Недовольно заурчав, Тедди аккуратно поставил обувь гостей в сторонку и последовал за ними.

- Джинни, детка! - горланил на весь дом Энцо - Мы пришли тебя лечить!

Но, к их удивлению, Джин, "лечение" совершенно не требовалось. Ее организм имел высокую устойчивость не только к ядам, но и к похмелью.

Найдя в гостиной свежую, розовощекую и благоухающую девушку, Парсон и Лэнгли покривились от нескрываемой зависти.

- Ведьма. - буркнул Лэнгли.

Но, однако, уходить не спешили. Расположившись на диване по обеим сторонам от Джин, они в наглую продолжили обхаживать женщину друга.

Тедди не ревновал. В команде царило внегласное правило: женщина друга - табу. И ни при каких условиях это правило не нарушалось. Это было заметно даже по Арику. Некогда, в самом начале, он тоже пытался ухаживать за Лилит, пораженный ее красотой и уникальностью. Но, поняв, что фея не отвечает ему взаимностью, а все ее внимание нацелено лишь на одного Риванса, Арик отступил. Но нежные чувства не спешили отступать из его сердца. Угли страсти теплились в его душе, хоть он всеми силами пытался их затушить после того, как Лилит и Кай обрели парные узы.

Так вот и, смотря на забавное трио Лэнгли-Парсон-Джин, Тедди не чувствовал ревности, ну, если только чуть-чуть, и то только из-за того, что они отнимают ее внимание от него.

Разбившись на пары, они до позднего вечера играли в приставку, настольные игры, карты и даже пытались втянуть Джин в шуточный рукопашный бой.

Похрюкивая от смеха, Чандлер с издевкой наблюдал за тем, как маленькая, хрупкая женщина размазала двух огромных мужиков по ковру, даже особо не напрягаясь при этом.

- Я поддался. - торопливо оправдывался Райан, поднимаясь с пола и держась за вывихнутое плечо.

- И я. - пыхтел Энцо, потирая ушибленное колено.

- Ну да конечно! - смеялся Тедди - Она вас уделала в сухую. И это при том, что вас было двое, а она одна.

Зардевшись от похвалы, Джин запрыгнула к нему на колени и свернулась там в клубок, хитро поблескивая бирюзовыми глазами в сторону друзей.

А теперь, стоя посреди военного корпуса, он чувствовал, как блаженная пелена постепенно скатывается с нее. Возвращается привычная напряженность во взгляде, скованность в позвоночнике и плечах. Нервозно сжимаются челюсти и подрагивают желваки.

- Эй! - провел он рукой по напряженной спине - Помни, мы можем вернуться в любое время. Одно твое слово, и мы там.

Джин ничего не ответила, лишь благодарно улыбнулась.

- Торингейл!

Из здания Королевской гвардии, по широким ступеням к ним торопливо спускались Зак и Бил.

- Тебя все уже обыскались! - затараторил Зак.

- Пансек рвет и мечет, требуя тебя. - дополнил его Бил - Поступило новое задание категории 1С. Нам еще вчера надо было выдвинуться на объект.

Обреченно выдохнув, Джин бросила на Тедди скорбный взгляд: "Я же говорила, что будут искать."

- А что значит 1С?

Любопытство Тедди было не просто праздным. Что это за задание такое, в котором требовалось непременное участие Аббадон?

- Все что содержит код "1С" - является сложным, опасным и тяжело выполнимым. - спокойно пояснила Джин, перекладывая коробку со своим подарком из одной руки в другую.

- А почему не послали Шакса? - Тедди адресовал вопрос Билу и Заку, но, казалось, их внимание полностью потерялось в коробке, которую держала в руках Джин.

- О-о-о! - расплываясь в ехидной улыбочке, протянул Бил, не сводя жадного взгляда с коробки - У него с Пансеком произошел конфликт. И Шакс пригрозил, что если Пансек в течение недели попадется ему на глаза, то он откусит ему голову.

- М-да. В его духе. - хрюкнула Джин.

- Ну, давай уже показывай, что там? - в нетерпении пританцовывал Бил, тыча пальцем в коробку.

Джин томить не стала. С гордым видом открыв коробку, она с наслаждением наблюдала, как у парней вытянулись лица, округлились глаза, раскрылись рты, из которых закапала жадная слюна.

- Вот это да. - выдохнул Зак и уже потянулся рукой к пистолетам.

Джин отреагировала довольно резко.

- Но-но-но! - треснула она его поруке - Лапами не мацать.

- Это ты подарил? - метнул быстрый взгляд в сторону Тедди Бил.

- Ты бы видел его винтовку. - Джин состряпала заговорщицкую мордашку и начала в подробностях описывать "малышку".

Прикусив нижнюю губу, мученически скорчив лицо, приседая и сжимая бедра, Бил поскуливал от зависти, и создавалось впечатление, что он вот-вот уписается.

- Дашь пострелять? - взмолился он.

- Нет. - резко ответил Тедди.

- Так! Это все хорошо. Но нам пора выдвигаться на объект. Люси уже готова. Только тебя ждем. - заторопил Джин Зак.

Взяв из рук Джин коробку и поцеловав ее в висок, Тедди пообещал, что отнесет подарок в ее кабинет и что она может спокойно ехать работать.

Он уже защел в здание, а Джин с парнями направились к парковке, где их ждал фургон, как в здании Королевской гвардии прогремел оглушительный взрыв.

Ударная волна вынесла окна и часть стены. Огонь полыхнул моментально, и языки пламени вмиг объяли эпицентр взрыва.

- Мать твою! - сипло произнес Зак - Это же наш кабинет!

Мир Джин схлопнулся в одно мгновение.

Рухнув на колени, она как зачарованная смотрела на пожарище. В ушах стоял звон, заглушающий посторонние звуки. Мир вокруг перестал существовать и сосредоточился лишь на том месте, где еще минуту назад были окна ее кабинета, а теперь там была огромная дыра, объятая пламенем.

Из легких вышел последний воздух, а новая порция кислорода никак не хотела проскальзывать внутрь. На шее словно затянулась невидимая петля, сдавливающая горло. Легкие слиплись, а тело застыло вне времени.

Стоя на коленях, она не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться, ни крикнуть, ни издать любой другой звук. Тело отказывалось слушаться в то время, как все ее нутро билось и трясло невидимые прутья клетки. Орало визгом и металось из стороны в сторону.

Вокруг царил хаос. Люди бегали, кричали, пытались потушить пожар. Зак и Бил трясли ее, пытаясь привести в чувства что-то кричали ей в лицо. Но она не реагировала.

А в голове крутилось лишь одно:- Он погиб. Он погиб. Он погиб. Его больше нет.

Видимо, она уже начала синеть от нехватки кислорода, раз Зак, хлопая ее по щекам, орал во все горло:

- Дыши! Дыши!

Но она не могла. Просто не могла. Удавка на шее стягивалась все сильнее и сильнее.

Сколько прошло времени, она не знала. Тридцать секунд? Минута? Пять минут?

В глазах уже начало все темнеть. Зрение затуманилось и появились черные мошки. Она была готова вот-вот потерять сознание как темная тень упала рядом с ней на колени.

В поле зрения появились любимые карие глаза. Напуганные, взволнованные, с надвинутыми хмурыми бровями.

Она почувствовала на щеках знакомое прикосновение. Так ее трогал только он. А сквозь звон в ушах начал пробиваться до боли знакомый голос.

- Джин, дыши. Дыши. Это я. Я жив. Дыши, малыш. Дыши.

Это правда был он? Или это игра ее повредившегося рассудка? Он? Или нет? Иллюзия? Чья-то злая шутка?

- Джин! - встряхнул он ее как следует - Дыши!

И, наконец, легкие расправились, а петля на шее ослабла, и Джин сделала первый громкий, хриплый, тяжелый вздох.

Поняв, что это действительно он, она начала его щупать всего с головы до ног, пытаясь выявить степень повреждений и, к своему удивлению, заметила, что на нем не было ни единой царапины.

Тогда-то краем глаза она и заметила, как рядом с ними, на земле лежал бледный Алекс и, прикрывая глаза рукой, пытался отдышаться. На лбу капельки липкого пота, губы перекошены и плотно сжаты, а грудь вздымалась тяжело и часто.

Джин знала, через что он сейчас проходит. Такова цена за телепортацию пассажира.

- Чандлер, сука! - промычал Алекс - Что ж ты такой тяжелый-то?!

- Живой! - трясла Джин Тедди, за грудки - Живой. Я думала ты... ты...

- Тихо-тихо! - успокаивал ее Тедди прижимая к своей груди - Алекс успел за секунду до взрыва. Он спас меня.

- Не стоит благодарности. - хрипло застонал Барнс.

Дело случая. Удачного случая. Алекс просто проходил мимо, когда Тедди открывал дверь кабинета Джин. Военный опыт и навыки обоих помогли за секунду распознать звук щелчка отлетающего от взрывчатки спускового механизма, что спровоцировала открывающаяся дверь.

Барнс среагировал моментально. Выставив щит на максимум, он прикрыл себя и Тедди от взрывной волны, а затем, дотянувшись до Чандлера, перебросил их на улицу.

Зак пытался облегчить состояние Алекса, а Бил бросился на помощь тушить пожар здания. Джин, прижавшись к Тедди, все еще не могла поверить в то, что он действительно цел и невредим.

А позже, когда вся суета улеглась, пожар был потушен, а Тедди отправился в казарму к рекрутам, Джин осталась одна. И тут в ход включилось критическое мышление. Словно ядовитый газ, оно проникало и опутывало сознание, приводя к одному и тому же выводу - он чуть не погиб из-за нее.

Это она должна была открывать кабинет и напороться на взрывчатку. Это для нее была расставлена ловушка. За ней шла охота. Ее хотели убить. Она была целью.

А Тедди... Тедди попал под удар только из-за того, что находился рядом с ней.

Невеселые мысли и критический анализ стягивали петлю на шее из фатальных, болезненных, но, на ее взгляд, рациональных решений все туже и туже. И в конце концов она пришла к одному единственному правильному решению.

Болезненному, смертельно болезненному решению. Но она должна это сделать. Потому что искренне считала, что это будет правильно.

Глава 27

Достав из ящика стола черную велюровую коробочку, которую Тедди прихватил из дома, когда в последний раз был на Хистерии, он долго крутил ее в руках, а затем открыл.

На такой же черной подкладке лежало кольцо из белого золота с черным ониксом. Кольцо было витиеватым, словно стебли плюща обвивали и крепко удерживали большой черный камень в центре.

Семейная драгоценность. Она передавалась в роду из поколения в поколение строго по женской линии. Но так как Тедди был единственным ребенком в семье, мать завещала отдать это кольцо лишь той, на кого отзовется и сердце, и душа сына. Лишь той, в ком он почувствует свою истинную пару, кто будет ему равной во всем.

Раньше он и представить не мог, какой должна быть женщина, чтобы согласиться носить такое кольцо с черным камнем. Обычно женщины предпочитают бриллианты или любые другие цветные камни. Оникс же считался более мужским, нежели женским.

Но, встретив Джин, он понял, что это кольцо словно создано специально для нее. Она та самая, кому он готов передать семейную реликвию,единственная,кому он готов ее передать. Другой такой, как она, больше не существует во всем мире.

Женщина, которая способна изменить его до неузнаваемости, перевернуть весь его привычный образ жизни и мировоззрение на триста шестьдесят градусов. Не напрягаясь, играючи поставить его перед собой на колени и подчинить своей воле.

Да, ему понадобилось время, чтобы признать это. Но когда он впервые встретил ее, когда она оценивающе посмотрела на него, как на выставочного племенного жеребца на ярмарке, и заявила, что хочет его в качестве трофея, что-то внутри него дрогнуло уже тогда.

Когда она, не моргнув глазом, всадила нож в руку тому, кто только посмел подойти слишком близко к ее границам и ощупать их, в нем что-то дрогнуло.

Когда она мягко и тактично отнеслась к маленькой Реджине, пытаясь помочь ей советом, проявив заботу, тепло и мягкость, что-то внутри дрогнуло.

Их первый поцелуй, который пробудил в нем что-то темное, первобытное, жадное и властное, он не забудет никогда.

А когда он впервые потерял над собой контроль, увидев, что ее посмел коснуться другой, уже тогда он понял, что действительно влюбился. Влюбился как жадный, нетерпеливый, глупый мальчишка.

Когда она впервые показала ему свою уязвимость, рассказала о своих истинных страхах и тех демонах, что скрываются внутри, он понял, что хочет быть рядом с ней и оберегать любой ценой, даже ценой собственной жизни, всегда.

И теперь, держа в руках фамильную ценность, он понял, что должен, должен сделать ее своей раз и навсегда. Попросить о том, о чем до этого не просил ни одну женщину, о чем даже в мыслях не примерял ни к одной женщине до встречи с ней.

Стоя в ее прихожей через тридцать минут после судьбоносного для себя решения, Чандлер нервно топтался, как сопливый юнец, не зная, с чего начать разговор.

После того случая она два дня подряд избегала его. Опять. Не выходила на связь, не отвечала на звонки и сообщения, не приходила домой, хотя каждую ночь он ждал, что она вот-вот появится.

Но благодаря их связи он всегда мог ее найти. Где бы она ни была, он знал, где ее искать. Она испугалась за него, впервые в жизни так сильно. И Тедди знал, что ей требуется время, чтобы побыть одной и успокоиться. Уважал ее границы и потребность в уединении. Хотя все его нутро орало, что так нельзя и ни к чему хорошему это не приведет.

Внешний вид Джин был довольно хмурым, бледным и скованным. Она была резкой и дерганной. Интуиция подсказывала ему, что момент не самый благодушный и лучше бы перенести его на более подходящее время. Создать подходящий для момента антураж, романтическую обстановку, подготовиться. Но нетерпение опрометчиво толкало вперед.

- Зачем пришел?

Она явно не хотела пропускать его дальше прихожей.

- Поговорить.

- Говори.

- Может, ты все-таки пропустишь меня внутрь?

Он терпеть не мог напрашиваться и уж тем более что бы ему делали одолжение. А судя по тому, в каком напряжении она была, он явно был нежеланным гостем в ее доме.

Раздраженно фыркнув, Джин все-таки пустила его в квартиру.

Зайдя вглубь, Тедди поразился исключительному минимализму ее жилища. Одна комната сочетала в себе и спальню, и гостиную, и кухню. Маленькая и неуютная квартирка, пригодная лишь для того, чтобы прийти и переночевать в ней, но не для более комфортного постоянного проживания.