Наконец удалось поесть. То есть, нормальной еды в приличном месте и в хорошей компании.

— Может, тебе взять отпуск? — произнесла Анфиса, когда принесли десерт.

Весь обед они избегали разговоров о том, что стряслось с Данилом, болтали о природе, погоде и кино.

— У меня и так мини-отпуск получается. — Данил с тоской смотрел на свой шоколадный чизкейк. Ведь он почти сумел заставить себя забыть обо всём. — Пока документы будут готовы…

— Может, на выходные приедешь к нам на дачу? — предложила Анфиса, запивая тирамису жасминовым зелёным чаем. — Мне кажется, тебе нужно отвлечься.

Какая всё-таки умная у Данила девушка, и как хорошо она его понимает.

— Немного разгребу здесь дела и приеду, — улыбнулся Данил. Даже настроение улучшилось, и чизкейк стал снова казаться пирожным, а не сладким комком грязи.

— На выходные передавали хорошую погоду, — продолжала щебетать Анфиса, забавно размахивая десертной вилочкой, — я думаю, уже можно будет наполнить бассейн и позагорать.

От воспоминания об Анфисе в купальнике Данил аж расплылся. Кажется, вся эта жуткая история понемногу его отпускала, потому что стало настолько хорошо, что он сказал:

— Может, ко мне?

— Не рановато? — улыбнулась Анфиса.

— В самый раз. У меня всё равно на сегодня больше планов нет.

— Разве что на минуточку, — кокетливо улыбнулась Анфиса.

Какая же она всё-таки красивая. И умная.

Правда, брезгливая, но и Данил отличался повышенной чистоплотностью и отвращением к неприятным запахам, пятнам и отсутствию хороших манер.

— Чем у тебя в ванной воняет⁈ — поморщилась Анфиса, выходя в коридор в одном полотенце. — Чуть не сблевала.

Данил только собирался пойти в душ, а когда он мыл руки, придя домой, там вроде никаких отвратительных запахов не наблюдалось. Так что Данил вошёл в ванную и принюхался.

— Вроде ничего не чувствую. А чем пахнет?

— Не знаю, — бросила Анфиса через плечо, уходя в комнату. — Какой-то гнилой дрянью.

Может, слив забился? Вроде нет. Плесень не завелась, вся плитка на месте, проливов и протечек не появилось.

Сколько Данил ни принюхивался, никаких лишних и неприятных запахов так и не учуял. Поэтому просто принял душ и на всякий случай налил в трубы средство для прочистки.

— Да что у тебя здесь творится, — хрипела Анфиса, дёргая за ручку оконную раму на кухне. — Везде такая вонь, что блевать тянет.

И она закашлялась, будто корицы вдохнула. Данил подошёл и открыл окно. С улицы в кухню проник аромат цветущих деревьев и свежей зелени.

— Ещё лучше, — насупилась Анфиса. — Когда уже повырбуают всю эту дрянь.

— Какую? — не понял Данил.

— Да всё это… — Анфиса только размахивала руками перед лицом. У неё веки покраснели.

— У тебя, кажется, раньше не было аллергии, — обеспокоенно произнёс Данил. — Берёза вроде давно отцвела, а тополя у нас кронировали, они сейчас пух не разбрасывают.

В ответ Анфиса смачно чихнула, обдав Данила фонтаном слюны. И в этот же момент позвонили в дверь.

— Это ещё кто? — прошептала Анфиса, шмыгая и выглядывая в коридор.

— Понятия не имею, — пожал плечами Данил и направился к двери, а Анфиса юркнула обратно в спальню.

На экране домофона показалась лысая голова майора Новикова. Спасибо, что хоть бабку с собой не притащил.

А на кой, он, собственно, припёрся? Делать нечего, пришлось открывать. И даже хорошо, что Данил сейчас в одном полотенце. И Анфиса здесь.

— Простите, что отвлекаю, — произнёс Новиков, входя в квартиру, — но у меня очень мало времени.

В этот момент появилась Анфиса, уже в платье и причёсанная.

— Познакомьтесь, это Анфиса, моя невеста, — чётко произнёс Данил, обнимая её за талию. Потом указал на полицейского: — А это майор Новиков, он расследует… то, что случилось.

— Очень приятно, — вежливо улыбнулся Новиков.

И поди угадай, уловил он посыл Данила насчёт невесты, или нет. Человек неглупый, наверняка усвоил.

— Здрасьте, — произнесла Анфиса, оглядывая майора с головы до ног. Вот брезгливое выражение лица могла бы и припрятать.

Но потом Анфиса реабилитировалась, нежно чмокнула Данила в носик и погладила по щеке:

— Я пойду, мне пора. Увидимся, зайчёныш.

— Да, моя зайка, — демонстративно приторно ответил Данил.

Когда Анфиса выходила, Новиков посторонился и даже придержал для неё дверь.

— Я пойду оденусь. Проходите в гостиную, — нарочито сухо произнёс Данил и отправился в спальню.

Когда вернулся, Новиков стоял у окна, сложив руки за спиной, и смотрел в цветущий двор.

— У вас нет аллергии на пыльцу? — громко спросил Данил, чтобы обозначить своё присутствие.

— Нет, а у вас? — обернулся майор.

— Раньше не было. А вам не кажется, что чем-то неприятно пахнет?

— Нет, — пожал плечами Новиков. — Вроде всё в порядке.

— Наверное, от нервов что-то с запахами, — солгал Данил. — Так зачем вы пришли?

— Принёс вам распечатки. — Новиков показал пластиковую папку с листами. — Здесь ваши созвоны за последние два месяца и адреса, куда вы ездили.

Данил взял листок с контактами. Верхние строки не удивляли, а вот к середине списка Данил перестал понимать, кому он звонил и зачем. Полным-полно каких-то незнакомых имён и номеров.

— У вас есть маркер? — вдруг спросил Новиков. — Чтобы выделить имена, которых вы не помните?

Данил кивнул и сходил за текстовыделителем. Подчеркнул с полтора десятка контактов из списка.

— Надо, конечно, сравнить с моими рабочими планами, — произнёс Данил, возвращая лист майору. — Может, это просто клиенты, которых я забыл из-за стресса.

— А адреса? — И Новиков отдал Данилу ещё два листа.

На одной странице была напечатана таблица с адресами, на другой — карта с гео-метками.

— Вам разрешили это вынести? — тонко спросил Данил, указывая на листы.

— У моей коллеги четыре дела в производстве, из них два — особо важные, — тихо произнёс Новиков, видимо, надеясь на понимание.

— Ясно. Ей не до меня. — Данил состроил оскорблённый вид и вернулся к спискам: — Ладно, будем работать с тем, что имеем. — Но потом не удержался и шёпотом добавил: — Можно подумать, у неё каждый день кто-то оживает на собственных похоронах.

— Ещё и не такое случается, — спокойно проговорил Новиков. — Что насчёт адресов?

Данил присмотрелся. Свой дом, дом Анфисы, офис её родителей, контора, фитнес, торговые центры, ресторан. И несколько совсем незнакомых адресов. Обычные дома в разных районах Добромыслова.

— Что я там делал? — задал пустой вопрос Данил, выделяя незнакомые адреса.

— Может, выезжали к клиентам на дом? — предположил Новиков.

— Может, — вздохнул Данил, возвращая листы майору.

— А давайте проверим? — вдруг предложил Новиков. — Позвоните на какой-нибудь из номеров. Если будут вопросы — скажете, что случайно набрали.

Вообще-то у Данила в планах не было пока общения с незнакомыми людьми. С другой стороны, с некоторыми из них он уже имел дело. Правда, совершенно не помнил, что именно это были за дела.

Данил набрал один из подчёркнутых номеров и включил громкую связь для майора. Пошли длинные гудки. Данил приготовился произнести какую-нибудь простую обтекаемую фразу насчёт «всё ли в порядке с нашим вопросом». Гудки прервались, на вызов ответили. Данил уже прочистил горло, чтобы звучать чётко, но в трубке раздалось:

— Будь ты проклят, бесово отродье!

На этом вызов завершился.

Данил так опешил, что даже слов подобрать не мог. Майор задумчиво чесал лысину. Потом пометил что-то в списке контактов.

— Я больше никому звонить не буду, — быстро проговорил Данил. Ему и так настроение испортили дальше некуда. Хватит.

— Тогда давайте прокатимся? — просто предложил майор. Честное слово, как будто на прогулку на катамаранах приглашал.

— Ещё чего, — буркнул Данил. — Вам надо — вы и поезжайте.

— Вообще-то это больше вам надо. Вас пытались убить… сколько раз? — Майор театрально наморщил лоб. — Три? Или больше?

— Искать преступников — это вообще-то ваша работа, — парировал Данил. — А я — Маг Печати.

Оба таращились друг на друга. Брови майора ползли вверх, а Данил аж почувствовал, как у него глаза выпучились. Он ведь хотел сказать, что он — нотариус, и его работа — сделки заверять.

— Так и есть, — снова вылетело из Данила. Он даже закрыл себе рот руками.

Кажется, у него поехала крыша. Как у папаши, земля ему пухом. Или у бабули, дай бог ей здоровья. Господи, да он теперь мыслит так, как его бабка говорит! Она что, залезла к нему в голову⁈ Приплыли.

Данил сдавил виски руками и вскочил. Стал бестолково метаться по комнате, пытаясь вытряхнуть из разума то, что только произошло. Бабка там засела, да? А ну, пошла прочь! Или это не бабка? Вдруг это чей-то гипноз⁈

Появился Новиков и протянул Данилу стакан воды. Рука прошла мимо, стакан чуть не упал. Только со второго раза получилось его взять. Зубы дробно стучали о стекло.

Но откуда-то доносился ещё один стеклянный перестук. Точно, на окне, снаружи, сидела чёрная птица. Глазки-бусинки, острый клюв, тонкие перья и хвост. Снова прилетел чёрный дрозд.

— Тут написано, что чёрный дрозд — это и есть символ Печати, — вдруг произнёс Новиков.

— Где написано? — с подозрением спросил Данил.

— Вот тут, — Новиков показал свой телефон. — Есть такое приложение, называется «Ведьмограм». Там есть всё про ведьм и магов. Да, сами маги и ведьмы тут тоже есть.

Данил опасливо отступил на шаг.

— Слушай, хватит, — покачал головой Новиков. — От себя не убежишь, так что хорош психовать.

Данил отступил ещё на шаг. У него в квартире псих с оружием и с полицейской подготовкой. Прекрасно.

— Какие ещё маги и ведьмы? — осторожно спросил Данил.

— Ну, как бы тебе объяснить. — Новиков почесал за ухом. — Заклинатели. Люди со способностями. С разными способностями. Слушай, а бабушка разве тебе ничего такого не рассказывала? Просто у неё точно получилось бы лучше, чем у меня.

— Бабушка? Она ведьма? — попытался изобразить наивность Данил.

— Ой, а то ты не знаешь, — отмахнулся Новиков.

— А вы — какой маг? — тянул время Данил, отчаянно пытаясь придумать, что делать дальше.

— Я вообще не маг, — усмехнулся Новиков. — Сбоку припёку.

— А бабушка? У неё какая суперспособность?

— Смешно шутить, — криво улыбнулся Новиков. — Если серьёзно, то тебе лучше с ней на эту тему и поговорить. А сейчас давай поедем по какому-нибудь адресу, пообщаемся с людьми.

— Хватит на сегодня общения, — резко произнёс Данил. — И потом — вы сами слышали, как меня прокляли. А что, если…

Данил так испугался проклятия, что стал задыхаться. Воздуха не хватало, комната раскачивалась, он судорожно пытался нормально вдохнуть.

Новиков открыл окно, птица упорхнула. Майор подтащил Данила к подоконнику, тот упёрся в него руками, всё ещё пытаясь отдышаться. В глазах темнело, всё плыло. Какая жуткая одышка. Прямо как тогда, когда за ним гналась машина по пустой ночной улице, а бежать было некуда, его вычислили и приговорили.

— Кто? — простонал Данил. — Чёрные маги? Рептилоиды?

— Может, и они, — просто сказал рядом Новиков. — Слушай, ты можешь сколько угодно стонать и истерить. От этого ничего не изменится. Лучше соберись и попытайся разобраться со своими проблемами.

— Как? — проскрипел Данил, капая слюной.

— Чувствительный какой, — недовольно прошептал Новиков. Потом грубо схватил Данила за шкирку и потащил. В коридоре резко усадил на скамейку. — Обувайся.

— Мне надо переодеться, — попытался возмутиться таким обращением Данил.

— Живо давай, — скомандовал Новиков. — Туда и обратно.

Данил поплёлся переодеваться. Куда его несёт? Кто? Зачем? Почему?

Вернувшись в коридор, где ждал Новиков, Данил озвучил очередную догадку:

— Я что, впал в кому после аварии? И теперь мне всё это мерещится?

— Поехали, — повторил майор и вытолкал Данила в подъезд.

Ехать пришлось на «Газике» майора Новикова. Жёсткая машина. И некрасивая. Но свою машину, за которую ещё не весь кредит выплачен, Данил для такой поездки пожалел.

— Что такое Маг Печати? — вяло спросил Данил, уныло таращась в окно.

— Там написано, что он скрепляет договоры и сделки, — произнёс Новиков, притормаживая у очередного перехода.

— Так я и есть нотариус.

— Вот видишь, как совпало, — усмехнулся майор.

— Нотариус в мире магов, — фыркнул Данил. — Риэлторы и банкиры у них тоже есть?

— У них всё есть. Вернее, у вас. Не дёргайся ты так. Привыкнешь. Все привыкают.

Данил проглотил колкость о том, что можно привыкнуть даже к батарее, к которой ты пристёгнут. Она же тёпленькая.

— А что насчёт машины, которая меня сбила? — спросил Данил, отодвигая магический сюр на окраину сознания. — Вы их проверили?

— Да, всех, — кивнул Новиков. — Старая модель, их теперь не так уж много. Все машины на местах. Те, которые на ходу, целые. А те, которые не на ходу…

— Могли быть заколдованы, — и Данил, хихикая, повёл руками.

— Рабочая версия, — пожал плечами Новиков. — Но скорее всего кто-то давно снял эту машину с учёта, а утилизировать не стал.

— А есть какие-нибудь колдуны-поисковики? Или радары?

— Наверное, есть, — пожал плечами Новиков. — Я тебе ссылку на приложение отправлю. Установи и поищи там. Может, кто и согласится помочь.

— Обязательно, — сухо отозвался Данил, твёрдо зная, что даже устанавливать эту программу нипочём не станет. Вдруг там вирусы. Или они деньги украдут.

Наконец они въехали во двор обычных хрущёвок. Кругом белой пеной благоухали кусты, в палисадниках пёстрыми головками раскачивали весенние цветы.

Но Новиков отчего-то не спешил выходить из машины.

— Я вот что подумал, — медленно произнёс майор. — Если ты — Маг Печати и заверял сделки, то тебе вполне могли что-то подсунуть. Твоя подпись намертво скрепляет любой договор, не важно, честный, или нет. А если там была зашита какая-нибудь гадость?

— Хотите сказать, я мог случайно кого-то приговорить? Даже если сам не знал? — тихо спросил Данил.

— Вот именно. И люди могли не знать, что подписывали…

— Исключено! — резко произнёс Данил. — Я всегда заставляю всех всё читать. Мне проблемы не нужны.

— Да ты сам мог не понять, что там написано. Как бы тебе объяснить. — Майор забавно морщился и чесал нос. — Ну вот, например, брачный контракт. Вроде обычный. Всё как у всех. Но там, например, указана… не знаю, коллекция картин. А они прокляты.

— И что? — не уловил хода мысли Данил.

— Ладно, давай другой пример. Человек получает в наследство шкаф. А в нём когда-то человека убили, и теперь там лярва.

— Кто?

— Сущность такая, — вздохнул Новиков. — Вроде мерзкого желудка с кишечником. Питается человеческими душами.

— При чём тут я?

— Человек принял наследство, поставил подпись. — Новиков, кажется, начал раздражаться. — Ты заверил договор, и наследник станет закуской для этой лярвы. Ясно?

— Так пусть выкинет этот шкаф, и всё.

— Ты дурачок? — скривился Новиков. — Он этот шкаф никогда не выкинет! Потому что принял его! А ты заверил договор! Даже если этот шкаф в окно выбросить, он обратно залетит!

— Ух ты! — восхитился Данил. — Серьёзно? Моя подпись такая мощная?

— Знаешь, почему говорят, что на детях талантливых людей природа отдыхает? — вдруг спросил Новиков. — Потому что природа такая: я тебя уже одарила талантами, и раз ты весь такой одарённый, будь любезен, работай со своим потомством сам, а я отдохну.

— Не понял, — признал Данил.

— Не доработала с тобой Вальпургия Карловна. Сорняк вырос.

— Кто дал вам право меня оскорблять? — обиделся Данил. — И лезть в нашу семью?

— Я тебе сейчас в ухо дам. Вылезай! — И Новиков первым выбрался из машины.

Данил тоже вышел. Майор тем временем достал листы с адресами и именами, пробежал по строчкам, осмотрелся.

— Вон туда, — указал Новиков подбородком на один из домов.

— И что мы там скажем? — тихо спросил Данил, следуя за майором к пятиэтажке.

— Придумаешь что-нибудь.

— Я⁈

— А кто? — Новиков снова сверился с листком. — Нам сюда.

Он указал на крайний подъезд, у которого стояла группка тёток, из тех, которые копаются в палисадниках в трениках и всегда ходят в супермаркеты по утрам, потому что охотятся за скидками.

Майор и нотариус подошли поближе, но огибать компанию не стали, потому что в разговоре услышали знакомое имя. Из тех, что были в списке.

А ещё это же имя было написано на листочке, пришпиленном к красной бархатной крышке гроба, поставленной у двери в подъезд. И чёрно-белая фотография с траурной ленточкой.