Лисичка сморщила носик, медленно поднялась с кресла и подошла к Заре. Прищурившись, она еще раз окинула взглядом ее сиреневые локоны, подцепила пальцами одну прядь, скривила губы, а затем отпустила.

– Квиты, получается? – широко улыбнулась Зарина.

Помедлив, Лисичка кивнула, но смотрела она все еще подозрительно.

– В принципе, их можно назвать светло-карими. Очень светлыми карими.

– Они желтые, Адель, – покачала головой Зарина. – В моем мире глаза бывают желтые, красные, синие и фиолетовые.

– «В моем мире!» – передразнила ее Лисичка, фыркая. – Конечно, верю!

– Идем! Сейчас все тебе объясню!

Зара взяла ее за руку и потащила к своей кровати. Усадив Адель на край, она вручила ей кружку с недопитым чаем, и сама устроилась рядом.

– Только не кричи больше, хорошо? Я тоже нервничаю. Но если мы будем нервничать вдвоем, ситуацию это не исправит, так?

Адель молча сделала глоток.

– В общем, да, я открыла портал и оказалась тут.

– Хочешь сказать, другие миры существуют? – рассеченная бровь Адель дернулась вверх.

– Конечно, – всплеснула руками Зара. – Только не говори, что это для тебя новость.

– Это для меня не новость, это… – Она отставила кружку на тумбочку, – бред какой-то.

– В вашем мире что, не знают о Мультивселенной?

– Мультивселенная? Это что-то из Marvel? – усмехнулась Адель.

– Из… чего?

– Ну, давай, скажи еще, что «Мстителей» не смотрела!

Зара отрицательно покачала головой.

– Я же говорю, в нашем мире нет многих вещей, которые есть у вас. Или просто они не так популярны у нас, поэтому я о них не знаю. Такое бывает, – Зара беспечно дернула плечом. – Миры ведь должны чем-то различаться.

Адель тяжело вздохнула и запустила руки в волосы, взъерошивая рыжие пряди.

– Скажи честно, у тебя шизофрения? Ты не подумай, я не издеваюсь над тобой, просто хочу выяснить, какой у тебя диагноз.

– Нет у меня никакой шизофрении! – с обидой в голосе ответила Зара.

– Точно, ты же не признаешься, – покачала головой Адель. – Ладно, живи в своих галлюцинациях, пожалуйста! Только если не хочешь лишних вопросов, остальным про «другой мир» не рассказывай. – Она изобразила пальцами кавычки. – А то еще упекут в психушку.

– Какие галлюцинации? Это правда! – Зара сложила руки на груди. – Если вам в школе не дали базовых знаний по устройству Вселенной, я в этом не виновата!

Адель открыла было рот, чтобы ответить, но лишь молча уставилась в пространство позади Зарины.

– Что это было? – испуганно прошептала она.

Зара обернулась. Над столом догорали последние искорки – следы ее неугомонного дара. Беря в руки тетрадь, она уже знала, что там будет.

– Так понятнее? – прочитала Адель надпись, выжженную на бумаге. – Это что? Она чуть не загорелась!

– Спокойно, эти искры не обжигают. Только оставляют слова. Это мой дар.

Зара забрала у нее из рук тетрадь и отложила ее на стол.

– Какой дар?

– Ну я же тебе говорила, – закатила глаза Зарина. – Самозаписывающиеся слова. У меня не всегда получается их контролировать. Иногда они вспыхивают сами, если я злюсь, например.

– Как это… сами? – нахмурилась Адель, уже с беспокойством предугадывая, что Зарина сейчас ответит.

– То и значит! Хочешь, чтобы я тут всю бумагу исписала? Такими темпами – легко!

Зарина вновь схватила тетрадь и вырвала оттуда лист. Она хотела его скомкать, но Адель замахала руками, не давая ей этого сделать.

– Подожди-подожди! Так ты волшебница! – уставилась на нее Адель с обожанием и страхом.

– Никакая я не волшебница! Это просто моя сверхспособность. – Она все-таки смяла лист и направилась к мусорке в ванной. – Ты вот гадаешь, я пишу мыслями.

– Ну ничего себе сравнила! – Адель проследовала за ней в ванную. – У меня-то это даром не назовешь. Я, конечно, верю картам, но все-таки…

– Ты ординара, что ли? – нахмурилась Зара, бросая в урну скомканный листок. – А что тогда в этом лагере делаешь? Думала, тут только для сверхов смена.

– Для кого? – Адель замерла в дверях, не давая Заре пройти в коридор. – И как ты меня назвала? Орди… Ординатор?

– Ординара. Ну человек без дара. Сверх – человек со сверхспособностью, – Зара кивала в такт словам так, будто объясняла ребенку, почему листья зеленые, а небо голубое.

– Я не знаю, кто такие ординары. Но, судя по тому, как ты объясняешь, у нас тут все эти… ординары. Ну и придумала ты, конечно! – засмеялась она, а потом вдруг замолчала под пристальным взглядом Зары. – Слушай, мне ведь показалось и там не было никаких искр, да? Ты просто ту фразу особой ручкой написала? Типа как для выжигания по дереву? Просто если нет и ты правда из другого мира…

– Да правда! Правда!

Сбоку вспыхнул новый салют из серебристых искр. На этот раз он прожег шторку душа. На белой ткани высветилось слово правда.

– Да ну на фиг…

Адель прикрыла глаза.

– Голова кружится, – пролепетала она, сжимая виски.

– Может, умоешься? – Зарина подхватила ее под руку и подвела к раковине. – Холодной водой. Давай, приходи в себя.

– Не могу… – пробурчала Адель, получая новую порцию брызг в лицо. – Оставь меня, инопланетянка. Я лучше упаду в обморок. Очнусь потом и пойму, что все это был сон. Глюки. Не надо было есть в столовой те странные сосиски!

Она пробурчала что-то еще, а потом, хватаясь за бортик раковины, начала медленно сползать вниз. Зара подхватила ее у самого пола.

– А ну подъем! – прокряхтела она, поднимая полуживое тело. – Ты, конечно, худая, но до кровати я тебя не дотащу. Адель! Аделаида!

Зарина сделала пару шагов к двери. Адель висела у нее на руках – вставать не собиралась.

– Целон и Солнце! Портал открыть, может…

Она аккуратно опустила Адель на пол, затем выставила руки перед собой и сделала сосредоточенное лицо. С таким видом мама обычно совершала пространственно-временные скачки.

Прошло с полминуты, но ничего не изменилось.

– Портал!

Зарина на всякий случай щелкнула пальцами. Опять ничего.

Может, прыгая между мирами, надо говорить что-то особое? Или показывать какой-то другой жест, которым не пользуется мама?

– Проход! Окно! Дырка! Бублик!

Она нарисовала в воздухе круг, сделала вид, будто разрезает пространство ножом, и даже попробовала пару нецензурных жестов. Результата не последовало.

– Ты с моим первым даром заодно, я смотрю. Не хочешь мне помогать, да? – Она недовольно шмыгнула носом и взглянула в зеркало. – Что ж, позже с тобой разберемся.

Зара пригладила волосы, стянула их в пучок и завязала резинкой, удачно оставленной с утра на полочке над раковиной. Одна сиреневая прядь выскользнула и упала на лоб. Зарина сдула ее и облизала губы. Сердце неистово колотилось в груди. В тишине ванной звук ударов казался особенно громким. Она резко вдохнула. Едкий запах мыла. Чужой странный запах.

И все вокруг казалось чужим и странным. Даже привычные вещи вызывали отторжение.

Эта голубая плитка. Дома светло-розовая. Раньше она ей не нравилась, теперь бы Зара все отдала, лишь бы снова провести по ней рукой и почувствовать подушечками пальцев маленькие выпуклые цветочки по краям.

Это зеркало без оправы. Дома по ободку идет подсветка, которую Зара никогда не включала, но теперь хотела бы включить.

Эта белая шторка с выжженной на ней надписью. Раньше дар оставлял слова только на бумаге. А теперь он усилился. Он изменился. Он стал еще более пугающим.

Теперь, когда она так далеко от дома.

На глазах выступили слезы.

Может, Адель права, и все это галлюцинации?

Сейчас она закроет глаза и снова окажется в своей спальне. Или на кухне, где мама готовит зефир и болтает через портал с соседкой. Или в кабинете, где папа скручивает взглядом проволоку, создавая очередную чудаковатую металлическую статуэтку себе в коллекцию. Мама потом заглянет к нему и недовольно фыркнет:

– Пыль с этого творения сам стирать будешь!

Зара сжала виски руками, затем открыла глаза и посмотрела в зеркало. Все осталось прежним. Кроме дорожки слез, которая теперь скользила по щеке.

Боюсь. Не хочу. Помогите!

– Эй, ты что там, плачешь, что ли? – послышался голос снизу.

– Нет, – Зара поспешно вытерла слезы рукавом кофты. На ткани остались блестки-звезды, слетевшие со щек. – Просто решила тоже умыться. Ты как? Голова не кружится?

– Жить буду, – Адель приподнялась на локтях. – Ты мне вот только расскажи, откуда у тебя этот… дар?

Зара прислонилась спиной к стене и сползла по ней, сев на корточки.

– Первый два года назад открылся. А вообще он у сверхов генетически передается. Ты это не знаешь, да? Точно, ты ничего про нас, сверхов, не знаешь… – Зара села поудобнее, обняв колени. – У моей тети такой же дар, как у меня. У мамы пространственно-временной. Ну это я уже сказала. Он у нее поздно открылся – в двадцать лет. Она смирилась было, что родилась ординарой, как вдруг открыла свой первый портал. Похоже, я ее дар унаследовала. И даже в более сильной форме. Маме никогда не удавалось открыть портал между мирами, а я смогла. Совершила скачок, и вот я здесь.

– С ума сойти… – покачала головой Адель. Поджав ноги к себе, она села так же, как Зара. – Только ты это, никому больше такое не рассказывай, хорошо?

– Про мой второй дар?

– Ни про второй, ни про первый! И про другой мир тем более молчи. Начнешь рассказывать, тебя засмеют. В лучшем случае. В худшем – в белую рубашку оденут и увезут туда, откуда уже будет не вернуться.

– Ясно все, – вздохнула Зара. – Технику безопасности в ординарных мирах мы в школе проходили. Нет даров, значит, и моего временно нет. Моих. Целон и Солнце, как непривычно!

– Цейлон? Вы там у себя богу чая молитесь, что ли?

Зарина вопросительно вскинула брови.

– Просто у нас Цейлон – это чай такой.

– Это вторая дневная звезда. Иногда светит Целон, иногда Солнце. Бывает, что все вместе.

– Ну Солнце у нас тоже есть. И днем светит только оно. Земля вращается вокруг него. Вокруг Земли – Луна. Галактика называется Млечный Путь. Это так, на всякий случай.

Адель усмехнулась и поднялась с пола.

– Значит, я на той же планете. Это уже радует. Через космическую бездну прыгать не придется, – произнесла Зара серьезным тоном, отчего у Адель в очередной раз округлились глаза. – Видимо, я перешла в одно из возможных ответвлений будущего. Нужно поблагодарить Вселенную за то, что местная Зарина не приехала в лагерь.

– Да уж, хотя бы отдохнешь вместо нее, раз уж все равно в наш мир попала.

Она протянула Заре руку, и та встала, схватившись за нее.

– Отдохнула бы я в своем мире. А тут мне не до развлечений будет. Надо выбираться отсюда и поскорее. Подчинить бы новый дар…

– Решила мне психологическую травму нанести и быстренько обратно в свой мир слинять? – усмехнулась Адель, выходя из ванной в коридор. – Теперь куда уж спешить? Я почти поверила в твои рассказы, можешь дальше мне мозги промывать, разрешаю. Мне даже интересно, что ты там еще придумаешь!

– Надолго тут задержаться у меня не получится, – нахмурилась Зарина. Зайдя в спальню, она остановилась посреди комнаты и повернулась лицом к Адель. – Если я столкнусь с местной версией Зарины, я распадусь на частицы, потому что в этом мире я лишняя.

– Ой, теперь она лишняя, приехали! – Адель укоризненно покачала головой. – Вольешься в компанию, не переживай! Ну, подумаешь, глаза другого цвета. Будем всем говорить, что это линзы. Звучит все равно правдоподобнее, чем есть на самом деле.

– Адель, – Зара сделала шаг в ее сторону. – Ты не понимаешь. При встрече с двойником как более слабая версия я распадусь. Умру. А с местной Зариной мы рано или поздно встретимся. Пусть и не в лагере, но за его пределами мы точно пересечемся. Таковы законы Вселенной.

С минуту Адель неотрывно смотрела на нее. В серых глазах страх сменяло сочувствие, потом недоверие, затем снова страх – и так по кругу.

– Ну и фантазия у тебя, Зара! Книжки писать надо! Распадется она на частицы, конечно!

Фыркнув, Лисичка легла на кровать и спряталась под одеяло.

– Давай спать. Сбор на отрядке в восемь часов, а мне перед этим еще расклад на день сделать надо…

Вскоре со стороны ее кровати послышалось мерное сопение. А вот Зарина еще долго не могла уснуть. Думала, куда бы деть шторку из ванной со следами преступления ее неугомонного дара. Когда уже начало светать, она встала, смыла со щек блестки, потом сняла шторку с петель и запихнула ее под кровать. Не самое надежное место, но на первое время пойдет.