(Мир технатов, минус пятый уровень, отдел внедрения в мир людей)

— Занятно… — произнёс Ордакс, фокусируя взгляд на реальности.

Сразу же после того, как он пришёл в себя, специальный манипулятор вынул из стальной головы архвара, отвечавшего за экспансию технатов на планету Земля, длинную иглу, которая соединяла его разум с «Контуром» — системой знаний, позволявшей получать данные в реальном времени согласно допускам.

Данные, пришедшие от агента, который прямо сейчас курировал захват одного из правителей Земли, оказались крайне интересными. Ордакс и подумать не мог, что столкнётся с дилеммой выбора, ведь речь шла о сыне крайне полезных рабочих, которые долгие годы служили технатам, внедряя абсолютно новые подходы к развитию расы. Он не знал, чем конкретно они занимались, ведь допуск шестого уровня был лишь у синтари, коим он пока не являлся.

— Прошу о встрече с синтари под номером пять, — произнёс он про себя, и единая система связи сразу же соединила его с нужным механизмом.

— Архвар номер шестьдесят семь, пятый синтари слушает тебя, — послышался механический голос начальства.

— Уважаемый Тельгас, запрашиваю личную встречу, — таким же механическим голосом ответил Ордакс.

— Встреча одобрена Ультимом, — послышался женский механический голос. — Минус шестой уровень, допуск для архвара номер шестьдесят семь выдан на две единицы времени.

— Благодарю, — сказал Ордакс и, поднявшись со своего трона, направился к выходу из огромного покрытого металлом и проводами зала. Он разогнал свои сервоприводы на максимум, потому что две единицы времени слишком мало, чтобы добраться до минус шестого уровня, и это несмотря на то, что сам находился на минус пятом…

Планета Феррум, изначальный мир технатов, была не хуже и не лучше других планет, на которых жизнь зарождалась путём эволюции. Миллионы лет, эволюция вела процесс отсеивания, ровно до тех пор, пока низкорослый народец, отдалённо похожий на людей, не назвал себя горнами и не открыл все прелести науки в целом, биоинженерии и, конечно же, робототехники в частности.

Всё, что природа делала тысячелетиями, они умудрились извести менее чем за сотню обычных лет. Планета, которая до этого цвела и пахла, превратилась в огромную кузницу, а её поверхность стала почерневшим куском камня, из которого выбрали практически весь металл. Даже из космоса её было трудно заметить, насколько всё стало плохо.

Сначала появились огромные шахты, в которых добывались разнообразные руды для производства стальных машин. Многокилометровые дыры уходили глубоко в землю, словно соревнуясь, кто первый достигнет ядра планеты. Чтобы перерабатывать такой объём руд, нужны были огромные заводы, которые плавили металлы день и ночь, ровно до тех пор, пока те не начали заканчиваться. Правда, к тому моменту горны уже перешли от стадии стальных машин к стадии горнов, у которых часть тел была заменена более совершенными протезами.

Протезированные горны имели гораздо больше преимуществ перед обычными. Они лучше видели, были сильнее, быстрее и выше своих соплеменников. Шутка ли, когда перед тобой стоит коллега, у которого от собственного тела разве что голова осталась.

К тому времени большая часть планеты уже покрылась стальной коркой, под которой царила жизнь механизмов. И всё же эволюцию никто не отменял, просто она перешла в другую плоскость…

В итоге горны разделились на два противоположных лагеря. Одни считали, что нужно идти по тропе научного прогресса. Они полностью перечеркнули свою биологическую составляющую, буквально пересадив мозги в специальную жидкость, которая могла поддерживать их вечность. Став фактически бессмертными, они нарекли себя технатами и продолжили развитие.

Те же горны, которые выбрали привычный путь развития, получили подарок с небес в виде метеорита, упавшего в мировой океан. Никто точно не мог сказать, что конкретно там произошло, но именно в миг столкновения метеорита с поверхностью планеты начался отсчёт новой эпохи… Эпохи магии и пробоев, которые начали появляться на всей поверхности Феррума.

Отдалившись от технатов, вторая половина горнов пошла по пути духовного развития, получив возможность использовать магию. После падения метеорита в семьях начали появляться дети с магическими способностями и дарами.

Технаты были бы не технатами, если бы не заинтересовались новым видом горнов. Считая себя хозяевами планеты, они начали воровать и забирать детей из таких семей силой. Они хотели узнать природу феномена, хотели заполучить магию в свой арсенал, поэтому никакие этические нормы их не волновали.

Понятное дело, что истинные горны подобному подходу воспротивились. Так началась первая мировая война, в которой по очевидным причинам технаты победили. Трудно биться с противником, которого не брала ни добротная сталь, ни появившаяся магия. Да, какие-то локальные успехи были, но их очень быстро подавляли всё новые и новые отряды бессмертных.

Меньше года понадобилось технатам, чтобы поработить абсолютно всех горнов, превратив их в обычное мясо для исследований и опытов. Тех, кто соглашался сотрудничать, ставили надзирателями над своими же родственниками, которых каждый день водили на процедуры, в ходе которых те рано или поздно теряли свои личности, смысл жизни и в конце — рассудок.

Магии технаты так и не смогли научиться. Взамен они разработали специальный сплав, которому магия была не помеха. Тогда же открылся пробой в один из миров, наполненных магией до краёв. Словно кто-то свыше решил проверить технатов на прочность.

Вторжение прошло молниеносно. Тысячи технатов вторглись в новый мир, сея хаос и смерть по всей планете. Увы, но летающие существа, которые населяли этот мир, ничего не смогли противопоставить стальным механизмам, которых не брала магия, а вот сами механизмы, наоборот.

Собрав достаточное количество тел для анализа, учёные очень быстро выяснили слабые места противника, после чего процесс экспансии серьёзно продвинулся. Там, где раньше гибли сотни, стали гибнуть тысячи. Казалось, мир летающих существ был обречён, но таймер на пробое заставил технатов в итоге отступить. Впрочем, это было лишь начало…

Ордакс крайне редко бывал на минус шестом уровне. Допуски сюда выдавались Ультимом крайне неохотно, вот и сейчас он одобрил его с минимальным количеством времени. Если не успеть переговорить с Тельгасом за две единицы времени, то можно и понижение схлопотать… Ультим любил ставить своих подчинённых в подобные ситуации, но никто не жаловался: на то его воля.

— Давай же быстрее… — торопил он манипулятор, который пытался пристроиться к его затылку, чтобы проверить данные.

И кто вообще придумал настолько неудобную процедуру? Почему игла должна впиваться именно в мозг? Почему нельзя было вывести провода, к примеру, на запястье?

Вопросов к Ультиму у архвара было множество, но тот отвечать никогда не спешил. Вообще не спешил. За всю сознательную жизнь Ордакс был лишь однажды награждён личной аудиенцией с Ультимом, которая продлилась ровно столько, сколько потребовалось, чтобы ответить на всего лишь один вопрос. Вот и вся награда за захват мира…

Ордакс мечтал узнать, существуют ли боги, потому что много слышал про них от порабощённых. Более того, все они угрожали ему их приходом. Даже в головах рабочих частенько сидели мысли, что всё это временно. Когда-нибудь за ними придёт спаситель, спустится с небес и покарает технатов, превратив в ржавую пыль.

И всё равно Ордаксу крупно повезло. Если бы не появление новых технологий, позволяющих держать пробои открытыми, то он бы никогда не смог захватить свой первый мир, а после узнать от Ультима о существовании богов. Скупое «Да» говорило о многом, а значит, рабочие могли говорить правду…

Добравшись до кабинета Тельгаса, он вновь повернулся головой к двери, где его в очередной раз проверили на допуск. Только после этого двери открылись, пропустив архвара в обитель синтари. Зал был раза в три больше, чем у него, что у каждого уважающего себя техната вызывало восхищение.

Променяв свои тела на протезы и бесконечные допуски, технаты лишились привычного образа жизни. Они больше не нуждались в еде, сексе или сне. Им не нужны были дома, мебель, машины и всё, что с этим связано. И тем не менее зависть и конкуренция никуда не делись, они просто вышли на уровень допусков и размеров залов, в которых те пребывали.

Ордакс быстро осмотрелся, измерив с точностью до одного миллиметра размеры зала, и сразу же приуныл. Архвар понимал, что, не став синтари, он не сможет получить подобные хоромы, поэтому поспешил к начальнику, который сидел на троне из драгоценных и крайне редких металлов.

Синтари Тельгас был как минимум в три раза больше Ордакса, собственно, как и зал, и трон, находившийся в нём. Архвар на фоне начальника чувствовал себя жалким тараканом из мира людей. Собственно, оно так и было. Величие Тельгаса было неоспоримым, а допуски позволяли углубляться в науку на такие уровни, что тому даже и не снилось.

— Поторопись, — механический голос раздался эхом по всей площади зала.

— Донские! — архвар сразу же перешёл к делу. — Я понимаю, что рабочие под этой фамилией выполняют очень важные задачи и допуск к ним ограничен уровнем синтари.

— Всё верно, — скупо ответил Тельгас. — Ещё вопросы?

— Агент, работающий на земле, нашёл ещё одного Донского, и я не знаю, что с ним делать… — продолжил Ордакс в надежде решить эту проблему.

Услышав про Донского, Тельгас задумался. Активировав «Контур», он прошерстил всю информацию касательно новой личности. Сверив данные, он пришёл к выводу, что юноша, который встретился одному из рабочих на приёме у императора, — сын выдающихся учёных, которые служат технатам уже более десяти лет.

Юноша и правда обладал феноменальными способностями. Более того, именно он уничтожил большую часть враксов, нулевых и частичных, которые должны были захватить императора. Тельгас также понимал, что если юноша находился на приёме, то вероятность успешной операции падала до десяти процентов. Если с ним не смогли справиться «Великие охотники» и десятки солдат, то жалкая горстка рабочих и парочка агентов, проникших на приём, и подавно этого не сможет. Не говоря уже о том, что в зале прямо сейчас собрались самые сильные маги Российской Империи.

— Уважаемый… — Ордакс начал нервничать.

Его внутренние часы отсчитывали время до отключения допуска, поэтому он попытался поторопить Тельгаса.

— Операцию отменить, — наконец-то ответил Тельгас. — Разработать новую. Донской не должен находиться рядом с императором.

— Благодарю, — Ордакс поклонился и, развернувшись, поспешил к выходу.

— Это не всё, — Тельгас остановил архвара. — Мы не должны упустить столь перспективного мага. Заставь Донского прибыть на Феррум. Он должен стать частью исследовательской команды рода и вывести нашу расу на новый уровень.

— Новый уровень? — Ордакс завис, анализируя слова начальника. — Будет исполнено, — поклонившись ещё раз, он вновь поспешил к выходу.

Времени оставалось критически мало, но архвара это мало беспокоило. Он понимал, что последние слова Тельгаса приоткрывали завесу тайны, связанной с Донскими. О каком конкретно уровне он говорит? Ведь уровней допуска всего лишь семь, и седьмым является сам Ультим. Неужели есть ещё?

Ответ буквально взбудоражил мозг Ордакса, который даже не заметил, как оказался у себя в зале. Подключившись к «Контуру», архвар поспешил узнать последние новости, после чего начал думать над тем, как отменить операцию. Согласовав отмену с Тельгасом, он был счастлив. Оно и понятно, ведь теперь ему не придётся нести ответственность перед Ультимом.

И всё же новый приказ никто не отменял, и Ордакс уже знал, когда и где будет совершено новое нападение. На этот раз император Российской Империи наконец-то будет схвачен…

(Москва, императорский дворец, тронный зал)

Гостей запускали в зал последовательно. Каждый называл свою фамилию, и им выдавались специальные пластинки с номерами стульев, на которых те должны были сидеть. Кто занимался подобными расстановками, я не знал, но нам достались «особые» места, которые находились сбоку.

— Попахивает дискриминацией, — нахмурившись, проворчал я, понимая, что сидеть мои девушки будут не на первом ряду по центру вместе со мной, а на задворках зала.

— А чего ты ожидал? — Настя, хоть и расстроилась, но очень быстро пришла в себя. — Мы ведь не одни. С нами девочки, — она указала на Лану с телохранителями. — Только представь, какой скандал мы получим, если они закроют своими могучими спинами обзор каким-нибудь Великим князьям.

— Ты права, — я согласился. — И всё же, почему Белмор с Вейлой сидят впереди?

— Не знала, что ты настолько ревнивый, — Анна хихикнула, прикрывая рот рукой. — Предлагаю по этому поводу не переживать. Это всего-навсего императорский приём.

— Действительно, — Настя ответила с сарказмом. — Всего лишь первый императорский приём, на котором мы появились, а нас уже задвинули дальше некуда.

— И эта девушка минуту назад рассказывала мне про скромность! — я улыбнулся, пропуская жену вперёд. — Дамы, выбирайте себе место с умом, сидеть за Вейлой не рекомендую, — предупредил я, оценив размеры крыльев.

Добравшись до своих мест, мы окончательно поняли, что нас и правда кто-то недолюбливал в канцелярии императора. Ловить этого урода за руку я не собирался, по крайней мере, пока. И без этого засранца достаточно дел, например, предотвратить покушение на императора, когда тот появится. Но всё же я попросил парочку вождей поменяться с нашими девчонками местами. А то они за их могучими спинами и вовсе ничего и никого не увидят.

— А ты? — удивился Белмор. — Неужели решил сидеть за гигантессами?

— А чего я здесь не видел? — усмехнувшись, ответил я. — К тому же я генерал-губернатор, а не абы кто. Моё место гораздо ближе к императору.

— Даже так? — Белмор прищурился. — Тогда поспеши, кажется, уже все расселись.

— И правда… — окинув взглядом зал, я подмигнул девчонкам и побежал искать своё место на первом ряду.

Лучше бы сделал это раньше: теперь практически все присутствующие вылупились на меня с немым вопросом, куда это я собрался. А я собрался на самое почётное место с правой стороны прохода. Могли бы и два выдать, для моей жены. Впрочем, кивнув генералам, которые сидели на первом ряду, я понял, что здесь не театр и всех рассаживали по другому принципу.

Не удивлюсь, если моих девчонок посадили там по статусу, ведь все остальные гости были крайне влиятельными личностями. Когда проходил мимо рядов, заметил Яровую, которая сидела в третьем ряду, а она, между прочим, адмирал!

Когда последний гость, в моём лице, наконец отыскал своё место и зал затих, я понял, что ждал этой тишины с куда большим напряжением, чем хотел себе признаваться.

Где-то здесь должны были находиться не только братья Анкеры, но и их подельники, если я правильно понял. Вот только я что-то не видел ни Арсения в неизменно бежевом костюме, ни других похожих на него гостей. Я даже лацканы пиджаков пытался просмотреть, но это было самым бесполезным делом. Проще было сказать, кто не носил на них родовые гербы.

Увидев слева от трона Потёмкина, я попытался кивком узнать, как продвигаются дела по поиску врагов, но тот дал однозначный ответ, что никаких подвижек нет, что было крайне странно. Неужели они ушли в невидимость? Такое ведь тоже могло быть… А как их здесь выявишь? Мой «радар» здесь был полностью бесполезен. Более того, часть зала оказалась и вовсе невидима для моего взора. Достали со своими глушилками, но ничего не поделаешь…

Внезапно я почувствовал лёгкий холод, прошедшийся по моим ногам. Холод шёл спереди. Позади трона прибавилось людей в военных мундирах, и что-то мне подсказывало, что они там не просто так. Значит, работают… Тоже догадались, что заговорщики могли спрятаться среди гостей так, что обнаружить их станет гораздо сложнее.

— Ничего, — расстроенным голосом буркнул я про себя. — Совсем ничего.

— У вас говорят, что счастье любит тишину… — подал голос Хлад. — Как по мне, мы все должны радоваться, что ничего не происходит.

— Подожди… — пропищал паразит. — Это всего лишь затишье перед бурей. Император ещё не появился…

Здесь он был абсолютно прав. С чего бы заговорщикам появляться раньше жертвы?

Двери в дальнем конце зала растворились, и оттуда вышел первый советник. Пройдясь по залу, он встал у подножия трона, посмотрел с упрёком на двух генералов, которые всё не могли наговориться, и, не дожидаясь, когда они замолчат, объявил поставленным голосом императора.

— Его Императорское Величество! — воскликнул он, параллельно давая команду всему залу подняться со своих мест.

Гости все как один подскочили со стульев. Поднялся и я, краем глаза отметив, что девчонки на своих местах сбоку тоже встали. Отлично, никто не остался сидеть, а значит, и претензий к нам никаких быть не могло.

Император вошёл в зал неспешно и в гордом одиночестве, словно вышел на прогулку. Я ожидал свиты, охраны и цесаревича рядом, но он шёл один. Это и есть их план? Ловить заговорщиков на живца, коим выступал Романов?

Он поднялся к трону, опустился на него без единого лишнего движения и обвёл зал тяжёлым, спокойным взглядом хозяина, который знает цену каждому, кто сейчас стоял перед ним.

Мир вокруг для меня словно замер. Я ожидал атаки с любого направления, секунда, другая… И ничего… Десять секунд, после которых первый советник объявил цесаревича.

— Его Императорское Высочество! — воскликнул советник.

На выход Николая зал отреагировал заметно живее. Оно и понятно, ведь сегодняшний приём был в честь его выздоровления. Хороший ход, чтобы остановить слухи о тяжёлом недуге или ранении Николая. Теперь ни один аристократ не мог усомниться в том, что он живее всех живых.

Как только Николай уселся на трон по правую руку от императора, советник развернул свиток и начал зачитывать с него речь.

— Подданные Империи! — начал он. — На минувшей неделе Его Высочество принял неравный бой с противником, превосходившим его числом и силой. Окружённый, он не отступил и не сложил оружия. Он бился до тех пор, пока не получил раны, которые любого иного свели бы в могилу!

По залу прокатился сочувственный гул. Я слушал вполуха, больше следил за лицами и движениями гостей. Забавно было наблюдать, как одна часть аристократов искренне переживала за судьбу цесаревича. В основном это были дамы разных возрастов. А вот мужчины относились к подобным описаниям со скукой, кто-то и вовсе закатывал глаза: мол, мы это всё уже сто раз слышали, когда будут наливать.

— Но милостью судьбы всё обошлось! — продолжал советник, и голос его потеплел. — Его Высочество был возвращён к жизни в считаные дни. И, как видите, ныне Его Высочество с нами, в полном здравии, целости и сохранности!

Зал разразился аплодисментами, словно им показали какой-то цирковой номер, я же продолжал наблюдение. Если нападать не сейчас, то когда?

— В ознаменование сего, — советник дал аплодисментам стихнуть, — и в благодарность тем, чьей доблестью и трудами была сохранена жизнь наследника престола и одержаны победы на восточных рубежах, Его Величество жалует награды!

Вот теперь стало интересно. Что ещё за награды? И почему я опять не в курсе? А если среди награждённых будут технаты? Я нахмурился, глядя на Николая, но он даже бровью не повёл.

— Генерал Воротынцев! Награждается орденом Александра Невского! — торжественно произнёс советник.

Из третьего ряда поднялся грузный седой вояка, которого я если и видел раньше, то мельком. Он подошёл к лестнице, ведущей к трону императора, и остановился напротив советника и Потёмкина, который уже приготовил орден.

Этот генерал был чист как слеза младенца. Не знаю, чем он там занимался, но пришёл на награждение без глушилки. Обычный Великий архимаг воздушной стихии. Не думаю, что он решится на атаку, но даже если так, мои «волшебные нити» разрежут его быстрее, чем он попытается накопить энергию в ладонях. Шутить я не собирался…

Дальше пошли остальные генералы, фамилии которых я, мало того что не знал, так тут же и забыл. В орденах я тоже не разбирался. Невского, Святого Владимира первой степени, Георгия третьего класса… Видать, они и правда заслужили, не будут же их раздавать просто так? К тому же война со скверной велась не только моими силами, так что в этом плане я был спокоен. Другой вопрос, почему из моих ребят никого не пригласили?

— Генерал-губернатор Иркутской области Дмитрий Донской! — послышался голос советника. — Награждается орденом Святого апостола Андрея Первозванного!

В зале начались волнения. Что происходит? Почему народ так нервничает? Я попытался понять причину, но времени на анализ уже не было: мне нужно выходить. Единственное, что я заметил, так это то, что я был шестым в очереди. Опять какая-то сволочь дала мне понять, что мне здесь совсем не рады…

— Высшей наградой империи! — добавил первый советник.

Ах ты сволочь! Я моментально закипел. Ирод проклятый, что же ты творишь? Моему возмущению не было предела. Ещё бы гости не волновались, ведь меня буквально вынесли к ним на блюде: мол, он теперь любимчик императора, пробуйте на прочность… Вот они и приготовили ножи, чтобы оттяпать от меня кусочек пожирнее…