Первое, что я сделал, добравшись до капитанского мостика, — посмотрел координаты. На моей памяти экстренный прыжок ещё никогда не приводил к чему-то хорошему. И, на самом деле, я хотел скрыть таким образом свой просчёт. Что делает командир первым делом, когда противник входит в пространственные врата?
Первым делом он эти самые врата закрывает. Делает такими маленькими, чтобы через них мог только человек в скафандре пролететь. Да и то не всегда. Вместо этого я не озаботился такими вещами, из-за чего корабли пиратов вошли в новую для себя систему. Что они здесь обнаружат? Хороший вопрос, ответа на который у меня нет. Может, вторую часть корабля предтеч. Проклятье! А ведь она действительно может где-то валяться.
В общем, как ни крути, кругом мой просчёт. Нужно исправляться.
— Куда летим? — спросил я навигатора. Молодой парень, из выживших на Гиперионе-7. Толковый, быстрый, но иногда слишком нервный. Вдруг сейчас тоже слишком нервничал и ошибся?
— Система Рейнар, — ответил он, не отрываясь от консоли. — Форпост «Стена». Я там служил до перевода в учебный флот. Координаты вбил на автомате, извините, это первое, что в голову пришло.
— Ты сделал всё правильно, — успокоил его Адриан Валк. — Координаты знакомые, значит, точные. На выходе не окажемся внутри звезды. Это главное. На будущее — нужно сделать набор координат для быстрого ввода. С подобной ситуацией я никогда не сталкивался, поэтому оплошал. Моя вина.
— Если кого и винить — то меня, — мне даже как-то легче стало, что кругом все считают себя виноватыми. Не только я. — Врата можно было закрыть.
— Логично предположить, что у пиратов есть свои специалисты по вратам, — послышался голос Векса. — Они бы с лёгкостью их открыли, сколько бы ты ни закрывал. Так что ты действовал логично. По поводу координат капитан прав. Я тоже не продумал этот момент. Уже поставил себе задачу.
Вот, теперь ещё и Векс считает, что он где-то ошибся. Отлично, значит я не такой и грувакоподобный владелец команды наёмников.
— Сколько нам лететь до Рейнара? — уточнил я.
— Девять суток, — ответил навигатор. — Плюс-минус шесть часов, в зависимости от потоков.
Девять суток. Нормально. Не три недели, как до планеты с кораблём предтеч, но и не три дня, за которые не успеешь ничего обдумать.
— Форпост «Стена» — это империя, — заметил капитан Валк. — Нас просканируют.
— Понимаю, — кивнул я. — Вот только сканеры через биоволокно не пробьют, а обломки — это задание советника императора. Как только он узнает о том, что мы их притащили, никакие сканеры нас близко не коснутся. Что касается Ариса… Да, с ним нужно разбираться. Капитан Валк, корабль на тебе. «Малыши» — идём на Таркос. Нужно поговорить.
Адриан Валк только кивнул. Он уже привык к тому, что во время гиперпрыжка половина экипажа уходит через врата на Таркос пить чай и отдыхать на базе от долгого перелёта, хотя первые переходы недовольно ворчал. Сейчас уже и сам нет-нет, да выйдет с корабля на твёрдую поверхность, чтобы поспать при нормальной, а не искусственной гравитации.
Через двадцать минут девять «Малышей» стояли на поверхности Таркоса. Тусклое солнце больше смущало, чем радовало, а серый камень создавал атмосферу полного уныния. Дрянное место, если честно. Зато наше. И, что куда важнее, здесь нас никто не слышит. Только мы и мёртвые камни. Даже от базы мы отлетели на приличное расстояние. Просто потому, что так надёжней.
— Есть вопрос, который нужно решить до возвращения в империю, — объявил я.
— Арис, — догадался Вальтер.
— Арис, — подтвердил я.
— Давай конкретней, — попросил Райн. — Хочешь обсудить, что с ним делать, или что делать с тем, что он успел узнать о нас?
— И то, и другое, и третье, — кивнул я. — Арис кое-что мне поведал, и это кое-что в корне может поменять нашу жизнь.
Я пересказал разговор, не забывая про детали. Обрубок Альмора. Император — машина предтеч. Советники — поглощённые люди. Единый разум. Трон. Когда закончил, в эфире стояла такая тишина, что было слышно, как потрескивает разреженная атмосфера за стеклом визоров.
— Есть хоть какие-то доказательства? — первым спросил Векс. — Информация Ариса алогична и не подлежит восприятию. Передача информации на таком расстоянии, а между Арисом и императором было явно не два метра, невозможна. Однако он утверждает, что каким-то образом получал данные. Нужны доказательства.
— Ты прекрасно знаешь, что их нет, — ответил я. — Есть только слова Ариса и обрывки информации от его якобы сохранившейся матрицы. Ничего, что можно положить на стол и сказать: «Вот, смотрите».
— Тогда это ничто, — произнёс Векс. — Информация, не подкреплённая доказательствами, не является информацией. Она является гипотезой.
— Гипотезой, сформулированной бывшим управляющим артефактами предтеч дома Соларионов, — возразил Аларик. — Не пьяного грузчика с космопорта. Арис Соларион долгое время занимался вещами, о которых мы даже представления не имеем. Если он говорит, что император — машина, я склонен ему верить.
— Склонен верить — не значит «верю», — парировал Вальтер. — Лёд, я тебя уважаю, но давай начистоту. Допустим, император действительно машина. Допустим, его советники — поглощённые люди. Допустим, всё это правда от первого слова до последнего. И что?
— Как «и что»? — Аларик даже повернулся к нему всем корпусом. Для него это было проявлением крайнего удивления. — Империей управляет нечеловеческий разум. Механизм предтеч, преследующий неизвестные цели. Тебя это не беспокоит?
— Меня беспокоит, что нас могут убить, — ответил Вальтер, и голос у него был спокойный, как у Векса. — Империей управляет кто-то или что-то уже не первую сотню лет. При этом империя стоит. Люди живут. Торгуют. Воюют. Рожают детей. Ты и я вышли из великих родов, значит, эти рода существуют и прекрасно функционируют. Если машина всё это обеспечивает — какая разница, машина она или нет?
— Разница в том, что эта машина поглощает людей, — вмешалась Зорина. Её голос был непривычно тихим и задумчивым. — Маркуса, туда ему уроду дорога, сожрала целиком. Ариса практически сожрала. Напомнить, что эта машина сделала со мной? Когда император начал вытягивать из меня матрицу, я думала, что сдохну от боли. Не хотела бы я пережить это ещё раз.
Зорина сделала паузу, позволяя нам вспомнить тот эпизод. Наше первое знакомство с императором. Век бы его не видеть, на самом деле!
— И при всём при этом, — продолжила Зорина, — Арис тоже далеко не подарок. Он манипулировал нами с первого дня. Использовал Ксорха как инструмент. Отправил нас на «Кузницу» не из доброты, а чтобы вырастить команду для своих целей. Каждый наш шаг был им просчитан. Каждый!
— До момента, когда его самого сожрали, — добавил Райн.
— Именно, — кивнула Зорина. — Арис — зло. Но машина на троне — зло не меньшее. А может, и большее, мы не знаем. Вопрос в том, какое зло выбрать.
— Никакое, — сказал Вальтер. — В этом и суть. Мы вольные наёмники. Не рыцари, не спасители галактики, не борцы за справедливость. Проблема с императором — это проблема империи. Придворных. Великих домов. Кого угодно, только не нас. Мы должны сдать обломки корабля предтеч, вернуть Ариса и улететь. Дальше — не наше дело.
— А когда это не-наше-дело придёт к нам? — спросил Аларик. — Арис сказал, что император заинтересован в Ксорхе. В его способностях. Если машина поглощает людей с матрицами, а у нашего командира есть матрица, которую никто не видит, что произойдёт, когда император доберётся и до него?
— Вот именно поэтому никто не должен знать о матрице, — отрезал Вальтер. — Мы держим рот на замке, сдаём груз, забираем гонорар и уходим. Чем меньше мы лезем в дела империи, тем дольше живём.
— Практично, — заметил Ториан. — Мне нравится.
— Малыш прав, — поддержал Райн. — Вытаскивать Ариса из тюрьмы — это объявить войну империи. У нас один крейсер. Математика не в нашу пользу, как бы Калькулятор ни считал.
— Математика подтверждает, — кивнул Векс. — Даже с учётом врат предтеч и базы на Таркосе, прямое противостояние с империей заканчивается нашим уничтожением в ста процентах случаев. Вопрос только во времени. Как быстро нас догонят.
— Лана? Орин? Рорк? — я посмотрел на молчавших.
— Я с Малышом, — сказал Орин. — Не наше дело.
— Аналогично, — кивнул Рорк. — У меня тут база недостроенная. Мне бы жить, а не с империей воевать.
— Я понимаю Льда, — тихо произнесла Лана. — Но Малыш прав. Мы не потянем.
Аларик молчал. Не спорил. Он умел принимать решения большинства, даже если они ему не нравились. Он высказал свою позицию, его услышали, а дальше — дисциплина. Лиарданы действительно были такими.
— Значит, решено, — подвёл итог Райн. — Ариса возвращаем. В дела империи не лезем. Информацию про императора запираем печатью памяти и забываем. Ксорх?
— Согласен, — ответил я. — Решение группы принимаю.
И я действительно его принял. «Малыши» правы. Вытаскивать Ариса — безумие. Воевать с империей — самоубийство. Мы наёмники, а не революционеры.
Вот только…
Вот только кое-что я всё же сделаю. Не для Ариса. Для себя. Потому что информация о том, где находится единственный человек, способный рассказать правду об императоре, не должна исчезнуть вместе с его возвращением на Жердан-4. Не сегодня, не завтра, может, даже не через год. Но когда-нибудь эта информация пригодится. Есть у информации такое свойство — пригождаться тогда, когда никто её не ждёт.
«Эхо», — мысленно позвал я, пока остальные обсуждали график дежурств на Таркосе.
«Это нерационально, но логично», — ответил Эхо, прекрасно умея считывать мои мысли. — «Для того, чтобы получить координаты Жердана-4, мне потребуется провернуть тот же фокус, который провернул Лоран Соларион с нами. Вживить частичку себя в Ариса. Сформировать маячок, который будет невидим не только для обрубка Альмора, но также для сканеров и чужих матриц. Но…».
«Но?» — спросил я, так как Эхо взял паузу.
«Это будет стоить пять процентов моей текущей функциональности. С двадцати пяти до двадцати. Частица отделится и начнёт существовать автономно. Я не смогу забрать её обратно. Это работает только в одну сторону. Как только закончится заряд, частицы безвозвратно исчезнут».
Пять процентов. Это как отрезать себе палец, чтобы приклеить к чужому плечу камеру наблюдения. Больно, но результат того стоит.
«Сможешь вживить незаметно?» — спросил я. — «Без физического контакта?»
«Нет», — ответил Эхо. — «Потребуется касание. Достаточно трёх секунд».
«Делаем», — решил я. — «Готовь частицу. Когда будет момент, я коснусь Ариса».
«Принято», — ответил Эхо. — «На подготовку нужно около двенадцати часов. Предупрежу, когда будет готово».
Я вернулся к общему разговору, который успел перейти от высоких материй к куда более насущным вопросам — кто, когда и на сколько часов спускается на Таркос, и кто остаётся на «Груваке».
Решение по Арису было принято. Логичное и безопасное. «Малыши» его одобрили. Я его одобрил. Но у каждого логичного решения есть изнанка. И моя изнанка заключалась в том, что сжигать мосты я не собирался. Даже когда этого требовал здравый смысл.
Следующие девять суток прошли без приключений. Никто нас не выдёргивал из гипера, никто не нападал на нашу базу. Это было настолько нетипично для «Малышей», что начинало нервировать. Обычно, когда у нас складывалось всё хорошо, смело можно было ждать беды.
На Таркосе мы отдыхали посменно. Шестнадцать часов на планете, восемь на «Груваке». Рорк дорабатывал базу — систему жизнеобеспечения вылизывал до последнего фильтра, превращая модульную базу в настоящий курорт. Векс, впрочем, как всегда, что-то высчитывал, не прерываясь даже во сне. Ториан с Орином тягали какие-то железяки. Для них это было что-то вроде медитации. Остальные просто отдыхали.
Как и мы с Зориной. Это были первые девять дней нашей совместной жизни, которые мы потратили только друг на друга. Раньше всегда возникали какие-то преграды. То Вальтер невовремя придёт домой, то срочно приходиться бежать на другой конец галактики, то нужно сражаться с ксорхианцами. Сейчас же остались только мы вдвоём. Нам выделили отдельный жилой блок на Таркосе, откуда мы не вылезали несколько суток, прерываясь, разве что, только на еду и сон.
Хотя, лукавлю — за сутки до выхода из гипера мне пришлось потратить время ещё и на Ариса. Эхо сообщил, что маяк готов к передаче носителю, так что я пошёл к Арису, чтобы «обсудить порядок его передачи имперцам». Когда он пожал мне руку, возник контакт на три секунды. Дело было сделано. Ни Арис, ни обрубок Альмора ничего не заметили. Эхо был невидим даже в форме маячка.
«Частица закрепилась», — доложил Эхо. — «Координаты будут доступны, как только его доставят на место. Заряда хватит примерно на два года. Потом она рассеется».
Что касается самого Ариса — он больше не поднимал тему с вытаскиванием. Словно сказал всё, что хотел, и теперь просто терпеливо ждал моей реакции. Триста двадцать лет жизни учат ждать.
На девятые сутки «Грувака» вышел из гиперпространства в системе Рейнар. Вся команда была на посту — сканирование должно показать правильное количество биосигнатур. Случайности нам не нужны.
— Форпост «Стена» на связи, — произнёс капитан. — Нас уже видят.
Форпост представлял собой стандартную орбитальную станцию среднего класса. Три причальных сектора, защитные плазменные пушки, пара тяжёлых фрегатов охранения. Ничего выдающегося, даже малого крейсера не было. Обычный глухой угол империи, каких тысячи. Именно это нам и было нужно — тихое место, где можно спокойно связаться с Лораном Соларионом и дождаться инструкций.
Вот только спокойно не вышло.
— «Грувака», говорит форпост «Стена»! — В эфире раздался встревоженный голос диспетчера. — На вашем борту зафиксированы материалы предтеч! Немедленно погасите двигатели и оставайтесь на текущей позиции! Это приказ! В случае неповиновения вы будете объявлены врагами империи! Информация о вас уже отправлена в центр!
А вот и сканеры. Обломки корабля находились в трюме, так что их было не спрятать. Собственно, прятать мы и не собирались. Этот груз — наше задание. Вот только маленький форпост на краю империи об этом не знает. Для них мы — нарушители, перевозящие незарегистрированные артефакты предтеч. А это, на минуточку, статья с гарантированным пожизненным заключением. Или казнью, если артефакт окажется достаточно ценным.
«Груваку» захватили лучи притяжения станции. Не то чтобы мы не могли от них уйти — гиперпрыжок с места такие лучи не блокируют. Но побег сейчас мог означать только одно — мы преступники и официально в этом признаёмся. Этого нам точно не нужно.
— Говорит барон Каэль Золотой, — произнёс я в общий канал, стараясь звучать максимально скучающе. — Командир вольного отряда наёмников «Малыши». Малый крейсер «Грувака» выполняет задание советника императора. Материалы предтеч на борту являются результатом выполнения этого задания. Регистрационный код миссии — Лоран-дельта-ноль-семь. Прошу связаться с имперской канцелярией для проверки наших полномочий.
Повисла долгая и какая-то нервная пауза. Я представлял, как на форпосте сейчас бегают офицеры, отправляя запрос в центр и проклинают гиперсвязь, которая работает так медленно.
— Барон Золотой, код миссии не подтверждается, — наконец, ответил другой голос. Командир станции, судя по тону. — Повторите идентификационные данные.
— Код не подтверждается, потому что миссия засекречена, — ответил я. — Повторяю ещё раз — свяжитесь с имперской канцелярией, а не отправляйте запросы в базы данных. И настоятельно рекомендую не приближаться к моему кораблю. Советник императора крайне болезненно реагирует на тех, кто мешает выполнению его заданий. Последний, кто попробовал, до сих пор служит на метеостанции в системе без названия. Если она вообще считается системой.
Последнюю часть я придумал на ходу, но звучало убедительно. Связываться с советниками императора не хотел никто. Это были люди — или, как выяснилось, не совсем люди, — которые одним словом могли уничтожить любую карьеру.
— Принято, — произнёс командир станции после очередной паузы. — Ожидайте.
Ожидание затянулось на двое суток. Двое! За это время я успел трижды спуститься на Таркос, дважды поругаться с Рорком по поводу расположения генератора на базе и один раз сыграть с Торианом в карты. Проиграл. У Мускула, оказывается, была стальная выдержка, когда дело касалось блефа.
Форпост «Стена» всё это время молчал. Лучи притяжения не отключали, но и не предпринимали попыток досмотра. Видимо, слова про советника императора подействовали лучше любого документа.
А на третий день в системе появилось то, чего не ожидал никто. Даже я.
— Ксорх, тебе лучше увидеть это самому, — голос капитана Валка оставался ровным, как обычно, но я научился различать в нём оттенки. Сейчас оттенок был таким, что я вскочил с кровати, вызвав недовольное бурчание Зорины, быстро натянул на себя форму и бросился в капитанскую рубку. Да, капитан Валк был прав — это нужно было увидеть собственными глазами.
Из гиперпространства выходил флот. Не эскадра, не группа кораблей — целый флот. Тяжёлые крейсера, линкоры, корабли обеспечения. Они появлялись один за другим, заполняя пространство так, словно кто-то опрокинул ведро с металлическими игрушками. И на каждом корабле стоял символ дома Соларионов. Высшей его ветки. Личная эскадра его императорского величества!
— Семь линкоров, — безэмоционально произнёс Векс, словно говорил о чём-то обычном. — Двадцать два тяжёлых крейсера. Сорок семь средних. Корабли обеспечения и малые суда я даже не стал считать. Их больше сотни.
— Что б их всех груваки разорвали, — пробурчал Райн. — Да Шестой флот нервно курит в сторонке рядом с этим! И почему он не сражается с ксорхами?
Шестой флот Соларионов, который мы видели на Гиперионе-7, казался патрулём по сравнению с тем, что сейчас разворачивалось перед нами. Семь линкоров! За обломками корабля предтеч империя пригнала армаду, способную захватить целый сектор! И да — вопрос Райна был вполне резонным. Семь линкоров моги бы внести огромный вклад в победу над вторгшимися ксорхами. Но нет! Вместо того, чтобы сражаться с сердцевиками, линкоры прибыли сюда.
— «Грувака», говорит флагман «Немезида», — раздался в эфире холодный голос. Чем-то он напоминал Ариса в его лучшие годы. Такой же властный и не подразумевающий возражений. — Второй советник императора Станис Соларион. Подготовьте груз к передаче. Стыковочные координаты отправлены.
Так, а что происходит? Почему нас встретил не Лоран, а Станис Соларион? Технически мы выполняем задание именно Лорана Солариона, ректора Императорской военной академии, а не одного из советников императора. Значит, и результаты должны передаваться ИВА, а не империи. Но нет — к нам явился не просто советник, а второй! По сути — третье лицо империи Тирис! Что говорит о том, насколько имперцы заинтересованы в обломках корабля предтеч.
— Принято, — ответил я. — Груз готов.
Следующие шесть часов превратились в бюрократический ад. На «Груваку» поднялась целая армия техников в белых костюмах. Они вскрыли трюм, обследовали полусферу со всех сторон, просканировали каждый квадратный сантиметр, взяли пробы и лишь после этого начали выгрузку.
Параллельно «Груваку» просвечивали ещё раз, только на этот раз более тщательно, палубу за палубой. Имперцев можно было понять — раз мы контактировали с обломками предтеч, с вероятностью в сто процентов присвоили себе несколько предметов. Просто ради памяти. Так что искали как незарегистрированные артефакты, так и потенциальную контрабанду, которая не имела права находиться на борту вольного наёмника. Биоволокно не подвело. Помещения с вратами предтеч для сканеров просто не существовало. Обычная несущая стена из фазового сплава. Ничего интересного.
Когда техники закончили, настала очередь Ариса.
За ним пришли четверо. Молчаливые, в чёрных костюмах без знаков различия. Арис вышел из своей каюты, превратившись в того Ариса, которого нам привезли. Сломанный, как физически, так и морально. Опущенные плечи, шаркающие ноги и общее ощущение того, что из этого человека вытянули стержень. Если бы я не знал, что это маска, проникся бы основательно. Арис ушёл, даже не понимая взгляд. Не сказав ни слова, ни сделав лишнего жеста. Сломленные люди ничего не делают.
Я смотрел ему вслед и поймал себя на странном ощущении. Этот человек использовал меня. Манипулировал. Чуть не погубил. А теперь, когда его уводили, я чувствовал что-то похожее на сожаление. Груваки бы побрали все эти человеческие слабости!
Долго рефлексировать мне не дали.
— Барон Золотой, — раздался голос по внутреннему каналу. — Советник Станис Соларион ожидает вас на «Немезиде». Шаттл подготовлен. Форма одежды — без бронекостюма.
Вот это мне нравилось куда меньше. Отказаться от приглашения советника императора права у меня не было. Это всё равно, что подписать себе приговор. Ещё и «Призрак» надевать не разрешили. Прикинув все за и против, я даже усмехнулся. Прибывшие уже скачали с «Груваки» все технические данные, теперь требовалось словесное описание произошедшего. Не удивлюсь, если под эликсиром правды. Империя иначе не работает.
Станис Соларион принял меня в отсеке, который больше напоминал допросную, чем приёмную. Голые стены, стол, два стула. На столе стоял небольшой флакон с мутной жидкостью и стакан. Внешне второй советник императора напоминал Лорана — та же нечеловеческая неподвижность лица, те же металлические глаза, в которых нет ничего живого, те же металлические вкрапления на коже. Единый разум, разделённый на несколько тел. Теперь, зная правду, я видел это отчётливо.
— Пей, — приказал Станис Соларион, кивнув на флакон. Ни здравствуй, ни до свидания. Просто безапелляционный приказ.
Я действовал так, как от меня и ожидалось. Взял стакан, налил содержимое и выпил одним залпом. Тут же включился Эхо, блокируя действия эликсира. Матрица советника сканировала меня на всех доступных ей уровнях. Эхо прекрасно видел сканирование, но уже не переживал по его поводу. Сканируют и ладно. С кем не бывает?
— Мне нужен подробный рассказ, как вы добыли обломки, — потребовал Станис.
Я и рассказал. Прибытие к координатам. Четыре сердцевика в системе. Врата предтеч, находящиеся прямо в системе. Исследование врат и принятие решения о том, что их можно использовать для перевода ксорхов на территорию «Чёрного норка». Пока ксорхи и пираты уничтожали друг друга, «Малыши» забрали обломки и ушли. Пираты справились с ксорхами, но перехватить «Груваку» не успели. Всё это было правдой. Неполной, но правдой. Никаких свечений обломков корабля предтеч. Никакого управления кораблями ксорхианцев. Тем более никаких найденных наночастиц. Всё сугубо на везении.
— Значит, появление ксорхов в системе Кхатар-Прайм — твоих рук дело? — понял Станис.
— Да, — кивнул я. — Это месть за попытку меня убить. За мной отправили убийцу из «Величия», я отправил им четыре сердцевика ксорхианцев.
Скрывать этот момент я не собирался. Нет смысла — пираты определённо видели «Груваку» в системе ксорхов. Не успели перехватить, но видели. Сложить два плюс два им не сложно. Линкор вышел через врата практически сразу после нашего отлёта. Они прекрасно понимают, кто привёл ксорхов в их центральную систему. Так что лучше действовать на опережение. Пусть все знают, что связываться с «Малышами» не стоит, потому что никогда не знаешь, что они сумеют вытворить. Репутация в нашем деле — инструмент не менее важный, чем боевой меч.
— Ты открыл врата предтеч из ксорхианской системы в центральную систему пиратов, — медленно произнёс Станис, и его мёртвое лицо на мгновение стало ещё мертвее. — При этом ты нашёл врата в самой системе? Висящими в пустом пространстве космоса?
Звучало, на самом деле, полным бредом, но я решил придерживаться именно такой легенды. Лана уже основательно поработала с внутренними данными «Груваки», причём даже теми, о которых мы и не должны были знать, так что все мои слова имели чёткое техническое подтверждение. Станис бросил взгляд на планшет, где уже отображалась информация из «Груваки».
— Всё так и было, — ответил я безжизненным голосом. — Это просто какое-то невероятное везение. Ничем другим объяснить этот факт я не могу.
— Причём вели врата, которые вы нашли случайно, именно туда, куда тебе было больше всего нужно, — Станис не спрашивал, он словно разговаривал сам с собой.
— У меня нет объяснения этому факту, — произнёс я. — Никто из нас не ожидал увидеть врата практически рядом с кораблём. Мы вышли из гипера, просканировали пространство и первое, что увидели — врата буквально в нескольких километрах от корабля. Калькулятор сделал расчёты — вероятность подобного была нулевой. Но она произошла.
— Ещё одна нулевая вероятность, — произнёс Станис Соларион, о чём-то задумавшись. — Вначале странности с самопроизвольной активацией универсального куба предтеч, теперь врата. Слишком много случайностей на единицу площади.
Я молча смотрел в одну сторону. Станис не спрашивал, так что мне оставалось только ждать, играя роль полностью подавленного эликсиром правды человека. Какое-то время Соларион общался сам с собой, после чего приказал:
— Ты забудешь наш разговор, — заявил он, после чего протянул новый флакон. — Пей.
Судя по вкусу — это был антидот. Горечь, порождённая эликсиром правды, отступила. Её Эхо блокировать не стал, чтобы чётко понимать, когда подействует антидот.
— Оба задания империя признаёт выполненными, — произнёс советник. — Месть пиратам «Чёрного норка» и доставка обломков корабля предтеч. Сейчас «Малыши» должны вернуться в академии, чтобы продолжить обучение.
Станис Соларион подошёл к двери, но всё же повернулся в мою сторону и произнёс, совершенно выбиваясь из образа советника императора:
— Использовать ксорхов против пиратов — нетривиальное решение, барон, — заявил он. — Это была впечатляющая операция. Мы это запомним.
Опять это «мы»? Что Лоран Соларион, что Станис — они все говорят «мы». Не я, не империя. Мы. Вот и попробуй после этого не верить Арису.
Я вернулся на «Груваку» и, получив разрешение, мы отправились на Вотанги. Всё, этот этап приключений можно забыть. Единственное, меня интересовал вопрос, как отреагирует «Чёрный норк». То, что реакция должна последовать — факт. Потому что с пиратами никто считаться не будет после того, как вся галактика узнает о том, что мы устроили. Одно дело сражаться с внезапно появившимися ксорхами, другое — с ксорхами, появившимися по воле «Малышей». Разница колоссальна.
Но всё это потом. Сейчас впереди у нас учёба. Хотя какая, груваки её раздери, учёба? Мы пропустили столько, что экзамены превратятся в лотерею. Либо преподаватели будут к нам лояльны за помощь империи и закроют глаза на явные промахи, либо мы вылетим после первого курса с пометкой «вернуть плату за учёбу». Радовало одно — на счету «Малышей» осталось ещё много кредитов. На всех не хватит, но, если прижмёт, выход мы всегда найдём.
А сейчас меня ждёт Зорина. Моя девушка уже написала мне в личный канал о том, что, если я срочно не появлюсь в нашем боксе, она прибьёт сначала меня, потом команду, а потом всех Соларионов этого мира, которые смеют отнимать у меня время. Время, которое я мог бы провести с ней.
Флагман «Немезида»
Через три часа после отбытия «Груваки»
Станис Соларион активировал закрытый канал гиперсвязи. Частота была нестандартной — ни один перехватчик в империи не способен был её зафиксировать. Этот канал использовался крайне редко и только для разговоров, которые никогда не должны были стать достоянием общественности.
Изображение собеседника проявилось не сразу. Сначала шум, потом контуры, потом лицо. Немолодое, жёсткое, с глубоким шрамом через левую щёку.
— Второй советник, — произнёс человек со шрамом. Ни почтения, ни враждебности, только деловой тон. — Чем обязан?
— Кто-то из твоих капитанов отправил бойца из «Величия» за бароном Золотым, — произнёс Станис. — Без согласования.
— Капитан Хари действовал по собственной инициативе, — ответил глава «Чёрного норка». — Твой Ксорх утащил у него тяжёлый крейсер. Такое не прощают. Хари принял это как личное оскорбление.
— Личное оскорбление капитана Хари обошлось «Чёрному норку» в двенадцать линкоров и семнадцать орбитальных станций, — произнёс Станис. — Золотой решил отомстить за атаку. Это он открыл врата предтеч в твою систему и направил в них четыре сердцевика. Подробности, полагаю, тебе известны лучше, чем мне.
Лицо со шрамом не изменилось, но пальцы, лежавшие на подлокотнике, побелели.
— Мне известны подробности, — после паузы произнёс он. — Как и то, что корабль мальчишки видели за вратами. Корабль империи, оснащённый по высшему разряду. Откуда у обычного вольного наёмника малый имперский крейсер с последней модификацией гипердвигателей?
— Сейчас речь не о том, откуда у Золотого его корабль, — ответил Станис. — Сейчас вопрос в том, что мы будем делать дальше. Мне не нужен конфликт между империей и «Чёрным норком». Не сейчас.
— Не нужен конфликт? — голос главы «Чёрного норка» стал тише. — Мы потеряли двенадцать линкоров. Семнадцать станций. Сотни тысяч людей. Что это, если не конфликт?
— Результат действий твоего капитана, — произнёс Станис. — Хари отправил убийцу. Золотой ответил. Чрезмерно, но симметрично. Если бы Хари не трогал Золотого, ваши линкоры были бы целы.
— Мальчишка должен ответить, — процедил глава пиратов. — Только так не будет конфликта, второй советник!
— Согласен, — неожиданно произнёс Станис. — Именно поэтому я предлагаю решение, которое устроит обе стороны.
Глава «Чёрного норка» слегка прищурился, слушая Станиса.
— Дуэль, — произнёс Станис. — Корабль против корабля. Твой капитан против «Груваки» Золотого. Один бой. Если твой капитан побеждает — вопрос закрыт, честь «Чёрного норка» восстановлена. Побеждает Золотой — ты признаёшь инцидент исчерпанным и больше не предъявляешь по этому поводу претензий.
— Корабль против корабля? — глава «Чёрного норка» откинулся в кресле. — У мальчишки малый крейсер. Хочешь, чтобы я выставил равнозначное судно?
— Малый или средний крейсера, — заявил Станис Соларион. — Выбор корабля, как и капитана, за тобой. Важное условие — третьи стороны не вмешиваются. Бой один на один.
— Когда? — после долгих размышлений спросил мужчина со шрамом.
— Место и время определишь сам, — заявил Станис. — Передашь через обычный канал. Я обеспечу, чтобы барон принял вызов.
Глава «Чёрного норка» долго смотрел на советника. Дуэль позволяла восстановить репутацию без полномасштабной охоты, которая стоила бы весьма дорого. Особенно на фоне того, какие огромные ресурсы сейчас вкладывались в восстановление уничтоженных орбитальных станций.
— Принимается, — наконец произнёс он. — Если мальчишка проиграет, хочу его корабль.
— Принято, — легко согласился Станис Соларион. — Жду вызова.
Связь оборвалась. Станис Соларион несколько секунд смотрел на погасший экран. Потом активировал внутренний канал. Тот, который не использовал никаких технических средств. Прямая связь между частями единого разума, находящихся в разных частях галактики.
— Мы устроим финальную проверку, — произнёс он. — Если Золотой действительно настолько везучий, он сумеет уничтожить пирата на среднем крейсере. Хочу лично наблюдать за боем, чтобы понять, как он это делает. Если выживет, его можно будет отправить за Троном.
— Ты поступил правильно, — пришёл ответ основного разума. — Дуэль — проверка. Выживет — будем работать дальше. Погибнет — значит, мы ошиблись. Потеря приемлемая. Волнует другое — верховный ксорх развернулся и возвращается обратно. Мы не понимаем причин. Он что-то получил. Но что?
— Мне отправить наблюдателей? — спросил Станис?
— Лоран уже отправлял, — ответил основной разум. — Они уничтожены. Что могла получить древняя тварь в пустом пространстве? Причём настолько ценное, что она возвращается к источнику, минуя Трон? Мы не можем позволить себе незнание! Не сейчас, когда наша цель настолько близка! Нам нужна информация! Мы обязаны что-то придумать!