Мистер Хайни рассчитывался за наши покупки наличными — полновесными «десятками», уложенными без сгиба в большой кошелек одна к одной.

Вот что надо крутить на экранах армейским рекрутерам, а не какие-то взрывы и стрельбы. Почти в полной тишине шелестели купюры, отсчитываемые еле слышным шепотом — куда там бравурным военным маршам, привлекающим разве что дошколят с водными пистолетами.

Даже у меня появилась мысль свалить из универа. Да, придется какое-то время погнить в болотах — и пристрелить вполне могут…

Но если потом можно будет солидно отлистывать купюры под трепетным вниманием трех модельной внешности продавцов-консультантов, то как будто бы и время потратил не зря. Эффа — та вроде и отвернулась, но стоило бывшему начальнику сбиться и, неодобрительно качнув головой, вновь начать считать — тоже дополнила число независимых и добровольных счетчиков чужого богатства, пристально следящих за движением бледно-фиолетовых десятитысячных.

Впрочем, не сказать, что Эффа так уж сильно разбогатела после армии. Хотя иметь гравилет ценой в квартиру в ее возрасте — пожалуй что, можно назвать успехом. Если не вспоминать проблему со здоровьем.

Но мистер Хайни-то живой и целый! А значит, другим тоже может повезти!

«Наваждение какое-то», — проворчав про себя, отвернулся я от уже третьего по счету подсчета.

Проблема гладеньких новеньких купюр — слипались, от этого все погрешности.

Вещи, выбранные для нас, брались в аренду — и эти чудовищные суммы, отсчитываемые мозолистыми пальцами, были залогом.

Так что сильно мы старика не грабили — нам ведь всего-то сутки изображать богачей в этих невесомых, удивительно удобных одеждах. Не так и дорого — надо будет запомнить адрес. Вдруг там свадьба у кого, или захочу шокировать старосту, чтобы не расслаблялась.

«Кстати, с последним еще могу успеть», — невольно оглянул я на свое отражение и признал его весьма достойным.

Мне консультанты подобрали легкий летний костюм из ткани, смахивающей на парусину текстурой и грубоватым цветом. Девушки что-то щебетали о новых технологиях и особом волокне, из-за которых гарантировался комфорт в довольно солидном интервале температур. А по мне так, на меня пытались нацепить хорошенько выстиранный мешок, пусть и ловко сшитый — но ткань оказалась удивительно приятной на ощупь, а как стали примерять аксессуары, шедшие с костюмом в комплекте, то облик резко изменился до великосветского мистера с кое-какими капиталами за спиной. И, быть может, даже с благородной приставкой перед фамилией.

Главным образом, отыгрывали ботинки из белой чешуи — на низкой платформе, небрежно прикрытые расклешенными брюками. Потом считывался пояс под пиджаком — без пошлого золота, широкий, тканевый, с массивной стальной пряжкой, грубовато шлифованной по диагонали. Такие же стальные пуговицы с чеканенными буквами по кругу и острые накладки на воротник, подобранные чуть ли не под цвет глаз, позволили продавщицам с довольным видом отшагнуть и осмотреть меня снизу до головы, удовлетворившись результатом.

— Это из стали «Буревестника»! — С придыханием говорили мне, убирая невидимые складки с рукавов и отряхивая несуществующие пылинки. — Редко кому так подходит!

«Буревестник» — третий корабль, добравшийся до естественного спутника Земли и вернувшийся обратно. Принадлежал он не Империи, а одному из соседей — некоторое время стоял там в музеях, потом ушел в частные коллекции, где его и выкупили, распилили и перевезли контрабандой через границу. У него на родине после такого был страшный скандал — историческая реликвия, потому как для них он был первым, а никаким не третьим. Зато в Империи злорадно ухмылялись и наделали из технического чуда соседей пуговицы и прочую атрибутику. В какое-то время было очень популярно — все-таки изрядный щелчок соседям по носу. Ну и сейчас актуальности не потеряло — хотя коробочка, обитая замшей, в которой вынесли именно этот набор, была слегка покрыта пылью. Зато на цене это никак не сказалось, все так же бешено дорого — частичка космического корабля, однако.

Понятно, летал «Буревестник» до открытия антигравов — поэтому его маршрут все еще воспринимался как подвиг, вроде плавания на деревянных парусниках через океан. Сейчас-то добраться до местной луны не проблема — только незачем. Ничего там нет, а на красивую сферу Земли можно полюбоваться и с меньших расстояний. Даже гонщики, какое-то время проводившие соревнования «вне планеты», давно бросили это дело — мало адреналина в том, чтобы гонять по пыльным равнинам. Да и полиция там точно никого ловить не станет, а без погони им жизнь не мила — так что ноль энтузиазма.

Относительно же костюма — последней «фишкой» был набор платков, которые тут было принято выставлять уголком из нагрудного кармана. В зависимости от цвета, неуловимо менялся оттенок костюма — и в этом и было «сногсшибательное новшество». Ведь эти оттенки что-то должны были значить, отражая настрой владельца — но я разбираться не захотел, и мне поставили «благожелательно-нейтральный» бежевый. Шлифованное же железо одинаково хорошо подходило ко всей гамме. А уж если прицепить на пояс клинок — недаром он и выполнен таким широким, чтобы оружие держалось уверенно… Девушки намекали — такие «парадные» железки в богато украшенных ножнах у них тоже были. Говорят, входят в моду.

Но это уже будет перебором. Носить-то можно, никаких запретов — только кроме моды и аргументации «это же красиво!» есть, к примеру, студенческие фехтовальные общества и их старшие коллеги — и среди них носить клинок, не умея пользоваться, считалось дурным тоном. А у меня и в мыслях не было обучаться ножемашеству — зачем? Это всего лишь очередной социальный слой — таких вот любителей, которые держатся вместе. Вроде нелегальных гонщиков — только те норовят подтолкнуть противника в стену, а эти не прочь отправить недруга в больницу другим способом. Тоже турниры проводят, иногда нелегальные — и тоже кто-нибудь регулярно помирает, несмотря на возможность «стопнуть» раненного до оказания помощи и высочайший уровень местной медицины. Но иначе всем им, я думаю, было бы тоже «не интересно». В общем, вешать железо на пояс, не умея им резать — это как обклеивать спортивными наклейками дешевую машину. Кроме насмешек ни к чему не приведет.

Но и без всяких клинков общий вид мне понравился.

Естественно, моим мнением относительно высокой моды интересовались только справочно — но весьма здорово, что от навязанного не пришлось отпинываться ногами. И если в ключевых моментах я говорил нет — значит, нет.

Самое важное: основа образа не вызывала в моей душе протеста, а это — если посмотреть на то, что еще было представлено на манекенах внутри салона — было здорово.

Потому что люди тут носили такое, что я обычно выкидываю после того, как даже пол мыть этой вещью становится неэтично. Я, в общем-то, сам сразу обозначил, что ничего в этих ваших стилях не понимаю, но к смелым экспериментам заранее отношусь отрицательно — это к тем, где дыры в одежде больше ее самой, а цветовая композиция вызывает сочувствие к убогому. Наверное, потому и предложили вот такое — вроде и классическое, но с поправкой на тренды и веяния. Вышло славно — а с учетом заботы персонала, время прошло незаметно.

«Не жмет ли, удобно ли?» «А вот шагните, пожалуйста, мистер Савой, развернитесь, мистер Савой, отлично!» «Вы такой красавчик, мистер Савой!» — Это полушепотом, чтобы Эффа не услышала.

Статус спутницы им был не очень понятен, но нас развели по разные стороны зала, так что комплименты допускались.

В отличие от двух моих консультантов, Эффе достался только один — и бедная девочка явно страдала, бегая к закрытой примерочной и обратно с новыми и новыми нарядами.

Скромность, тактичность и забота о ближнем никогда не мешали мисс Сойер жить, потому что отсутствовали.

В стороне, на стуле у стены, терпеливо дожидался мистер Хайни — сожалеющим о своем выборе он не выглядел, только на часы поглядывал время от времени. Так что, как пришло время все оплачивать — взбодрился изрядно. Переживает за девчонку.

Я, к слову, кажется, понял, отчего он посмотрел на меня так зло — если Эффа для него вроде дальней внучки, то часть ненависти к иностранцу досталась и мне. Не было бы мне все равно на Эффу и на него лично — то постарался бы понравиться. А так — помогу, и разбежались.

Аренда двух нарядов обошлась в десятку — по мне так, за один день чудовищно дорого. Но залог и вовсе вышел в полторы сотни тысяч — и я прозевал момент, когда указывали, сколько стоил мой костюм, а какая часть средств ушла в залог за костюм Эффы.

После всех перемеренных платьев, она остановила выбор на деловом костюме — тоже свободные брюки, в чем-то похожая цветовая гамма, но с темно-серым верхом и странного вида полупиджаком-полупальто с отсутствующими рукавами. Выглядело это неплохо, да и вместе мы смотрелись не так, словно только что столкнулись в одном коридоре и решили пойти в одном направлении.

— Мне завтра в страховую, — шепнула мне, заметив изучающий взгляд. — Пусть сразу поймут, кто есть кто.

— В служебной форме не проще?

— А угадай, где она, — взгрустнула Эффа.

Видимо, пропала вместе с «Искрой».

— А мы совсем в хлам разбились?

— Должно уцелеть, — чуть дернула она плечами. — Завтра и займусь.

Деньги, тем временем, пересчитали и даже перепроверили — в отличие от мистера Хайни, продавцы просто сунули стопочку в счетную машинку и теперь улыбались чуть искренне, чем раньше.

— Готовы? — Выдохнул старик, оглядывая нас. — Эффа, для боевой задачи подошло бы что-то более откровенное…

— Зато так я кажусь старше.

— Вот уж никогда не понимал женщин… — Пробубнил он. — И сейчас не буду пытаться. Поехали?

Я звучно откашлялся.

— Да? — Посмотрел он меня, подозревая неладное.

— Телефоны, — взглядом показал я на стеллаж с современными и дорогущими.

— И что — телефоны?

Я молча показал свой — потрепанный, не единожды падавший, а один раз — так вообще вместе с атмосферным гравилетом.

Тот не включался, но хватало и внешнего вида. Такой на стол не выложишь.

Рядом Эффа продемонстрировала тоже — у нее был заметно дороже, но все-таки утилитарный.

— Выбивается из образа, — пожал я плечами. — У Эффы тоже.

На этот раз хмурый и злой взгляд я заслужил, но ничего не мог поделать. Во-первых, привык все делать хорошо. Во-вторых, у мистера Хайни было еще много этих прекрасных десятитысячных. В-третьих, это ж не только мне — еще и Эффе. В-четвертых… А вот Эффа вообще не переживает — и мне-то тогда с чего?..

Пока Хайни сомневался, консультанты уже выкладывали перед ним топовые модели — всем очень понравилось, как он считает купюры, и все с надеждой ждали продолжения.

— Ладно. Вот этот и вот этот, — ткнул он пальцами на розовый и серебристый.

Эффа даже подпрыгнула радостно, ухватившись за серебристый — он весьма шел к ее облику.

— А есть еще? — Хмуро смотрел я на оставшийся. — Или черный чехол.

В итоге принесли золотой — серебристый был в единственном экземпляре. Нет, ну дорого, конечно — а чехол я как-нибудь потом возьму сам.

Разумеется, никакой аренды на технику быть не могло — а возвращать трубку старику, чтобы он потом перепродал, означало обидеть. По крайней мере, мне так кажется.

Нет, можно было бы предложить вернуть деньги — но у меня столько не было. Поэтому ограничился весьма душевным «спасибо», от которого мистер Хайни поджал губы и отвернулся.

Переставил карточку с номером со старого — включил. Тренькнула смс о зачислении двухсот тысяч. Скорее всего, рассчитался вон Лаби, у него пари было без коэффициента — а обстоятельства таковы, что ему платить лучше без задержек.

Я с сомнением посмотрел на телефон в руках — и на мистера Хайни. Но мне еще профессору Хорнету за полгода отдавать…

Новая смс — поступили три сотни тысяч. Это точно «тридцать седьмой», барон вон Кевес — он согласился на «икс-полтора» к начальной ставке.

Хм… Но так я подставлю Эффу своим решением, ведь ей тоже придется отдавать деньги.

Еще что-то тренькнуло, но я решительно выключил экран.

Хватит! «Спасибо» мне точно не вернут — он так же душевно не сможет. Так что закрыли тему.

Тут же пришел звонок с незнакомого номера — достаточно красивый набор цифр, чтобы я рискнул взять трубку.

— Какая радость, мистер Савой! — Ликовал приятный баритон на той стороне.

«Это что, озвучка моих смс?..»

— Большая? — Уточнил я автоматически.

— Очень. Наконец-то я до вас дозвонился! Вас беспокоит поверенный графа вон Лаби, Осет Шаем. Я бы хотел передать вам бутылку коллекционного вина с личных виноградников графа в поместье Шали и приглашение его светлости.

Все бы меня так беспокоили.

— Охотно, мистер Шаем.

— Я уточнял, занятия начинаются у вас в десять часов — будет удобно, если я встречу вас за пятнадцать минут? Или вы предпочтете доставку по домашнему адресу? — Уважительно уточнил он.

— Весьма удобно, мистер Шаем!

— С нетерпением жду радости встречи! — Обрадовался он вновь и бросил трубку до того, как я попрощался.

Хм… И приятно, и ощущение, что опаздывать вообще нельзя.

Рядом изучала пропущенные звонки и смски Эффа.

— Есть что интересное?

— Ага. Вызывают в военную разведку, на этот раз меня. Хотят знать, что мне известно по проекту «Алая Гарпия». — Подняла она на меня тяжелый взгляд.

— Вот же мерзкие стукачи, — покачал я головой, поминая благородных.

— А еще вся одежда пропала вместе с «Искрой».

— Все-таки пожар? — Посочувствовал я.

— Нет. Кто-то украл обломки «Пламенеющей» с отстойника страховой компании. Вместе с одеждой, дипломами, документами и всем остальным…

— А…

— Таллиумный энерговод тоже пропал. Два пропущенных от начальника и смс, он уже знает.

— Ты к коллекционному вину как относишься?

— Разбила бы о кое-чью голову с удовольствием. — Казалось, не моргала Эфа. — Вот зачем ты придумал эту байку?..

— Молодые люди, мы опаздываем, — окликнул нас Хайни от входа, уже давненько нетерпеливо переминавшийся у порога.

— Да все наладится! — Заверил я ее.

У меня же наладилось.

— Ага. Как скажу, что это ты придумал. — Обошла она меня и направилась к выходу.

— Да ну, ерунда какая. Про перспективные проекты во многих журналах писали. — Пожал я плечами.

Эффа резко остановилась и развернулась.

— А в этих журналах написано, где мне теперь искать подотчетный энерговод, документы, одежду и память о родителях?.. Написано?

— Да все найдем. Сейчас с этой Тавви разберемся и попросим твоего бывшего шефа, — заметив, что тот вышел на улицу, негромко произнес я.

— Да ну? А он так и побежит помогать? Ты хоть знаешь, как неприятно быть ему должным?..

— Пока ему от нас что-то нужно…

— Он уже расплатился.

— Озадачу вон Лаби, хочешь? — Развел я руками.

В отличие от некоторых, совесть у меня была. Если бы я не ляпнул про «Алую Гарпию» — ну кому вообще понадобилось красть разбитый гравилет?..

— Да забудь. Сама справлюсь. — Прикрыла она глаза на пару секунд. — Всегда сама справлялась.

— Учти, все предложения о помощи — только один раз! А нет — так нет, — в этот раз я обошел ее и первым вышел на улицу.

Потому что совесть — это как штаны. Проверил один раз, что есть — и пошел дальше. Никак не повод, чтобы дать кому-то за них цепляться и тащить потом за собой, выслушивая нытье.

Самое страшное будет, если Эффа сообразит и начнет соглашаться. Но пока что моя принципиальность и ее гордость отлично уживаются — я предлагаю, она отказывается. Всегда бы так.

А о временах «потом» и думать не стоит — я уже достаточно богат, чтобы отгородиться от полицейского произвола и преследования дорогим адвокатом. Еще и сны на чужих языках придумала — пф…

Но если «уходи, пожалуйста» сработает, то выйдет, конечно, гораздо дешевле.