Тихо звякнула чашечка о блюдце.

Императрица промокнув губы платком. Она только пила и ничего не ела – неудивительно.

А вот рыжая ела. В основном – траву, то есть салаты, поскольку они «полезны для фигуры».

Морщилась, давилась, но ела, кидая то и дело преданные взгляды на императрицу.

Не рассчитывай, дурочка. Когда принц с тобой наиграется, тебя выдадут замуж за одного из разорившихся баронов – старика с пятью внуками, и сошлют в такую даль, что даже пограничная крепость покажется небесами.

Но я этого не сказала. Внутри всё подрагивало от напряжения.

– Леди Аэри, я смотрю, вы освоились во дворце, – тон Хелени Мъярг был настолько холодным, что по коже пробежали мурашки.

– Что вы, Ваше Величество, без вас и вашего мудрого руководства я могла только пытаться понять, что от меня требуется, и не опозорить род Мъярг, – я «простодушно» улыбнулась.

– Вы совсем не едите. Ешьте, – властный приказ.

Что же ты туда подсыпала? Моя дорогая свекровь всегда была изобретательна.

– Ах, у меня просто кусок в горло не лезет, я так жду возвращения Тристана! – Я всплеснула руками и «неловко» задела одно из блюд.

Брызги полетели на рыжую швабру, а несколько овощных тефтель под соусом – на пол.

Мелькнул хвост. Хотелось надеяться, что мантикот понял мои подмигивания и не съест наши улики, но на всякий случай пришлось спрятать пару круглых невнятно пахнущих шариков в платок, пока рыжая визжала, а императрица отвлеклась.

– Дрянь криворукая! Деревенщина! Да тебя в монастырь отправят скоро! – Лицо девушки исказилось от ярости.

Соус стекал прямо по глубокому декольте, скользя в пикантную ложбинку.

И всё же я не думала, что она такая несдержанная. Совсем глупая?

– Леди Праскон! – Голос императрицы грохотал отголосками грома. – Вы меня разочаровали! Извольте нас покинуть!

Свекровь кинула в сторону несчастной возможной любовницы моего мужа такой взгляд, что я только языком цокнула про себя. Вот это талант! Да в нормальные бы его руки - генералу бы в армии пригодилось!

– Да-да, Ваше… – бормоча извинения, леди Праскон удалилась.

– Она извинится перед вами, – жёстко кивнула свекровь, – ешьте. Дипломатическая миссия завершится через неделю, – сердце упало, – и нас ждёт грандиозный приём. Сомневаюсь, что у вас есть опыт организации подобных балов, но вам и не нужно, поскольку всеми делами дворца занимаюсь я и моя канцелярия. Вы можете расслабиться и постараться стать настоящей опорой моему сыну.

Немой и тупой куклой для постельных развлечений? Стесняюсь спросить – он что, всё время падает, раз ему так надо на кого-то опереться?

Я машинально потянулась за хрустящим беконом и замерла.

Перстень предупреждающе мигнул оранжевым.

Ещё не смертельная угроза, но лучше не пробовать. А то вдруг зелёненьким огурчиком станешь?

– Давно хотела попробовать здоровое питание, Ваше Величество! – Округлив глаза, прощебетала восхищённо. – Знаете, это так модно! Конечно, его сейчас предпочитают женщины постарше. Ну, знаете, – я перешла на заговорщицкий шёпот, – говорят, зелень очень... Молодит! И делает леди стройными! Особенно немытая. Не понимаю, в чем разница? – Я хихикнула, по-воловьи моргнув глазами.

Как же приятно наблюдать за этой чудной краской бешенства на чужом лице!

Веселясь, я изо всех сил давила ужас от мысли, что в одной из тарелок снова будет тот самый яд, который должен превратить меня в овощ. А я не пойму, не распознаю, кольцо сломается, и...

Императрица всегда будет превыше любых подозрений!

Нет уж, гадина ползучая. Врёшь. Не знаю, хватило бы у меня сил бороться только за себя. Но в этой новой жизни я больше не одна.

Скалься пока можешь. Играйся. Торжествуй. Думай, что ты уже победила. На каждую змею найдётся своя рогатина.

Сейчас ещё не твоё время, Аэри. Жди. И я стиснула зубы, заставляя улыбку снова засиять на лице.

– Что за чушь вы говорите, Аэри. Вам стоит уделять больше внимания этикету, жене принца не подобает выражаться, как деревенской бабе, – в меня воткнулся кинжальный взгляд.

Какая-то маленькая часть меня прошлой тряслась от ужаса. Но я-настоящая взгромоздила локти на стол и изящно опрокинула "красный" подозрительный бокал на ковёр.

– Ой, матушка, да я подучусь, честное слово! - Добродушно махнула рукой, как будто не замечая злости свекрови.

– В таком виде, – лицо императрицы исказилось от отвращения, – вас не выпустят даже на люди! Где вы растеряли ваши манеры? Одеты как нищенка, ужасный цвет лица, а эта прическа вам совершенно не идёт! И... ешьте немедленно! Мой личный повар старался для вас!

Это уже был неприкрытый намёк.

Я подавила холодный смешок. Слишком простенько для императрицы. Неужели недостача яда в клыках? Недавно уже сцедила на кого-то?

Но игнорировать такие намёки сейчас не стоит. Деревенская дурочка любит поесть что-то необычное, она точно не уйдёт голодной с завтрака императрицы. Это прямое оскорбление правящей особе.

Так что...

– Ох... – я поспешно опустила глаза, примериваясь к столовому изобилию.

Нужно надкусить самое безопасное из опасного. То, что нанесёт минимум ущерба. Есть ведь здесь пакостное, но несерьёзное. Точно есть.

Так. Не то. Точно не это. О!..

На одном из блюд перстень слабо вспыхнул жёлтым. Это была расплывающаяся кляклая масса с ужасным запахом и цветом детской неожиданности, но я обрадовалась ей, как родной.

Ничего, кроме пищевого отравления, мне от неё не грозило.

Я гордо пододвинула блюдо к себе.

– У вас интересный вкус, – по лицу императрицы было ничего не разобрать, – впрочем, это не имеет значения, пока вы соблюдаете не только видимость приличий…

Пухлые губы изогнулись в улыбке.

Беседа потекла почти спокойно – если вы находите спокойной прогулку по вражеским окопам. Пока женщина передо мной не нанесла последний удар.

– Мой сын тактичен и никогда не позволит себе ничего лишнего. Не расскажет семейных секретов даже мне, но… – эта женщина подалась вперёд. В ложбинке груди, едва видневшейся под кружевом, блеснул бриллиант, – ходят слухи, что ты не так невинна, как должна быть, милая Аэри. Надеюсь, это только слухи.

На миг я даже опешила от этого горячего бреда.

Испуганная деревенщина уже бы плакала и валялась в ногах, моля императрицу о снисхождении – и неважно, что никакой вины за ней не было.

Вонючая жижа встала в горле колом. Ногти впились в ладонь. Тьма. Жадная, яростная, всепоглощающая всколыхнулась со дна души. Не вовремя! Очень не вовремя. Но зря она решила заговорить об этом.

Сколько девушек она вот так же растоптала? На скольких бросила тень? О ком поползли лживые слухи?

– Глупые слухи, Ваше… – мой голос звучал непривычно глухо и низко.

Вырвался клёкотом. Ещё миг. Два. Я переоценила своё самообладание. Сейчас я крушить. И что-нибудь ломать.

Три.

В ушах коротко зазвенело.

– Молчать! – Жёсткое, командное.

Вот теперь я узнавала Хелени Мъярг.

Императрица поднялась.

Платье обрисовало все изгибы чужой подтянутой фигуры.

Её кожа мягко сияла, а пальцы цепко сжимали веер. Его острая рукоять угрожающе смотрела на меня.

Два.

– Знай своё место, девочка, и не высовывайся. Ты здесь никто и останешься никем. Твоё дело – быть тихой скромной женой и не позорить Тристана. Ты наказана, Аэри. Неделю до приезда Тристана не смей покидать покоев! – Низкое шипение мелодичного голоса обычно раскачивало нервы жертвы.

Сильно ли ты удивишься, если я сейчас заломлю тебе руку так, что твоя острая железка будет смотреть уже на тебя?

Один.

Я оскалилась, смотря в пол. Если я подниму глаза – она поймёт. Поймёт всё.

Медленно подняться. Не смотреть на неё, я сказала.

Шаг. Переместиться так, чтобы враг был прямо передо мной, но отделён столом.

Со стороны наверняка казалось, что я до смерти напугана. Хорошо. Очень хорошо.

Я вдруг ощутила звериную ярость и готовность вцепиться странной ведьме в глотку – чтобы не колдовала. Успела понять, что это желание не моё, и даже восхититься тому, как отчаянно мой маленький защитник был готов действовать.

Императрица торжествующе полыхнула магией. Я приготовилась ответить, и...

Дверь с лёгким дребезгом распахнулась.

Хелени Мъярг резко отступила назад.

Губы первой леди империи искривились в фальшивом приветствии.

– Мы не ждали вас здесь, Ваше Высочество, какой приятный сюрприз! Что вас заставило вспомнить обо мне? – Хелени Мъярг улыбалась, кокетливо обмахиваясь веером.

Одна секунда – и передо мной другой человек.

Её движения стали плавными, как у змеи. И столь же отточено смертоносными.

Горло щекотало. Щёки припекло, а в теле вдруг поселился странный жар.

Мне пора искать уборную? Впрочем, переживу. Легко отделалась.

Большая голова ткнулась мне в колени. Мантикот переживал. Корри…

Я медленно обернулась, не веря своим глазам.

Шаннер Мъярг замер на пороге, но смотрел он не на императрицу – на меня. В остром взгляде наследника пряталось нечто странное. Оно цепляло. Заставляло вглядываться в холодное узкое лицо снова и снова. Чужая загадка манила.

– Я искал принцессу Аэри, – резко ответил кронпринц, – как вы должны знать, принцесса едва не стала жертвой убийцы, который орудует во дворце. К счастью, преступника удалось спугнуть, но мне необходимо расспросить леди, это становится делом императора.

Пока отец на переговорах, хозяин дворца – наследник.

Императрица имеет право только на управление «женской» частью дел.

Я медленно перевела взгляд на свекровь. И… чтоб меня плотоядный мох сожрал! Я увидела. Я успела увидеть в её глазах тень… не страха, нет. Но напряжения.

Для меня это было лучшим доказательством того, что эта женщина замешана в заговоре.

В животе вдру свернулся странный тягучий клубок жара и одновременно возмущённо забурчало. Совсем не романтично. Я облизнула вдруг пересохшие губы и напоролась на тёмный взгляд наследника.

Желание добежать до уборной вдруг сменилось совсем другим... желанием. И вот это уже пугало!

Мрак, да не может такого быть! Неужели опять моё "Аэри с подвохом"? Не-ет!

Живот издал тихую руладу, намекая, что стоит приготовиться к забегу. Вместо мучительного ужаса или что мне там полагалось испытывать в этой ситуации, я поняла, что сейчас неприлично расхохочусь.

Но... Глаза против воли задержались на небрежно расстёгнутом мужском вороте.

Белая, совершенно белая кожа. Едва заметно заострённые уши. Волосы сейчас убраны в хвост. Хочется проследить языком бьющуюся на шее жилку. Запустить пальцы в волосы. Прижаться к нему теснее, и…

О, нет-нет-нет.

Императрица что-то говорила. В ушах шумело.

И в уборную, тьма мохнатая её пожри, мне тоже хотелось!

Урррр, - задумчиво заметил живот.

Так я и знала. У моего организма была дурацкая особенность выдавать дикие и непредсказуемые реакции на самые обычные зелья.

Причем, могло вообще ничего не случится! А могло...

Может, это слабительное с таким эффектом? "Добеги и полюби!". Или чесоточное. "Почеши меня нежно?"

Сколько было зелья в блюде? Я съела пару ложек.

– … как скажете, но я буду рада, если вы будете держать меня в курсе расследования, это просто отвратительно! – Донеслись до меня слова свекрови.

Я сделала шаг вперёд. Другой. Третий. Заставила себя попрощаться. У меня есть время. Я успею добраться до комнат, и…

Крепкая ладонь обхватила запястья.

– Идите за мной, быстро. – Почти прошипел наследник. – Потом расскажете, как вам пришла в голову эта гениальная идея…

Какая именно?

– Отправиться к императрице с двумя стражами, не уведомив меня!

Что?!

– Не могу сказать, что знаю, как с вами связаться, мой принц, – это прозвучало настолько вызывающе томно, что Маэни за нашими спинами кашлянула.

Такой красивый мужчина – и ругается! По коже пробежали мурашки. Стало горячо. И, кажется, я накаркала. Живот урчать перестал, но безумно зачесалось всё тело.

– Что вы ели? То, что перстень определил как наименее опасное? – Голос кронпринца прозвучал сухо.

Догадливый!

Он не смотрел на меня, не обращал внимания на то, что корсет почти случайно сместился чуточку вниз, а кружево накидки обнажило полоску кожи.

Ай, нехорошо, Аэри! Ты зачем сейчас пытаешься дотянуться рукой до шеи Его Высочества? Ведь точно не для того, чтобы его придушить?

Другой рукой я пыталась почесать спину – не очень удачно. Зато платье сзади подозрительно крякнуло.

Сознание медленно, но верно заволакивала дымка желания. Хелени Мъярг кусала бы локти от зависти! Она вряд ли ожидала такого впечатляющего эффекта от... всё-таки чесоточного?

Попросить у Корри отрезвляющий укольчик?

– Тшш-ш…

Широкая ладонь обхватила мои запястья, отводя руки от одежды.

– Краурррр, – заворчал мантикот совсем рядом.

Я вздрогнула. Ноздри принца дрогнули, раздулись.

На миг его лицо заострилось, а в огненных глазах вместо зрачков полыхнуло пламя.

– Забавно. Маэ, Доргат, отбой. Это существо нам не враг.

– Крайа-урра-крау, – одобрительно заворчали в ответ на мелких людишек.

– Сегодня здесь так жарко, – язык привычно молол чушь, не останавливаясь, – может, нам стоит раздеться, Ваше Высочество… Совсем немного… – Это вышло как «ооо-оо» с придыханием.

Мои руки совершенно самостоятельно начали расстёгивать пуговицы строгого камзола. Блестящие. Красивые. Но такие лишние, когда хотелось увидеть, как темнеют пламенные глаза, как в них вспыхивает желание, как…

Так. Срочно. Экстренно. Бить себя бесполезно – проверено.

Подумай гадость, Аэри. Давай, ты умеешь! Что-нибудь такое, отчего ты захочешь пожалеть себя несчастную, уронить слезу и возненавидеть весь мир!

Ну?

Уф. Жарко. И чешется. А что, если сбросить эту жуткую робу и хорошенько... почесаться? А потом повиснуть на шее этого...

Стой.

Грустное, Аэри!

Как...

Ты всегда, всю жизнь шла у всех на поводу.

О, неплохо.

У своих желаний, у отца и матери, у мужа и свекрови. Ты всем пыталась угодить. Ты плыла по течению, как тухлая рыба.

В глазах почернело до звёздочек, но желание на мгновение отодвинулось.

Молодец, так держать!

Я ощутила холодное прикосновение ко лбу.

– Никогда не видел , чтобы кого-то так развезло от обычного чесоточного! – раздражённый хмык откуда-то сверху.

Держимся, Аэри. Не пугай бедных мужчин своим энтузиазмом.

Давай, дорогая. За Кэса, за Грэя, за любимую игрушку-неваляшку!

Нет. Я больше не буду слабой.

В ушах шумело. Раскалывалась голова. Перед глазами мелькали мушки, но я шаг за шагом, секунду за секундой отрывала себя от этого чудесного, горячего, красивого, ум... кронпринца.

Чесалочки, Аэри! Это не мужчина – а волшебная чесалочка!

Пальцы тряслись. Кажется, я выдрала одну пуговицу камзола с мясом.

– Ммм...

– Ты справишься. – Низкий жёсткий голос.

– Борись.

– Это не... приворотное или... – мой голос сорвался. Мысли снова начал заволакивать туман, – это точно чесоточное. На меня с детства странно влияют простые зелья! Если там есть... – уффф, скажи это. Давай. Скажи громко!

Я остервенело почесала кое-что пониже поясницы.

– Котовник магус! - Выдохнула название безобидной травки, чья вина было только в том, что мне с ней не везло.

– Вот это феномен, – незнакомый, как будто поющий голос.

– Слышите меня, Аэри? – В сознание снова прорвался голос принца, и я резко распахнула глаза.

Оказывается, я успела их закрыть.

Руки тряслись.

Да чтоб вам, Ваше Величество, острой изжогой мучиться!

Я упрямо вскинула голову.

Мы успели уйти далеко – и теперь стояли посреди тайного прохода.

Яростный азарт заставил разум проясниться.

– Вы меня понимаете, Аэри? – Сзади меня кто-то крепко держал, а надо мной продолжал возвышаться Шаннер Мъярг.

Принц оставался каменно серьёзным. Совершенно точно. Я верю.

А лёгкое удивление и искорки в глазах мне примерещились.

Не каждый день вместо того, чтобы чесаться, тебе леди на шею вешаются!

Светлые волосы кронпринца щекотали мне шею.

В глазах – тень пламени. Тёмные, острые, холодные.

Я вдруг особенно ясно осознала, что он – не человек. Существо, изменённое силой бога или твари из Сумрака.

Его пальцы коснулись моего лица. Повеяло магией. Я скосила глаза – и вздрогнула от волны призрачного пламени, которое охватило всё моё тело.

– Слышу, – выдохнула с хриплым стоном, как будто предлагала ему себя.

– Это особенность... – голос кронпринца едва уловимо изменился, – с вами с детства?

– Да-а... – я облизнула губы, понимая, что поедаю мужчину перед собой взглядом.

Нет, я не хотела этого! Но тело действовало вперёд меня.

– Такое может быть из-за врождённых особенностей магии, – пробормотал второй голос за моей спиной.

Я зло зашипела. Этот негодяй не пускал меня к такому замечательному и со всех сторон выдающемуся мужчине рядом!

Шаннер Мъярг моргнул.

– Слушайте меня внимательно, Аэри. Это состояние нельзя снять практически никаким внешним воздействием и оно может быть опасно для вашего рассудка. Конечно, я мог бы удовлетворить ваши желания, – не меняясь в лице, заметил наследник.

Я возмущённо фыркнула. Где-то рядом согласно высказался Корри. Нужны вы нам, как хорошее настроение императрице!

– Но предпочитаю держать в объятиях женщину, которая меня хочет, а не боится. – Кивнул своим мыслям наследник.

– Дело не в вас, – ответила коротко.

На длинные фразы я была сейчас не способна.

А вот если я всё-таки кинусь ему на шее и чуть-чуть задушу от избытка любви – это будет считаться покушением или нет?

Кажется, моему рассудку определённо что-то угрожало. Моя любвеобильность, например!

– Я так и думал, – на узкое лицо набежала тень, – не знаю, как вам удается держать себя в руках и бороться, Аэри, но надолго вас не хватит.

К чему сообщать очевидные вещи? Уф. Как-то жарко становится...

– Но… – мужчина едва заметно поморщился. Сердце гулко бухало в груди. Я тяжело дышала, чувствуя, что во рту сухо, как в Аргарской пустыне.

– Можно обмануть ваш организм, – вмешался певучий голос за моей спиной – как будто птица зачирикала, – для этого нужно лечь с мужчиной, прикасаясь кожей к коже. Я нарисую руны и смогу провести обряд. Он выведет зелье из крови, пока не случилось больше никаких неприятностей. Если согласны – нужно начинать сейчас.

Лечь кожей к коже?

– Кто? – Выдавила, чувствуя, какой жар идёт от кожи наследника.

Кто тот прекрасный и аппетитный... Цыц, Аэри! Ты где забыла своё знамя против гадких самодовольных мужчин?

– Я. Кому ещё я мог бы доверить вашу честь? – Кронпринц смотрел без улыбки.

Его пальцы всё так же обхватывали мои запястья, и воздух между нами дрожал от напряжения.

Это безумие! Он брат моего мужа, безупречный наследник престола, коварный игрок, хладнокровный монстр.

Это…

– Хорошо. – Прозвучал мой голос.

Я облизала губы, понимая, что бёдра двигаются сами собой в призывном танце.

Кажется, со стыдом мы плотно пообщаемся немного позже.

– Мр-рак и сумрак. Доргат, живо! Я тоже не железный! – Впервые в голосе Шаннера мелькнуло что-то по-настоящему живое. Злое.

Как будто собственная реакция мужчину не устраивала.

– Тогда возьмите её… на руки, мой принц, – смешок, – всего лишь на руки.

Воздух вокруг меня закрутился, меня подхватило – и потащило вверх.

Горячее сильное тело крылатого наследника. Крепкие объятья. Запах, щекочущий ноздри. Скошенный луг, грозное пламя и желание.

Или оно было моим? Я теряла контроль, темные воды захлёстывали меня с головой, мир шёл кругом.

Кажется, в какой-то момент я отключилась. И очнулась от того, что меня крепко обнимали со спины.

– Не оборачивайся, Аэри. Иначе это плохо кончится, – прошипели мне на ухо.

Тёмно-синие простыни. Большая комната, залитая солнцем. Я опустила взгляд ниже, чувствуя, что краснею уже неподдельно.

Разум был готов ускользнуть в любой момент.

– Я уже нанёс знаки. Обнимайте друг друга крепче. Маэни постоит на страже, чтобы никто не помешал, – прочирикал знакомый голос.

Я скосила глаза – и даже на миг отвлеклась от изводящего душу и тело желания.

Слёзы застыли в глазах, не пролившись.

Это был тот самый напарник Маэни, которого я почти не успела разглядеть.

Торчащие во все стороны белые волосы – не серебро, не платина, седина.

Когда-то сломанный нос, тонкое, диковинной, нечеловеческой красоты лицо, большие глаза с вертикальным зрачком.

То, что я приняла за плащ, было крыльями. Только не перьевыми, а кожистыми. Сероватая кожа отливала металлом.

– Он из каменных горгулий. Их осталось очень мало, – от голоса наследника все волоски на коже встали дыбом.

– Помолчите, мой принц! – Высоким голосом оборвал наследника крылатый.

Ещё один миф, подумать только!

– Они верны своей женщине до последнего осколка каменного сердца. Как цепной пёс, он следует за избранницей повсюду. С того момента, когда встретит её и до конца времён. – Жаркий шёпот коснулся не тела, нет.

Что-то давно отмершее, неприглядное, заброшенное. Что-то, так похожее на осколок моей души, который искал любви, жадно шевельнулся.

– Когда у тебя прорежутся крылья, мой принц, ты узнаешь, что такое любовь. Ваши договорные браки глупы. Они убивают душу. Неудивительно, что твой род давно не поднимался в небо. А взлетев в небеса однажды, ты уже не захочешь их потерять, – голос серокожего мужчины – несмотря на кажущуюся хрупкость язык не повернулся назвать его юношей – обволок свежестью.

Как будто ветер подул.

Горячая ладонь. Чужая ладонь на моем животе – шевельнулась.

Я издала вдруг такой звук, что сама испугалась. Что за зверь воет?

– Больше похоже на то, что я тебя убиваю, Аэри. Потом, когда ты придешь в чувство, принцесса, ты расскажешь мне, что здесь делает Мантикора, божественный зверь из древних легенд.

Скорее всего, сейчас хочет есть. Это же Корри, в его желудке поместится даже стадо коров.

Пальцы принца коснулись моего плеча – и тут же отдёрнулись.

Звонкий голос стража взвился к небесам.

***

Желание, страх, смущение, злость – всё растворилось в чужой песне, в крепких объятиях, которые баюкали меня, как ребёнка.

Мысли текли вяло, перескакивали с одного на другое.

Не знаю, сколько это длилось.

Минуту? Час? День? Вечность?

Меня привело в чувство лёгкое дуновение ветра и прикосновение к моему затылку – как будто кто-то зарылся носом мне в волосы.

Миг – и блаженная расслабленность сменилась оглушительным стуком.

– Ваше Высочество, Ваше Высочество, – мне показалось, что вопль исходил отовсюду, – откройте, прошу вас, исчезла принцесса Аэри! Нам нужна ваша помощь, Ваше Высочество!

– Шаннер, последний раз принцессу видели рядом с тобой, нам нужна твоя помощь, – ледяной голос императрицы окончательно привёл меня в чувство.

Я помнила. Слишком хорошо всё помнила.

Если хоть один человек сейчас увидит меня в таком виде в покоях наследника…