— Интересно, кто из вас быстрее скопытится? — протянул, поглаживая гладко выбритый подбородок, бригадир, которому сдал нас Тревис до ночи. — Эй, народ! — крикнул он остальным работникам. — Кто готов делать ставки?

— Он скопытится, — я ткнула пальцем в сторону хмурого женишка.

— От тебя ставка не принимается, — осадил меня бригадир. — Тебе платить в случае проигрыша нечем. Разве что собой. Но, боюсь, после работы ты будешь выглядеть не слишком презентабельно.

На языке вертелась гадость. Но я сдержалась. Положение нынче не то, чтобы упражняться в остроумии. К тому же, у меня Моро-младший ближайшие часы будет под боком. А он точно даст повод даже для крепкого словца.

— Значит так: вот ваша гряда. Берете по два ведра и собираете свеклу. Как наполните, несете к машине. И так пока не доберетесь до конца. Вопросы есть?

— А можно мне три ведра? — спросила я.

— У тебя только две руки, пышечка.

В другое время за эту «пышечку» он бы огреб. Но я снова изобразила паиньку.

— Зато есть другие части тела, — ответила неопределенно.

Бригадир, конечно, удивился, однако третье ведро выдал-таки. А еще по бутыли воды. До конца дня. Кормить нас, по-прежнему, не собирались. Мол, получим паек в темнице после работы. Если Тревис сподобится. Зубы женишка заскрежетали, но я ткнула его в бок, дабы не дергался.

— Что ты делаешь? — удивился он, когда мы приступили к работе. Точнее, когда я перевернула третье ведро и села на него, как на стул.

— Создаю удобства, насколько сие возможно. Так проще собирать, чем на четвереньках или согнувшись. Отвалятся либо ноги, либо поясница.

Бригадир, наблюдавший за моими действиями, присвистнул и даже глянул с уважением. Отнимать импровизированный стул не стал.

— А можно и мне третье ведро? — попросил Итон.

— Обойдешься, — усмехнулся бригадир и пошел проверять остальных работников.

Первые четыре ведра наполнили в гробовом молчании. Даже не смотрели друг на друга. Управились примерно одинаково по времени, хотя у обоих опыта кот наплакал. С другой стороны, это же не высокотехнологичный труд. Тут главное выносливость. Затем отнесли «улов» к машине, как было велено, и вернулись собирать следующую партию.

— Так кто эти ниндзя? — спросила я. — Ну, те, кто напал на ваш дом?

— Похоже, что я хочу разговаривать? — огрызнулся женишок.

Я закатила глаза.

— Тебе не говорили, что работа делается быстрее и легче за беседой?

— Ты не беседуешь, а задаешь неуместные вопросы.

— Почему неуместные? Меня чуть не убили. Что за претензии у ниндзя к твоему отцу? Дело в работе?

— Нет, скорее всего, — Итон вытер лоб рукавом. — Это давняя история. Из его молодости.

— Рассказывай.

— Нет. Это не моя тайна.

— По тебе она тоже ударила. Чуть трупом не стал. И сейчас находишься в весьма незавидном положении.

— Ударила, — признался он. — И гораздо больше, чем думаешь. Из-за всей этой истории я лишился магии. Но на откровения не рассчитывай.

— В один момент лишился? — зашла я с другой стороны. Да, я такая. Не мытьем, так катаньем.

— Не в один, — Итон закончил наполнять очередной ведро и разогнулся. Потер поясницу. — Я с детства знал, что магия постепенно начнет слабеть, а потом окончательно пропадет.

— И вы ничего не предпринимали? — удивилась я.

— Предпринимали, разумеется, — он снова взялся за дело, ибо бригадир заметил, что новый работник просто стоит, и прикрикнул. — Разные способы пробовали, — продолжил Итон. — Но потом Нельсон пришел к выводу, что вернуть магию поможет женитьба на дочери Серафима.

— И вы притащили сюда меня, — констатировала я и поморщилась. Умники, блин.

— Не совсем, — признался вдруг женишок. — Изначально была другая кандидатка. Она была совсем юная. Семьи договорились заранее. Мы ждали ее совершеннолетия.

— И что потом? Она передумала? Сбежала?

— Ариэлла не возражала против нашего брака. Моя семья богата и влиятельна. Особенно на браке настаивала ее мать. Опасалась, как бы никто не прознал, что дочка нагулянная, в смысле не от мужа. А тут отличная возможность ее выгодно пристроить.

— И что же стряслось? — я тоже закончила наполнять ведро. На этот раз работала медленнее. Похоже, у Итона со зла получалось быстрее.

— Она умерла. Глупый несчастный случай. Упала с крыши в собственное восемнадцатилетие.

Я уронила только что сорванный овощ.

— Уверен, что сама упала, а не помогли? Враги у вашего семейства есть. Может, кто-то хочет, чтобы ты никогда не вернул магию?

— Это случилось на глазах десятков свидетелей. Она хотела сделать эффектную фотографию и подошла слишком близко к краю.

— Вот как… — протянула я. В нашем мире тоже бывают подобные случаи.

Вот, глупая девчонка! Жаль ее, конечно. Но если бы не эта нелепая гибель, Моро-младший спокойно б женился и вернул магию, а я бы жила дома.

— Значит, вы решили найти еще одну дочь Серафима, — констатировала я сердито. — И плевать на ее мнение. Я-то, в отличие от Ариэллы, выгодным брак с тобой не считаю.

— Ой, а я можно подумать считаю, — Итон снова потер спину. Первым предстояло «скопытиться» всё-таки ему. — И вообще я даже сориентироваться не успел. Отец вызвал меня посреди ночи. Нельсон огорошил новостью, тут же приступил к обряду, и вот уже ты дрыхнешь на диване в фате. Сюрприз.

Я сердито фыркнула.

Это для него сюрприз? А как насчет меня? Проснулась, а тут та-акое началось! Странные мужики, талдычащие про свадьбу, магия, погони, убийцы, перемещение и тюрьма. А теперь еще и свекла! Винегретик, в состав которого она входит, мне всегда нравился. Но если придется собирать ее целую неделю, заработаю хронический токсикоз до конца дней.

— Ошибся твой Нельсон, — бросила я, кидая очередной овощ в ведро. — Я не дочь вашего ненаглядного Серафима.

— Тебе просто неприятно думать, что твоя мать… хм… Ну, ты поняла.

— Я понимаю кое-что другое, горе-жених. Мой отец был очень умным человеком. Видел всех насквозь. И он бы не проглядел измену, а уж тем более нагулянного женой ребенка.

— Что тут скажешь? — Итон философски развел руками. — Нравится обманываться, верь в эту сказку.

— А если обманываешься ты? — я глянула испытывающе. — Вдруг я права? Вот представь, женишься на мне, а магия не вернется? Что тогда будешь делать, красавчик? Жена не стена. Так просто не подвинешь. Особенно такую, как я. Во всех смыслах.

В глазах Моро-младшего промелькнуло беспокойство. Да, он был готов пойти на жертву, женившись на мне. Магия-то нужна. Но мысль, что эта жертва окажется напрасной, ему ой как не понравилась.

— Нельсон обычно не ошибается, — пробормотал он.

— Ты сейчас меня пытаешься убедить или себя? — осведомилась я, глядя на женишка выразительно.

— Эй, вы двое! — прикрикнул на нас бригадир. — Вас сюда работать привели, а не языками чесать! В камере поболтаете!

Я подавила тяжкий вздох и снова озаботилась свеклой. Правда, ненадолго. На подходе была очередная проблема.

— Ну, и где она? — раздался гортанный женский голос. — А, вижу-вижу. Ну-ка встань, девонька, погляжу на тебя в полный рост.

Я осталась сидеть на ведре, растерянно взирая на даму лет пятидесяти в платье гораздо богаче, чем носили тут другие женщины. Еще и с довольно глубоким вырезом.

— Она упрямая и глупая? — поинтересовалась незнакомка у бригадира, не дождавшись моей реакции.

— Упрямая, — усмехнулся тот. — На дуру не шибко похожа. Еще и за словом в карман не лезет, как я заметил.

— Встань, — повторила она.

На этот раз я выполнила-таки распоряжение. Лучше не обострять ситуацию, а сначала разобраться, что к чему.

— Ну, вполне сносно, — констатировала незнакомка, оглядев меня с ног до головы. — Нам подойдет. Идем, — она махнула рукой.

Но я не сдвинулась с места.

— И куда это вы вознамерились меня отвести? — спросила спокойным тоном. Пока спокойным.

— Отработаешь причитывающее у меня, — ответила она слегка раздраженно. Ей не нравилось неподчинение.

— В борделе, — подсказал бригадир. — Мадам Ванесса говорит, у нее есть пара клиентов, падких на пухлых девиц.

— Еще чего!

— Ни в какие бордели она не пойдет!

Мы с женишком возмутились одновременно.

— Только не надо строить из себя леди, — хозяйка упомянутого заведения закатила глаза. — Тебе же лучше будет. Ванну примешь, в порядок себя приведешь, а работать будешь в кровати, а не в поле.

— Уж лучше в поле, — отчеканила я, задрав подбородок.

— А твоего мнения никто не спрашивает, — ее глаза нехорошо сузились.

— А мы не спрашивали вашего, — между нами встал Итон. — Моя будущая жена не предназначена для борделей. Ей за меня положено невинной выходить!

Я аж икнула.

Чего? Женишок всерьез думает, что… Ого…

Если дело дойдет-таки до брачной ночи (что вряд ли, конечно), его ждет сюрприз.

— А ну не лезь, молодчик! — приказал бригадир, и что-то свистнуло. Это оказалась плеть в его руке, которая основательно «лизнула» спину моего женишка.

Тот охнул, но отступать не пожелал. Схватил меня за руку.

— Амелия останется здесь! — объявил яростно.

— А ну отойди! — рассвирепела мадам и вцепилась в другую мою руку. И… понеслось.

Наверное, это была картина маслом.

Женишок и мадам тянули меня в разные стороны, я ругалась, причем матом, а бригадир скакал вокруг с плетью, но ударить Итога не решался, опасаясь попасть в хозяйку борделя иль в меня. Всё-таки вид мне полагалось иметь презентабельный.

— Да отвали ты, кляча! — велела я, ибо неуемная мадам уже не просто пыталась тащить меня за руку, а еще и в волосы вцепилась. Странный метод борьбы. Если хотела избавиться от Моро-младшего, надо было его шевелюру драть, а не мою. — Ух, доберусь я до тебя! Мало не покажется! — я попыталась лягнуть противницу, ибо обе руки оставались заняты. — Как же меня все достали! — вскричала, когда не удалось добиться ровным счетом ничего. — Выпустите меня отсюда! Не хочу тут быть!

Последние слова вырвались сами собой и, как ни странно, сработали. Магия снова «включилась». Перед глазами замелькали уже знакомые искры. А в следующий миг мы покатились по… асфальту. Я, Итон Моро и… мадам Ванесса.

— Ну, мымра… — протянула я, ощупывая голову. Кожа под волосами болела страшно. Еще и локоть теперь саднило. После падения. — Я тебе сейчас самой волосенки повыдеру!

Однако мои угрозы мадам не напугали. Она успела струхнуть по другому поводу.

— Ох, мамочки! — вскричала, хватаясь за голову. — Колдуны! Тут колдуны! Похитили! Меня похитили!

— Это тебя-то похитили? — усмехнулась я.

Она меня против воли пыталась в свой бордель работать затащить, а ее похитили?!

— Амелия, бежим! — Моро-младший схватил меня за руку и заставил подняться. — Ну же, не стой, как пень. Переносить других без разрешения — преступление! А у тебя еще и метки нет!

— А? Переносить? Ого… — до меня дошло, что мы больше не в поле, а посреди городской улицы с трехэтажными домами. Причем, моими стараниями.

— Помогите! Похитили! — продолжала вопить наглая хозяйка борделя, сидя на асфальте, а женишок уже тащил меня прочь, шипя на бегу:

— Надо срочно унять твою магию! Чтоб работала, как надо! И когда надо! А не подставляла нас под удар!

— В прошлый раз она тебе жизнь спасла! — напомнила я, шустро перебирая ногами. Итон так разогнался, опасаясь снова оказаться за решеткой, что выбора не осталось, пришлось ускориться на пределе собственных возможностей. Пешие марш-броски я любила. А вот с забегами как-то не складывалось.

— А теперь может эту самую жизнь навсегда испоганить! — бросил он, пока на нас оборачивались прохожие.

Жертва похищения осталась далеко позади, и ее криков никто не слышал. Но двое бегущих людей (или магов?) привлекали внимание. И это было плохо. Найдется куча свидетелей, которые укажут, в какую сторону мы мчались. Я еще и в штанах, что тоже очень даже запоминается. Дамы-то вокруг в платьях. Не в столь допотопных, как в поселении, но всё же брюки у прекрасного пола тут явно не в ходу.

— Не могу больше… — выдохнула я хрипло.

Дыхание сбилось, сердце бешено билось о ребра, а в голове всё смешалось. Реакция Итона напугала до чертиков. Ну в самом деле! Если обвинят в преступлении, мне точно конец. Если уж «без суда и следствия» пытались отправить в бордель только за то, что у меня нет метки, за перемещение мадам запросто сгноят в тюрьме. Ну что за мир такой безумный? Где справедливость, а?

— Не… не… не… — из-за сбитого дыхания никак не удавалось закончить фразу. — Не… хочу…

Это оказалось всё, на что я была сейчас способна. Но и двух слов хватило. Магия снова откликнулась. Под столп искр мы с Моро-младшим покатились по траве.

— Да чтоб тебя, Амелия! — вскричал он, распахав щеку.

Мне повезло больше. Хоть и пролетела кубарем, зато вполне аккуратно, без травм.

— Где мы?! — вскричала, вскакивая. Испугалась, что вернулись в то же поселение, где нас за людей не считали.

Но нет, это был город. А точнее парк последи города с молодыми деревцами, кустарником и газонами. Тот же самый город, по которому бы бежали минуту назад, иль нет, не разберешь. В любом случае мне чуток полегчало. Мы не рядом с «похищенной» мадам, уже хорошо. Я плюхнулась обратно на траву и попыталась отдышаться.

— Это уже не смешно, — протянул Итон, ощупывая пострадавшую щеку.

— Гадкий у вас мир! — припечатала я.

— Мир, как мир, — отмахнулся он.

— Меня в бордель пытались запихнуть против воли, не заметил?

— Заметил и даже сражался за твою честь, — Итон закатил глаза. — И, да, это нарушение закона. Просто в глуши свои порядки. Законники пытаются с этим бороться. Но иногда в осиное гнездо лучше не тыкать палкой.

— Как мило, — я фыркнула. — А еще у вас тут человек без метки явно за человека и не считается. Просто бесправное существо.

— И не зря, — он поднялся и отряхнул штаны. — Метки не исчезают без веской причины. Ну, не считая моего случая. Ладно, хватит разговоров. Вставай, Амелия, — он подал мне руку, — нужно понять, где мы. И если здесь работает магическая сеть, у нас есть шанс попасть домой. И вообще я бы не отказался, наконец, поесть.

Я проигнорировала руку Моро-младшего. Поднялась с травы сама.

— А расплачиваться за ужин как будешь? — спросила ехидно, а у самой желудок заурчал. Стоило подумать о еде, как слюнки потекли.

— Я рассчитываю, что поужинать удастся дома. Город выглядит современно. Сеть тут быть просто обязана. С нами вот-вот свяжутся. Вот увидишь.

Я ничего не ответила. Это Итон вернется домой, коли нас найдут. А я… Я так и останусь пленницей. С другой стороны, какой у меня выбор? Я тут именно бесправное существо без метки. Если держаться Моро, хоть в бордель или тюрьму не упекут. Замуж за него я, по-прежнему, не рвалась. Но с ним проще договориться, чем со стражами порядка или законниками, для которых я — преступница.

* * *

Итон ошибся. Прошла пара часов, но с нами никто не связался. Хотя город точно был с сетью. Мой женишок в этом не сомневался. Он успел выяснить название города и утверждал, что тот находится недалеко от столицы. Всего-то в паре дней пути.

— Ты уверена, что отец остался жив? — спросил он, пока мы брели по улицам. Ноги меня едва держали, но Моро-младший не мог усидеть на месте от тревоги.

— Не уверена. Хвостатый его забрал. Это точно. Я слышала, как бесновались ваши противники. Но что случилось дальше, знать не могу. Погоди! — я остановилась. — В газете же написали, что твой папенька выжил!

— Угу, в той самой газете, которая меня объявила мертвым.

Я развела руками. Что тут скажешь? Всё странно. Но если Моро-старший жив, в его интересах поскорее вернуть отпрыска. И раз он этого пока не делает, на то должна быть причина.

— Ох, смотри! — я вскинула руку. — Указатель! Видишь, что там написано? Столовая для бездомных! Мы же того. Бездомные! Может, и нас накормят?

Итон сразу оживился. Даже глаза заблестели. Мы же оба не ели уже сутки. Да и эти самые сутки выдались чертовски насыщенными. Давно следовало подкрепиться.

— Так низко я еще, конечно, не падал, — констатировал он. — Но идем. Сейчас не время думать об унижении. Бездомные, так бездомные.

Я радостно закивала.

Но стоило сделать шаг, сердце странно екнуло, будто от дурного предчувствия. Но я отмахнулась. К чертям всё. Мы в незавидном положении. А на сытый желудок думается точно лучше.

* * *

На подходе к столовой для бездомных случилось… нет, не страшное. Заработала, наконец, магическая сеть. Точнее, с Моро-младшим решили связаться. Раздался писк, и мой женишок подпрыгнул, как мальчишка, вскидывая вверх кулак. И тут же появился экран. Прямо в воздухе. Вроде того — с газетой, который мы видели в поселении, но современней. Я не могла сказать, чем именно он отличается. Всё-таки это не техника, с которой я привыкла работать. Я просто чувствовала, что окно другое.

— Славам всем богам! Вы живы, господин Итон! — вскричал мужчина лет сорока. — И ваша невеста тоже. Нам никак не удавалось с вами связаться!

— Рад тебя видеть, Киллиан, — широко улыбнулся Моро-младший. — Отец жив?

— Да. Он сейчас под присмотром охраны и Нельсона в убежище.

— У меня больше нет метки, Киллиан. И это проблема. Я бы мог нанять транспорт, но без средств…

— Оставайтесь на месте, господин Итон. Я вас вытащу. Мне нужна пара часов, чтобы организовать мост. Не совсем санкционированный мост, как вы понимаете. Вас не просто так объявили мертвым. И… В общем, постарайтесь не уходить далеко от места, где сейчас находитесь. И будьте осторожны. Я начинаю работу.

Окно погасло, а Итон вытер вспотевший от волнения лоб.

— Ну вот, всё и разрешилось. — проговорил с облегчением. — Киллиан — это мой помощник — вытащит нас отсюда. Нужно лишь немного подождать. Кстати, я теперь еще больше есть хочу. И пить. Давай-ка всё же наведаемся в столовую. Мне кажется, Киллиан немного приукрасил ситуацию, говоря о двух часах. Там всё четыре пройдут. А мы тут точно от голода помрем.

— Меня уговаривать не нужно. Желудок уже к позвоночнику прилип.

…В столовой для бездомных, развернутой прямо под открытым небом, нам не стали задавать вопросов. Налили по тарелке супа с картофелем, дали по куску хлеба и по бутыли с водой, которые мы тут же откупорили. Жажда была посильнее голода. Когда мы устроились за покрытым царапинами столом, Итон с некоторым сомнением понюхал суп, но потом покорно взял ложку и начал есть.

— Не так уж и плохо, — констатировал он, ополовинив тарелку.

Я только усмехнулась. Да уж, гурман. Я, конечно, тоже выросла в небедной семье, но привередливой в еде никогда не была. Наша повариха — тетя Галя — всегда говорила, что, если руки вставлены тем концом, даже из минимального набора продуктов можно устроить настоящий пир. И, да, суп мне понравился. Вполне наваристый и сытный.

— Ты доверяешь этому Киллиану? — спросила я, когда мы оба доели.

— Я же сказал: он — мой помощник, — отозвался Итон после того, как высыпал в рот крошки с ладони.

— Я не о том спросила. Служанка, которая оказалась наемницей, тоже не с улицы пришла. Наверняка, ее проверяли, прежде чем нанять.

— Киллиан работает на меня пять лет и еще ни разу не подвел.

— Ладно, задам вопрос иначе. Тебе не показалось странным, что с тобой не связался отец?

— Отец в убежище, ты же слышала, а Киллиан туда доступа не имеет. Поэтому работает из другого места. Он всегда связывается со мной по приказу отца. Точнее, отец дает распоряжение своему помощнику, тот Киллиану, а он передает сообщение мне.

— Как у вас всё запущено, — проворчала я. На сытый желудок впрямь думалось лучше, и моя тревога усилилась. Объяснение Итона было не таким уж бездарным. Советник мэра — та еще шишка. Не царское дело самому с сыном общаться. Но это в обычной жизни. А у нас тут особые обстоятельства. Может, для бородача и они не повод лично заниматься судьбой отпрыска. Но мне было бы куда легче, если б в окне появился Моро-старший или хотя бы хвостатый Нельсон, а не какой-то там помощник Киллиан.

— Черти… — шепнул вдруг Итон. — Сиди спокойно, не вертись.

— Что там? — заволновалась я.

— Стражи порядка бродят. Как бы проверку не устроили. Вот, зараза…

Я обернулась-таки. А смысл сидеть, вжимая голову в плечи. Уже не пронесет.

К нам направлялся мужчина в коричневой форме. Он отделился от остальных. Шел и смотрел почему-то только на Итона. Причем, очень гаденько смотрел.

— И кто тут у нас? — поинтересовался издевательским тоном. — Оживший покойник?

Я вздрогнула.

Стоп. Этот страж порядка знает Итона? Но мы же не в столице. Хотя Моро, конечно, семейка известная.

Это знакомство нам на руку?

Ох, судя по сузившимся глазам стража порядка, не особо. Да и сам мой женишок побледнел. Серьезно, в гроб с более здоровым цветом лица кладут.

— А я-то с утра обрадовался, когда новости в газете прочитал. Почил наш Итон смертью отнюдь не храбрых. Отлично. Туда и дорога мерзавцу. Ан нет. Ты явно не похож на труп. Правда, и на себя самого не очень. Столовая для бездомных? Серьезно?

Итон молчал. Только смотрел на стража порядка волком.

— Покажи-ка метку, — велел тот. — Сильно сомневаюсь, что она на месте.

Я подавила тяжкий вздох. Интересно, кто из нас такой хроник в плане невезения? У меня раньше всякое бывало, но не до такой же степени. Значит, это у Итона проблема с кармой. Или у его папеньки, в прошлом которого значились грехи.

— Парни! — страж порядка взмахнул рукой, подзывая коллег. — У нас тут нарушитель.

* * *

— Ничего не хочешь рассказать? — я посмотрела на Итона Моро грозно.

Мы снова сидели под арестом. На этот раз в одной камере. Стражи порядка быстро провели проверку и, не обнаружив меток, отправили нас за решетку. Для начала, просто заперли. Мол, еще будет время установить наши личности. А пока можем посидеть, повариться в собственном соку. Спасибо, хоть в дамскую комнату зайти разрешили. В течение дня я пила мало, но в столовой для бездомных выхлестала целую бутыль, и это могло стать серьезной проблемой.

— А что, собственно, рассказывать, — передернул плечами Итон. — И вообще, мы не так уж далеко от места, где с нами связывался Киллиан. Он нас найдет. Всё будет хорошо.

— Угу, надейся, — проворчала я. И тут же потребовала: — Рассказывай, кто этот хмырь! Вы явно знакомы. И он тебя ой как недолюбливает.

Итон не ответил. За него это сделал кое-кто другой. Через полминуты.

— Расскажет он как же!

Из-за угла вышел неприятель моего женишка и остановился возле решетки. Но на безопасном расстоянии, чтобы никто из нас не мог дотянуться сквозь прутья.

— Упиваешься мнимой победой, Рэй? — спросил Итон, глядя на него с презрением. — Ты вообще в курсе, что сам совершаешь серьезное преступление? Ты ведь прекрасно знаешь, кто я.

— Знаю. Ты — мерзавец. А я никогда не хотел носить форму. Тебе это известно. Она на мне твоими стараниями.

— Будет еще хуже, — процедил Итон. — Когда…

— Когда что? — усмехнулся тот. — Когда твой отец снова до меня доберется?

Моро-младший предпочел промолчать. Только красные пятна проступили на щеках. Не то от гнева, не то от иных эмоций.

— Твой приятель обесчестил мою невесту, — пояснил Рэй для меня. — И какой итог? Ей пришлось уехать после скандала. Я прозябаю в этой дыре, разнимая пьяные драки в барах и на улицах. А сынок советника мэра продолжал жить на широкую ногу, ни в чем себе не отказывая. По крайней мере, до вчерашнего вечера так жил.

— Всё было несколько иначе, — процедил Итон.

А я посмотрела на Рэя с грустью.

Печальная история. Так бывает, когда кто-то влиятельный хочет выгородить отпрыска. Мой отец был не из таких. С детства внушал и мне, и Анатолию с Лидой, что нам самим придется отвечать за свои поступки. Он подстрахует, но решать все проблемы не станет. Мы обязаны твердо стоять на ногах и думать головой, а не другими местами. Что ж, Моро-старший явно считает иначе. Главное, выгородить сынка.

— Что до помощника, которого ты упомянул, Итон, — Рэй криво усмехнулся. — Ему не удастся с тобой связаться, — он достал из кармана прибор, похожий на забытую нынче игрушку под названием тетрис, нажал на кнопочку, и по камере прошло разноцветная волна. — Теперь здесь не откроется ни окно, ни дверь. А завтра… — на его губах заиграла улыбка победителя. — Завтра вы оба отправитесь на работы в глухомань под порядковыми номерами, и никто никогда не узнает, как вас звали.

— В смысле, оба? — вскричала я, вскакивая со скамьи. — Я вам ничего не сделала!

— Ты с ним.

— Нет. Я жертва обстоятельств!

Рэй развел руками.

— Жизнь — штука несправедливая. Не знала, толстушка? Тебе всё равно ничего хорошего не светило. С такими-то габаритами.

— Не смей ее оскорблять! — потребовал Итон.

Странное дело, да? Сам меня на диету посадить пытался. А теперь защищает?

Мне, признаться, самой очень хотелось обозвать Рэя козлом. Но я предпочла промолчать. Сила на его стороне, а мы и так в большой… хм… беде.

Паразит тем временем подарил нам шутовской кивок и удалился, а я выругалась, пожалев, что считанные минуты назад ему сочувствовала.

— Это правда? — спросила, поворачиваясь к Итону.

— Рэй очень многое упустил, рассказывая нашу историю, — ответил тот сквозь зубы.

— Да я не о девице, которую ты обесчестил. А об окне! Киллиан сможет пробиться?

— Вряд ли, — женишок прислонился к стене и поморщился. — Если магическое поле в камере заблокировано, связь невозможна.

— Тьфу на тебя! — не сдержалась я. — И на всё твоё семейство!

— Не трогай мою семью.

— А ты не командуй! У меня из-за вас неприятности. Мы отправимся на здешнюю каторгу из-за твоего старого грешка! А из-за грешка твоего отца пришли ниндзя! Кстати, если бы не его гадкое прошлое, тебе бы не понадобилось тащить меня в этот мир. Магия бы никуда не делась! Так что, да, у меня есть все основания «трогать» твое семейство!

Я ожидала, что он снова взбрыкнет и потребует уважения к себе и папеньке. Но этого не случилось.

— Ладно, ты права, — признал вдруг Моро-младший. — Это всё старые грехи. Догоняют.

— Серьезно? — я вытаращила глаза. — Ты сказал, что я права, и даже не переломился? Лед приложить? Иль подорожник?

— Ты можешь хотя бы минуту не ерничать? — спросил он. — И, к твоему сведению, я говорил не о своих грехах, а об отцовских.

— То есть, свои не признаешь?

— В истории, которую поведал Рэй, много пробелов. Всё было не так, как он пытался показать.

— Ну, разумеется. Ты не спал с чужой невестой.

— Спал. Но… Погоди, — он уставился на меня. Или… чуть левее меня. — Ты это видишь?

Я проследила за его взглядом и вздрогнула.

В считанных сантиметрах от моего лица, прямо в воздухе, появилась едва заметная серебристая нить. Она висела и чуть заметно подергивалась.

— Потяни за нее! — велел Итон.

— Сам тяни! — я сложила руки на груди. Не хватало еще хвататься за что ни попадя! Проблем и так переизбыток!

— Ты не понимаешь! Это призыв! Для женщин! С нами пытаются связаться через тебя!

— Разве твой приятель не отключил магическое поле?

— Отключил. Но ты, Амелия, похоже чертовски сильна! Раз к тебе сумели пробиться! Ну и дела! Ты точно — дочь Серафима!