Мужское возбуждение невозможно усмирить ни магией, ни силой воли, если оно вызвано единственной желанной женщиной. Эчдерхан невероятным усилием воли всё же заставил себя сделать шаг назад. Выпустить из объятий свою жемчужину.

Новое ощущение охватило его, такого притяжения к Хельге он не испытывал. Вообще, не мог представить, что женщина способна вызвать бурю приятных эмоций, но чистых, нежных. Ясмин совершенно иная.

Она спокойная, уверенная, честная. Ни разу не чувствовалось от неё даже намёка на обман. Султан уже привык, что слова почти всех окружающих его людей имеют привкус лжи, неприятный «запах» стал обыденностью.

Но так было до момента, как в теле Хельги появилась эта необычная незнакомка из другого мира. Ясмин изменила всё. Каждое её слово правдиво, и от него нет привычного привкуса лжи. Именно так благоухает речь и помыслы честного, сильного человека.

Это открытие заставило султана иначе взглянуть на всё, что происходило и происходит сейчас. Магия почти подчинилась. Удивительным образом, рядом с Ясмин он смог контролировать силу и убил тварь, что присосалась к дочери.

Мать не защищала маленькую принцессу любовью, и вот ужасные последствия не заставили себя долго ждать…

— Фирузе поплатилась за это, как она вообще посмела думать о моей дочери, как о недостойной! Надо было не жалеть, сразу прогнать…

Не успел закончить фразу, куда отправить Фирузе, как учуял, что сейчас навстречу выбежит молодой герцог. Ещё один претендент на ссылку. Он вроде и правду говорит, но доверия ни одно его слово не вызывает.

Секунда и вот он, запыхавшийся, красный как солнце на закате, и злой. Бежал в покои Ясмин и замер, увидев самого султана в шикарной зале прохладной, тенистой террасы.

— Ваше Величество! — Андер низко поклонился.

Султан неожиданно сделал шаг вперёд и магической силой сжал горло герцога. Тот не успел понять, что происходит, только прохрипел что-то невнятное.

— Ты говорил с Азизой? Она тебе предложила план, как убить мою жемчужину? Ведь вам невыгодно, что тело твоей сестры заняла совершенно незнакомая женщина и я теперь дорожу ей ещё больше?

Хватка немного ослабла. Андер вздохнул, но в глазах ужас. Не ожидал, что султан настолько проницательный?

Нужна секунда, чтобы собраться. Хотя какие глупости. Врать — себе дороже.

Выдох. Закрыл глаза и решился довериться:

— Я всё знаю, и как бы ни страдал по несчастливой участи моей сестры, но она уже не та, что раньше. Её душу поглотил демон. Это уже совершенно другой человек. Азиза, но не Хельга. Так же как Дилара, более не Хельга. Моя сестра погибла, сама не ведая того, продала душу демону.

Слова Андера заставили султана убрать магическую удавку с шеи несчастного «гостя».

— Надеюсь, что это не её хитрый план ввести меня в заблуждение долей правды? — неприязнь в голосе султана никуда не делась, но голос стал тише, но не из-за доверия, нет! Скорее лишь из желания скрыть от посторонних ушей разговор.

— Она приказала мне украсть женщину, называющую себя Ясмин, беременную от вас. Увезти, скрыть до родов, а после младенец стал бы предметом торга.

На этих ужасных словах удавка магии снова больно сдавила покрасневшую шею, и герцог захрипел, закатив глаза от невыносимой боли.

— Я убью её и тебя!

— Не-е-ет! Есть способ…

Хрип не позволил Андеру закончить фразу, и султану пришлось отпустить, но теперь, если хоть одно слово будет неверным — герцогу не жить!

— Говори-и-и!

— Нужно снять метку, она фальшивая, я в этом убедился. Это всё магия Хель она такая же обманщица, как и её отец Локи, может создавать иллюзии чего угодно. Эта метка не истинности, а проклятья. Она в первую вашу встречу создала иллюзию древней легенды истинности, теперь продолжает морочить вам голову. И сама попалась, эта метка привязала её к вам и вашему роду сильнее, чем метка истинности. Ей не сбежать и не умереть, а ненависть поглощает её душу с каждым днём. Это ужасно, но такая правда.

Андер замолчал и поклонился, готовый принять смерть, очень уж вид повелителя злой.

Султан в бешенстве отшатнулся. Ещё миг и герцогу не жить, за такие новости и предательство — смерть.

— Я убью вас, и на этом решатся все мои проблемы?

— Нет, убьёшь и сам погибнешь. Вы повязаны с Азизой! Неважно как она выглядит, драконом или цветком, или коршуном. Это лживая метка смертельной клятвы кровной мести, про любовь здесь нет и намёка, Хель только такие метки умеет раздавать своим подданным.

— Поясни теперь подробно про эту метку!

— Клятва, за нарушение которой — смерть. Больше ничего. Это старая традиция заклятых врагов, чтобы прекращать кровные распри, в наших краях такое часто случалось. Два врага, обычно последние из своих родов, приходили в храм к жрицам Хель и получали метку. Если один из рода убивает кого-то в роду врага, то смерть настигнет кого-то из рода убийцы. Жизнь за жизнь. Так, родовые войны мгновенно прекращались. Между нашими родами именно такая метка сейчас установлена. Так что спать со своей Ясмин ты можешь сколько угодно. Твоя метка не про любовь!

— Хах! — султан сам не ожидал, что так громко выдохнет.

Мощная сила всколыхнулась, как волна ударила герцога, но тот устоял на ногах. Стоит и с испугом смотрит на повелителя, ожидая приговора, но он ещё не всё сказал! А как продолжить, не знает, но решился:

— Ваше Величество, есть один способ, как снять эту метку. Но нам придётся вернуться на мою родину, в один из самых больших храмов Хель и попросить у старейшей жрицы помощь. Какую плату она потребует, я даже боюсь предположить.

— А зачем? Разве я не могу запереть тебя и Азизу во дворце и оберегать, если вы не умрёте, то и мне опасаться нечего!

Султан вдруг почувствовал облегчение, действительно эта метка практически ничего не значит.

— Да, но есть одно, но! Роды Ясмин. Она их не переживёт, Азиза всё ещё имеет власть над этим телом. Она намеренно убьёт вашу жемчужину. Возможно, и сына. Потом погибну я, потом вы убьёте её, и погибните сами. Как игра в шахматы и первый ход сделала Фирузе, попыткой отравить мою сестру, потому и ваша дочь заболела, и сама женщина выпила яд, это все проделки магии дочери Локи, неумолимой Хель. Это проклятая метка так работает! Сожалею, простите, что именно мне пришлось открыть вам ужасную тайну.

Герцог оправился от удушья и последние самые жёсткие слова проговорил тихо, но уверенно. И от этой «правды» нет аромата лжи.

Андер говорит истинную правду. Так оно и будет, если не решиться на отчаянный поступок и не отправиться в военный поход. Иного варианта нет!

— Ты ведь, хочешь что-то взамен?

— Только одного, вернуть мне трон, и мы станем добрыми соседями, этот поход принесёт вам двойную пользу, повелитель! Ведь вы прекрасно понимаете, не просто так отец отправил к вам мою сестру. Он обрушил проклятье Хель на ваш дом, желая уничтожить врага, всего лишь предложив ему самую опасную женщину. Мне жаль! Но это коварный план врага, и он почти удался.

Андар так низко поклонился, как и рабы не гнут спину. И к несчастью, от его слов даже на секунду не повеяло вонью лжи. Он сказал правду, самую горькую правду. Империю Драконидов завоевала одна женщина, обладающая самой жестокой и изворотливой магической силой.

— Теперь ты живёшь один в своих покоях. Моя жемчужина с дочерью переедут в лучшие комнаты рядом с моими. Не смей даже приближаться к моей жене, она более не твоя сестра! Через несколько дней мы выступаем с армией в поход. Твой отец и сестра не оставили мне выбора! Они сами виноваты в том, что начинается эта война. А кто сядет на троне твоих предков — об этом я подумаю позже! Не советую тебе идти против меня! Иначе найду иной способ снять метку, уверен, что и мои мудрецы знают секрет. Однако поход важен, чтобы наказать твоего вероломного отца!

— Как прикажете, повелитель! — Андер поклонился, но теперь лишь слегка склонив голову. В голове султана есть заинтересованность, значит, пока с жизнью можно не прощаться.