– Никуда не уходи.

Я обвила Нико ногами, сидя на высоком барном стуле, а спиной откинулась на стойку. Он поцеловал меня, не раскрывая губ, а затем неторопливо направился обратно на сцену, где выступал большую часть вечера.

Я принарядилась и даже по его просьбе надела платье – нас ждал поздний ужин и бог знает что еще. Мы запланировали свидание, и мне было не так уж важно, куда именно мы пойдем.

Нико настоял на том, чтобы я приехала в «Котел» на его концерт. Джулс поняла бы, если бы он не стал его проводить, – выступление запланировали еще месяц с лишним назад. Тем не менее Нико не стал отказываться. И он хотел, чтобы я была с ним во время этого выступления.

И вот я сидела рядом с Чарли, который дожидался окончания смены своего друга, Джей-Джея. Да-да, они наконец-то наладили личную жизнь! Я повернулась к Чарли – мы вместе наблюдали за сценой.

– У меня до сих пор не укладывается в голове, что вы теперь вместе, – сказала я, приподнимая брови.

Его голубые, немного детские глаза так сияли от счастья, что его привычная ироничная ухмылка превратилась в блаженную улыбку.

– Ты же сама убеждала меня, что нам пора найти подружек.

Он оглянулся на Джей-Джея, который подавал троим хихикающим гостьям «Драконий джин» – наш новый и теперь самый популярный коктейль.

– Так ты сам сделал первый шаг?

Он открыл рот, но заговорил не сразу. Сперва он только улыбнулся.

– Вроде того.

– Хорош темнить. Кто кого поцеловал первым?

Он заулыбался еще шире.

– Она меня.

– Так, ясно. Завтра днем у нас с тобой встреча. Идем в кафе «Чайная ведьма». С тебя – все подробности.

– Да я же и не скрываю. Просто тебе последнее время было совсем не до меня.

– Чарльз, ну послушай. Мне пришлось бить татухи сразу целой дюжине оборотней. И хрен знает сколько их еще придет. Шону еле удается распихать их по окнам в расписании.

– Я думал, это остинская стая.

– Так и есть. Но, судя по всему, они собираются обосноваться здесь. И они уже рассказали про нас всем своим друзьям. Это, конечно, здорово, но я рада, что Нико наконец заставил меня взять выходной. – Я лукаво улыбнулась и добавила: – Думаю, он и сам не прочь, чтобы я немного отвлеклась.

– А ему-то какая разница?

– Видишь ли, оберег работает лучше всего, если его вытатуировать на сердце. Так что каждый день меня окружают горячие парни-волки с голыми торсами.

– Бедняжка, – съязвил он, глядя на сцену. – И бедный Нико.

Чарли ухмыльнулся. Нико закинул гитару на плечо и что-то сказал зрителю у сцены.

– Уверен, у него были и другие скрытые мотивы. Например, чтобы ты отдохнула как следует.

– Его скрытые мотивы приводят меня к множественным оргазмам, так что я только за.

Тем временем Нико заговорил в микрофон:

– Ну что, влюбленные, как ваш День святого Валентина?

Свист и возгласы эхом прокатились по залу. Громче всех закричала Иви, которая стояла перед обнявшим ее сзади Матео, по другую руку от Чарли. Ливви что-то сказала им, и оба рассмеялись в ответ.

Нико продолжил, и я переключилась на него.

– Надеюсь, вечер каждого из вас кончится чем-то приятным.

Снова свист, смех и аплодисменты.

– Я хочу посвятить последнюю песню своей возлюбленной. Она называется «Сапфировая река».

Я проглотила слюну и почувствовала, как Чарли толкает меня локтем. «Своей возлюбленной». Нико сказал это во всеуслышание, и от его слов у меня мурашки пробежали по телу.

Он взял первые аккорды, глядя на струны гитары, и мое сердце забилось быстрее.

Одетый в темные джинсы, черную рубашку на пуговицах, с небрежно растрепанными волосами и легкой щетиной на подбородке, которая добавляла сексуальности, – на сцене стоял самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. И сейчас он исполнял песню для меня.

Началась медленная и чувственная вокальная часть, и, кроме него, в моем мире не осталось никого. В этот раз он пел не кавер-версию чужой песни, выражая мне свои чувства чьими-то словами. Это был его собственный текст. Который он написал для меня.

Нико рассказывал мне, что ему не нравится находиться в центре всеобщего внимания. Что он предпочитает сливаться с окружающим миром, даже когда он поет и занимается творчеством. И оттого, что он положил свои слова на музыку специально для меня, меня переполняла любовь к нему.

Он пел о том, как заблудился в глухом темном лесу. О получеловеке, лишенном дома. Затем его голос стал более напряженным, глубоким и грубым – он запел о том, как его унесло рекой и он чуть не захлебнулся в пучине отчаяния и тоски. Но затем интенсивная мелодия вдруг стихла, и Нико нежно коснулся струн ладонью. Он что-то тихо промурлыкал в микрофон, прежде чем ударить по ним снова, музыка опять набирала темп, словно сердце, которое вновь забилось.

Нико оглядел зал, поймал мой взгляд, и его глаза вспыхнули ярко-зелеными светом. Он принялся извлекать из струн своей гитары нежную как мед мелодию об ангеле с сапфировыми глазами, который вытащил его из тьмы и доставил в рай, на берега фиолетовой реки, где ночи были очень теплыми. Последние несколько аккордов этой сладкой мелодии прозвучали в унисон с его суровым, мужественным голосом.

Когда Нико закончил играть, толпа разразилась аплодисментами и свистом. Нико скромно стоял и махал зрителям рукой, а затем снял с плеча гитару и убрал в футляр.

Пробираясь мимо столиков и толпившихся у сцены зрителей, я отправилась к Нико. Когда наконец он повернулся и пошел мне навстречу, нежно улыбаясь и глядя на меня влюбленным взглядом, я уже была совсем рядом – и бросилась к нему в объятия.

Он поймал меня, придерживая за зад, и я обхватила его ногами, а моя свободная юбка задралась до бедер. Я прижалась лицом к его шее, и мы покачивались взад-вперед, пока он гладил меня по спине.

– Моя малышка.

Как будто он знал, что я нуждалась в этих словах, нуждалась в том, чтобы он успокоил бушевавшие внутри меня чувства. Краем уха я слышала, как толпа подбадривала нас, и понимала, что его наверняка сводит с ума быть в центре внимания со мной.

Он по-прежнему обнимал меня, шептал мне на ухо ласковые слова и нежно гладил своими крупными ладонями. Наконец мне удалось чуть-чуть ослабить его хватку и достать до пола ногами.

– Это было…

Я покачала головой, сглатывая. Ком в горле сдавил мне голосовые связки. Нико коснулся моего лица, смахивая со щек слезы, о которых я и не подозревала.

– Просто хотел, чтобы ты знала, как сильно я тебя люблю, – прошептал он.

Я впилась пальцами в его затылок.

– Вечером тебя ждет лучший в твоей жизни минет.

Он рассмеялся, и я поцеловала его.

– Так вот что я должен был сделать! Отлично, к твоему дню рождения напишу тебе еще одну песню.

Мы рассмеялись, и я потащила его обратно к бару, где Джей-Джей, Чарли, Ливви, Иви, Матео и Клара энергично хлопали в ладоши. Они аплодировали Нико. А почему бы и нет? Он безумно талантлив. Возможно, я была предвзята и имела причины считать его песню самой красивой из когда-либо написанных, но правда в том, что она действительно была потрясающей. Он был потрясающим. И он был моим.

– Чувак, ты что-то от нас скрывал, – сказал Джей-Джей, протягивая ему через стойку бутылку «Киллиана».

Он пожал плечами.

– Спасибо вам, ребята.

Ливви оценивающе посмотрела на него.

– Знаешь, если у тебя будет еще несколько таких песен, я точно смогу помочь тебе стать звездой соцсетей.

Нико с ужасом посмотрел на нее. Прежде чем он успел ответить, я сказала:

– Нет, Ливви! Он не хочет популярности. Он и так зарабатывает кучу денег на своих песнях. Ему не нужна слава и все в таком роде.

– Жаль. – Ливви покачала головой. – С твоим голосом, талантом и внешностью, ты мог бы записать платиновый альбом.

– И жил бы потом за трехметровым забором, выходя на улицу в окружении телохранителей. Спасибо, Ливви, но нет. – Нико поцеловал меня в макушку. – Я люблю жизнь такой, какая она есть.

– Да уж. Пожалуй, ты прав.

Подошел Фрэнни с подносом пустых стаканов.

– Джей-Джей, можно мне еще четыре мартини «Укус паука»? И побольше оливок.

– Конечно. – Джей-Джей повернулся к бару, чтобы выполнить заказ.

– Фрэнни, у тебя намечается горячее свидание? – спросила Ливви. – Готова поспорить, девчонки из колледжа выстраиваются в очередь из-за твоего милого личика.

Она ущипнула его за щеку. Он усмехнулся.

– О да. Незабываемое свидание с учебником по органической химии. Жду не дождусь.

– Куда пойдете? – спросил Матео у меня и Нико.

– Не знаю. – Я взглянула на оборотня, пока он обнимал меня сзади. – Что скажешь?

– В «Драго». Знаю, как сильно моя девочка любит сырых устриц.

Он обнял меня за талию. Честно говоря, мы не нуждались в афродизиаках, но я действительно любила устриц. Сырыми, приготовленными на углях или во фритюре. Любым традиционным способом. А в «Драго» они были самые вкусные в городе.

– Ом-ном! – Я заерзала на месте и вдруг заметила, как побледнела Иви.

– Все хорошо? – спросил Матео, положив руку ей на бедро.

Она не ответила, даже когда Джей-Джей подвинул к Фрэнни поднос со свежим мартини и ворохом оливок. Тот взял напитки и поставил прямо под нос Иви.

– Господи. – Она схватилась за живот и побежала в коридор, к туалетам.

– Только не это. – К нам подошла обеспокоенная Клара. – У нее серая аура.

Матео был совершенно спокоен. Он даже улыбался.

– Эй, какого хрена? – Ливви сердито посмотрела на него. – Ты радуешься, что Иви плохо?

Магический поток пробрал меня до самых костей, посылая четкий сигнал в эфирное зрение.

– Не может быть, – прошептала я, и все обернулись на меня. – Иви беременна!

Ребята ошеломленно замолчали. И уставились на Матео, который окончательно расплылся в улыбке.

– Ну-ка объяснись, – потребовала Ливви высоким визгливым тоном.

Его глаза блеснули плавленым золотом, и раздался гулкий мрачный рык Альфы:

– Я очень сильный.

Чарли рассмеялся, а Ливви шлепнула его по животу тыльной стороной ладони.

– Но Иви же принимала таблетки, – сказала Клара, сама не вполне в это веря. – Разве нет?

Альфа пожал плечами. Он был так доволен собой, что его радости хватило бы на целую команду-аутсайдера, внезапно выигравшую чемпионат страны по футболу. Иви вышла из ванной с бледным лицом. Затем она заметила, что все смотрят на нее, и замерла на месте.

Прежде чем она успела произнести хоть слово, Ливви сказала:

– Я думала, ты на противозачаточных.

Она нервно переводила взгляд с одного из нас на другого.

– Так и было.

– Пропустила прием?

– Ни разу.

– Один процент вероятности все равно сохраняется, так ведь? – спросила Клара.

– И одного процента мне вполне достаточно. – Альфа удовлетворенно, мужественно выдохнул. – У меня сильное семя.

– С тобой все в порядке? – спросила Клара, протягивая руку к Иви.

Наконец она расслабилась и улыбнулась Матео.

– Более чем.

Клара бросилась к ней обниматься.

– С ума сойти! – воскликнула Ливви. – У тебя будет ребенок!

– Скорее всего, не один, – высокомерно заметил Альфа. – Новый помет. Молодая поросль.

По моему телу пробежала волна волшебства. Я проглотила слюну, глядя на Иви.

– Он прав. – Я положила ладонь на пока еще плоский живот сестры. – У тебя тройняшки.

– Что-о? – Иви громко рассмеялась, ведь вердикт застал ее врасплох. Затем ее радость сменилась тревогой.

Матео протиснулся между сестер и притянул ее к себе, прижимаясь губами к ее уху.

– Я буду рядом. Ни о чем не беспокойся. – Теперь это был скорее голос Матео, чем Альфы.

Она обняла его, а остальные потрясенно переглянулись.

– Что ж, Джулс пора искать нового официанта, – сказала я. – Иви не сможет работать долго. Через несколько месяцев она будет на постельном режиме.

Все стали оживленно болтать между собой, осмысляя новость. Наша семья росла, и мне было одновременно радостно и тревожно. Когда Матео настоял на том, чтобы отвезти домой свою беременную девушку, которая была где-то на шестой неделе, мы разошлись, и Нико за руку повел меня к своему джипу.

Мы оба молчали, очевидно пытаясь смириться с тем фактом, что к следующему Рождеству у нас появятся племянницы или племянники.

– Нико?

– Да, малышка.

– Если оборотни настолько охеренно сильны, нам, пожалуй, стоить вернуться к презервативам.

Он усмехнулся и притянул меня к себе, прижав к пассажирской дверце своего джипа.

– Хорошо. Как скажешь.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я.

Он заправил мои волосы за уши, на его лице читалось удовлетворение.

– Только то, что сказал.

– То есть ты в принципе не против рискнуть и сделать так, чтобы я забеременела прямо сейчас?

– Если ты пока не готова, то нет. Но я надеюсь, что однажды мы заведем с тобой ребенка, много детей. Я буду так же счастлив, как, очевидно, счастлив сейчас Матео.

– Ты хочешь от меня детей? – Я ухмыльнулась, потому что раньше никогда сама об этом не задумывалась.

– Конечно хочу. – Он наклонил голову и поцеловал меня в уголок рта. – Маленькая дикая фиалка, играющая у нас во дворе, окончательно растопит мое сердце.

Вздохнув, я взялась за лацканы его черного пиджака.

– Или маленький хулиган Нико.

– В детстве я был хорошим мальчиком.

– Ой, да ладно. Матео мне все рассказал.

Он усмехнулся.

– Я не против подождать, Вайолет. Но я надеюсь, что в какой-то момент ты тоже этого захочешь.

– На самом деле, я думаю, что так и будет, – вздохнула я. Мои мысли вернулись к Иви. Я определенно прочла слово «трое» внутренним зрением, но не была уверена насчет пола ее детей. – Интересно, у нее родятся оборотни или ведьмы?

Нико нахмурился и сжал губы в тонкую полоску, прежде чем ответить:

– Каждый отпрыск оборотня мужского пола несет в себе его ген. Что касается смешения крови с ведьмами, я не знаю. На самом деле я никогда не встречал смешанную пару, чей роман продлился дольше одной ночи. В общем, скоро все станет понятно.

– Это не имеет значения, – сказала я, проникаясь радостью оттого, что стану тетей.

– Мы будем любить их, несмотря ни на что.

– Конечно будем.

Нико прижался губами к моим губам, скользя по ним, пока я не открыла рот. Он нежно погладил меня по спине, его рука опустилась вниз по пояснице. Сжав меня, он хмыкнул и отстранился.

– Теперь давай поужинаем, а потом поедем домой и попрактикуемся в зачатии детей.

– Практика – залог успеха.

– Тогда не будем зря тратить время.

Нико шлепнул меня по заду и подтолкнул к джипу. Я запрыгнула внутрь и пристегнулась. Когда он сел за руль и вырулил на проезжую часть, я положила руку ему на бедро.

– Спасибо тебе за этот подарок. За песню. Мне очень понравилось.

Он нежно посмотрел на меня, положив свою руку поверх моей и сплетая наши пальцы.

– Рад, что тебе понравилось, солнце.

– Хотя, – игриво заметила я, – это же День святого Валентина. Традиционного любовного сонета было бы вполне достаточно.

– Думаешь?

Его губы изогнулись в озорной улыбке, и он свернул в сторону Мид-Сити. Мы проехали молча не более тридцати секунд.

– Господи, началось.

Ну какой я к черту ангел. Сам факт, что Нико видел меня так, заставлял меня истерически хохотать.

Он усмехнулся, а затем продолжил:

Откинувшись на подголовник, я улыбнулась ему.

– Ненавижу сообщать плохие новости, волчок, но в этот раз получилось так себе.

– Неважно.

Нико поднял мою руку, наши пальцы переплелись сильнее, и он нежно поцеловал тыльную сторону моей ладони.

– Моя девочка идеальна.

Я не стала поправлять его – мы оба знали, что я не совершенна. Но наша любовь была именно такой. Мы идеально подходили друг другу.

– Твоя очередь, – сказал он, сжимая мою руку у себя на коленях.

– Да ну! У меня ужасно получается.

– Поэтому мне и нравится слушать, как ты сочиняешь стишки.

Он радостно рассмеялся – пьянящее зрелище, от которого меня переполнили чувства.

– Давай, вперед.

– Тьфу, – пожаловалась я, на ходу придумывая что-то абсолютно нелепое:

– Я иду тебя кормить, а потом в постель тащить.

Нико припарковался напротив отеля «Хилтон».

– Хватит рифмовать!

– Сочинять стихи не лень, отвлекает только член.

Он отстегнул меня и, смеясь, усадил к себе на колени, прижав задом к рулю.

– Ты такой смешной, – хихикнула я, когда оборотень, улыбаясь, припал своими губами к моим.

– Пока ты смеешься или стонешь, я самый счастливый человек на свете.

– То же самое, малыш.

Потом мы целовались, как подростки, и, когда наконец успокоились, отправились ужинать. Это был лучший День святого Валентина в моей жизни. Наверное, потому, что я впервые провела его с мужчиной, которого любила.

Джулс и Рубен объявили перемирие. Они договорились работать сообща и представить мой план – теперь уже наш план – региональной гильдии ведьм и гильдии вампиров соответственно. И это лишь первый шаг. Кроме того, у моей сестры должны были родиться дети. Дети! Я не могла дождаться встречи со своей маленькой племяшкой или племянничком. Или, как утверждал Альфа, с теми и другими сразу.

Я крепко взяла Нико за руку и посмотрела на него снизу вверх. Теперь ментальное зрение рисовало мне ясную картину нашего будущего. Хаос и любовь, волчата и маленькие ведьмочки, минуты грусти и счастья. И я точно знала, глядя на этого высокого красавца – моего мужчину и самого близкого друга, – что однажды у нас появятся свои дети. У меня не осталось никаких сомнений в нашем будущем, и я доверила ему вести меня по нашему общему пути.