Интерлюдия. Олла Мадсен и невозможный план

Госпожа разобралась с Нейгартами! Наконец-то!

Олла готова была прыгать от счастья, петь, хохотать и подбрасывать в воздух разные предметы. Сколько крови эта дурная семейка попортила госпоже — словами не передать! Эх, будь ее воля, она бы сильно урезала им крылья еще тогда, когда госпожа только обрела свои магические способности!

Но госпожа тогда не захотела им вредить, поверила словам старухи Нейгарт — ну что ж. Будь госпожа иной, Олла не могла бы ее любить так сильно. Но обидно! Олла даже раздумывала, не попробовать ли навредить им самостоятельно, через те средства и возможности, которыми располагала лично, но с сожалением отказалась от этой затеи. Во-первых, эти возможности все же были довольно малы — ну, она могла разве что подгадить немного Нейгартам, не более того. Во-вторых, она с детства привыкла руководствоваться в первую очередь осторожность и интересами госпожи. А госпожа явно хотела оставить Нейгартов в покое и забыть о них. Если же Олла все же решилась нанести Нейгартам серьезный вред и ее поймали бы с поличным, госпожа оказалась бы предметом сплетен.

Ну что ж, теперь они точно сами виноваты! Кто позволил им марать имя Водного мага⁈

Причем что обиднее всего — если бы Эрик не вылечил госпожу, она и Олла, может, еще годами не узнали бы об этой истории, а братья Нейгарты продолжили бы невозбранно пользоваться репутацией своей сестры! Или, точнее, если бы Эрик не привел магистра Глерви, которая навела этот шорох. Впрочем, и то и другое взаимосвязано.

И, кстати, показывает, что Олла сама не настолько хорошо делала свою работу, как считала! Ей следовало бы лучше отслеживать касающиеся госпожи слухи и сплетни в городе. Тогда — кто знает! — она могла обнаружить эту историю с борделями раньше, и столько невинных людей не погибло бы…

Но нет. Она не будет себя винить за это. Олла — точно так же, с детства — привыкла обходить определенные улицы, держаться подальше от людей с городского дна и всеми силами не давать себе скатиться туда, откуда нет возврата. Да к тому же болезнь; если вспомнить только эти ужасные перевязки, после которых она валялась, воя от боли, и отлеживалась без сил!

В общем, не стоит ругать себя за то, что следовала тактике, которая обеспечила ее выживание! Просто запомнит на будущее: эта тактика отныне не работает. Ей стоит быть внимательнее и не отворачиваться даже от самых темных сторон жизни, если она хочет верно служить госпоже, а не просто вид делать!

И все же в день, когда она узнала о гибели Нейгартов, Олла после службы отправилась в свой любимый городской храм — маленькое местечко на отшибе от Южной Крепости — сделала хорошее пожертвование на починку стен и крыши, а также оставила ритуальные благовония на каждом из алтарей. Она не слишком-то верила в богов — но так ей было спокойнее. После каждой удачи лучше откупиться, чтобы не завидовали!

Впрочем, она быстро поняла, что зависть богов ей не грозила. Потому что после разборки с Нейгартом нужно было еще разобраться с последствиями их художеств.

Уже на следующий день, с утра, когда она на построении и поднятии флага объявляла обязанности по крепости, Эрик терпеливо дождался, пока Олла закончит разговаривать с сержантами, и тихо сказал:

— Зайди после третьего колокола ко мне в лабораторию. Все наши тоже там будут. Надо обсудить кое-что важное.

— «Наши»?.. — слегка смешалась Олла. И тут же поняла: — Ты супругов Бьер имеешь в виду?

У магистра Бьера пропуск в крепость остался еще с тех времен, когда они с Эриком занимались здесь исследованиями.

— Да, их, Тею и Ройгу еще. Приходи. Я просил Тею еще вчера тебя предупредить, но она мне вчера вечером сказала, что забыла. Так что сам говорю.

Он подмигнул Олле и был таков.

Олла вдохнула, выдохнула, с трудом убирая самостоятельно выползшую на лицо улыбку. Все-таки Эрик невозможно обаятельный! И невозможно непосредственный — откуда он такой взялся вообще? Попросил! Мага Воды! Передать сообщение! Ее собственной заместительнице! Ну он дает!

Госпожа, конечно, согласилась — с ее-то мягким характером! Но Олла совершенно не удивлена, что она забыла. Госпожа вообще довольно рассеянная, особенно когда ей какая-то книжка в руки попадется. А сейчас, когда она ходит влюбленная в Эрика по уши и постоянно витает в облаках, вообще неудивительно.

Ну и… вот так за здорово живешь записать мага Воды и мага Воздуха в одну компанию с двумя некромантами и магом Жизни — это, конечно, тоже надо замечательной самоуверенностью обладать!

Должно быть, у них на фронтире нравы значительно проще. Олле бы такое сошло с рук разве что от госпожи — но вот именно поэтому она и с госпожой старалась никогда панибратства себе не позволять. Даже наедине ее по имени не звала. А то… были прецеденты.

Как назло, после обеда Олла поняла, что не успевает освободиться до третьего колокола. Такой уж выдался день: день, когда они разгребались с бордельными умертвиями.

Олла организовала это все давно и таким образом, чтобы все шло максимально быстро. На рынке выкупила объявления о том, что найдены куклы-умертвия при разгроме преступных борделей, и те, кто надеется опознать своего ребенка или иного пропавшего родственника, должны приходить к Южной Крепости в определенный день — сегодня.

На самом деле люди начали подтягиваться и раньше, даже до того, как вывесили объявления: слухи каким-то образом расползлись — видимо, через стражников, что участвовали в задержании. Но караул на воротах их разворачивал. Даже тех, кто пытались совать взятку или угрожать (а было и несколько таких — семья цехового мастера и гильдейского алхимика: Олла подумала еще, что подручные Нейгартов — совсем идиоты, девушек из таких хороших семей похищать!).

А вот в тот день людей наконец пустили.

У Оллы все было подготовлено, чтобы процесс прошел как можно глаже. Людям и так нелегко; да и потом, все в тяжелых раздумьях, если не проконтролировать каждую мелочь, очень скоро воцарится хаос. Во дворе и перед воротами она расставила тщательно проинструктированных бойцов крепости, которые направляли человеческие потоки. Там же, у ворот, дежурили заранее нанятые похоронные подводы, даже ямы на кладбище были приготовлены — она сочла за лучшее, что лучше потратиться, чем жертвовать репутацией Теи Нейгарт, и госпожа ее, конечно же, поддержала. Как и всегда.

Сперва людей опрашивали два ее самых терпеливых сержанта. Они сразу отсеивали тех, кто пришел разыскивать пропавших взрослых мужчин, стариков или скотину — были и такие! Оставшиеся попадали уже к Олле, в разбитый посреди двора шатер, где она вместе с Тедом и заместителем капитана крепости опрашивала людей на предмет внешнего вида разыскиваемых. Если описание совпадало с умертвием или несколькими, родных приглашали для опознания внутрь крепости, где дежурила Ройга. Некромант требовался, чтобы управлять умертвиями — не все из них были запрограммированы одинаково хорошо. А также чтобы оформить все необходимые документы и снять поддержку Смертью, если родня решалась забрать тело для похорон.

После обеда подошла еще одна некромантша, которую Ройга наняла через магистра Бьера — студентка-четверокурсница, дама удивительно немолодой и для студентки, и для некромантши внешности. Бывшая прачка, внезапно открывшая у себя некромантский дар одновременно с тяжелой болезнью, она разговаривала с людьми очень сочувственно и уважительно, в отличие от деловой и резкой Ройги. Это помогало.

Ройга, сменившись, отправилась по своим делам. К счастью, тех, кто разыскивал бы девушку с ее телом, не появилось — у Ройги был заготовлен какой-то план на этот счет, но Олла очень не хотела пересекаться с родичами несчастной, которая стала новым телом некромантши! Даже если Ройга готова была щедро им заплатить.

Но были и другие страшные посетители.

Одна женщина, описывая пропажу, тихо сказала:

— Девочка… четыре годика… волосы светлые, на щечке родинка…

Олла решила, что, скорее всего, это лицо и голос ей никогда больше на забыть.

Такая кукла, кстати, нашлась. Некромантша сразу вынесла ее матери мертвой, не анимированной.

Родственникам же тех, кто погиб взрослыми, предлагались варианты: получить тело сразу на руки; отправить тело с нанятыми возницами хоронить за счет мэтрессы Нейгарт; подписать контракт о продаже некромантам, буде те захотят купить.

Большинство людей выбирали третий вариант, но многие и второй. Забрать тело сразу и похоронить самостоятельно хотели единицы, в основном родители несовершеннолетних. Им, кстати, продать некромантам тела не предлагали — госпожа жестко провела здесь ограничение, и Олла была с ним согласна. Ни один нормальный некромант не захочет купить детское тело! Иногда они нужны для исследований, но все такие покупки идут через Академию и городской морг.

В общем, все это затянулось. Умертвий оставалось всего три штуки, все взрослые, причем один из них парень — и они почти были уверены, что парня, скорее всего, никто не хватится. Однако очередь разыскивающих оставалась еще длинной. Как раз тут и заглянул Эрик.

— Олла, мы все собрались, только тебя ждем.

Олла выдохнула, улыбнулась. На самом деле в ней весь этот день копилось тяжелое раздражение, отчаяние и усталость — она ничем не могла помочь этим людям! Никак! — но не на Эрика же это выплескивать! И вообще ни на кого.

— Я бы уже подошла, но, как видишь, до конца еще далеко.

— А если я тебя подменю?

Брови Оллы взлетели вверх.

— Ты ведь должен был посвятить всех в свой великий план? Как же без тебя?

Он махнул рукой.

— Элсин в курсе всех деталей, он вполне может рассказать девушкам то, чего они не знают. А у тебя там одна из главных ролей, без тебя никак. Надо, чтобы ты послушала.

— Это приказ госпожи? — уточнила Олла. — Чтобы я подошла?

— Нет, — Эрик нахмурился. — Тея сказала, что у тебя, должно быть, важное дело, раз ты задерживаешься. И я вижу, что дело действительно важное. Но я правда мог бы тебя подменить.

— Эрик, при всем моем к тебе хорошем отношении, пожалуйста, не забывай, что пока еще я твой начальник, — сухо сказала Олла: раздражение все же пересилило. — Возможно, и даже вероятно, когда я отправлюсь вслед за госпожой с тобой в старшие миры, ситуация переменится. Но пока дело обстоит так. У тебя нет должного веса, чтобы общаться с этими людьми от имени мэтрессы Нейгарт. И я никогда не сваливаю свои самые неприятные обязанности на подчиненных!

Она думала, что он обидится, — мужчины всегда обижаются, когда им говоришь что-то в этом духе. Но Эрик неожиданно принял ее отповедь как должное!

— Резонно. Ладно, давай тогда хоть помогу. Быстрее справимся. А Элсин, правда, там пока девчонкам основные этапы объяснит. А потом проведет блиц-опрос и заставит написать диктант.

Олла машинально хихикнула — больше от неожиданности, что он скопом назвал госпожу, Ройгу и мэтрессу Бьер «девчонками»! Эрик криво улыбнулся в ответ, и Олле тут же захотелось извиниться и сделать вообще все, о чем он попросит, пойти за ним куда угодно, бросить прием посетителей на сержантов и некромантшу. Однако она, конечно, удержалась. Сказала:

— Ладно, помогай.

И Эрик помог — да еще как! Чувствуя его ауру надежности и уверенности, люди моментально успокаивались. Оставшаяся очередь из десятка семей рассосалась за десяток же минут — небывалое достижение! У парня-умертвия, внезапно, нашлись родичи, которые продали тело некромантам. Одну девушку семья решила хоронить, у другой семьи не нашлось — как и у тела Ройги, кстати говоря.

Может, их с соседних островов привезли? Эх, неужели придется еще пару недель устраивать такие дни расспросов? Она же рехнется!

— А у этой закажи портрет рисовальщику получше, покажешь, если кто придет. А саму девушку пусть либо некроманты законсервируют, либо похороним, — отрывисто сказал Эрик про последнюю. — Может, ее и забирать некому. Может, она сирота. Или шлюха с панели.

Шлюх, кстати, тоже до этого обнаружилось две штуки. Одну опознала подруга, другую сутенер. Олла постановила похоронить обеих, потому что опознавшие не были родичами и по закону не имели права продать тело — хотя оба пытались!

Олла кивнула.

— Да… пожалуй, лучше похоронить. Все проще. Ты прав. Спасибо. И… извини.

— За что извини? — удивился он.

— Не сдержалась, сделала тебе выговор на пустом месте.

Эрик хмыкнул.

— Если это называется «не сдержалась»… Ладно, пойдем.

И они пошли.

В лаборатории уже царила самая что ни на есть учебная атмосфера. Госпожа, Ройга и мэтресса Бьер сидели за Эриковым длинным столом, перед каждой лежал лист бумаги и перо. Магистр Бьер стоял напротив у откуда-то появившейся доски и вещал. Боги, неужели правда заставит их опрос писать, как в школе⁈ Но нет, он как раз говорил:

— … По моим прикидкам, нам потребуются восемь с половиной тонн — причем в форме концентрата. Иначе мы не сможем доставить их к объекту даже с помощью Теи…

И он тоже называл госпожу по имени! Когда это она успела ему разрешить?

Магистр Бьер увидел Оллу и улыбнулся ей.

— А, госпожа Мадсен! Эрик! Очень вовремя. Я как раз перешел к тому, что нам потребуется сделать большой заказ алхимических концентратов. Очевидно, придется их заказать как в Академии, так и у всех алхимиков города. И все это доставлять по частям, по всей видимости, в порт или к химерологическому причалу, куда решим, а потом грузить на корабль. Но это — только первый этап. На втором этапе логистика будет куда сложнее: нам придется координировать масштабирование усилий, плюс, вероятно, работу нескольких десятков, если не сотен магов Жизни. Это все довольно сложно, нужны люди, которые все это проконтролируют — и люди, которые будут контролировать контролеров. Пожалуй, среди нас только моя жена да вы обладаете опытом распоряжения подобными проектами…

— Нет, у меня все было проще, — покачала головой мэтресса Бьер. — Я только экспедиции организовывала, там совсем другие особенности. Так что командовать должна Мадсен, а я пойду к ней в ассистентки.

Олла аж окаменела. Воздушная магичка! К ней в ассистентки!

— Может быть, наоборот? — осторожно спросила Олла.

— Ну, для посторонних можно и наоборот, — махнула рукой мэтресса Бьер. — А так-то на самом деле, конечно, вы будете командовать… Кстати, давайте на «ты» уже? И по имени?

Олла сжала зубы. Опять! Как ее достали эти аристократы со своей напускной демократичностью!

Когда она только начала работать в доме Нейгартов, — да, в самом начале, они тогда еще жили в городском доме, даже еще до первого переезда на остров, где каждый год проводили самые жаркие месяцы, — ее как раз против этого предостерегали другие служанки. Да Олла и сама увидела наглядный пример. Через улицу жил мальчик, тоже отпрыск богатого рода, примерно ровесник госпожи. При нем всегда состоял слуга, мальчик лишь чуть старше. Они постоянно болтали как равные, богатый мальчик обнимал бедного за плечи, бедный называл богатого по имении и на «ты»… А потом они поспорили — это прямо у порога дома случилось, Олла как раз тогда крыльцо мыла, и потому видела все от начала и до конца. Поспорили о чем-то пустяковом, и богатый мальчик отправил своего слугу на конюшни, чтобы его там выпороли. Вроде обычное дело, но Олла потом узнала, что конюх не расслышал приказ, а может, зол был на что-то — и запорол мальчика до смерти.

Так что Олла себе пообещала: она никогда так не попадется! Никогда-никогда. Как бы к тебе ни были добры, риск, что тебя отправят на конюшни за малейшую оплошность, есть всегда.

Правда, она еще в детстве поняла, что с госпожой это исключено. Но береженого боги берегут. И опять же, Олла знала за собой авторитарность и склонность слишком давить на других. Поэтому старалась как можно плотнее держать эту особенность своего характера в узде, когда общалась с вышестоящими. А как лучше держать себя в узде, чем не давать воли даже в мелочах?

— Если хотите, могу называть вас мэтресса Игнис или госпожа Игнис, — предложила Олла с любезной улыбкой. — По имени, уж извините, мне сложно, я буду чувствовать себя ужасной грубиянкой!

— Ладно, — мэтресса Бьер пожала плечами. — Тогда уж зови госпожой Метелицей, мне привычнее как-то.

— Метель — это вихрь со снегом? — уточнила Олла. — Какое красивое прозвище!

Но лесть не сработала: мэтресса Бьер продолжала смотреть на нее неожиданно тяжелым, проницательным взглядом, будто хотела Оллу насквозь проглядеть!

— Олла — просто кремень в этом отношении, — с улыбкой добавила госпожа. — Я сколько лет прошу ее звать меня по имени — ни в какую! Нет бы брать пример с Ройги!

— Да я вообще пример для подражания во всех смыслах, — лениво проговорила некромантша и подмигнула Олле.

Все засмеялись, и Олла тоже с удовольствием присоединилась. Вот с Ройгой ей было просто и легко. Даже несмотря на то, что Олла быстро поняла: Ройга тоже насмерть влюблена в Эрика. Но это ничего. Пока она не переходит дорогу госпоже — а она не переходит, не дура — Олла даже рада. Всегда есть, кому за Эриком присмотреть.

И тут Олла все же догадалась спросить:

— Я с удовольствием займусь этим проектом, но… что это за огромные объемы алхимических зелий? Для чего они?

— А! — усмехнулся Эрик. — Да, ты же прослушала… Мы тут обсудили и решили вот что. Убить одного осьминога не так уж сложно, каким бы большим он ни был. Если знать, как. Но это мало поможет делу. Мы ведь понятия не имеем, была ли тварь, которая разгромила платформу девять, той же самой, что напала на острова к западу от нее. И сколько их вообще. Поэтому — пусть страх из моря сам от себя стережет!