Его тон был низким и медленным.

— Мы собираемся пожениться. Ты будешь моей, и я не собираюсь тратить остаток своей жизни на извинения за то, в чем, черт возьми, добровольно согласился участвовать. — Он снова потянулся к моему подбородку. — Александрия, я думаю, что ты дотянешься до лампы. Сделай это. Включи свет и посмотри, что ты со мной сделала.

— Брайс...

— Сделай это!

Я снова нащупала выключатель, и мои влажные пальцы с трудом ухватились за него, когда я повернула маленькую ручку. Боясь увидеть то, что я почувствовала у себя в животе, я закрыла глаза, прежде чем свет успел вспыхнуть.

Он снова сжал мой подбородок.

— Открой свои чертовы глаза. Посмотри на меня.

Сделав глубокий вдох, я сделала так, как он сказал. Взяв меня за подбородок, он повернул мое лицо к своему. Это было совсем не то, чего я ожидала, но вскоре я поняла, что он хотел мне показать.

— Т-твоя щека? — сказала я, поднимая руку к припухшему участку, который теперь приобрел темно-розовый оттенок.

Он закрыл глаза, я провела пальцами по ушибу.

Когда его глаза открылись, он повернулся и опустился в другое кресло, стоявшее по другую сторону лампы.

— Возможно, нам придется отложить наши фотографии с помолвки.

— Хорошая идея, — сказала я.

— Отложить. Не отменить, — уточнил он, откинувшись на высокую спинку кресла и вздохнув.

Я чуть не рассмеялась при виде его растрепанных светлых волос. Обычно он был одним из тех опрятных мужчин, у которых ни один локон не выбивался из прически. Я глубоко вздохнула и сосредоточилась на своей миссии.

— Брайс, этого не случится.

Его серые глаза широко раскрылись, а на лице появилась улыбка.

— Я бы посоветовал тебе не сопротивляться, но, черт возьми, мне нравится, когда ты дерешься, — он потер свою щеку. — Но мне придется что-то с этим делать, чтобы не оставались следы, по крайней мере, такие, которые будут заметны.

Мои глаза затрепетали, в молчаливой попытке остановить поток желчи.

— Мне нужно сделать один звонок. Пожалуйста, позволь мне позвонить другу. Мне просто нужно сказать ей, что со мной все в порядке.

— Ей?

Глава 9

Нокс

Проклятый писк айпада вернул меня к реальности. Я провел рукой по волосам, пытаясь понять смысл этого звука. Было темно, середина ночи, но звук не прекращался.

Бип.

Бип.

Я наконец-то заснул после того, как выпил слишком много виски. Казалось, не имело значения, сколько алкоголя я выпил – этого было недостаточно, чтобы смыть вину за то, что я не смог помочь Чарли́. Я должен быть с ней. Она должна быть со мной.

Ее скомканное письмо, то самое, которое, как мы с Делорес знали, было не от нее, лежало на прикроватной тумбочке рядом с моей кроватью. Хотя она и не была той, кто написал его, его присутствие давало мне ощущение связи. Рядом с письмом лежал мой телефон. Я отправил ей несколько текстовых сообщений и даже оставил пару голосовых. Разум говорил мне, что это бесполезно, но я не мог остановиться.

Я продолжал рассуждать о том, что когда она наконец включит свой телефон, то увидит, что я пытался, что, несмотря на препятствия, я сделал все возможное, чтобы дозвониться до нее, и не остановлюсь.

Выйдя из оцепенения, я открыл планшет. Количество личных сообщений увеличивалось с каждой секундой. Все они были от Делорес.

Какого черта?

Она что, уснула на кнопках?

Я открыл первое, второе, а затем и третье. Все они были одинаковы.

«АЛЕКС ГОВОРИТ ПО ТЕЛЕФОНУ. ПРИХОДИ В МОЮ КОМНАТУ»

Простыни вокруг моих ног внезапно превратились в путы, сковывающие движения. Отшвырнув их прочь, одетый только в спортивные шорты и футболку, я бросился из спальни в гостиную номера. Не останавливаясь, чтобы переодеться, я схватил ключ от номера и поспешил в коридор. Пройдя несколько дверей, я подошел к комнате Делорес. Я бы узнал номер, но из-за слегка приоткрытой двери послышался голос Делорес.

От другого голоса, который я услышал, я на мгновение остановился на месте. Я бы узнал его где угодно. Сделав глубокий вдох, я ворвался внутрь. Дверь ударилась о внутреннюю стену.

— Что..?

Делорес быстро повернулась ко мне, поджала губы и приложила палец ко рту.

— Конечно... — сказала она. Я не мог вспомнить, о чем спрашивала Чарли́, потому что был слишком удивлен, услышать ее голос.

— Я хочу поговорить с ней, — прошептал я.

— Алекс, ты можешь повторить это? Я думаю, что у нас плохая связь, — спросила Делорес, покачав головой.

Голос Чарли́ заполнил комнату Делорес.

— Теперь ты меня слышишь?

— Да, не могла бы ты повторить мне еще раз, что сказала? Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Я в порядке. Хотела, чтобы ты знала.

— Ча...

На этот раз меня остановила рука Делорес, когда она протянула мне записку.

Не разговаривай. Она на громкой связи, и она не одна.

Кто, черт возьми, с ней? Неужели это ее отчим? Кто и почему? Сейчас, блять, половина третьего ночи. Почему она не одна?

Это были мои невысказанные вопросы, когда я сжал губы и прислушался.

— Как твоя мама?

Я поразился спокойствию в голосе Делорес. Что нельзя было сказать о ее позе. Стоя в халате, она была непривычно напряжена.

— Я... я еще не знаю, — ответила Чарли́. — Я хочу навестить ее, но мне нужна твоя помощь.

— Моя помощь? Конечно. Что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Возвращайся в Нью-Йорк.

Что блять!

Я метался, как лев в клетке, и молча умолял Делорес, надеясь, что она телепатически услышит мои возражения.

— Алекс, как это поможет?

— Алт... моя семья – обеспокоена тем, что, если я покину поместье, со мной может что-то случиться.

— Ты же знаешь, что мы никогда не допустим, чтобы что-то случилось.

— В том-то и дело, — сказала Чарли́, — Они боятся, что ты станешь причиной. Я не могу видеться с матерью, пока они не убедятся, что меня не заберете ни ты, ни Леннокс.

Леннокс. Она сделала это снова. Может, письмо было от нее? Может, таким образом она давала нам понять, что говорит под давлением? Письмо, возможно, и не от нее, но человек, говоривший по телефону, определенно был ею. Я узнал не только ее голос, но и ее звуки, стоны и мольбы.

Я покачал головой – слишком много для телепатии – когда глаза Делорес расширились, глядя в мою сторону.

— Достаточно ли моего слова, чтобы мы уехали, или им нужно больше? — спросила Делорес.

— Эм, я верю тебе на слово, но... — она замолчала. — ...они хотели бы получить доказательства. Полетный лист, подтверждающий, что ты, Леннокс и Клейтон покинули Саванну.

— Черт, — пробормотал я себе под нос и отвернулся.

— Как я могу связаться с тобой?

— Ты не сможешь.

— Извини? — спросила Делорес.

— Я не могу сейчас пользоваться телефоном, и у меня нет доступа к электронной почте. Ты можешь отправить полетный лист Алтону Фитцджеральду по адресу montaguecorp.com.

— А как насчет этого номера? Могу я перезвонить тебе по этому номеру?

— Нет, это домашний офис моего отчима. Он будет недоволен.

— Мне все равно, черт возьми…

— Делорес, — сказала Чарли́, — пожалуйста, скажи мне, что ты одна, или мне придется повесить трубку.

— Это все телевизор, Алекс. Я думала, что приглушила звук, — свирепый взгляд Делорес помешал чему-либо еще сорваться с моих губ.

— Ты все еще хочешь, чтобы Леннокс следовал твоим инструкциям в письме, которое ты оставила ему у ворот?

— Письмо? — она снова сделала паузу. — О, да. Пожалуйста.

— Всю твою одежду или только летнюю?

Что? В письме говорилось только о вещах для занятий.

— Хм-м, — ответила она, — наверное, всю.

— Алекс, ты же знаешь, что все, что тебе нужно сделать, это...

— Делорес, — перебила она. — Мне нужно идти, но сначала я хочу поблагодарить тебя, тебя и всех остальных. Пожалуйста, сделай так, как я прошу. Мне нужно увидеться с мамой, и пока ты не уйдешь, я не могу... и скажи... — Ее голос был полон эмоций, разрывающих мне сердце. — ...ему, что мне жаль. Именно так все и должно было быть, я должна была это сделать. Я просто не знала. Я ничего не понимала. А теперь знаю. Нас никогда не должно было случиться.

Мне потребовалась вся моя сила, чтобы оставаться спокойным. Мне хотелось закричать в телефон, на Чарли́, на того, кто, черт возьми, был с ней. Она говорила неправду. Я знал больше, чем ее голос, стоны и мольбы. Я знал ее сердце. Мы должны были случиться.

Почему, черт возьми, я оказался в «Дель-Маре»? Какого черта мне нужно было идти в большой бассейн? Это была судьба, и каким бы дерьмом ее ни кормили, это не остановить. Это нас не остановит.

— Алекс... — начала Делорес.

— Прощай.

Гостиничный номер наполнился тишиной, мы оба уставились на телефон Делорес. Звонок был окончен.

— Что за хрень? — спросил я.

— Очевидно, ей указывали. Я просто не знаю, кто был с ней.

— Почему она позвонила тебе?

— Она не сказала, — ответила Делорес. — Но, по крайней мере, мы убедились, что она не писала этого письма.

— Мы сразу это поняли. Я хочу знать, откуда человек, написавший это письмо, узнал о правилах?

Делорес пожала плечами.

— А Алекс кому-нибудь рассказывала о них?

Я провел рукой по волосам, все еще двигаясь, вращаясь на месте.

— Я не знаю. Она почти ни с кем не общалась, кроме своей матери и женщины по имени Джейн.

— А как насчет Челси?

— А что с ней?

— Она могла знать? Она была с Алекс в «Дель-Маре».

Я не мог ни думать, ни рассуждать здраво.

— Возможно. Что она сказала перед тем, как я пришел сюда?

— Не так уж много. Она сказала, что благополучно добралась до поместья и разбила свой телефон. Он сейчас не работает.

— Это чушь собачья. Она не разбила его. Я имею в виду, он не включен, но я не верю, что она его разбила.

Делорес пожала плечами.

— Леннокс, она явно говорила... по принуждению.

— Не то слово. В том разговоре она также называла меня Леннокс, — сказал я. — Я думаю, это кое-что значит.

— Это твое имя.

— Она не так меня называет. Она дает нам подсказки, подсказки, которые тот, кто находится рядом с ней, не поймет, — мою грудь сжало, я потянул себя за волосы. Боль в голове должна была помочь мне думать. — Черт возьми, Делорес, они заставляют ее говорить то, чего она не хочет говорить.

Делорес встала, встретившись со мной взглядом.

— Она звонила. Рискну предположить, что для этого ей потребовалось немало усилий. Я также предполагаю, что в этом разговоре было больше, чем мы оба слышали. Я его записала. Я переслушаю разговор еще миллион раз, если понадобится. Я не остановлюсь, пока не расшифрую все ее подсказки.

— Я не покину Саванну без нее.

— То, что мы уезжаем, еще не значит, что мы должны оставаться в стороне.

Мои глаза закрылись, когда я опустился на диван.

— Если мы не уйдем, они не позволят ей увидеться с матерью.

— Подожди... — сказала Делорес, нажимая кнопки на телефоне.

Запись разговора начала воспроизводиться в виде фрагментов:

— Моя помощь... от тебя или Леннокса... им нужны доказательства. Полетный лист, подтверждающий, что ты, Леннокс и Клейтон покинули Саванну, — Делорес нажала на перемотку и прокрутила последнюю фразу. — Полетный лист докажет, что ты, Леннокс и Клейтон покинули Саванну.

Глаза Делорес расширились.

— Ты это слышал?

— Да, — удрученно сказал я, — дважды, а может быть, и трижды.

— Нет. Подумай о том, что она сказала. Кому нужно уехать?

— Всем нам.

— Леннокс, это было совсем не то, что она сказала. Она назвала меня, тебя и Клейтона.

Головоломка, которую показывала мне Делорес, начала обретать смысл в моем уставшем, измученном сердце.

— Она не назвала Айзека. Может, она не знает, что он здесь.

— Или, может, она знает, но больше никто не знает. В конце концов, Клейтона и меня видели в «Магнолия Вудс». Тебя видели у ворот.

— Айзек был со мной.

— Он был водителем, сидел за окном. Он мог быть из службы по аренде.

— Айзек может остаться, а мы уедем?

Делорес кивнула.

***

Я был напряжен, когда Клейтон повез нас с Делорес через ворота в частный аэропорт.

— Это меня бесит, — сказал я в сотый раз.

— Ты это уже говорил.

Я повернулся к окну, наблюдая за поднимающимся солнцем Джорджии.

— Мы уступаем ему. Я чертовски ненавижу это.

— Это не так. Мы помогаем Алекс, делая то, о чем она просила.

— Она не это имела в виду. Я знаю, что это так.

— Дай мне время, Леннокс. Дай ей время. Здесь идет игра, и мы, к сожалению, не знакомы с правилами. Единственное, о чем я продолжаю напоминать себе, так это о том, что она точно знает с кем и чем имеет дело.

— Правила? — повторил я. — Когда ты в последний раз разговаривала с Челси?

— Прошло уже больше недели.

Я повернулся к ней.

— Если это она написала записку, то, может, она тоже давала нам подсказку? Может, она достаточно хорошо знакома с Монтегю, чтобы знать правила, достаточно, чтобы это могло помочь?

— Я буду продолжать пытаться. Я не могу связаться с ней с тех пор, как Алекс... со вчерашнего дня. Одно можно сказать наверняка: Алекс знакома с правилами и с мистером Фитцджеральдом, — подтвердила Делорес. — Я уверена, что она рассказала тебе все по секрету, но чем больше я узнаю о ее детстве, особняке, все о Монтегю, тем скорее смогу ей помочь.

Я вспомнил честность Чарли́, как она сказала, что хочет рассказать мне о своих тенях. Она сказала, что ее честность заключается не в том, чтобы я мог исправить причиненное ей зло, а в том, чтобы она могла показать мне, что доверяет мне то, что скрывала от других.

— Я не знаю, что тебе поможет.

Машина остановилась на летном поле, рядом с самолетом «Деметрий Энтерпрайзис».

— Я пойду возьму из аэропорта лист и попрошу переслать его мистеру Фитцджеральду, — сказала Делорес, когда Клейтон открыл заднюю дверцу. — Встретимся в самолете.