Коммандо «Сильке Айс…

…R4F…

Это был не просто памфлет. Это был прямой вызов.

Снейдер затушил косяк о поднос.

— Как вы это понимаете? Последнюю строку. Зильке Айзерт?

Дромайер кивнул.

— Мы исходим именно из этого.

Снейдер вспомнил молодую студентку, которую пять лет назад застрелили на демонстрации. Конрад упоминал то дело. Террористы дали своему подразделению её имя.

— И что вы думаете? — поторопил его Дромайер.

— У меня не выходит из головы «Операция Ноль-Пять», о которой говорила Анна Бишофф. Это вполне может означать май. Скорее всего, именно так названа серия терактов, с которой «Коммандо Красная неделя» стартует в эту пятницу. А три предыдущие атаки, вероятно, были лишь прогоном. И заодно сигналом другим ячейкам: борьба началась.

— Мы думаем так же. Это и была та самая точка невозврата. Теперь всё только начинается. И будет нарастать до большого финала в конце недели.

Дромайер взглянул на часы.

— Снейдер, вы должны во что бы то ни стало взять Рут-Аллегру Франке. Мы обязаны отсечь змее голову, пока всё не зашло слишком далеко.

Снейдер почти физически ощущал одержимость, исходившую от Дромайера. Никогда ещё он не видел начальника таким. Хотя в БКА тому ежедневно приходилось иметь дело с угрозами сопоставимого масштаба — контрабандистскими сетями, киберпреступностью, ультраправым террором, организованной наркоторговлей и международной преступностью, — сейчас он выглядел почти маниакально.

— Вам ведь нужно не только разгромить террористическую сеть, верно? — спросил он.

— Верно, Снейдер. Не стану делать вид, что речь только об этом. Есть ещё одна причина. По меньшей мере столь же важная. Но говорить о ней пока рано. Когда-нибудь вы всё узнаете. А сейчас вам придётся просто мне довериться.

Начальник требовал от него слишком многого. Раньше Снейдер уже доверял двум президентам БКА — и оба раза едва не погиб. И по глазам Дромайера он видел: тот прекрасно это знает.

— Хорошо. Допустим, я сяду в этот самолёт с паспортом Рона Д. Пакулы и его чемоданом. Тогда нам нужно ясно понимать одно: это будет полёт вслепую. Даже если нам теперь кое-что известно о Пауле Конраде, пользы от этого немного. Потому что Рон Д. Пакула, который, возможно, летит в «Aurelia Bay Club Resort», для нас — абсолютно чистый лист.

— Доктор Конрад психолог. И вы психолог, — снова нажал Дромайер. — Если кто и справится, так это вы. К тому же вы знаете, как мыслит и действует преступник.

— Но я совсем не похож на Конрада.

— А кто вообще знает, как выглядит Рон Д. Пакула? У нас есть его фотографии?

— Нет.

— Вот именно.

Дромайер снова посмотрел на часы.

— Мы можем задержать самолёт максимум на полчаса. В лучшем случае — на сорок минут. Потом он вылетит. С вами или без вас. Или рейс снимут вовсе. Но в любом случае, если вы не подниметесь на борт, мы потеряем единственный шанс выйти на связных и сообщников Конрада.

— Ладно.

Снейдер вытащил из пиджака пакетик с травкой и заранее скрученные косяки и засунул всё это в боковой карман чемодана Конрада.

Потом достал из кармана телефон Конрада, открыл галерею, нашёл фотографию Анны Бишофф и увеличил её.

— Личные вещи Анны, которые были при ней на мотоцикле, можно быстро доставить?

— Да, — ответил Дромайер. — Они в хранилище вещественных доказательств уголовной полиции Аугсбурга. А что?

Снейдер провёл ладонью по длинным бакенбардам к подбородку.

— Пусть немедленно везут их сюда.

— Зачем вам это?..

Снейдер поднял руку, обрывая вопрос. Затем набрал со своего телефона Сабину Немез. Послышались длинные гудки. Он ждал. Только после седьмого она наконец ответила.

— Доброе утро, Снейдер, — сонно зевнула она. — Ну как прошла ваша ночь в аэропорту?

На заднем плане играло радио.

— Вы ещё в Мюнхене? — без предисловий спросил он.

— Да… секунду… это Снейдер, — крикнула она кому-то и снова заговорила в трубку. — Мы с Марком как раз завтракаем у моей сестры, с моим отцом, и…

— У меня для вас одна хорошая новость и одна плохая, — перебил он.

— Снейдер, при всей нашей дружбе и всех взлётах и падениях за последние… хм… семь лет, меня это совершенно не интересует. У меня первый ОТПУСК за полтора года!

— Который я в настоящий момент отменяю, — сказал он. — Немедленно приезжайте в аэропорт Мюнхена. Полицейский эскорт с мигалками заберёт вас от сестры и доставит сюда.

— Какого чёрта?

— Свою отпускную неделю вы проведёте на Мальорке.

— Это и есть плохая новость? — фыркнула она.

— Нет. Это была хорошая. Плохая в том, что проведёте вы её со мной.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 36

Посадка прошла безупречно. Ровно в семь утра Леа уже сидела у окна в восьмом ряду и смотрела на массивный конический шпиль мюнхенской диспетчерской башни.

А потом — ничего.

К девяти самолет все еще стоял у гейта, и дело не двигалось с места. Сперва пилот сообщил, что им пока не выделили слот на вылет. Чуть позже по громкой связи объявили о штормовом предупреждении в районе аэропорта назначения. Половина пассажиров тут же вытащила телефоны и принялась искать новости. По салону прокатилась волна шумного возбуждения.

Леа и без того понимала, что это лишь отговорка: слова «Посадка завершена» до сих пор не прозвучали. Значит, по меньшей мере одного пассажира все еще не хватало, и, скорее всего, именно в этом и крылась настоящая причина задержки. Тем более что в бизнес-классе пустовало несколько мест.

Позже капитан снова вышел на связь и сообщил, что на назначенном маршруте наблюдается перегрузка воздушного движения и они ждут разрешения от диспетчерской башни.

— Что еще они придумают, лишь бы нас утихомирить? — спросила Камилла.

Леа знала: и это было лишь предлогом. Но капитану нужно было говорить хоть что-то. Пока пассажирам казалось, что им известна причина ожидания, они в основном сохраняли спокойствие. Во всяком случае, большинство.

К тому же это был чартерный рейс с отпускниками, которым не грозило опоздать на пересадку. Поэтому раздражение не переходило границ. Все просто предвкушали пальмы, пляж и море.

Тем временем Леа достала из дорожной сумки, убранной под сиденье, старый кнопочный телефон Вики и принялась его просматривать.

Но искать там было почти нечего.

Хотя этим древним аппаратом даже можно было снимать, в памяти не оказалось ни фотографий, ни сколько-нибудь любопытных сообщений — SMS было совсем мало, и уж тем более ничего интересного среди них не нашлось. Контактов тоже было немного: всего около двух десятков. Среди них Леа увидела и собственный номер, который Вики сохранила под именем «Леа-мышка». От этого у нее мгновенно защипало в глазах, но подступившие слезы она сразу смахнула.

Кроме того, в списке были несколько общих друзей и знакомых, которых Леа тоже знала. Но большинство имен ей ни о чем не говорили.

Наверняка среди них есть и любовник Вики.

— Возможно… Может, они даже собирались встретиться на Мальорке, — еле слышно прошептала она.

— Очень может быть. Поэтому с острова нужно убираться сразу после прилета.

Леа и так собиралась это сделать. Впрочем, тот мужчина был женат и имел дочь — Вики сама ей об этом рассказывала, — так что вряд ли мог надолго исчезнуть из дома незамеченным. Возможно, он и вовсе не появится на острове.

Как бы то ни было, отвечать на звонки с телефона Вики Леа не следовало. Разве что в самом крайнем случае — на сообщения.

Она подняла голову и вытерла пот со лба.

Было уже десять минут десятого. Солнце поднялось высоко над горизонтом и палило на фюзеляж, так что в салоне становилось все жарче. Наконец включили кондиционер, и стюардессы начали раздавать пассажирам пластиковые стаканчики с водой.

Еще через десять минут, после более чем двух с половиной часов ожидания, в динамиках снова что-то треснуло. На этот раз говорил второй пилот:

— Уважаемые пассажиры, у меня для вас хорошие новости. Мы только что получили сообщение от диспетчерской башни: на борт поднимутся еще два пассажира. Сразу после этого нам дадут разрешение на взлет. Прошу вас еще немного потерпеть.

Он повторил объявление по-английски, но его слова уже тонули в раскатистых аплодисментах.

Вскоре на борт поднялись те самые двое.

Первым появился худой высокий мужчина лет пятидесяти с небольшим — лысый, с длинными узкими бакенбардами, тянувшимися от ушей до самого подбородка. Вид у него был угрюмый и раздраженный. На нем были белая рубашка и черный костюм — слегка мятый, с пятнами, — но Леа все равно распознала дорогую дизайнерскую вещь, сшитую на заказ.

Впрочем, костюм это был или нет — по этому типу сразу становилось ясно: человек он тяжелый.

Следом вошла невысокая жилистая женщина лет тридцати с небольшим, в джинсах и черной футболке в рубчик. У нее были выразительные карие глаза и каштановый хвост. Выглядела она ничуть не более довольной.

Судя по всему, они знали друг друга: прежде чем разойтись по разным сторонам бизнес-класса, коротко кивнули друг другу.

Среди остальных пассажиров снова поднялись язвительные аплодисменты. Послышались и выкрики — от почти добродушного:

— В следующий раз вставай пораньше, приятель!

до откровенно саркастического:

— Надо же, а когда захотели — все сразу пошло!

Леа ничего не сказала и не стала возмущаться. Напротив, почувствовала облегчение. Где-то в глубине души она уже начинала опасаться, что эта задержка каким-то образом связана с Вики или с ней самой.

И наконец из динамиков прозвучали долгожданные слова:

— Посадка завершена.

После этого все пошло быстро.

Двери закрыли и заблокировали.

— Надувные трапы приведены в готовность… проверка выполнена, — объявила по внутренней связи стюардесса.

Леа пристегнула ремень. Еще со времен работы телохранительницей она знала эти формулировки по множеству перелетов, нередко и на частных самолетах, и понимала, что предполетная проверка завершена, а аварийные трапы активированы.

— Уважаемые пассажиры, мы получили новый слот на вылет и взлетаем через пять минут, — сообщил капитан из кабины.

Пока стюардесса показывала правила безопасности, самолет вздрогнул. Тягач наконец начал выталкивать лайнер от гейта.

Леа откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Спокойной ночи. Спи. Я разбужу тебя, когда мы будем на Мальорке, — сказала Камилла.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 37

Это было почти безумием.

Еще вчера вечером Сабина с недоумением разглядывала билет Анны Бишофф, а теперь сама сидела на ее месте в третьем ряду.

Пока они со Снейдером бежали к выходу на посадку, он успел сообщить ей о смерти Пауля Конрада — короткими, точными, выдохшимися фразами, потому что бег явно не входил в число его достоинств. И уже у гейта Сабина знала весь план — его и Дромайера.

Когда их со Снейдером встретили злобными, грохочущими аплодисментами остальных пассажиров, Сабина убрала дорожную сумку Анны Бишофф и маленький рюкзак с ручной кладью под сиденье.

Официально Снейдер поднялся на борт по паспорту Пакулы, а она — по паспорту Анны. На погибшую Сабина и впрямь была немного похожа: стройная, подтянутая, с длинными каштановыми волосами. Конечно, она была чуть ниже ростом и на семь лет старше Анны, но в курортном комплексе «Aurelia Bay Club Resort» на Мальорке этого никто бы не заметил.

Черный жесткий чемодан Конрада тоже вернули на борт. К тому моменту и пилот, и второй пилот, и Ирина — старшая бортпроводница — уже знали о проводимой операции.

Пистолет Снейдера — «Glock» вместе с вынутым магазином — лежал запертым в металлическом ящике в кабине пилотов. Служебное оружие Сабины осталось у Марка в Мюнхене. Сам Снейдер, примерив на себя роль Рона Д. Пакулы, сидел тоже в третьем ряду — через проход, всего в нескольких креслах от Сабины.

Они уже десять минут были в воздухе, а Сабина все так же смотрела в иллюминатор, чувствуя тяжесть под сердцем.

Разумеется, она могла бы наотрез отказаться прерывать отпуск ради этой командировки. Никто не поставил бы ей это в вину — Дромайер меньше всех. Но она знала: Снейдер обратился к ней лишь потому, что не видел другого выхода и она действительно была ему нужна.

Пока в Мюнхене Сабина еще колебалась, отец уже успел узнать, что эта поездка каким-то образом связана с терактами во Франкфурте, Берлине и Дюссельдорфе. Марк, как обычно, не сумел держать язык за зубами.

Тогда отец обнял ее и прошептал на ухо:

— Сделай мир безопаснее, но береги себя, моя маленькая умная белочка.

Моя белочка. Так он называл ее с детства — из-за карих глаз и волос. А Снейдер несколько лет назад, в своей обычной бесцеремонной манере, переделал это прозвище в «бельчонок».

Сабина была с собой честна. Если бы не второй теракт во Франкфурте и не третий — в Дюссельдорфе, она, скорее всего, не села бы в этот самолет.

Но вероятность того, что все продолжится, была слишком велика. И следующая бомба могла взорваться уже в центре Мюнхена — в тот самый момент, когда Конни, Керстин или Фиона будут идти в школу, сестра Сабины — на работу в Мюнхенский городской музей, а отец — снимать деньги в банковском вестибюле.

Ирина задернула занавеску между бизнес- и экономклассом и принялась разносить Сабине и другим пассажирам первых рядов по бокалу джин-тоника.

Снейдер от напитка отказался и грубоватым тоном, который мгновенно снова вывел Сабину из себя, потребовал томатный сок с водкой и табаско.

— С удовольствием принесу, — по-прежнему любезно ответила Ирина, — но, к сожалению, без табаско. Его у нас на борту нет.

— Почему? — спросил Снейдер, проводя пальцем по экрану телефона. — Вы его сами выпили?

— Несколько лет назад его сократили в рамках экономии.