Дальше для Шина всё происходило, как в тумане. Альгор, Таро и Кера соскочили с телеги вместе со своим оружием: мужчины — с мечами, шаманка — с посохом.

Демоница была неуловима, как ветер. В своих легких шелковых одеждах она перемещалась между деревьями, иногда даже взлетала. А еще она метала молнии. Одна из молний попала в телегу, и она загорелась. Шин поднес связанные за спиной руки к огню, веревка начала тлеть, и ему удалось освободить сначала руки, потом ноги.

Шин схватил какое-то оружие с телеги — это оказалась деревянная булава с шипами. Мираи гоняла охотников по всем окрестностям. Разум подсказывал ему — надо бежать, этого и хочет Мираи. Потом они встретятся, когда оба будут в безопасности. Но как он мог просто сбежать, он же не трус! Он должен помочь любимой женщине, чем может.

Шин передвигался короткими перебежками, прячась за деревьями.

Альгор угрожающе надвигался на Мираи, загоняя ее в тупик между деревьями. Остальных охотников Шин не видел рядом.

Шин бесшумно выскользнул из-за дерева, подкрался к Альгору сзади, подпрыгнул и изо всех сил ударил его булавой по голове.

Альгор пошатнулся, но не упал — он был силен, как бык. В ответ он развернулся и так сильно ударил Шина кулаком в грудь, что у того дух вышибло.

Тут подоспели остальные Охотники. Кера направила на Мираи посох, но Мираи увернулась, топнула ногой по земле — и всех охотников отбросило невидимой силовой волной. Она подбежала было к Шину, что продолжал лежать без сознания, но Таро успел к нему быстрее, схватил в охапку юного лиоддийца и приставил нож к его горлу.

Кера тоже быстро пришла в себя и вновь угрожающе направила посох на демоницу.

— Вот дела, лиса прибежала за своим прихвостнем, — расхохоталась Кера, — Таро, Альгор, вы видели что-нибудь подобное?

— Это та самая демоница? — спросил Альгор.

— Ну ты все-таки дубина, Альгор, — выругалась шаманка, а потом вновь рассмеялась. — Ладно, не обижайся, я и сама-то дура, каких поискать.

Шаманка прервала свой смех и обратилась к демонице:

— А я-то, представляешь, поверила твоему мелкому любовничку, что он тебя убил. Давай, сдавайся, а не то Таро перережет ему горло.

— Отпустите его, — взмолилась демоница.

— Отпустим, конечно, зачем он нам нужен, — зловеще и успокаивающе произнесла Кера. — Покончим с тобой, тварь, и отпустим.

Волшебная сила посоха прижала Мираи к дереву, и Кера с его помощью начала вытягивать из демоницы жизненные силы.

— Валаанти! — вдруг крикнула Мираи слабеющим голосом.

Кера от неожиданности опустила посох и обессиленная Мираи упала на землю.

— Откуда ты знаешь это слово? Это древний язык, которым владеют лишь шаманы вальхари! — воскликнула она.

— Я не знаю, — призналась Мираи. — Это слово… как будто пришло откуда-то извне. Я только прошу отпустить Шина. Я не хочу, чтобы он видел мою смерть.

Кера нахмурилась. Валаанти. Древняя, давно забытая мольба к богам. Тайное слово, которое крайне редко становится кому-то известным. Услышавший его шаман должен выполнить волю молящего.

— Этот щенок не уйдет без тебя. А тебя мы отпустить не можем.

— Моя карета неподалеку. Он без сознания. Нужно отнести Шина туда, завести рычаг — и карета сама отвезет его… уже неважно куда. Когда он очнется, то будет уже далеко.

— Ты слышал, Таро? Выполняй!

Таро взвалил на плечо бездыханного Шина и исчез за деревьями. Мираи смутно чувствовала, что Охотники ее не обманут. Шин скоро будет в безопасности.

Альгор направил на Мираи свой Кровавый клинок, но Кера остановила его.

— Подожди. Я хочу кое-что расспросить у этой твари. Нам ведь еще ни разу не попадались демоны из нашего народа.

Кера с брезгливым любопытством смотрела на Мираи. Она уже почти высосала ее жизненные силы своим посохом, так что демоница была не опасна.

— Мне противно видеть, что ты, демонское отродье, из моего народа, из вальхари.

— Можешь оскорблять меня сколько угодно, шаманка. Но как будто ты не знаешь, что я никакое не демонское отродье. Демоны-лисы не рождают себе подобных. Демонами становятся брошенные младенцы не старше месяца от роду. Демон, который найдет такого младенца, спасает его, дав ему отпить из сосуда душ…

— Ой, избавь меня от этих сопливых историй! Ответь, сколько тебе лет? Из какого ты рода?

— Мне триста двадцать семь лет. Я ничего не знаю о своих вальхарских родителях или других предках. Грандмастер Фудзиро обратил меня и дал мне лиоддийское имя — Мираи. Я выросла на Тайной горе, потом жила в Лиоддо…

— Триста двадцать семь? — Кера напряженно высчитывала — как и все шаманы, она была несла в себе многовековую память Вальхары и знала, в каком году кто правил, а также даты всех важных событий. — Это значит, ты первый демон из вальхари. Пусть у тебя только три хвоста, но для нас это особенная добыча.

Разговор был прерван внезапным птичьим криком, которым донесся откуда-то издалека.

— Вальхарская чайка, — сказал Альгор. — Наш молодняк неподалеку, и им нужна помощь!

Никаких вальхарских чаек в глубине лиоддийского леса, конечно, не водилось. Некоторые охотники (особенно молодые и неопытные) носили при себе специальные свистульки, которые точь-в-точь имитировали крик этих птиц. Свистульки были необычайно громкими, звук разносился на много ри вокруг (ри — мера длины, равна примерно 3,9 км).

Так уж повелось в Логове с давних времен: крик вальхарской чайки — зов о помощи. Если охотник слышал этот звук — должен был поспешить на выручку товарищам.

Таро как раз вернулся. Без Шина.

— Я все сделал, — сказал он. — Малец уже едет на демонской колымаге по лесу.

— Спасибо, — слабеющим голосом произнесла Мираи. — Теперь я готова к смерти.

— Нам надо торопиться на Зов. Думаю, это опять сбежавшие псины напали на молодежь, — сбивчиво произнес Таро.

— Согласен, — ответил Альгор. — Кера, давай я прикончу демоницу, ты с ней и так уже долго возишься.

— Нет! — ответила Кера. — Убить ее мечом — это будет слишком просто, она ведь уничтожила группу Торвинда, она не заслуживает такой легкой смерти! Бегите вперед, я вас позже догоню. Тут я сама справлюсь.

Альгор и Таро быстрым шагом пошли в ту сторону, откуда слышался птичий крик.

Кера вновь направила посох на Мираи. Демоница шевельнулась, и шаманка увидела, как что-то блеснуло у нее на поясе. Кера опустила посох, подошла к демонице и сорвала Амулет для душ у той с пояса.

— Откуда у тебя священный хрусталь вальхари? Где ты украла его, тварь? — злобно прошипела шаманка, сверля Мираи своими разными глазами.

— Это мой Амулет для душ. Он у меня с рождения. Грандмастер Фудзиро говорил, что я сжимала его в руках, когда он нашел меня младенцем.

— Невозможно.

Кера приложила хрустальный шар Мираи к сердцевине своего посоха, которая была сделана из такого же горного хрусталя. Шарик точно вошел в углубление посоха и даже замерцал слабым зеленоватым светом. Да, это тот самый хрусталь.

— Я расскажу тебе кое-что, — сказала Кера. — Триста двадцать семь лет назад жена вождя моего племени — племени Веран — родила двойню, сына и дочь.

Вождь племени, Борг, был не только вождем, но и шаманом. У шамана должен быть только один ребенок — старший, ибо только в этом случае ребенок наследует всю силу своего шамана-родителя. Если рождаются следующие дети, то их следует приносить в жертву, чтобы не расплескать драгоценный дар и не ослабить его. Старшим был сын, Бьорн, а дочь следовало принести в жертву. Но жена вождя не позволила это сделать. Она даже вырезала из сердцевины посоха своего мужа хрустальный шарик и положила в колыбель своей дочери — как оберег. Никто не смел ее касаться. Жена вождя сказала, что отныне она не позволит приносить в жертву младенцев, и теперь все будут жить по-другому.

Вождь Борг любил свою жену, но не мог пойти против древних законов. Ночью он тайно вынес свою дочь в лес и оставил там, на болотах. Пусть это и не настоящее жертвоприношение, но так тоже иногда делали. Но когда он шел обратно, то вспомнил, что должен забрать хрустальный шар из колыбели младенца. Борг побежал обратно к болотам, однако девочку не нашел. Либо боги приняли жертву, либо кто-то похитил младенца.

— Это не ваши боги, — сказала Мираи. — Это был грандмастер Фудзиро. Он нашел меня.

— Похоже, так и есть. Девочке не успели дать имя, и с тех пор ее стали называть Ния — что значит, «потерянная». Значит, это твое настоящее имя. Ты из племени Веранов. Как и я. И ты из моего рода. Бьорн, твой брат — мой прапрапрадед в десятом колене.

Все это Кера рассказывала со смесью отвращения и восхищения в глазах. Она нашла родственницу, живое воплощение древней легенды ее племени. И эта «родственница» оказалась демоном — тварью, которых Кера привыкла убивать.

— И что ты теперь будешь делать, шаманка? — с горькой улыбкой спросила Мираи. — Отпустишь меня, свою сестру?

Кера сплюнула после слова «сестра».

— Всё не так просто, — сказала она, скривившись.

А потом Кера вновь направила свой посох на Мираи. Какая же это была мучительная пытка, лучше бы она просто убила ее мечом…

Мираи чувствовала, что еще чуть-чуть — и ее не станет.

— Превращайся в лису, — приказала ей шаманка. Мираи не посмела сопротивляться.

Белая лиса с тремя хвостами лежала перед шаманкой. Кера взяла топорик и разом отрубила ей все хвосты.

— Ты должна была умереть много лет назад, — сказала шаманка. — Но я не стану убивать женщину из своего рода. Однако вернуться к своим с пустыми руками я тоже не могу.

После этих слов Кера потрясла тремя белыми хвостами перед мордой Мираи-лисы, которая уже плохо соображала, что к чему.

— Я оставлю тебя, — сказала Кера. — Захочешь — выживешь. И вот что: твоему любовничку жить осталось не дольше трех лун. Я увидела, что он не доживет до двадцати лет и умрет, когда начнет цвести… эта ваша… сакура! Подумай об этом, если сама не сдохнешь, конечно.

Мираи обессиленно смотрела вслед уходящей шаманке. Надо выжить во что бы то ни стало. И надо спасти Шина…