Дымчатая фигура не сделала ни шагу, но расстояние между нами сократилось мгновенно. Словно существо просто перетекло из одного места в другое, вновь обретая свою эфемерную плотность и форму. Это неуловимое движение было похоже на мой «теневой шаг», так что удивить этим меня не удалось.

— Хранитель проснулся! — вновь прогремел голос прямо внутри моей черепушки.

Я почти инстинктивно шагнул в ближайшую тень и вышел у него за спиной. Тьма внутри меня взвыла, требуя срочного выхода. Я резко сжал кулаки, чувствуя, как по меридианам побежал привычный холодок силы.

— Слышь, дядя, громкость убавь! — бросил я в спину этому существу. — И без тебя башка гудит!

Дымная тварь мгновенно развернулась ко мне лицом, а точнее «перетекла» — зад стал передом, а перед задом. Его зенки, сверкающие багровым, опять впились в меня.

— Ты кто? — спросил я, уже отойдя от первоначального изумления. — И чего тут забыл?

— Я — Страж, — ответила сущность, уже не так громогласно. Это хорошо, что она вменяемая. Может удастся договориться. — А здесь я храню то, что должно было оставаться закрытым до прихода Его Эмиссара. Эмиссар прибыл, Хранитель проснулся!

Багровые зрачки сузились, оценивающе скользнув по мне, затем по призраку, зависшему в воздухе над моим плечом. Последним внимания неведомой твари удостоился Бес, который прижался к моим ногам, тихо рыча.

— А Эмиссар… это кто?

— Ты носишь Его Печать, — покладисто сообщил мне Хранитель. — Я ждал твоего прихода очень долгое время.

Я замер. Агу резко вспыхнул изумрудным светом, словно его ударили током.

— А Он… это Двуликий? — боясь спугнуть удачу, уточнил я. Даже сердце ёкнуло. Неужели нашёл? — А это, — я указал на огромную каменную арку, расположенную сразу за чёрной светящейся глыбой, уходящую в темноту подземного «неба», — его Врата?

— Да. Он — это Двуликий — Повелитель Врат, Хранитель Порогов и Владыка Времени, — подтвердил Страж. — И это Его Врата.

Надо же, я их всё-таки нашёл! Врата Двуликого. Здесь, под землёй, в древнем городе, покинутом тысячелетия назад. Просто уму непостижимо! Я почувствовал странный прилив радости, несмотря на всю нереальность ситуации. Двуликий реален! Так же как Леший, Измора, магия и прочая сказочная хрень.

— А как ими пользоваться? — задался я вопросом, глядя на неподвижно застывшего передо мной Стража.

— Они спят, — произнёс Хранитель Врат. — Чтобы их пробудить, нужна сила.

— Тёмная? Светлая? — уточнил я.

— Это не важно.

— Сколько? — коротко спросил я.

— Много. У тебя нет столько. Но я могу ждать. Сколько потребуется. Я создан для этого. Но и моя сила на исходе, когда она закончится окончательно — я умру, а вместе со мной «умрут» и Врата. Их не так уж и много осталось на земле.

Я задумался: сколько же потребуется силы, чтобы запустить этот древний артефакт Двуликого Бога? Сотни, тысячи или сотни тысяч жизней?

— Я могу тебе помочь? — спросил я существо.

— Ты можешь поделиться со мной своей силой, тогда я смогу подождать еще, — сказал Хранитель. — На тебе Печать Двуликого. Твоя сила совместима с Вратами.

— А что я получу? — Я смотрел прямо в багровые глаза сущности.

— А что тебе нужно? — поинтересовался Хранитель.

— Мне нужно укрыть в этом подземном городе людей.

— Не вижу проблем — пусть приходят.

— Давай поступим так, — сказал я твёрдо, — я делюсь с тобой силой. А ты, когда мои люди придут — не высовываешься и не трогаешь их, как будто тебя не существует. А постараюсь раздобыть сил, чтобы пробудить Врата.

— Принято. — Существо склонило передо мной голову. — Хранитель ждет…

Я кивнул. Но тут Агу метнулся ко мне, его призрачное лицо было искажено тревогой.

— Сергей, может не надо? — зашептал он у меня в голове. — Мы не знаем, что это за древняя тварь! Я никогда не слышал ни о каких Хранителях для Врат Двуликого…

— Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам… — ответил я словами Шекспира. — Мне нужны эти Врата, дружище! Я не могу допустить, чтобы они сдохли. Уж слишком много вопросиков у меня накопилось к Двуликому.

— Как знаешь, я тебя предупредил! — обиженно заявил призрак, отлетев от меня подальше. На всякий случай. А то мало ли что? Засосет этот Хранитель еще и его самого. Ведь духи — это тоже энергия, причём чистейшая. Я уже научился её чувствовать.

— Бери, — произнёс я, обращаясь к Хранителю.

— Подойди к Алтарю, Эмиссар Двуликого, и положи руки на его поверхность, — проинструктировало меня существо.

Я так и сделал. Подошел к камню, положил сверху руки и приоткрыл резерв. Больно не было, лишь мир на мгновение качнулся, когда я перелил одну жизнь в холодный камень. А это, ни много, ни мало — целая ночь активной деятельности. Закончив, я оторвал руки от Алтаря. Голова кружилась, но это было знакомое ощущение после использования силы.

Хранитель стал чуть плотнее, а багровый свет в его глазах — ярче.

— Благодарю за щедрый дар! — произнёс он. — Твои люди могут приходить. И меня не увидят.

Фигура Хранителя дрогнула и начала растворяться, втягиваясь обратно в алтарь. Через мгновение на площади снова было пусто. Только чёрный камень в центре слабо пульсировал багровым светом, словно огромное спящее сердце. А затем и он внезапно исчез. Да так ловко, что я совершенно перестал ощущать его присутствие.

— Ты уверен, что это была хорошая идея? — спросил Агу, зависая перед моим лицом. Его свет всё еще мерцал неуверенно.

— Уверен, — ответил я, стараясь заглушить даже ростки сомнений — мне нужны были эти Врата, да и сам город тоже. Для убежища партизан лучшего и не придумать. — Собирайся, Агу. Мы возвращаемся назад.

Бес вновь потёрся о мои ноги, словно проверяя, всё ли со мной в порядке. Я наклонился и погладил его по мягкой шерсти. Кот мурлыкнул, но глаза его оставались серьёзными.

— Пошли, хвостатый! — сказал я. — Нам еще людей уговаривать на переезд. А вот насчет того, что им поведать, у меня ба-а-альшие сомнения. Но, не силой же их сюда тащить?

— А что рассказывать? — уточнил Агу, догоняя меня.

Мы двинулись обратно к выходу из подземного города. На этот раз мы не плутали — Агу уверенно вел меня к выходу из подземелья. Да и я, как мог, старался запомнить дорогу. Но, если и не запомню — Агу всегда поможет. Призрак ко мне сейчас реально привязан.

Ну, не ко мне, а к одной из древних безделушек, лежащих на дне немецкого ранца. Мы вновь так и не успели выяснить, к какой именно. Вроде и плёвое дело на пять минут, но у меня то руки не доходят, то они вместе с ногами исчезают. Вот и крутись как хочешь.

Да еще и резерв постепенно пустеет. Пока, правда, запас еще имеется, но вечно так продолжаться не может. Да еще и для ворот Двуликого надо как-то энергию добывать. И одиночными жертвами, боюсь, здесь на открытие Врат не собрать. Пока мне ничего путного на ум не приходило.

Ладно, днём постараюсь попытать Агу, какие, в принципе, существуют варианты по-быстрому разжиться большим количеством силы. Может, он чего слышал от своего учителя-шамана. А пока же я думал над тем, как уговорить партизан сменить место дислокации.

Времени до рассвета оставалось не так много, но я надеялся успеть предварительно поговорить с партизанами и вернуться в свою нору. То, что у меня всё получится с первой попытки, я и не надеялся. Но до следующего заката у меня будет время подумать, да и у них тоже. Но чем раньше я решу этот вопрос, тем лучше. Леший тоже ждать не будет.

Мы выскочили из каменных шахт на поверхность и двинулись вглубь леса. Где находилась эта пресловутая Священная Роща я не знал. Но, едва я ступил под сень деревьев, то сразу чувствовал на себе взгляд Леса. Тяжёлый, оценивающий. Он словно ждал чего-то.

— Мне надо в Священную Рощу, — озвучил я своё пожелание. — Покажи дорогу, будь так любезен!

И лес послушался — деревья расступились, кустарники уползли в сторону. Лес сам повел меня до нужного места. Тропа была ровной и удобной, даже ветки услужливо отклонялись в стороны, не норовя хлестнуть по лицу или зацепить одежду. Чувствовалось, что «благословение» хозяина этих мест работает в полную меру.

Самое интересное, что местность по обочинам этой чудесной тропы «двигалась» куда быстрее, чем мы шли. Буквально за полчаса мы отмахали по лесу приличное расстояние, на которое в обычных условиях надо было потратить не один час.

Деревья вокруг начали меняться. Дубы и березы уступили место мощным, разлапистым елям. Их кроны смыкались высоко над головой, образуя настоящий шатер. Даже воздух здесь был иным, густым и насыщенным горьковатым ароматом смолы и хвои. Тропинка внезапно закончилась и исчезла за спиной, словно её и не было.

— Вот она, — прошептал Агу, зависая надо мной. — Священная Роща.

Для обычного человека это место казалось сказочным. Высокие деревья стояли ровными рядами, словно колонны в храме. Между ними царила умиротворенная тишина, нарушаемая лишь редким криком ночной птицы. Идеальное место для лагеря — скрытное, защищенное от ветра, с удобными полянами для землянок, и протекающим рядом чистым ручьём. Любой командир позавидовал бы такой позиции.

Но моим внутренним зрением я наблюдал иное. Там, где обычный глаз видел лишь красоту, я ощущал «давление силы». Земля здесь была насыщена ей до предела. Между корнями деревьев клубились сгустки энергии — духи предков. Они спали, но их сон был чутким.

В любой момент какой-нибудь резкий звук мог нарушить эту тысячелетнюю идиллию. И если эти духи воспрянут «ото сна», могут случиться реально непоправимые вещи — ведь скопившейся у них силы хватит, чтобы в миг уничтожить не только лес, но и весь Крымский полуостров.

— Теперь ты понимаешь, о чем я говорил? — неожиданно раздался позади меня скрипучий голос Лешего.

— Твою же! — ругнулся я тихо, едва не подпрыгнув от неожиданности. — Нельзя же так подкрадываться, твоё Владычество!

— А я и не подкрадывался, — улыбнувшись в бороду, сказал Леший. — Лес — это я, а я — это лес.

— Понятно, — усмехнулся я, — как Ленин и партия…

— Чего? — не понял меня старик.

— Не бери в голову, Владыка.

— Действуй, Двоедушец! Разрешаю даже применить твою тёмную силу, если понадобится, — прокаркал Леший, растворяясь в темных лесных зарослях. — Твоё время идёт!

— Впереди секреты! — Голос Агу, улетевшего на разведку, вернул меня к реальности. — Люди контролируют подходы к роще. Нас пока не видят, но ты бы ушел лучше «в тень», раз Лесной Хозяин разрешил. А выйти надо будет здесь… — Призрак метнулся в сторону и звездочкой сверкнул у могучей елки, росшей на грани видимости.

— Зачем? — не понял я его кульбита.

— Там твой знакомый, с которым вы сражались прошлой ночью, — сообщил призрак, возвращаясь ко мне.

— Хмурый? Тогда пойду к нему, — согласился я, мгновенно перемещаясь в тень ёлки. — Он меня хотя бы знает… — И я решительно вышел из мрака на освещенную луной полянку.

— Может, не стоит тупо идти в лоб? — усомнился Агу. — Он ведь может не понять. Решит, что ты вражеский лазутчик…

— У меня нет времени — до рассвета нужно вернуться в убежище. А если начнут стрелять — уйду в тень.

Я специально не стал таиться. Шагнул уверенно, тяжело, чтобы мои шаги были слышны. Пусть знают — я не скрываюсь. Ветви слева, где Агу заметил засевшего в засаде Хмурого, тихо хрустнули.

— Стой! — Голос из темноты был резким и колючим. — Руки вверх!

Я остановился, но руки поднимать не стал. Просто медленно повернул голову в сторону, где сидел Хмурый.

— Не суетись, Хмурый — свои, — сказал я спокойно, глядя прямо в темноту, где притаился партизан.

В кустах зашуршало. Из тени поднялась тёмная фигура. Автомат был опущен, но палец лежал на скобе спускового крючка. Я узнал тяжелый и настороженный взгляд партизана.

— Это ты, что ли, разведка? — Узнал меня партизан.

— Он самый, — ответил я, выходя на свет луны.

— Какими судьбами? И вообще, как ты нашёл наш лагерь?

— Позже, Хмурый. Веди к командиру. У меня к нему срочный разговор.

Хмурый помедлил секунду, оценивающе глядя на меня, затем кивнул и махнул рукой.

— Ладно, разведка, пошли. Надеюсь, что ты не просто так пожаловал.

— Поверь, если можно было бы не приходить, я бы не пришел.

Мы прошли через лагерь. Здесь, среди вековых елей, люди умудрились создать свой укрепленный островок. Землянки, укрытые сверху бревнами, ветками и маскировочными сетями, практически сливались с рельефом. Партизаны большей частью спали, я чувствовал лишь редкие взгляды часовых — настороженные и тяжелые.

Хмурый шел уверенно, и часовые бесшумно пропускали нас — не знаю, кем он был в отряде, но точно не последним человеком. Для обычного глаза расположение в Священной Роще было хорошей оборонительной позицией. Да и путей отхода — море.

А вот для моего магического зрения — вокруг было настоящее минное поле. Между корнями деревьев пульсировали сгустки энергии. Духи спали, но людская суета будоражила их. Я видел, как вспыхивали сгустки Света, готовые вот-вот воспрять ото сна. И если это произойдёт — не поздоровиться никому. Леший не зря так переживал на этот счет.

Штабная землянка оказалась глубокой, укрытой сверху бревнами и слоем земли. Внутри горела коптящая лампа. За столом, заваленным картами, сидел командир отряда — Павел Николаевич. Его лицо осунулось, а красные глаза внимательно уставились на нас.

— Товарищ… Самовар, если не ошибаюсь? Как вы нас нашли? — задал он тот же самый вопрос, что и Хмурый при нашей встрече.

— Не ошибаетесь, Павел Николаевич — Самовар. Найти вас было не просто. Но долго ли умеючи? Дело у меня к вам. Срочное.

Командир напрягся.

— И какое же, интересно?

— Вам нужно срочно покинуть это место, — сказал я без предисловий. — И чем скорее, тем лучше!

Павел Николаевич задумался.

— А в чем причина такой спешки? Мы здесь отлично обустроились. Или нас фрицы вычислили?

Можно было бы подтвердить его версию, но никаких доказательств у меня не было.

— Дело не во фрицах… — сказал я, понимая, что просто так его не убедить.

Ну, как объяснить, что сам Лес хочет их убить? Что здесь спят духи, которых лучше не будить? И что через три дня их спокойное существование в этом месте закончится?

— А в чем же? — Командир поднял на меня взгляд. В его глазах читалась скрытая угроза. — Я отправил запрос командованию на твой счёт, — неожиданно продолжил он. — И знаешь, что они мне ответил?

— Знаю, — спокойно произнёс я. — Что никакого разведчика с позывным «Самовар» они не знают.

— И ты это так просто говоришь? — Брови командира удивлённо взлетели. — А если я прикажу тебя сейчас поставить к стенке, как вражеского агента?

— Ваше право, Павел Николаевич. Только я бы вам не советовал принимать столь скоропалительные решения. Мои полномочия может могут подтвердить только в Ставке.

Да я отчаянно блефовал, но, пока партизаны смогут проверить эту информацию, я сумею перетащить их из Священной Рощи в подземный город. Либо они все погибнут. Справиться с разъярённым Лешим им не под силу. И даже я ничего не смогу с этим сделать, даже если выступлю на стороне партизан.

— Я отправлю запрос, — ответил командир. — Но, может объяснишь, к чему такая спешка? И к чему нам вообще отсюда уходить?

— Объяснить? — Ну, вот, тот самый долгожданный вопрос. — Слов может оказаться мало, товарищ командир… Но я постараюсь найти доказательства…

Я сделал шаг в сторону, туда, где тень от бревенчатой стены ложилась на земляной пол. Я позволил Тени принять меня. Мои контуры резко поплыли, размываясь, и через мгновение я полностью растворился во Мраке. В землянке повисла мёртвая тишина. Только керосиновая лампа трещала фитилем.

— Где он? — растерянно спросил Павел Николаевич, хватаясь за оружие.