Первая лекция подошла к концу. По расписанию ее должна была вести одна из молодых учительниц, проходившая в «Луче» практику. Она уже как-то заглядывала к ребятам и большинству понравилась куда больше Мирановой. Потому что мило улыбалась во время урока или потому что ничего не задала после, Агриппина Геннадьевна точно не знала, но на всякий случай решила устранить соперницу. Миранова отправила ее в другой филиал, взяв ее часть учебного плана на себя. Агриппина Геннадьевна чувствовала, в этот раз ее ждет неплохой улов сверхов. Она не собиралась ни с кем делить лавры и тем более премию, обычно начисляемую ей за удачную смену.

А практически каждая ее смена была удачной. Миранова знала, что ни один ученик не попадает в «Луч» просто так. Министерство приглашает сюда лишь тех подростков, у кого есть предпосылки к раскрытию дара. Оно тщательно следит за вспышками энергии, аномальными явлениями, изучает родословную подозреваемых, пытаясь выяснить, является ли человек сверхом, еще до того, как он окажется в стенах «Луча».

Миранова сама когда-то работала в Отделе поиска, прекрасно знала эту систему изнутри и полностью ей доверяла. Сотрудники Межмина совершали ошибки реже, чем комета Галлея возвращалась к Солнцу. А это значило, любой из оказавшихся в лагере подростков с вероятностью девяносто девять процентов являлся сверхом. Чтобы раскрыть его, нужно было лишь дать ему пару специальных заданий, вывести на эмоции, и дело в шляпе. А премия в кармане.

Миранова цапнула со стола папку и вышла из аудитории. Перерывы между мастер-классами она, как правило, проводила у себя кабинете. Садилась за стол с чашкой шестидесятитрехградусного кофе и начинала листать досье учеников, изучая каждое как можно более детально. Вот и сейчас она отправилась к себе, на пятнадцать минут избавив подростков от надзора.

Дверь за Мирановой закрылась, и Лисичка вскочила на парту.

– А давайте в «Правду или действие»?

– Первым действием будет поднять тебя со стола, рыжая? – хихикнула Лиля из дальнего угла. – Это будет сложно. Как же я две доски различу?

– Поаккуратнее с язычком, дорогуша, – вступилась за нее Лина. – А то я сейчас быстро помогу твоему носу найти нужную доску. Танцевать потом от боли будешь.

– Танцевать? Ой, точно, новый челлендж в соцсетях начался, – спохватилась Лиля, вставая из-за парты и, видимо, уже собираясь на нее залезать. – Сейчас прославимся. Ритка, снимай!

– Что снимать? – непонимающе хлопнула наращенными ресницами ее подруга. – Ты же танцуешь. Мне-то зачем раздеваться?

– Дура! На телефон снимай! – крикнула Лиля, одергивая мини-юбку и поправляя блестящий топ. – Я сегодня при таком параде, что на лям просмотров залетит.

– Слезь, пока сама не слетела, – фыркнула Лисичка. – Кому первому вопрос задавать?

– Мне, – отозвалась Зарина, желая поддержать подругу.

– Хорошо. – Адель на секунду задумалась. Она закинула ногу на ногу, а затем произнесла: – Какие три слова ты мечтаешь услышать?

Три слова? Большинство девчонок, не раздумывая, ответили бы: «Я тебя люблю». Но мечтаю ли я об этом? Если и да, то явно не в первую очередь. Все так зациклены на этой любви, будто в мире больше нет других поводов для счастья. А между тем их масса. И всеми ими можно воспользоваться, только если…

– Ты полностью свободна, – ответила Зара.

– Неплохо, – одобрительно хмыкнула Адель. Она поправила ободок с лисьими ушками и окинула класс взглядом в поисках жертвы. – Следующим будет… Алекс! Какое преступление ты бы совершил, зная, что оно сойдет тебе с рук?

– Никакое.

Алекс откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– Прям вообще никакое? – удивилась Адель. – Об этом же никто не узнает. Можешь ограбить банк или…

– Нет, – отрезал Алекс.

– Какие вы скучные, – протянула Лиля.

Похоже, она уже сняла свой челлендж и теперь искала себе новое развлечение. Спрыгнув с парты, она подошла к Адель.

– Кто же так в «Правду или действие» играет? Сорян, рыжая, но давай ведущей я побуду. А то мы тут скоро всем уснем!

Адель фыркнула, желая возразить, но Лиля не дала ей высказаться. Она уже примостилась на край стола, и бесцеремонно ткнула пальцем в Алину, сидящую рядом с Алексом:

– Правда или действие?

Алина вытащила наушники и вопросительно уставилась на Лилю. Та раздраженно фыркнула и повторила вопрос.

– Я не играю, – отстраненно произнесла Алина, снова подвигая к себе блокнот и начиная в нем что-то записывать.

– Кто в кругу, те играют. Если ты не с нами, тогда пересядь.

– Я все равно в наушниках и не слышу ваших разговоров, – пожала плечами Алина.

– Но действия-то видишь!

– Действия она и с другой парты увидит, – бросил Алекс. – Пусть будет с нами. Тебе-то какая разница?

– Не хочу быть клоунессой для всяких тихонь, трясущихся даже от «Правды или действия», – Лиля ехидно ухмыльнулась.

– Не хочешь быть клоунессой, тогда займись чем-нибудь посерьезнее своих челленджей, – презрительно скривила веснушчатый нос Адель.

– Посерьезнее… – закатила глаза Лиля. – Вот встретимся с тобой через десять лет, еще увидишь, кто успешнее будет. Точнее, не встретимся. Просто увидишь. Меня на всех каналах, – вздернула нос она. – Тогда и поговорим. Точнее, не поговорим. Я с такой, как ты, даже разговаривать не буду. Вот. Усекла?

Адель сделала глубокий вдох и медленный выдох. Одним из ее жизненных принципов было не спорить с недалекими. Значительно снижало количество истраченных нервов.

– Ты все еще здесь? – Лиля кивнула Алине. – С нами играешь или уходишь?

Алина поджала губы, сгребла тетрадки и встала из-за стола. Она хотела уже было уйти, как кто-то дернул ее за руку, усаживая обратно на стул. Алина обернулась и встретилась взглядом с Алексом. Голубые глаза лучились состраданием и нежностью. Одного этого взгляда Алине хватило, чтобы почувствовать поддержку Алекса, понять, что она ему небезразлична.

Небезразлична ведь?

– Это ее место, и она будет сидеть здесь, – отчеканил Алекс, поворачиваясь к Лиле. Она тут же стушевалась под его взглядом. – Задавай следующий вопрос.

Алина чуть заметно улыбнулась. Ей было приятно, что Алекс вступился за нее, хоть это и не было необходимо. Она была бы рада сейчас оказаться на задней парте, раскрыть блокнот и погрузиться в живущую на его страницах историю. Но раз Алекс захотел, чтобы она осталась, она останется.

Зара тихонько вздохнула.

Как же мило он выглядит, когда вступается за своих друзей… Ну-ка, стоп! А почему я не вступаюсь?

Только теперь Зара осознала, что все это время молча любовалась сияющими в утреннем свете кудряшками Алекса. Она ни разу их не касалась, и теперь у нее появилось острое желание это сделать.

Наверняка они мягкие, как пух одуванчика, устилающий в июне поле за домом. А эти серебряные колечки как утренняя роса, сверкающая в лучах восходящего солнца. А голубые глаза как чистое небо, ясное и высокое…

Так, хватит! Очнись, Крылова! Опять помутнение рассудка? Лучше бы так о возвращении домой думала.

– Короче, – протянула Лиля, используя это слово не по назначению, а скорее как обращение к остальным. – Погнали дальше. Зара, у тебя прошлый раз была правда, так что теперь действие. Поцелуй любого игрока.

Зарина удивленно вздернула брови и окинула ребят взглядом, оценивая масштаб бедствия. Алекс сидел за соседней партой.

Точно нет.

Виктор?

Он сидел чуть поодаль. Негромко мурлыкал себе под нос какую-то французскую песню и покачивался в такт из стороны в сторону.

– Позарилась на «сладенького», Зефирка? – усмехнулся Алекс. – Осторожнее, а то Адель приревнует.

Зарина посмотрела на Алекса с осуждением. Она и без его издевки не собиралась целовать Виктора.

Удивительно, что на эту шутку никак не отреагировала Адель.

И сам Виктор.

Будто эту фразу слышала только я.

По коже пробежали мурашки.

А что, если… Алекс просто передал мне свои мысли? Он сознанник?

– Желтоглазая, ты чего зависла? – Лиля щелкнула пальцами у нее перед носом. – Целовать будешь или выбываешь из игры?

Зара молча повернулась к Адель и чмокнула ее в щеку.

– Детский сад, – разочарованно протянула Лиля. – Это не считается. Адель, придется тебе отдуваться. Целуй Алекса. Взасос!

– Что? Да ну тебя! Не буду, – нахмурилась она, кидая взгляд на Зару и ища у нее поддержки.

– У нее парень есть, – устало объяснила Зарина, но ее, похоже, никто не услышал.

– Прекращай этот цирк! – недовольно засопела Адель. – Как будто других заданий, кроме поцелуев, нет.

– Вот поцелуешь, и прекращу, – противно хихикнула Лиля.

Лиля обожала сенсации, сплетни и скандалы. Что для одних было поводом поругаться и покричать, выпуская наружу бурю эмоций, то для нее было высшим наслаждением, позволяющим эти эмоции впитывать. Хотя большую часть свободного времени Лиля и проводила в социальных сетях, пару часов в день она все же отводила на журналистские расследования в реальном мире. Основываясь на таком надежном источнике, как слухи, Лиля недавно выяснила, что у Алекса с Зарой намечался роман. То, что Зара с Адель общались достаточно близко, было ей и так уже известно. Оценив расстановку фигур на доске, Лиля решила, что не простит себе, если не создаст любовно-скандальный треугольник и не поссорит двух лучших подруг.

– Я жду, – пропела Лиля, презрительно осматривая свой отросший маникюр. – Это же просто игра! Поцеловала, и все.

– Не буду я Алекса целовать! – протестующе поджала губы Адель, будто ее заставляли выпить молоко с кетчупом и перцем, а не чмокнуть разок голубоглазого красавчика.

– Да поцелуй уже кого-нибудь, а! – не выдержала Лиля. – Любого парня.

Так как в их компании парней всего было двое, через секунду Виктор оказался облеплен взглядами. Он нервно сглотнул. Оттопыренные уши вмиг налились багрянцем, превращаясь в два сигнальных фонаря. Вместе с выпученными глазами они явно давали понять, что француз в панике.

– Строишь из себя такую обольстительницу, – издевательски проворковала Лиля, поворачиваясь к Адель, застывшей в нерешительности. – На деле же только в платье в обтяг на ВД скакать можешь. Не целуешь, потому что не умеешь, так? А может, и парень у тебя выдуманный?

– Да иди ты!

Адель подалась вперед, вмиг преодолев расстояние между партами и оказавшись перед носом у Виктора. Одной рукой она схватилась за край стола, другой – притянула к себе француза. Рыжие пряди закрыли лицо Виктора. Пару секунд Зарине было видно лишь его пунцовые уши и кремовый чубчик.

– Какие страсти, – протянула Агриппина Геннадьевна, заходя в класс. На ее лице плясала несвойственная ей игривая улыбка. – Ну-ка, все по местам. Через минуту начинаем урок.

– Я все сняла, – шепнула Рита на ухо подруге. Та ехидно ухмыльнулась.

– Зачет, рыжая, – бросила Лиля, вскакивая с парты. – Уверена, твоему парню тоже понравится, если он существует, – добавила она чуть тише, помахивая телефоном с брелоком-зайчиком.

– Ах ты! – Адель гневно заскрежетала зубами. – Суккубка недоделанная!

Провожая Лилю взглядом, Адель была готова ее испепелить или как минимум расцарапать до крови все ее модельное личико. Но уже через десять минут Лисичке пришлось забыть о своем коварном плане отмщения и спрятать когти. Все ее внимание переключилось на Агриппину Геннадьевну. Миранова решила прервать начатую на первом уроке лекцию о поэзии и уделить время куда более интригующим вещам.

– Я напомню вам, если вдруг кто-то замечал у себя проявление дара, – она поднялась из-за стола, – вам лучше обратиться с этим вопросом ко мне или к Дарье. Так будет лучше для всех. Мы поможем вам его подчинить, обуздать стихию и направить силы в нужное русло. Вы знаете, что у нескольких учеников с вашей смены открылись способности. Наша команда уже взялась за их специальное обучение. Сейчас они проходят курсы в филиале «Луча» при Межмировом министерстве.

Миранова сложила руки в замок, звякая браслетами, и вышла в центр класса.

– Буду честна, мы не хотели вам поначалу говорить об этом, чтобы не шокировать. Людям всегда сложно принимать истины, переворачивающие их мир с ног на голову. И открывающие другие миры.

Она посмеялась собственному каламбуру. Сухие губы растянулись в довольной улыбке.

– Но однажды мы должны были сказать вам всю правду, и сейчас время настало. Существуют тысячи тысяч миров, разных, уникальных, совершенно не похожих друг на друга или же, наоборот, схожих во всем, кроме одной-единственной песчинки где-то в затерянной пустыне, о которой не ведают даже сами обитатели того мира. Измерений бесчисленное множество, а ветвей их будущего еще больше. Сплетаясь между собой, эти ветви-миры украшают Вселенную узором, казалось бы, гигантским и мощным, но на деле тончайшим и хрупким, способным пострадать от рук любого недалекого сверха. Стоит одному из нас использовать дар не должным образом, как Равновесие нарушится. Энергия Вселенной изменит привычное движение. Материя истончится в одном месте и уплотнится в другом. Сгустки энергии очень опасны. В них частицы обретают новую форму. Они могут превратиться в простую каплю воды, а могут и в целое цунами. Тем временем тонкий участок материи порвется, открыв проход из одного мира в другой. А кто шагнет в него – любопытная кошка или вооруженный до зубов завоеватель – дело случая. Внезапность влечет беду. Беда рождает хаос. Хаос уничтожает гармонию, а на гармонии и держится наша Вселенная. Чтобы каждый из нас смог прожить долгую и счастливую жизнь, должно существовать нечто поддерживающее эту гармонию, контролирующее явления, способные ее нарушить. Такую миссию взяло на себя Межмировое министерство.

Миранова окинула класс изучающим взглядом. Она внимательно следила за реакцией каждого. Наверняка в рядах учеников были те, кого рассказ о Мультивселенной не удивил. В «Луч» часто попадали подростки, уже знакомые с этой информацией, например, дети сверхов, сменивших миры. В обязанности Межмирового министерства, на которое Миранова работала, как раз входило отслеживание таких беглецов. Сверхи с пространственно-временны́ми дарами доставляли ее начальству немало проблем. Перемещаясь из одного мира в другой, они зачастую не только подвергали опасности равновесие Вселенной, но и открывали проход в другие измерения ординарам. И хорошо, если эти люди попадали в безопасный для них мир. Но ведь порой они оказывались там, где человеку без сверхспособности не выжить. Спасение таких попаданцев тоже ложилось на плечи МежМина.

– Межмировое министерство – это высший орган власти, контролирующий и структурирующий взаимоотношения всех миров и их представителей, – произнесла Миранова заученную фразу. – Наши задачи самые трудные, но и самые важные. Наша главная цель – поддержание мира во всех мирах. Для этого мы устанавливаем определенные правила, следим за их соблюдением и караем тех, кто ими пренебрегает. Например, мы запрещаем беспричинные переходы между мирами. Разрывать грань можно только в экстренных случаях, когда нарушение равновесия Вселенной оправданно. Такие «правильные» переходы совершают работники Министерства, чтобы вернуть в свои миры беглецов и попаданцев. Ради всеобщего блага.

Зарина недоверчиво прищурилась. Она сверлила взглядом золотые браслеты Мирановой, которые та прокручивала на запястье, и пыталась понять, что именно ее настораживает. Голос Агриппины Геннадьевны был сладкий, как карамель.

Вот только Зарина отлично помнила, как однажды, лет в пять, она ткнула пальцем в эту горячую липкую массу и потом несколько недель ходила с ожогом.

А еще она отлично помнила, что в школе им рассказывали обо всем, о чем сейчас говорила Миранова. Обо всем, кроме Межмирового министерства.

– Однажды и вы сможете пополнить ряды спасателей Вселенной. Лагерь «Луч» создан для выявления сверхспособностей у подростков и их подготовки к работе в МежМине. Филиалы «Луча» разбросаны по всем мирам. Межмировое министерство помогает всюду. Всем. Всегда, – торжественно провозгласила Миранова.

Всегда.

Зарина краем глаза заметила, как Адель коснулась виска.

– Мы поможем и вам. Самые достойные ученики позже будут взяты на посты в Межмировое министерство. Мы откроем вам новые горизонты и дадим возможность приносить своим даром бесценную пользу окружающим. Это огромная честь, так что не упустите свой шанс… Итак, я спрошу еще раз. У кого-нибудь уже проявился дар?

Зара, сидевшая с Адель на первой парте, обернулась, чтобы взглянуть на ребят. Она знала, что в классе есть как минимум пять сверхов: она сама, Адель, Ира, Влада и Алекс.

Алекс… Мне ведь не показалось, правда?

Теперь ее волновал вопрос: раскроет ли он эту тайну Мирановой. И расскажут ли остальные о своих дарах.

В классе стояла гнетущая тишина. Лишь настенные часы мерно тикали, напоминая о скором завершении лекции.

– Я вас услышала, – выдавила улыбку Миранова. – Вы знаете, где меня найти.

Агриппина Геннадьевна сгребла вещи со стола и вышла из класса.

– Офигеть… – протянула Лиля. – Вот я вроде хотела стать моделью, но теперь уже не знаю… Работать в министерстве – это же так круто! – Она мечтательно захлопала ресничками, вскакивая из-за парты и вытаскивая оттуда свою подругу. – Мир во всем мире. Во всех мирах. Звучит-то как! Рит, я ж по натуре пацифистка. Это прям то, что надо. А если у них при Министерстве есть модельный отдел, то это будет просто бомба!

– Какая бомба, Лиля?! – ужаснулась Рита. Ее кудрявые хвостики аж подскочили. – Ты же пацифистка…

Не сдержавшись, Зара прыснула.

– Ты мазохистка, а не пацифистка, если хочешь работать в Министерстве, – пробурчала Лина, убирая ручку в карман светлых джинсов и направляясь к двери.

– Это еще почему? – искренне удивилась Лиля.

– Потому, – отрезала Снежная королева. – Не все там так розово, как Миранова описывает.

– Ну и ладно… Даже если они там не любят розовый, я не против, – хмыкнула Лиля. – И все же хотелось бы, чтобы любили. Прикинь, Ритка, я в розовом платье в Министерстве!

Лина тяжело вздохнула и поспешила выйти из класса. Зарина выбежала следом.

– Лина, подожди! – крикнула Зара, прыгая через ступеньку и пытаясь нагнать ее.

– Чего тебе? – наконец отозвалась та, остановившись в проходе на второй этаж.

– Почему ты так сказала о Министерстве? – выпалила Зара, пытаясь отдышаться.

– Как? – недоуменно дернула бровью Лина.

– Ну что там не все так прекрасно. Ты что-то об этом знаешь?

Лина неопределенно повела плечом и вновь поспешила вверх по лестнице.

– Давай поговорим! Это важно! – крикнула ей в спину Зарина. – Я тоже кое-что могу рассказать. Про другие миры.

Лина, уже успевшая подняться на пролет, перегнулась через перила и скептически уставилась на Зару.

– Да что ты мне рассказать-то можешь? Я тут уже какой раз, а ты – первый. Меня даже Миранова удивить не может, а тут ты решила.

– Но мне действительно есть чем, – с нажимом произнесла Зара, а потом, понизив голос, добавила: – Я из другого мира.

Лина удивленно распахнула глаза, чуть не свалившись под ноги Зарине, но быстро совладала с собой. Через пару секунд у нее на лице вновь расцвела скептическая улыбка.

– Ага, конечно. Очень смешно.

– О, вот она, наша беглянка! – усмехнулась Адель, хлопая Зару по плечу.

Зарина вздрогнула. Она вдруг осознала, что для Министерства она сейчас и вправду была беглянкой – сверхом, очутившимся в чужом мире. Она открыла портал, прорезала грань между измерениями, стала причиной нарушения равновесия Вселенной. Она пренебрегла правилами, установленными МежМином. То есть… Стала преступницей? Но ведь она не нарочно!

– Не беглянка я, – дернула плечом Зара, скидывая с него руку Адель. – Я ж не специально скачок совершила. Я просто еще не умею контролировать свой новый дар. Да и старый тоже…

Зара обернулась и почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Адель была не одна. За спиной у нее стояли Влада, Надя, Алина и Ева. Для остановки сердца не хватало только Мирановой.

Что я наделала?

Я ведь сказала это вслух? При всех, да?

– Подожди, подожди, – перебила ее Надя. Только теперь Зара заметила ее изумленный взгляд и еще три пары выпученных от удивления глаз. – Ты хочешь сказать, у тебя есть дар?! И что за скачок?

– Два дара, насколько я поняла, – сложила на груди руки Влада и тяжело вздохнула. – Выкладывай.

– Целон и Солнце… – пробормотала Зара, окидывая подруг испуганным взглядом и пытаясь осознать, что она только что натворила.

Она щелкнула пальцами и мысленно произнесла: «Портал».

Вот бы сейчас оказаться на пару минут в прошлом и все исправить!

Она щелкнула еще раз, но, как и ожидалось, ничего не произошло.

Ну, давай же! Неужели тебе мало моих эмоций, ненасытный ты зверь?! Да я сейчас умру от страха! Если и нет, то придушу себя за болтливость! Обмотаю свой длинный язык вокруг шеи и…

Краем глаза Зара увидела, как возле тетради в ее руке заплясали серебристые искры. Она даже не стала смотреть, какое слово там выжег дар. Поспешно прижала тетрадь к груди, и это движение не осталось незамеченным.

– Что это вы тут столпились? – послышался из коридора второго этажа голос Мирановой. – Сейчас мальчики будут переносить стол из моего кабинета в зал. Для сегодняшнего ВД. Так что давайте, поболтайте в другом местечке, голубушки, – мило улыбнулась она. – Нам проход нужен будет.

– Уже уходим! – крикнула ей Адель и, сгребая всех подруг в охапку, потащила их в нору 314.