Небольшой, скрытый в стенах особняка тайный кабинет без окон, не отмеченный ни на одном плане, сегодня казался его владельцу особенно тесным и душным. Запахи дорогих парфюмов смешивались с нервной испариной посетителей кабинета и создавали убойный букет, ещё больше усиливающий раздражение.

Герцог Барг, хозяин особняка, безостановочно бродил из угла в угол, нещадно сминая сапогами ворс пушистого ковра, и напряжённо сопел. Дело было не в его лишнем весе, от которого уже начинали натягиваться пуговицы дорогой сорочки под красным камзолом, и не в воротнике, что пытался впиться в шею подобно удавке, а в донесении его лаграшского агента, полученном сегодня утром.

Резко повернувшись, герцог подошёл к письменному столу и схватил с него хрустальный графин с вином, чтобы плеснуть рубиновое содержимое в стоявший рядом серебряный кубок эльфийской работы. Будучи гоблином, Барг больше тяготел к золоту, но изделия из эльфийского серебра стоили намного дороже, а потому, для поддержания статуса, практически вся посуда в его доме была серебряной.

Едва не расплескав вино по столу из-за слишком энергичного и полного раздражения рывка, Барг наполнил бокал до краёв, после чего осушил его одним махом и грохнул металлической ножкой по столу.

— Ну, и? — мрачно процедил он, покосившись на присутствующих через плечо. — Кто мне объяснит, каким образом король добрался до Лаграша целым и невредимым? Чего ради мы отвалили наёмникам столько золота?

Герцог впился взглядом в стоявшего у дальней стены угрюмого гнома, чьё лицо пересекал внушительный рваный шрам, начинавшийся на опустевшей глазнице и заканчивавшийся там, где у приличных гномов обычно находится борода.

— Поведай мне, Лысобород, как так вышло, что ваш хвалёный отряд оказался совершенно бесполезен?

Гном насупил кустистые бурые брови и гневно выпятил подбородок, топорща несуществующую бороду.

— Не надо валить на нас ваши косяки, герцог, — рыкнул он. — Это ваши люди обосрались первыми, прохлопав цель. «Чёрные топоры» сделали всё возможное, чтобы попытаться прибрать за ними дерьмо.

— И что же смогли «Чёрные топоры»? — на лбу Барга выступила вена. — Утопить десяток бойцов в полынье, едва начав преследование⁈

У «Топоров» была репутация. Остёгивая им тяжёлый кошель с золотом, Барг с сообщниками были уверены, что возможные пути отхода из столицы будут под надёжным присмотром и позволят не привлекать лишнего внимания передвижением их собственных солдат. Но что в итоге⁈ Даже безногий нищий из подворотни справился бы лучше!

— Мы сразу бросили в погоню все доступные силы, сняв их с другой стороны города, но когда отряды уже готовились к перехвату, цель встретилась с ротой солдат под графским стягом! — сплюнул гном. — А драка с регулярной армией в договор не входила!

— Жадные трусливые ублюдки, вам заплатили достаточно за риск!

— Помни, с кем говоришь, вашество, — ощерился Лысобород. — Я не твой холуй.

— Вот только казнить тебя я могу точно так же как холуя, — злобно посулил толстяк.

— Ну попробуй, вашество, — наёмник угрожающе шагнул вперёд. — Если я не вернусь к своим, твоя драгоценная халупа на севере и деревни при рудниках сгорят дотла.

От подобной дерзости у герцога потемнело в глазах и рука сама потянулась к опустевшему кубку, чтобы запустить его в голову наглеца. Но когда его пальцы уже схватились за ножку, в стороне раздалось деликатное покашливание:

— Господа, давайте не будем горячиться. Сейчас нет смысла выяснять, кто виноват. Нужно решить, что нам делать дальше.

Огромным усилием Барг подавил свою вспышку ярости и перевёл взгляд на строго одетого худощавого гоблина, сидевшего в глубоком кресле.

— У вас есть конкретные предложения, граф Лакош? — кисло выдавил из себя герцог. — Мне доложили, что старый хрыч вчера вечером прибыл в замок Владыки демонов. Всё! Оттуда мы его не выкурим, даже если бросим на штурм свои войска! — он грохнул кулаком по столу. — И всё из-за этого выродка Вриду! Раз короля встречали его солдаты, это явно его рук дело!

Герцог выдохнул и попытался успокоиться, глядя то на Лысоборода, то на Лакоша. Ни этим двоим, ни отсутствующему здесь маркизу Гарку старый гоблин не доверял. Подброшенная кем-то записка хоть и выглядела как грубая попытка их рассорить, однако всё равно смогла посеять в нём невольное зерно сомнений и чем дольше он обдумывал ситуацию, тем сильнее утверждался в мысли, что вмешательство Вриду произошло слишком уж выверенно. Он не мог пронюхать всё настолько глубоко, а значит, кто-то ему помог. Кто-то изнутри.

Но кто? Лысобород и его банда, которые могли специально саботировать погоню? Этих жадных ублюдков могли перекупить, но всех деталей плана они не знали. Гарк, крайне вовремя покинувший столицу? Маркиз всегда был трусом, с него станется пойти на попятную. Или это был хитрец Лакош, специально оставшийся на виду, чтобы его не заподозрили?

— Бесспорно, Вриду спутал нам все планы, — граф аккуратно кивнул, после чего поправил монокль в золотой оправе и обвёл спорщиков пронзительным взглядом, сцепив сухие длинные пальцы в замок. — Но так ли всё плохо?

— И вы ещё спрашиваете? — толстяк тщетно потянул свой воротник. — По столице шныряют ищейки, хоть и не по нашу душу. Покидать город запрещено по распоряжению тайной службы, а короля уже не достать. Разве есть повод для радости?

— А разве его нужно доставать? — сухо улыбнулся Лакош. — Вы же опытный политик, герцог Барг, взгляните на ситуацию со стороны. Где сейчас Его Величество? Пока добрый и честной народ переживает за слёгшего от неведомой хвори короля, этот самый король, бросив свой дворец, семью и подданных, сбежал под покровом ночи во владения пришлого чужака, которые тот основал на территории нашей же страны без всякого спросу. И чего же ради король это сделал? Может быть, он хочет продать ему оставшуюся часть королевства?

Герцог Барг замер, шумно дыша. Гнев на его лице начал медленно уступать место напряжённому осмыслению. Он понял, к чему клонит Лакош, но…

— В это мало кто поверит, — с сомнением покачал он головой. — Большинство генералов и министров уже на стороне Владыки демонов, ведь у него оружие и технологии.

— К счастью, чернь не настолько осведомлена о делах государственных, — вновь улыбнулся Лакош. — В народе ходит множество баек от этом Владыке. Но кто сказал, что все они хорошие? Нам нужно лишь подать это блюдо под правильным соусом и разжечь народное недоверие к решениям короля.

— Символическая сумма золотом — и наши парни разнесут по городским и сельским тавернам любую брехню, — тут же ухмыльнулся гном, алчно сверкнув глазом.

Герцог недовольно цыкнул, покосившись на наёмника, но промолчал и грузно бухнулся в пустое кресло, обдумывая предложение Лакоша. Гнев отступил и герцог начал холодно взвешивать риски и выгоды.

— Старый хрыч определённо не будет мешкать, — пробормотал он, потирая крючковатый нос. — Даже если он без личного кристалла, в Лаграше есть связь со столицей. Так что действовать нам нужно очень быстро, чтобы опередить лоялистов. Для начала, нужно не дать королю покинуть Лаграш. Свяжемся с…

А не толкает ли его Лакош прямиком на плаху?

Мысли герцога сделали резкий кульбит, заподозрив неладное. План звучал гладко и заманчиво. Расколоть кабинет министров, аристократию и чернь, разжечь недоверие к короне. Дальше амбиции дворян сделают всё сами, борьба за власть вспыхнет без особых усилий. А большего и не нужно.

До тех пор, пока Браллак будет ослаблен и разобщён перед фиарнийцами, не имеет значения, жив Глухур или мёртв. Цель заговора всё равно будет достигнута.

Но по силам ли им довести этот замысел до конца, когда Глухур добрался до Владыки демонов? Каким образом они удержат короля вдали от столицы, когда у него под боком настолько мощный союзник?

Барг не просто опасался Владыки демонов — он его откровенно боялся. Боялся не из-за его сумасшедшей силы, которой, возможно, могло бы даже хватить для успешного сопротивления фиарнийцам, а из-за того, что совершенно не понимал.

Империя людов была жестока, прожорлива и высокомерна, но она действовала по древним как сам мир принципам, которые герцогу были хорошо понятны. Предложи им покорность, ресурсы и рабочую силу — и меч у шеи сменится вассальными кандалами. Пусть это будет и не лучшая жизнь, но это жизнь. Это циничный, но поддающийся логике расчёт.

Поступки же Владыки демонов были насквозь пропитаны фальшью. Он заявлял, что оградит тельварцев от Империи, но не шёл в атаку во главе легионов. Он обладал мощью, способной сокрушать армии, но использовал её, только когда что-то угрожало его убежищу. Он заявлял, что не заинтересован во власти, но в один миг подмял под себя всю эльфийскую республику, стоило ей выказать малейшие признаки враждебности.

Монстр из Лаграша вёл какую-то игру, правила которой были известны лишь ему одному, всюду насаждая имя загадочной богини. Но что произойдёт, когда он закончит? Не ждала ли их там судьба хуже и темнее, чем под пятой имперцев?

Выбирая между непроглядной непознаваемой бездной и строгой клеткой с понятными правилами, герцог выбирал второе.

Но как ему быть сейчас? Лакош не мог не понимать, что случится, если пойти наперекор Владыке. Именно по этой причине они ускорили план покушения почти на полгода, чтобы устранить Глухура в момент, когда между ним и Владыкой демонов ещё не установились слишком тесные связи. Однако теперь граф пытался подвести заговорщиков к прямому конфликту с загадочным асани.

…Похоже, предатель сидит прямо перед ним.

— Дайте угадаю, с маркизом Гарком? — не ведая о мыслях Барга, Лакош нарушил затянувшуюся паузу.

Разум герцога охватил гнев, но он попытался не дать ему выплеснуться наружу, пытаясь придумать выход из хватки тисков, в которые его зажали. Теперь ему нужно было как-то завершить задуманное и, при этом, избежать ловушки ублюдка Лакоша.

— Если он пропустит через свои земли диверсионные отряды имперцев, это выиграет нам достаточно времени, — продолжил, тем временем, банкир.

Предложение графа застало Барга врасплох, потому как именно такое распоряжение герцог хотел отдать маркизу. От Лакоша же он ожидал предложения задействовать личные войска маркиза Гарка и этим втянуть их в открытый мятеж.

Он ошибся в своей оценке? Или ловушка предателя была намного глубже, чем ему казалось?

— Читаете мои мысли, граф, — выдавил из себя Барг.

Что происходит? В чём он ошибся? Подозрения и теории вихрем крутились в голове герцога и когда в улыбке Лакоша промелькнуло что-то, как ему показалось, снисходительно-надменное, герцог был готов схватить кубок и забить эту змею прямо здесь и сейчас, просто на всякий случай. Но…

Тук-тук-тук.

Тишину тайного кабинета внезапно нарушил тихий, но отчётливый стук. Он доносился со стороны деревянных панелей, скрывавших потайную дверь в комнату.

Заговорщики тут же нервно переглянулись и в воздухе повисла отчётливая напряжённость. Лысобород сделал бесшумный шаг к двери и инстинктивно опустил шершавую ладонь к поясу, где у него обычно находилась рукоять секиры. Лакош впился взглядом в панели и нахмурился, забыв о своей хвалёной выдержке. Барг же почувствовал, как сердце ухнуло куда-то в район желудка.

Их уже раскрыли? Кто там был и как давно? Шпионы тайной службы? Как много они успели услышать? Если…

Нет, погодите-ка. Барг попытался оценить ситуацию. Будь там люди тайной службы, зачем им стучать? Они бы дослушали разговор до конца, а затем ворвались бы силой. Так что это не они. Тогда кто? Просто слуга? Что-то случилось на званом обеде, под прикрытием которого герцог позвал сюда Лысоборода и Лакоша вместе с толпой других гостей? Но про этот кабинет знает лишь пара самых доверенных лакеев. Неужто кто-то из них внезапно стал настолько тупым, что решил нарушить его распоряжение⁈ Его не должны были беспокоить, даже если там весь зал отравился запечёными крысами!

— Пшли вон, пока не повесил! Я же ясно приказал! — раздражённо рявкнул Барг.

С идиотом-лакеем он обязательно разберётся, но потом. Раз тупица просто заявился сюда с донесением, многого услышать никак не мог.

Но, вопреки ожиданиям герцога, стук раздался вновь — и в этот раз намного настойчивей.

— Что за тупые слуги пошли… — Барг в ярости поднялся из кресла и шагнул к двери, намереваясь разобраться со слабоумным слугой здесь и сейчас, раз уж ему надоело жить. — Кто тут на плаху захоте…

— Здраааааасьте.

Если до этого сердце герцога падало куда-то в желудок, то теперь он ощутил как оно провалилось в глубины подвала. И ему очень хотелось провалиться следом, так как перед ним оказалась фигура того, с кем он не хотел пересекаться когда-либо в жизни, пронзая его сиянием из глубоких костяных глазниц, в которых бурлило фиолетовое магическое пламя.

Это был Владыка демонов собственной персоной и его ухмылка не сулила герцогу ничего хорошего.