- Майор Грин, отойди от нее.

Из темного коридора, который служил входом в эту загадочную пещеру, донесся печально-знакомый голос.

- Поздравляю с повышением. - процедила Джин - С недолгим.

Видимо, что-то опасное в этот момент проскользнуло в глазах Джин, что Люси, поменявшись в лице, поспешила убраться от нее подальше.

- Ну вот ты и попалась. Много же ты мне нерв потрепала. И не только за последние месяцы. Наконец ты сдохнешь.

- А я-то и думаю, кто ж так отчаянно желает моей смерти. - Джин выпрямилась на своем троне и вальяжно закинула ногу на ногу - А это мой любимый начальник.

Стоя перед ней и сверля Джин своими бесцветными, выгоревшими глазами Пансек был весьма неудовлетворен ее безмятежным видом. Он хотел, просто жаждал вогнать наконец ее в панику, заставить захлебываться рыданиями и мольбами о прощении и страхом. Но маленькая дрянь никогда не играла по его правилам, и это жутко бесило генерала.

- Целью был восьмой дар. И ты его наконец получила. Но теперь ты умрешь по-настоящему, в самый последний раз.

- Да ну?! - оскалилась Джин - Давай поспорим, что не умру. А вот ты, Пончик, отсюда сегодня живым точно не выберешься.

- Я Пансек! – и, размахнувшись, генерал ударил Джин тыльной стороной ладони по лицу.

Кончиком языка Джин потрогала уголок губ и разочарованно скривилась.

- Фу, даже не до крови. Пончик, даже рекруты бьют сильнее, чем ты.

Закрыв глаза, Пансек сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая себя.

- С самого детства ты доставляла мне одни проблемы. Но наконец ты сегодня сдохнешь. Наконец послужишь хоть какой-то цели. И если ты думаешь, что твой любовничек придет и в очередной раз спасет тебя, развею твою иллюзию. - мясистые губы Пансека изогнулись в мстительной, мерзкой улыбке - Он не придет. Не сможет найти тебя здесь.

- А кстати, где я? - невозмутимо спросила Джин.

- В ритуальной пещере, под замком. Так глубоко под землей, что ни один навигатор тебя не сможет найти.

- О-о-о! - понимающе протянула Джин и наконец огляделась вокруг.

Темное помещение каменной пещеры освещали лишь факелы и свечи в кованых подсвечниках. Напротив нее стояли два точно таких же каменных трона, на котором сидела Джин. Они стояли друг напротив друга, формируя ровный треугольник. А посередине этого треугольника стоял мраморный алтарь.

Пол пещеры был испещрен какими-то непонятными символами и линиями, соединяющими три трона друг с другом и все три трона с алтарем.

- Признавайся, Пончик, ты построил все это для меня? Это так мило. – Джин растянула губы в приторной улыбке.

Генерал недовольно засопел.

- Твое раздутое самомнение всегда бесило меня.

Он стоял, над ней возвышаясь, чувствуя свое превосходство и силу. Он явно наслаждался ее беззащитностью и слабостью.

- Это было построено не для тебя. Есть еще вопросы? - спросил он с надменной рожей.

- Есть. Один. - Джин сделала сосредоточенное и серьезное лицо - Когда дрочишь, что бормочешь?

И вот тут Пансек не сдержался. Он ударил ее по другой, правой щеке, затем вновь по левой. Размахнувшись, ударил ногой в живот, от чего весь воздух из легких тут же покинул грудную клетку Джин.

Напуганная Люси забилась в самый дальний угол, наблюдая за откровенным избиением.

Пансек бил ее с превеликимим удовольствием. Выбивал из нее мольбы о прощении, слезы, хоть какой-то звук. Но упрямая девчонка молчала и терпела.

- Пансек, хватит!

Громкий, властный и, жесткий голос заставил запыхавшегося Пансека остановиться.

Джин воспользовалась ситуацией и набрав во рту побольше слюны с кровью, как следует плюнула в генерала, запачкав тем самым ему не только лицо, но и китель с медальками.

- Ах ты сука! - он вновь бросился на нее.

- Пансек! Довольно!!!

Такого свирепого голоса она у него давненько не слышала.

Салазар шел медленно, тяжело опираясь на трость. Все его тело визжало от боли и спазмов, это было видно даже невооруженным взглядом.

За ним следом в пещеру вошли солдаты, волоча еще двух людей. На их головах были надеты мешки, поэтому Джин не могла распознать, кто это. Единственное, что она могла понять, что один был парнем, довольно худым и низким. А у другой пленник обладал женским силуэтом. Плавные, женственные изгибы были видны даже через довольно объемный, мешковатый спортивный костюм.

Их так же, как и Джин, усадили на каменные троны и приковали цепями к браслетам, сдерживающим магию.

- Здравствуй, сестра.

Салазар подошел вплотную. Его лицо было ужасным. Правый глаз сполз вниз. Кожа на щеках стала дряблой и обвисла. Губы асимметрично искривлены. Создавалось такое впечатление, что его лицо подобно воску оплавилось и поплыло. Мерзкое зрелище в сочетании с его рубцами и язвами. Если бы Джин не знала, никогда бы не распознала в этом уродливом существе своего брата.

Взглянув на избитую сестру, Салазар послал Пансеку свирепый взгляд. Тот, проигнорировав немое предупреждение короля, бросил на Джин ненавистный взгляд и отошел, переключив все свое внимание на других пленников.

Джин насторожилась, увидев среди солдат до боли знакомые лица.

Доктор Марвин Николсон - полноватый, не высокий мужчина с пышными усами и довольно большой залысиной, всегда напоминал Джин моржа. Добродушный, славный мужчина возглавлял Медицинский центр. Что-то бурча и недовольно дуя в пышные усы, суетился возле парня, закованного в кандалы, и о чем-то спорил с солдатами.

Профессор Говард Кайд. Все такой же надменный, с жесткими, резкими чертами лица, стоял за спиной у девушки и хмуро посматривал на Джин. Но стоило их взглядам встретиться, как он тут же отвел глаза.

- Прежде чем ты начнешь задавать вопросы и обвинять меня во всех грехах, я скажу, что мне очень жаль, что тем, кто обрел силу ассасина, оказалась ты.

Джин метнула на брата ненавистный взгляд.

- Так это ты открыл на меня охоту?! - она горько хмыкнула от досады - Я должна была догадаться.

- На тебя охота была номинальной, как запасной вариант. Весь упор делался на Шакса. - со страдальческим выражением лица заключил Салазар.

У него был такой вид, будто он и правда сожалеет о случившемся.

- К чему это все, Салазар? Еще одни твои безумные эксперименты? И что это вообще за место? Где мы?

Стукнув тростью по полу, Салазар начал оглядываться по сторонам.

- Мы в ритуальном зале, под замком. - с печальным вздохом заключил он - Тысячу лет назад именно здесь были убиты наши основатели. Точно так же, как и ты, на этом каменном троне когда-то сидел последний ассасин.

- М-м-м! - мечтательно протянула она - Я прям в экстазе от потрясения.

- Рад, что ты не утратила своего юмора.

- Так что ты хочешь, Салазар? Убить меня? Не слишком ли много сил ты положил на то, чтобы покончить со мной?

- Я не хочу твоей смерти. - искренне заявил он - Но у меня нет другого выхода. Мне нужна твоя сила и кровь.

- Какое совпадение. - улыбнулась Джин невинной улыбкой - Мне они тоже нужны.

- Ты и другие перворожденные послужите на благо высшей цели.

- Ой-ой! Не терпится услышать какой же, какой же.

Джин состряпала на лице самое заинтересованное выражение.

- Даруете мне бессмертие. - с благоговением произнес Салазар.

- О боги! Салазар! Опять ты за свое!

Джин явно была разочарована "высшей целью".

- Ты не понимаешь! - начал он торопливо оправдываться - Гримуар открылся мне, перед тем как его у меня забрали, этот твой ненаглядный Чандлер и его шайка. Книга таинств явила мне пророчество.

- Я прям жажду услышать.

Не смотря, на то, что Джин сидела, была наглухо прикована к трону, лишена силы и по уровню находилась ниже Салазара, который возвышался над ней, она вела себя уверенно. Так, словно она была хозяйкой положения, а не он. И Салазар чувствовал это тоже.

Он всегда, с самого ее рождения, интуитивно чувствовал в ней соперницу. Поэтому сдал ее отцу, поэтому отправил ее восьмилетнюю в корпус. А когда она достигла неимоверных высот на службе и получила колоссальную силу, его паника усилилась в разы. Не смотря на ее заверения в том, что она не жаждет власти, внутренний голос твердил ему, что она отнимет ее в любой момент, когда только пожелает.

И сейчас, смотря в ее глаза цвета морской волны, в которых не было ни капли страха и неуверенности в себе, он тушевался перед ней. Знал - она сильнее его, в разы сильнее.

Поморщившись от боли, переступив с ноги на ногу, он со стоном оперся о свою трость и, не в силах выдерживать ее тяжелый, властный взгляд, отвел глаза.

- В пророчестве говорится: Когда возродится сила трех основателей и соединится их кровь, начнется новая эра правления, а на троне будет сидеть сильный, могущественный и достойный король. Понимаешь теперь, для чего все это?

Джин молча выслушала его речь. Откинувшись на холодную спинку каменного трона, она смерила брата презрительным взглядом.

- Понимаю. - спокойно кивнула она - Не понимаю, причем здесь ты?

Салазар опешил.

- В смысле?

- Ну. я понимаю, зачем ты возродил силу основателей. Понимаю для чего весь этот ритуальный цирк. Не понимаю с чего ты решил, что речь в пророчестве идет о тебе.

- Я король! - с психом стукнул он тростью по полу – Кто еще может сидеть на троне, кроме меня? Ваша сила станет моей. Она исцелит меня, дарует бессмертие, и я сяду на трон сильным и здоровым! И начнется новая эра!

- Ой мля-я-я! - разочарованно протянула она - Ты как был идиотом, братец, так идиотом и остался. С чего ты вообще взял, что наша сила исцелит тебя и дарует бессмертие?

Салазар вздохнул полной грудью, словно наполняясь силой перед очень долгим и захватывающим рассказом.

- Когда я прочитал пророчество, начал искать любые упоминания об основателях. Перерыл всю библиотеку, но ответы нашел только в тайном дворцовом хранилище. В древних свитках рассказывалась правда об убийстве основателей. Там подробно описывался некий ритуал, с помощью которого можно перемещать силу из тела в тело. Но те, кто предал основателей, не были достойны их силы, и она погубила их, вырвавшись в свободный мир.

- А ты, значит, достойный, хочешь сказать? – Джин ехидно ухмыльнулась.

- Я достоин. – самоуверенно заявил он.

- С медиками было все просто. – продолжил он свой рассказ – Сила духа, чистота сердца, спасение невинных душ, медитации и прочая чушь, которую они так любят, и в моей власти появилось целых шесть люменов. Выбирай, не хочу.

Салазар смерил брыкающегося на троне парня недовольным взглядом, словно сожалел о том, что выбрал именно этого.

- С алхимиками было уже сложнее. Чтобы обрести полную силу, пришлось обманом заставлять людей пройти «Кристальную комнату».

«Кристальная комната» у ученых предназначалась для обретения новых способностей. Комната, полностью состоящая из зеркального лабиринта. В каждом зеркале человек видит отражения себя прошлого, нынешнего и будущего. И лишь тот, кто смог принять себя любого и выбраться из него, обретал плюс одну способность.

- Надо признать, некоторые долго колебались в своем решении посетить эту комнату вновь. – Салазар смущенно пригладил свои редкие волосы – Кайду пришлось внушать им, что все, кто им дорог, находятся присмерти и только приобретя полную силу, они смогут их спасти. Конечно, морок быстро прошел, но дело было уже сделано, и первый алхимик был возрожден.

А затем Салазар полностью сосредоточил свое внимание на сестре, все так же гордо сидящей на троне.

- А вот с вами пришлось попотеть. Вы никак не хотели умирать и принять силу ассасина. А у меня совершенно не оставалось времени. – с тяжелым вздохом заключил он -Я чувствую, как жизнь утекает из моего тела.

- Почему нельзя было взять любого рандомного солдата и издеваться над ним, пока он не обретет силу? – этот вопрос Джин задала от нечего делать, лишь бы потянуть время, ведь она и так знала ответ на этот вопрос.

- Сила ассасина подчинится лишь сильнейшему, и ты знаешь это не хуже меня, сестренка. Абы кого она не выберет.

- Да. – понимающе покивала Джин – И вот теперь подумай, как она может подчиниться тебе? Трусливому, жалкому, бесхребетному ничтожеству, который засычел даже вступить в корпус, не т, что служить в нем.

Салазара затрясло от негодования. Ему не нравилось все: ее вызывающая поза, тон, поведение и ее ядовитый, острый язык. Он хотел стереть с ее лица самоуверенность, выбить почву у нее из-под ног, заставить ее молить о пощаде. Но он знал - за свою жизнь она просить не будет. За себя она никогда не переживала.

Но Салазар очень хорошо знал, за кого она станет просить. И тогда его губы расползлись в хищной, зловещей улыбке, обнажая ряд гнилых, черных зубов.

- Посмотрим, как ты запоешь, когда увидишь своих напарников.

И, махнув рукой, он дал знак одному из солдат, чтобы тот стянул мешок с головы брыкающегося парня.

Светловолосый, с таким же худым и вытянутым, и как тело, лицом. Его очки в толстой круглой оправе придавали даже шарма его необычной внешности. Чудаковатый парень был тем, кто возродил в себе силу люменов.

К слову сказать, он оказался не робкого десятка. Брыкался довольно рьяно, а из его рта лилась такая отборная брань что доктор Николсон покраснел до корней волос.

- Ну и? - пожала плечами Джин - Мне глубоко плевать на парня. Я его в первый раз вижу.

- А как на счет нее? - Салазар дал знак Кайду, и тот стянул мешок с головы девушки.

И тут все внутри Джин заледенело. По спине прошел рой злых мурашек. В груди стянулся тугой узел страха и тревоги.

С противоположного конца пещеры на нее смотрела Ава. Взгляд ровный, гордый, даже немного жесткий. Она была новым алхимиком.

Злость за то, что подруга утаила такую тайну, ни ничуть не перекрывала тревоги за ее жизнь.

- Только тронь ее, и я разорву твое гнилое тело на части. - зарычала Джин.

Ее гнев ложился на душу Салазара бальзамом. Наконец, ему удалось вывести ее из равновесия и стереть с лица самоуверенность.