В машине неожиданно для ребят оказалось тесно: салон был заставлен разными медицинскими аппаратами, носилками, реанимационными наборами, контейнерами и другими интересными штуками, о назначении которых ребята ничего не знали.

– Сань, ты, наверное, врачом будешь? – спросил Быстров. – Как папа.

– Не знаю. – Саня засмеялся. – Почему ты так подумал? Из-за того, что часто вижу папину работу? Может, да, а может, и нет, рано еще об этом думать, – по-взрослому сказал он. – Мы еще только в шестом классе.

– Уже в шестом, – вздохнула Даша. – Мне мама так часто говорит, что «уже».

– Кстати, о маме. – Витя вдруг стал очень серьезным. – Она будет переживать из-за моей ноги. Постарайтесь мне подыграть, ладно? Ну типа ничего серьезного, ерунда, перелома нет…

– Конечно, – Даша кивнула. – Не волнуйся.

Витя Быстров жил в соседнем с Саней доме, буквально через арку, в трехкомнатной квартире. Вместе с родителями, бабушкой и младшим братом.

Дверь открыла мама, симпатичная молодая женщина в синем домашнем платье в белый горох. Витя прыгнул на левой ноге через порог.

– Мама, только не волнуйся, – предупредил он сразу. – Все нормально, это простое растяжение, неудачный прыжок через лужу! – выпалил он и, не останавливаясь, прибавил: – А это мой новый одноклассник, Саня Пастухов, он живет рядом, Дашу ты знаешь, а Санин папа – врач, он меня лечил, рентген сделал, перелома нет, повязку нужно носить еще неделю, освобождение от физкультуры есть. Ну крутотень, правда? Сань, это моя мама, Анна Петровна.

– Витенька, какой ужас! – Мама словно не слышала сына. – Что же теперь, как нога, может, в больницу поедем?

– Мы только что оттуда, – заметил Саня. – Не переживайте, пожалуйста, папа осмотрел ногу, перелома нет, ничего страшного, растяжение только. Через неделю Витя будет как новенький.

– Правда? – голос мамы дрогнул. – Твой папа – врач? Рентген делали? Да вы проходите, ребята, я сейчас… Чаю, может? Есть торт «Прага», сегодняшний.

– Саня, Даша, по кусочку торта, и я вас отпущу, – попросил Витя. – Ладно?

– Я не против, «Прагу» люблю очень. – Даша подтолкнула Саню локтем.

– Да, я тоже тортика бы съел, – согласился Саня. – Снимок ноги сделали, да, – ответил он.

– Вот и отлично. – Мама Вити улыбнулась и тихонько вздохнула. – Идите в комнату, я сейчас все приготовлю и позову, а вы мне расскажете всё-всё.

– Я помогу, Анна Петровна, – вызвалась Даша и решительно направилась на кухню.

Витя запрыгал к себе, опираясь на Санину руку.

– Тебе, наверное, костыли понадобятся. Я спрошу у папы, у них на работе наверняка есть.

– Не надо костыли, – попросил Витя. – Я лучше так прыгать буду.

– Тебе же легче будет. – Саня удивился: – Почему не хочешь?

– Мишка на костылях год ходил, – тихо сказал Витя. – Брат мой, теперь хромает, перелом сложный, под машину попал.

– Жесть! – вырвалось у Сани. – Прости, Вить, пожалуйста, прости, я не знал.

– Да ладно, я что, я норм уже, а вот мама… Она плачет до сих пор и боится теперь, что со мной случится то же, что и с Мишкой, поэтому если я падаю… ну или травма какая, переживает.

– А как брат твой сейчас?

– Врачи говорят, хромым останется. На всю жизнь. Они с папой на море сейчас, в санатории.

– Витя, я… ты… – пробормотал Саня и вдруг обнял друга. – Витя…

– Мальчики! – услышали они Дашин голос. – Торт порезан, чай на столе, ждем!

– Идем! – в один голос ответили Витя и Саня.

Саня вернулся домой грустный. Снял куртку и кроссовки, поцеловал бабушку, помыл руки и пошел в свою комнату, сел за стол, достал тетрадки и учебники.

– Санечка, случилось что? – спросила Мария Анатольевна, заглядывая к внуку. – Ты не голодный? Как кино, как ребята? Подружились? – Она села рядом.

Саня посмотрел на бабушку. На ней было платье, которое она сама сшила, новые модные очки. Такая привычная, домашняя, родная. Саня взял бабушкину руку в свою и неожиданно заплакал.

– Да что произошло-то? – всполошилась Мария Анатольевна. – Тебя обидели? Кто?

– Нет, ба. – Саня вытер слезы. – Никто меня не обижал, просто я очень устал, даже уроки делать не могу. Знаешь, Витька ногу подвернул, когда мы из кино шли, через лужу прыгнул – и вот, а я к папе его отвез, вернее, мы с Дашей. Перелома нет, но неделю дома ему придется посидеть. А потом папа нас на скорой к Вите домой отправил, там мы чай пили. Устал я, ба.

– Ну и бог с ними, с уроками этими, – махнула рукой бабушка. – Хочешь, завтра в школу не ходи, отдохни, поспи.

– Не, ба, ты что, я в школу хочу, там Даша, Витя, математика в расписании, история, кажется, география еще. Пойду точно.

– Ложись-ка в кровать, Санечка, сон, знаешь, самое лучшее лекарство от всех невзгод, а завтра будет утро. – Мария Анатольевна поцеловала внука. – Чудо ты мое рыжее. Все у нас хорошо. Давай… сам постелешь или совсем обессилел?

– Справлюсь, бабуль, спасибо тебе. Спокойной ночи, это был очень длинный день.

Саня лег в кровать и закрыл глаза, но заснуть сразу не смог, слишком много впечатлений: новая школа, друзья, кино, лужа, больница, машина «Скорой помощи», Мишка, Витин брат.

«Классный он парень, Витька-крутотень, добрый и… рыжий, как я. И Даша… Наверное, права ба, все у нас хорошо», – пронеслось в голове, а потом Саня закрыл глаза покрепче, а когда проснулся, то увидел, как солнечный зайчик прыгает по потолку.

Настало утро.