Странно…

Всё вокруг отличалось от того, что я видела раньше: цвета, материалы. Даже коридоры оказались шире. Ведь это другой замок. Он не мог быть абсолютным близнецом Жемчужины Ронды в моем мире. Однако я прекрасно ориентировалась. Будто карту впечатали в мозг. Я понимала, что лабиринт коридоров одинаков везде. Но безумием был сам факт, что я помнила дорогу, будто бывала тут раз сто!

А что еще хуже — ноги несли меня к круглой (или полукруглой) комнате. Принц сказал, что она не отроется, раз задание не выполнено. Но я всё равно туда бежала. С какого перепуга? Ноги явно знали лучше, чем голова.

— Лапуля, ты же… понимаешь, что… мы загоняем… себя в ловушку? — спросил принц на бегу.

— Можешь… повернуть… в другую сторону, если… не нравится… — отмахнулась я и продолжила «забег», хотя и понимала, что это путь в никуда. Нас всё равно поймают. Однако сдаваться вот так сразу не хотелось категорически. Неправильно это.

До комнаты оставался один поворот. Я сжала зубы, приготовившись, что не увижу входа и врежусь в стену. Однако очень даже увидела. Влетела в проем и хотела было спрятаться от преследователей во второй половине помещения, обычно недоступном для непосвященных. Но помешал глухой звук удара. Это врезался принц. В невидимую стену. Проем отказался его впускать. Это была исключительно моя привилегия.

— Черти… — прошипела я.

Принц с той стороны беспомощно развел руками.

— Вон он! Хватайте! — раздался радостный голос в отдалении.

И я сделала первое, что пришло в голову. Протянула руку, вцепилась пальцами в ворот принца и потянула ошарашенного спутника в комнату. Ожидала нового стука, но его не последовало. Точнее, стук очень даже последовал. И не один. А целая барабанная дробь. Это кулаки преследователя замолотили по невидимой стене. Мгновения спустя к процессу присоединились и другие местные жители, что гнались за нами. Что до принца, он моими стараниями переместился-таки в комнату.

— Вот, интересно, лапуля, ты можешь любые правила нарушать или только некоторые? — спросил принц, таращась на сердитых преследователей.

— Видимо, только некоторые, — проворчала я. — Как ты сам недавно заметил: конверт с новым заданием за нами не гоняется. Значит, надо вернуться в предыдущий мир и помочь-таки ослу Бердинанду.

— И как ты намерена сие сделать?

— Женить его на той девице. Или хотя бы бусы вернуть.

— Какие грандиозные планы. Я о поиске мира спрашивал. Как ты собираешься вернуться?

— Хм… — я задумалась. — Погоди. Ты же говорил, тебя туда регулярно выбрасывало.

— Тогда всё было иначе. Я пытался прокладывать путь сам и… В общем, там другие вводные. И сейчас я сильно сомневаюсь, что нас туда закинет.

— Значит, нужно просто попытаться проложить путь. Тут оставаться — не вариант.

— Ладно, — проворчал принц. — Вставай ко мне спиной, как в прошлый раз. Посмотрим, что получится.

Увы, не получилось ровным счетом ничего. То ли моему спутнику помешали стук и ругань преследователей снаружи, то ли его способности перестали работать из-за нарушений, которые мы (точнее я) допустили.

— Прости, лапуль, но, похоже, мы застряли.

— А если просто выйти за любую дверь? — я указала на два выхода в скрытой от посторонних глаз части комнаты. — Мы куда попадем?

— В этот самый мир, где уже находимся. Только с другой стороны замка.

— Ладно, а если так? — я шагнула к двери. — Хочу попасть в мир Бердинанда! — объявила громогласно, подождала с полминуты и первая шагнула за порог, не реагируя на возмущение принца. И тут же выругалась: — Вот, черт!

И вовсе не потому, что мы попали не туда. Кажется, меня услышали и отправили-таки по адресу. Взору предстали знакомые дома с овальными крышами, небо неправильного цвета. И даже двухголовые птицы! Мир Бердинанда легко узнавался. Вот только я напрочь забыла, что, хоть на нас нужная одежда, одного атрибута не хватает. По крайней мере, у меня. Люди вокруг поголовно ходили в солнцезащитных очках. А я свои потеряла, унося ноги от первой погони.

— Ну и ну… — протянул принц, крутясь на месте. — Ты точно умеешь нарушать правила, лапуля, — он вытащил из кармана очки и водрузил на нос. — Стой. Не дергайся. Это всё-таки глаза.

— Что? — занервничала я.

— Не шевелись, говорю.

В тот же миг синий свет, льющийся из его ладони, сверкнул мне в лицо.

— Не трогай, — велел спутник. — А то испортишь иллюзию. Тебе очки не нужны, но другим будет казаться, что они есть.

— Спасибо, — поблагодарила я. В кои-то веки польза от принца. — Что теперь? — спросила деловито. Мне немного полегчало. Главное, мы вернулись. С остальным разберемся потихоньку. — Пойдем на рынок? Даже если Бердинанд не там, другие торговцы могут подсказать, где его искать. Хотя… Помнишь компанию мужчин в трактире? Они могут еще оставаться там. Мы же не так много времени потеряли, пока бегали туда-сюда.

— Ты права, компания выглядела так, будто не прочь пропустить стаканчик-другой, — согласился принц. — Лучше с ними поговорить, чем расспрашивать всех подряд на рынке. Да и отсюда до трактира ближе.

— Тогда решено, — улыбнулась я.

И мы пошли. Поначалу в молчании. Но чем дальше, тем больше улетучивалось мое воодушевление. Что-то изменилось. Вокруг. Дома казались другими. Той же формы, но старее, что ли. Одежда местных жителей стала еще более облегающей, а очки у многих теперь отливали серебром. И почему-то на нас все таращились.

— Стоп, — я резко остановилась, заметив, что навстречу идут две женщины. — Разве так можно? — спросила принца шепотом. — Ходить без мужчин?

— Э-э-э… — выдал принц. — Нельзя. Ни в коем случае, нельзя. Сама же помнишь, как на тебя реагировали, когда ты отбегала от меня.

— Но они без сопровождения. И никто не предъявляет претензий.

— Вижу. И понимаю не меньше твоего.

Женщины, тем временем, прошли мимо и поджали губы так, будто странными были мы, а не они.

— Идем, нечего тут торчать, — принц потянул меня за руку. — Разберемся в процессе.

Но не прошло и пяти минут, как он сам встал, как вкопанный.

— Трактир разве не «Причал» назывался? — спросил, хмурясь.

— «Причал», — подтвердила я, изучая под нервный стук сердца вывеску, на которой красовалось новое название «Любимый берег».

Здание было точно то самое. Оно стояло прямо недалеко от склона. И даже на вывеске всё еще красовалась картинка причала, правда других цветов.

— Лапуля, что ты натворила на пути разрушителей, а? — спросил принц.

— Хочешь сказать, что я поменяла реальность? — я подарила ему яростный взгляд, хотя не была уверена, что он разглядел мой гнев сквозь иллюзорные очки. — Нет! Ничего я не делала. Ясно? Увидела в одной из ячеек Жемчужину Ронды и затащила тебя туда — на травку, пока не помер. И всё!

— Ясно, — протянул принц, явно не поверив. — Ладно, пошли. Глянем, что там внутри. Хотя сильно сомневаюсь, что встретим ту же компанию. Может, и сам Бердинанд стерт твоими стараниями.

— Хочешь сказать, разрушители такое могут?

Принц ничего не ответил. Просто открыл передо мной дверь изменившегося трактира.

А я поежилась. Вспомнилось, как исчезли Вивьен, торговец, у которого Эйприл присмотрела сумочку, и другие жители Тайной бухты. Теперь вот и меня мимоходом обвинили в подобном злодеянии.

Внутри трактир изменился сильнее, чем снаружи. Стал более уютным. И опрятным. На стенах появились акварельные картины со всевозможной едой, а из внутреннего дворика доносилась живая музыка. Играли на неком струнном инструменте.

— Добрый день, желаете отобедать? — к нам подошла полноватая немолодая женщина с лучистой улыбкой на круглом лице и белом фартуке поверх светло-серой рабочей одежды. — Я — Каула, владелица и главный повар «Любимого берега».

У меня на лбу выступил ледяной пот. Владелица? А где же дед Вирт?!

«Может, это просто его жена?» — мелькнула в голове спасительная мысль.

А что? Раз прекрасный пол вроде как получил свободу, теперь она отвечает за трактир. Потому вокруг и чувствуется женская рука.

— Мы бы отведали супа, — улыбнулся принц широко. — И были бы не прочь расположиться на свежем воздухе.

— Устраивайтесь во дворике, а я сейчас принесу меню. У нас четыре вида супов. Уверена, любой из них придется вам по вкусу.

Разумеется, когда мы вышли во дворик, знакомой компании там не оказалось. Нам не могло так повезти. Я надеялась, что это именно невезение, и приятели Бердинанда просто ушли, а не стерлись из небытия.

— Я не успела проголодаться, — пробормотала я, усаживаясь за свободный столик. Теперь их было раз, два и обчелся. Затем недобрым взглядом покосилась на музыканта в углу, бренчавшего на чем-то вроде гитары. Его музыка была красивой, но сейчас раздражала.

— А я готов потрапезничать, — ответил принц. — Путь разру… хм… сама знаешь кого… все соки из меня выжал. Нужно восстановить силы.

Меню принесла сама владелица. И пока принц выбирал из четырех супов, я проговорила, сочтя, что теперь мне это позволено:

— Мы с мужем не местные. Приехали сюда по совету знакомых. Нам рассказывали о городе. И упоминали ваш трактир, Мне запомнилось, что он принадлежал господину Вирту. Это ваш родственник?

— Наверное, ваши знакомые немного запутались в истории. Вирт был моим дедушкой. Он открыл этот трактир около ста лет назад и управлял им более полувека. Ушел из жизни давно. Я была совсем девочкой. Затем главным был мой отец, а с недавних пор семейное дело перешло ко мне.

Принц нервно икнул, но умудрился не уронить меню, а наоборот вцепился в него крепче.

А я… Моя голова пошла кругом.

— Мне надо на свежий воздух.

Я вскочила и рванула к выходу.

— Но здесь и так воздух, — пролепетала изумленная Каула. — Это же дворик под открытым небом.

— Простите мою жену, — голос принца я услышала уже в дверях. — У нее бывают приступы. Когда это случается, стены давят, понимаете? Нужно много пространства!

Не знаю, почему ноги меня слушались. Видимо, впрямь обрели способность действовать самостоятельно. Сердце-то билось, как сумасшедшее, желало выпрыгнуть из груди. В голове было не то, чтобы совсем пусто. Но и мысли не особо туда стучались. Кажется, я была попросту не готова додумать услышанное до конца.

— Лапуля, нам надо разобраться, что случилось на пути разрушителей, — объявил догнавший меня на улице принц. — Понять, что именно ты натворила.

— Ничего я не натворила! — огрызнулась я, не сбавляя хода.

— Но ты определенно что-то…

— НЕ НАТВОРИЛА! — заорала я так, что прохожие от нас шарахнулись.

Принц кашлянул и предпочел продолжить общение позже. Даже не спросил, куда я направляюсь. Впрочем, это было и так ясно. Я жаждала укрыться в Жемчужине Ронды. В той части круглой комнаты, которую не видели местные.

До пункта назначения мы добрались довольно быстро. В боку кололо, но я всё равно не остановилась ни разу. Меня комната впустила без проблем. Принца пришлось снова затаскивать.

Первым желанием было сесть прямо на пол (а то и вовсе забиться в шкаф), но я гневно посмотрела на две двери и… приказала:

— Хочу домой! Выпустите меня в мой мир!

— Это так не работает, лапуля. Мне жаль.

Принц посмотрел с толикой сочувствия. Он успел снять очки, и теперь я видела его глаза. На мне иллюзия, кажется, еще оставалась. Или просто мой ответный разъяренный взгляд не показался спутнику опасным. Он попытался преградить путь, но я издала рычание, и ему пришлось отступить. Видимо, когда разрушитель демонстрирует звериные повадки, даже принцы, которых обычно не пронять, предпочитают прикидываться мебелью.

— С миром осла сработало, — прошипела я, прежде чем переступить порог.

— Это другое, — отозвался спутник негромко. — Родной дом пока скрыт. И мой, и твой.

— Посмотрим.

И я шагнула наружу.

Попала не в лабиринт коридоров, а сразу на главное крыльцо. Посмотрела вокруг и ахнула. Жемчужина Ронды стояла на скале, а простиравшийся перед ней пейзаж казался очень даже знакомым: город и пляж. Вот только крыльцо, кажется, было сделано из другого камня, чем мне запомнилось. Да и фонари, которые пока не успели включить, были… хм… будто из фантастических фильмов. Слишком футуристические.

— Как называется город? — спросила я, схватив за руку паренька-экскурсовода со странно поблескивающим бейджем на шее.

Он уставился ошалело. «Впечатлился» и вопросом, и внешним видом. Одежда видоизменилась. На мне была безразмерная рубашка, взятая из шкафа в круглой комнате, и норовившие свалиться штаны.

— Тайная бухта… — выдохнул с трудом.

— А… какой сейчас год? — вопрос дался с неимоверным трудом.

— В смысле? — глаза парня готовы были скакнуть на лоб.

— Какой год?! — меня начало колотить.

— Э-э-э… — выдал он и всё-таки ответил. Но назвал дату, от которой у меня едва не взорвался мозг.

— Пятьдесят два года… — прошептала я, всё ещё до конца не веря. И… меня вывернуло наизнанку. Прямо на крыльцо. Повезло, что экскурсовод оказался проворным малым, а то бы попало ему на ботинки.

— Леди, вам бы к врачу, — предложил он.

Я не ответила. Вытерла губы тыльной стороной ладони.

Люди исчезали, и это казалось безумием. Вокруг существовали другие миры, и это сносило крышу. Но и то, и другое просто меркло по сравнению со скачком во времени.

— Мы влипли, лапуль, — проговорил принц, шагнувший-таки за мной, и нервным движением взлохматил волосы.

— Заткнись! — вырвалось у меня помимо воли.

— Что? — пискнул экскурсовод.

— Да я не тебе.

— А кому, леди? Здесь, кроме нас с вами, никого нет.

— Зараза… — простонала я, вспомнив, что в этом мире принца вижу я одна.

— А давайте вы присядете, леди, — предложил экскурсовод. — А я докторов вызову.

— Не надо докторов, — процедила я. Развернулась и потопала обратно в замок, вспомнив, что все мои личные вещи остались в шкафу. Пятьдесят два года назад, правда. Но я почему-то была уверена, что они еще там.

— Я не могу отпустить вас, леди, — парень увязался за мной. И не отставал, как бы я ни старалась оторваться.

Пришлось вмешаться принцу. Он прицельно толкнул экскурсовода в плечо, и тот прокатился кубарем по полу. Пока парень поднимался и озирался по сторонам в попытке понять, кто его приложил, я успела значительно увеличить расстояние между нами. Упрямец, конечно, снова бросился в погоню, но мне хватило времени добраться до комнаты и втащить туда принца. Мы укрылись на второй половине аккурат в тот момент, когда внутрь вбежал экскурсовод. Бедняга застыл, вытаращив глаза. Ну еще бы! Мы ведь в буквальном смысле прошли сквозь стену. Он какое-то время пытался разобраться. Шепча что-то тревожно под нос, ощупывал кирпичную кладку, не существовавшую для нас, и ежился. Мне даже стало его жаль. Стоял экскурсовод на крыльце, никого не трогал, а тут я объявилась, и… понеслось.

А дальше поводов для сочувствия стало еще больше.

— Клянусь! Они просочились сквозь стену! Я не знаю, как они это сделали! Но видел! — твердил парень, как заведенный, а стоявшая рядом начальница со сложной высокой прической только тяжко вздыхала.

— Что скажешь, Том? — спросила она другого сотрудника, что-то искавшего в экране, который держал в руках. Агрегат был очень тонким и казался со стороны полупрозрачным.

— Ничего. Сами посмотрите. Джонни разговаривал на крыльце сам с собой. А потом бежал по коридору, еще и свалился.

— Тут была девушка! — вскричал экскурсовод.

Но начальница его не услышала. Просмотрела видеозаписи и шепнула второму сотруднику:

— Вызывай врачей, — а потом приобняла нашего бледного преследователя. — Пойдем-ка на свежий воздух, Джонни. Ты переработал.

— Но я… видел.

— Знаю-знаю. Когда я только начинала работать в Жемчужине Ронды, тоже всякое мерещилось. Еще эти легенды. О галлюцинациях Олдрича, убитых Брэдли, их сбежавшей дочери и этой пропавшей… как ее там?

— Натали Вудворд, — ответил экскурсовод совсем печально.

— Точно. Именно так звали спятившую девицу. Сначала несуществующих людей придумывала, затем сгинула. Утонула небось, а все опять начали о замке глупые истории сочинять. А всё из-за любовных неурядиц. Бывает такое, когда мужья доводят. А ты, дорогой Джонни, не переживай. Всё обязательно наладится.

— Ого… — только и выдохнула я, сползая по стене на пол.

Вот и я стала частью легенд о Жемчужине Ронды. Мою историю пересказывают местные жители и туристы наравне с жуткими подробностями трагедии семьи Брэдли. А впрочем, чему тут удивляться? Всё закономерно. Молодая женщина застает мужа с любовницей, приезжает в гости к подруге, чтобы прийти в себя на морском побережье. Но вместо восстановления душевного здоровья сходит с ума. Я ведь доказывала Эйприл, что у нас есть несуществующая подруга, а еще меня видели с бедолагой Лихо. А потом… потом я пропала у замка, о котором уже болтали всякое. И вот результат. Натали Вудворд сгинула в Жемчужине Ронды.

Самое смешное, это было правдой…

— Лапуля, ты же не собираешься… — начал принц осторожно.

— Что? — спросила я резко. — Закатывать истерику? Нет. Не собираюсь. Хотя… очень хочется кого-то побить. Кое-кого конкретного.

— Понимаю твои чувства. Но…

— Что «но»?! — я повысила голос.

— Это всё не моих рук дело, лапуль. Ты сама затянула нас на путь разрушителей, а там что-то произошло. Я не мог ни на что повлиять. А вот ты…

— Заткнись! — не сдержалась я. Сейчас все его слова не имели значения. Ни единое слово на свете. Может, я на что-то и повлияла. Теперь-то какая разница? Всё уже случилось.

— Куда ты? — насторожился принц, когда я вскочила.

— Мне нужна моя одежда. И остальные вещи.

— Собираешься пойти домой? Но это… больше не твой дом. Одежда вышла из моды, карты и телефон бесполезны. И вообще, ты же не можешь появиться перед всеми и представиться собой. Полвека прошло.

— А у тебя есть иной план? — огрызнулась я, открывая дверцы шкафа. Разумеется, я не собиралась представляться Натали Вудворд. Просто хотела… хотела…

Проклятье! Я сама до конца не понимала, чего хотела. Но мне требовалось выйти из замка. Именно в родной мир, пусть и изменившийся. Меня туда что-то гнало.

— Пла-ан… — протянул принц.

— Так я и думала! — припечатала с чувством. — Ты понятия не имеешь, как поступить. Идей — ноль. Бердинанду мы не помогли, задание не выполнено. Нового не будет. А возвращаться некуда. Ни мне, ни тебе.

— А может…

— Что?

— Бердинанд был молод и, возможно, еще жив.

— Предлагаешь вернуть ему бусы через пятьдесят два года? Их уже сто раз продали. И вообще… Смысл в квесте, если нашего дома уже не существует?

— А может… — снова начал принц, но замолчал от моим яростный взглядом. Иллюзорные очки-то исчезли вместе с одеждой мира Бердинанда.

— Отвернись, — потребовала я. — Мне нужно переодеться.

— Идти в город — не самое умное решение, — проговорил он, стоя ко мне спиной.

— Так ты меня еще дурой обозвал? — усмехнулась я.

— Нет. Я не то пытался… А, ладно. Ступай, куда сочтешь нужным. Окажешься в беде, не жалуйся.

— Я уже в беде, если ты не заметил, — прошипела, застегивая рубашку. — Кстати, почему меня камеры не показали? Я же не привидение.

— Нет, не привидение, конечно. Но ты уже не принадлежишь этому миру.

— Какая прелесть, — я засунула в карманы телефон, карты и деньги, хотя понимала, что принц прав, и всё это бесполезно в шагнувшем далеко вперед мире. Но хотелось иметь всё это при себе. Будто частичку прошлого. Или частичку той, кем я еще недавно была.

— Черти бы побрали Рона! — припечатала, идя по коридорам замка к выходу.

Да, я злилась на принца, который вечно утаивал информацию и, похоже, сам не понимал до конца правила игры, в которую меня втянул. Но и на Рона я тоже злилась. Даже сильнее, чем на принца. Если бы не его гадкая измена, я бы не оказалась в Тайной бухте. Ничего бы этого не было! Да, я бы жила с мужем-изменщиком, пребывая в счастливом неведении. Но у меня бы оставалась привычная и понятная жизнь. А это немало.

«Ты бы всё равно в это ввязалась», — объявил кто-то внутри. Внутренний голос, наверное. — «По любому помнила бы пропавшую Вивьен и рванула б в Тайную бухту на поиски подруги. Исход, вероятно, оказался бы точно таким».

Я мысленно выругалась. Теперь на саму себя. А потом мысли переключились на лгавших мне всю жизнь родителей. Но злиться на них не получилось. Их обоих нет в живых. Я же поздний ребенок. В моем времени отцу было шестьдесят с хвостиком, маме ненамного меньше. Прошло полвека. Так что исход очевиден. Единственное, что я могу, это навестить их могилы на кладбище. Это всё, что мне осталось.

На душе стало так мерзко, что на глаза навернулись слезы. Накрывало осознание случившегося. Но я заставила себя сделать несколько глубоких вдохов. Натали Вудворд не ревет. Она решает проблемы. По крайней мере, так было до встречи с принцем. Последние часы я не очень-то контролировала ситуацию. Но пора заканчивать с идиотской беготней и беспомощностью. У принца нет годного плана. Ну и ладно. Зато у меня есть. Пусть и не идеальный. И я разберусь. Как делала это всю жизнь.