Квартира Кристине понравилась: просторная, светлая. Но, главное, в ней чувствовалось, что принадлежит она любящей семье. Обстановкой, должно быть, ещё Таня, сестра Кирилла, занималась — женскую руку ни с чем не спутаешь. Трёхкомнатная, как и у Перовых, но расположение комнат немного отличалось. К тому же кухня была значительно больше — мама Оля всегда о такой мечтала, на своей ей было «блин, тут с вами всеми не развернуться». Зато ей определённо понравилась бы царящая в доме чистота.

— У нас не каждый день так, — признался Кирилл. — Я к твоему приходу немножко погенералил. Терпеть уборку не могу.

— Вот как! — хмыкнула Кристина. — А я люблю убираться. У нас это семейное. Ну, это если папу не считать. Он у нас что-то вроде источника грязи и мусора. Катя, кстати, тоже чистюля. Я, когда навожу порядок, заодно и в мыслях своих разбираюсь. Если что-то никак не могу решить, беру тряпку в руки и пошла. — Она пожала плечами. — Обычно помогает.

— У меня наоборот, — скривился, а затем усмехнулся Кирилл. — Вижу тряпку или пылесос — мозг отключается.

— Значит, мы с тобой — идеальная пара! Я буду заниматься уборкой, а ты… Ой! — она прикрыла рот ладошкой, поняв, что уже начала планировать их совместное будущее.

— Мне главное, чтобы ты была рядом… — проговорил Кирилл, голос его внезапно сел.

— Я… — Щёки Кристины заалели, а слова вдруг вылетели из головы. Сказать бы что-то умное, признаться, наконец, но она слишком замешкалась, и момент был упущен.

Кирилл отвёл от неё глаза и пробормотал:

— Идём, мы ещё пакет не разобрали.

— Угу…

Сладости, которые предназначались детям, перекочевали в холодильник, от кофе не осталось ни глоточка, зато круассаны с лососем дожидались своего часа, чтобы быть съеденными если не за мультиками, то уж за каким-нибудь фильмом точно.

— Ну, пойдём ко мне, что ли… — Голос Кирилла никак не желал возвращаться в норму.

Каждому из детей досталось по собственной спальне, Кирилл же обосновался в зале. «Холостяцкая берлога» пришлась Кристине по вкусу. Ничего лишнего, но и на бездушное пространство похоже не было. Отдельная рабочая зона, спрятанная за перегородкой, представлявшей из себя книжный стеллаж от пола до потолка, телевизор на полстены, диван, сейчас собранный, кресло в углу и небольшой ковёр.

— Это, чтобы дети на полу не сидели, когда у меня играют, — пояснил Кирилл, когда Кристина, не удержавшись, провела рукой по мягкому и необычайно пушистому ворсу. — Я потом ступнями их игрушки нахожу, — хмыкнул он и передал ей пульт. — Ты пока фильм выбирай, а я пойду чай заварю. Чёрный или зелёный?

— Без разницы, я любой пью. Даже третью заварку одного и того же чайного пакетика, — засмеялась Кристина.

— Универ?

— Универ.

На кухне Кирилл двигался нарочито медленно, чтобы хоть немного успокоить взбесившееся сердце. Он и подумать не мог, что будет так тяжело находиться с Кристиной наедине. Все их предыдущие встречи проходили в людных местах, и даже беседка возле придорожного кафе не была такой уж уединённой — в любое время к ним мог подойти кто-нибудь из персонала.

Сейчас же никто не посмел бы нарушить их домашнее свидание. И больше всего Кирилл боялся, что не сможет сдержаться, сделает что-нибудь не так, и Кристина навсегда потеряет к нему доверие. Может, стоило бы душ холодный принять? А как это объяснить? Он мотнул головой — нет, не годится. Валерьянка? А она в таких делах помогает? Вряд ли. Придётся полагаться исключительно на силу воли.

Он и не догадывался, что и Кристина только и думала о том, как бы успокоить жар, возникший в теле. До встречи с Кириллом она и не предполагала, что способна на подобные чувства. А если он заметит? Что тогда о ней подумает? Но это же Кирилл… Разве он вообще способен на дурные мысли? И поговорить бы начистоту, да язык наверняка не повернётся. Вот почему она такая стеснительная?

А тем временем вернулся Кирилл с большим подносом в руках.

— Выбрала что-нибудь? — Поднос он поставил на передвижной столик, который перекатил к дивану.

— Ничего, — вздохнула Кристина, — не знаю, что хочу посмотреть. А ты?

— И я, — сглотнул он. Меньше всего его сейчас волновали какие-либо фильмы. — Я чёрный заварил.

— А… ага, хорошо.

Оба сердца бились гулко, и не было понятно, чьё стучало громче. Кристина облизнула чуть пересохшие губы, и Кирилл, заметив, снова сглотнул.

— Давай всё-таки что-нибудь выберем, — пробормотал он, садясь на диван рядом с той, что сводила его с ума. Наверное, было бы безопаснее отодвинуться как можно дальше друг от друга, но при одной только мысли об этом возникало чувство неправильности.

В конце концов, выбор пал на романтическую комедию, о которой никто из них раньше ничего не слышал. Да и какая разница, что смотреть, если то, что происходило на экране, вообще никого не интересовало! Великолепные круассаны из «Неба» так и остались нетронутыми, потому что мысли обоих влюблённых крутились отнюдь не вокруг еды. Разве что чай они потягивали потихоньку, но и тот успел совершенно остыть, а кружки не опустели и наполовину. Кирилл первым поставил свою на столик, его примеру последовала и Кристина. А когда снова откинулась на спинку дивана, почувствовала, что её плечи наткнулись на вытянутую руку Кирилла, так Кристина и оказалась в его пока ещё совершенно невинных объятиях. Но ведь хотелось большего…

Экранная парочка прогуливалась по зимнему лесу, девушка замёрзла, и молодой мужчина грел её ладони в своих. Кристина же изнемогала от внутреннего жара. Ладонь Кирилла гладила её по плечу, лишь разжигая внутреннее пламя ещё сильнее. Кристина, почувствовав на себе его жгучий взгляд, слегка повернула голову и встретилась с опалёнными желанием глазами.

— Кирилл, — выдохнула Кристина.

И вот она уже сидела верхом на нём, а сладостные, обжигающие поцелуи не давали возможности дышать. Ласки становились всё смелее, и жадные руки Кирилла добрались до кружева под кофточкой, но вдруг он резко отстранился и с шумом втянул в себя воздух.

— Что случилось? — Глаза Кристины всё ещё были подёрнуты дымкой влечения, но в них уже появилось беспокойство.

— Давай поговорим… — Кирилл одновременно и хвалил себя за то, что смог остановиться, и ругал за то, что его воспитали слишком правильным. Вот почему он не сумел заглушить голос совести? Всё ведь так хорошо шло…

Кристина моргнула и попыталась слезть, но Кирилл её удержал.

— В общем, — собравшись и с мыслями, и с духом, заговорил он, — я хочу, чтобы ты знала, что для меня всё серьёзно, что у нас с тобой не просто так, что я… — Он запнулся. Почему так сложно сказать всего три слова? Самых обыкновенных, но таких важных. — Я…

— Я люблю тебя, — сказала Кристина и тут же испугалась собственной смелости. — Я…

— … люблю тебя! — И всё стало так легко и просто, что Кириллу хотелось смеяться от счастья. — Я тебя люблю!

Улыбка расцвела на губах Кристины, и Кирилл снова припал к ним поцелуем. Страсть, чуть угасшая из-за перерыва, разгорелась с новой силой.

До конца в тот день они так и не дошли, потому что Кирилл, узнав, что у Кристины до него никого не было, решил, что её первый раз не должен состояться на сложенном диване под аккомпанемент приторно-сладкой романтической комедии. Нет, для Кристины Кирилл хотел подготовить что-нибудь особенное.