— У нас теперь столько маны, что мы ко всему готовы! — сказала Маша.

— Погоди, не обольщайся, — сказал я, — для неё есть первоочередное применение. Ты, как главная здесь, будешь распоряжаться этим ресурсом. Но тебе нужно кое-что знать!

— Я здесь не главная! — возмутилась Маша.

— Я тебя умаляю, — скептически посмотрел я на неё, — впрочем, спорить бессмысленно. Но маной будешь распоряжаться ты. Не нужно, чтобы каждый, кто захотел, подходил и брал её себе. Если нет никакого контроля, то считай, и нет ресурса.

— Ну ладно, — пожала плечами Маша, — так что там за первоочередное применение?

— Со мной пришёл священник, — сказал я, — Валерой зовут.

— Да, видела, — кивнула Маша.

— Он лекарь! — сказал я, — причём может вылечить практически любую травму… ну совсем точно я его предел возможностей не знаю, но мою сломанную спину, восстановил.

— Чего? — ахнула Маша и прикрыла рот ладошкой в испуге.

— Да всё нормально! — отмахнулся я, — наткнулся на человека с мощным артефактом.

Вспомнив про это, я подумал, что неплохо бы разобраться с трофейной перчаткой, да и со всем остальным, что я забрал у коллекционера. Причём с перчаткой в первую очередь! Артефакт, дающий кинетические возможности — вещь, заслуживающая особого внимания! И хорошо бы по этому вопросу проконсультироваться с Антоном.

— Алик, ты себя совсем не бережёшь! — с осуждением сказала Маша, — всё время лезешь, куда не надо!

— Если бы я везде не лез, не было бы ничего, что есть сейчас здесь, — возразил я, — это же ведь прямое следствие!

— Может быть, ты и прав, — вздохнула Маша, — но будь осторожнее! Ты нам нужен живым и здоровым!

— Поверь, я и сам в этом очень заинтересован! — улыбнулся я ей, — и планов у меня громадьё, так что некогда отсиживаться в безопасности.

— Ты неисправим! — покачала головой Маша, — так что там с лекарем твоим?

— А, ну да! — вспомнил я, о чём говорил, но отвлёкся, — дар у него очень хороший… но есть у один недостаток — он очень прожорливый!

— Священник? — выпучила на меня глаза Маша.

— Да нет, — рассмеялся я, — дар его! Он расходует очень много маны. И чем более сложные проблемы устраняет, тем больше расход. А собственного запаса Валере вообще ненамного хватает.

— Да, очень обидное ограничение! — нахмурилась Маша.

— Не то слово! — сказал я, — и, будучи рядом, у меня получается его постоянно подпитывать маной, вот даже сейчас, из кармана мне удаётся не останавливать процесс. А он как раз детишками занимается, там полно проблем накопилось. Но когда меня поблизости не будет, с лечением возникнут сложности. Поэтому я рекомендую тебе воспринимать этот склад маны не как запас магической энергии, а как склад лекарств. Потому что, если случатся проблемы и кто-то окажется ранен, помощь, которую сможет оказать пострадавшим Валера, будет напрямую зависеть от этого небольшого склада с банками.

— Понятно! — серьёзно сказала Маша, — Алик, ты, как всегда, очень предусмотрителен. И как тебе удаётся держать всё это в голове?

— Не знаю! — пожал я плечами.

— Теперь я озадачилась, что делать с этим стеллажом, — сказала Маша, глядя на заставленные банками полки, — детей здесь сейчас, конечно, нет, но всё равно захотелось вдруг запереть этот стратегический запас.

— Как хранить, решай сама, — сказал я, — это полностью твоя забота… кстати, насчёт ответственного хранения… Шторм ведь оставил тот ценный груз, который мы припрятали на задворках? Он же не стал это с собой забирать?

— Конечно, оставил! — удивилась моему вопросу Маша, — не к Пауку же это тащить прямо в лапы!

— Инструкции какие-нибудь дополнительные давал? — спросил я.

— Попросил по возможности доставить это добро к нему на базу… но он понимает, что мы не будем этим заниматься. Поэтому, если они не вернутся… совсем не вернутся… тогда через какое-то время небольшая группа отправится за помощью, чтобы прислали кого-то, кто сможет вывезти эти кристаллы от нас, — сказала Маша.

— Ему нужно было с этого начать, а не лезть на Орден с малыми силами и без моей помощи, — сказал я.

— Он командир, сам решает, что и когда ему делать, — развела руки в стороны Маша.

— И не поспоришь! — сказал я, — ладно, пойду, ещё раз к Антону подойду, есть пара вопросов, вдруг поможет.

— Да, он вроде бы, как всегда, в своей мастерской, — сказала Маша, — почти не выходит оттуда.

— Увлечённый человек, это хорошо, — сказал я и ушёл, оставив Машу думать, что делать с новым и таким важным складом маны.

Антон услышал шаги и, бросив работу, радостно меня поприветствовал:

— Алик, ты просто волшебник!

— Все мы волшебники… в той или иной степени! — сказал я.

— Ты привёз столько всего, что мы скоро будем очень хорошо вооружены и экипированы! Эх, если бы в сутках было больше часов и мне не обязательно было спать… — сокрушённо покачал головой Антон.

— Не загоняй себя, — сказал я, — поверь, лучше от этого вряд ли станет. Уж я-то знаю! Находи время на отдых и тогда будешь успевать больше, чем когда работаешь на износ!

— Просто ты столько всего интересного привёз, что глаза разбегаются и руки чешутся! — потёр ладонь о ладонь Тоха.

— Ты, главное, в первую очередь сделай простые носимые защитные артефакты для всех, — сказал я, — я вот сейчас ремень стал использовать, вроде нормально работать должен. Впрочем, я тебе его уже показывал.

— Да? — Антон взглянул на мой ремень, потом подошёл и потрогал его пальцем. Потом просунул под него руку и зажал в кулак, — но я его тогда не рассмотрел как следует.

— Могу снять, дать поизучать, — сказал я, видя, что он заинтересовался.

— Да нет, не нужно, я уже всё понял! — сказал Тоха, отпуская ремень, — хорошая штука! Должна быть сильнее твоего платка!

— А у защитных артефактов бывает разная сила? — удивился я.

— Ну да, — сказал Антон, — это примерно… какую бы аналогию привести… вот, например, у военных бронежилет или каска. На вид могут мало чем отличаться, и от обычного оружия вроде ножа помогают почти одинаково. Но вот от пули, уже нет. Там качество и технология очень важны. Потом ещё, смотря какая пуля, из чего выпущена и с какого расстояния. У военного снаряжения есть разный класс защиты. Вот и у магических артефактов то же самое. И если при стандартном применении разницы можно не заметить, то при каких-то уникальных магических атаках или просто очень мощных, результат работы может очень сильно отличаться.

— Ого! — покачал я головой, — значит этот ремень лучше, чем платок? Буду знать.

— Он лучше, чем вся защита, которая у нас есть. Всё остальное слабее, а это прям хорошая вещь! — он ткнул в мой ремень пальцем.

— Впрочем, это и не удивительно, если учесть, у кого я его забрал, — сказал я, — просто его бывший владелец очень хорошо шарит в артефактах, он бы не стал фуфло на себе таскать.

— А кто был предыдущий владелец? Крафтер, вроде меня? — спросил Антон.

— Нет, коллекционер, слышал про такой дар? — спросил я.

— А, да, слышал! — радостно сообщил мне Антон, — сами они делать ничего не умеют, но зато могут хорошо определять пользу намагиченных вещей. Видят их везде, даже если артефакт совсем слабенький и остальные люди его не замечают.

— Во-во! Это самое! — сказал я, — вот у такого коллекционера я забрал несколько предметов.

— Ограбил? — без осуждения в голосе сказал Антон.

— После того как он попытался меня убить, но в результате лишился головы, да, можно сказать, что ограбил. Не оставлять же это добро на улице валяться, — пожал я плечами, — у меня есть ещё несколько штук от него, может, глянешь?

— Давай! — с энтузиазмом согласился Алик, — люблю всякие новые предметы изучать… хотя у меня их сейчас и полно!

— Вот, — сказал я, доставая из кармана перчатку и протягивая ему, — это, я знаю примерно, что такое.

— Погоди, погоди… — взмахнул рукой Антон, — я сам хочу понять!

— Только не надевай на себя, если не понял, что это, — сказал я.

Антон посмотрел на меня укоризненно.

— Алик, это всё равно, что химику сказать, чтобы он не совал руку в кислоту! — сказал он, — но штука занятная! С резервуаром маны!

— Что? — удивился я, и тут же попытался прощупать перчатку своим щупальцем.

Антон оказался прав, в перчатке был резервуар. Не очень большой, но был… только вот непонятно, где именно там хранилась мана. С другой стороны, а где хранится тот океан маны, что я таскаю с собой? Да, это в банках есть определённый объём… но, возможно, это обусловлено не самой маной, а способом её хранения. В теории, в маленькую баночку возможно и миллион, наверное, затолкать. Может со временем и научатся такие банки делать. Вон, даже если перчатку можно зарядить!

— А ты что, не знал? — удивился Антон.

— Теперь понимаю, что знал, просто не думал об этом. Коллекционер сумел воспользоваться артефактом, когда остался совсем без маны. Этим он меня врасплох и застал, — сказал я, — теперь понятно, как у него это получилось!

— Полагаю, перчатка придаёт силы… намного увеличивает физическую силу… или силу удара, верно? — задумчиво сказал Антон, вертя перчатку в руках.

— Отчасти, — сказал я, — это кинетическая перчатка.

— Блин, точно! — расстроился Антон, что не совсем правильно понял возможности артефакта, — что-то такое ведь крутилось в голове! Эх, было бы времени побольше, я бы обязательно догадался!

— Не сомневаюсь! — без всякой иронии сказал я, — в общем, надеваешь перчатку и становишься кинетиком… на одну руку!

— Здорово! — с уважением кивнул Антон, — очень полезная штука!

— И не говори! — улыбнулся я, — как человек, прошедший с Машей огонь и воду, причём в прямом смысле этого слова, могу сказать, что дар кинетика, один из самых полезных!

— После шамана! — подмигнул мне Антон.

— Возможно! — сказал я, — но если смотреть на базовые возможности, а не прокачанные, как у меня, то кинетик, наверное, поинтереснее будет. Он более универсальный. А шаман, это большая уязвимость. Все хотят тебя поймать и превратить в батарейку!

— Но ты этот этап уже перерос, ведь так? — спросил Антон.

— Очень на это надеюсь, — сказал я, — но это пока не встретился враг сильнее меня, который захочет получить вечный источник маны.

— Буду надеяться, что такой тебе никогда не встретится! — сказал Антон.

— А я-то, как на это надеюсь! — сказал я, — в общем, перчатку нужно испытать, но, наверное, лучше это делать на свежем воздухе, дабы не разнести здесь всё нечаянно!

— Да, это верно, — кивнул Антон, — опасности я никакой не чувствую, просто нужно приобрести навык обращения с ней и всё будет хорошо.

— Да, — сказал я, — но это ещё не всё!

— Показывай! — махнул рукой Антон.

— Вот, футляр с солнцезащитными очками, — сказал я, — чувствую, что артефакт, но назначение вообще не знаю. При мне им не пользовались.

— Хм, любопытно, — сказал Антон, беря в руки футляр, — мне кажется, что артефакт здесь только очки. Футляр от них просто, если можно так выразиться… фонит. Хотя нет… что-то в нём есть… а-а-а-а-а, он просто очень прочный! Усиленный материал!

— Чтобы не поломался и очки были надёжнее упакованы? — спросил я.

— По всей видимости, — пожал плечами Антон, — но очки, это основной артефакт.

— Понимаешь, что они делают? — спросил я.

— Почти уверен, что в них можно что-то видеть, что нельзя разглядеть просто так, — сказал Антон, — смотря у кого они были. Не удивлюсь, если в них можно видеть людей без одежды, я про такие девайсы слышал. В детстве пацаны всегда мечтали о таком приборе… или о фотоаппарате, с таким эффектом.

— Ага, что-то было про красную плёнку, хотя плёнкой уже тогда никто не пользовался, сказал я, — этот фрукт, в принципе, мог такое с собой таскать, но если это так, то прибор бесполезный.

— Погоди, это пока неточно! — сказал Антон, — надо проверить, — и он нацепил их себе на нос.

— А как же не совать руку в кислоту? — удивился я.

— Это когда свойства артефакта неясны. Здесь же я понимаю, что он просто расширяет возможности зрительного восприятия, осталось понять как, — задумчиво сказал Антон.

— Если ты до сих пор не понял, значит, видишь меня в одежде, и твоя теория оказалась ошибочной, — сказал я.

— А, да, в этом смысле я ошибся, — сказал Антон, вертя головой по сторонам, видимо, стараясь разглядеть что-то, чего он обычно не видит, — ну-ка, ну-ка, — вдруг оживился Антон и, схватив висящую на стуле большую грязную тряпку, накинул её себе на голову.

— Ты чего? — удивился я.

— Алик, поздравляю! — сказал Антон, — оказалось, что это полезная штука! У тебя теперь есть прибор ночного видения!

Антон снял с головы тряпку и чихнул, потому что с неё полетело целое облако пыли.

— А как ты это понял? — спросил я, принимая у него очки и надевая на себя.

— Сижу, смотрю по сторонам и всё вроде также! — сказал Антон, — а потом я подумал, что очки-то тёмные, а я затемнения никакого и не вижу, даже, наоборот, всё как будто чётче стало! Вот тут и мелькнула первая догадка. Ну а потом ты видел, как я её проверял.

— Ага, — сказал я и заглянул себе под куртку, которая была застёгнута, ведь в кармане, как всегда, было холодно.

У меня под курткой было всё так хорошо видно, будто бы я светил туда фонариком.

— Ну как? — спросил Антон.

— Шикарно! — сказал я, — я в прибор ночного видения… ну, настоящий который, никогда не смотрел, но судя по фильмам, там ведь картинка не совсем обычная… зелёное всё вроде бы, да?

— Наверное, — пожал плечами Антон, — я тоже не имею такого опыта.

— Но здесь всё просто хорошо видно, без всяких искажений. Интересно, конечно, ночью будет их испытать, — сказал я.

— Да, крутая штука! — согласился Антон, — постарайся их не потерять, я попробую потом скопировать.

— Оставить их тебе? — спросил я.

— Нет, сейчас не нужно, у меня работы завал, всё равно будут просто так без дела лежать. А тебе, может, сослужат службу, — сказал Антон, — до приборов ночного видения дело точно нескоро дойдёт!

— Ладно, с этим понятно! — сказал я, убирая очки в футляр и засовывая его в карман, — а что скажешь по поводу этого? — я вытащил и протянул Антону коробочку с круглыми белыми конфетами… или таблетками.

— О-о-о-о-о-о, это я сразу могу сказать, что не мой профиль! — поднял руки ладонями ко мне Антон.

— В смысле? Это что, не артефакт? — удивился я.

— Частично, — сказал Антон, — это продукция магической фармацевтики.

— Честно говоря, я предполагал нечто подобное… — сказал я, — а ты совсем в этом не понимаешь?

— Нет, это фармацевты и аптекари хорошо в таких вещах разбираются, — сказал Антон, — я не могу по этим таблеткам понять их действие, извини. Вот совершенно не моя сфера!

— И что остаётся? Только попробовать? Съесть одну и посмотреть, что будет? — сказал я.

— Этого я тебе делать категорически не советую, — серьёзно сказал Антон, — мало ли какой у них эффект и для чего их использовали? А вдруг это яд, которым травили кого-нибудь? Может такое быть?

— Вообще-то, может, — задумался я, — такие персонажи попадаются, что втираются к кому-нибудь в доверие, а потом убивают и грабят. Не знаю, занимался ли этим коллекционер, но в принципе от него можно было ожидать подобного.

— Ну вот, — развёл руками Антон.

— Тогда, наверное, стоит их выкинуть… — сказал я.

— Лучше всего найти фармацевта и спросить, что он об этом думает, — сказал Антон, — вообще это странно, у них принято подписывать свои препараты, как раз чтобы клиенты не путались и ели те таблетки, которые хотят. Аптекарям же ведь не нужны мёртвые или злые клиенты, так они ничего не заработают.

— Логично! — сказал я, — он просто, наверное, сам прекрасно знал, что это за «конфетки», потому и пересыпал в коробочку, которую с собой таскать удобнее.

— Наверняка! — сказал Антон, — что ещё интересно, так это что конфет, как ты их называешь, там много!

— Двадцать три штуки! — сказал я, — не поленился пересчитать.

— Во! — поднял палец вверх Антон, — двадцать три! Обычно весь ассортимент «магтеки», удовольствие не из дешёвых, поэтому продаётся небольшими упаковками. Ну, там, по четыре, шесть, десять штук. И десять, это уже считается большая упаковка! А тут сразу двадцать три! И ведь наверняка он просто часть уже использовал!

— И о чём это говорит? — нахмурился я.

— О том, что эти конфеты твой коллекционер считал очень нужными и полезными. Почему, вопрос открытый, но вот в том, что он их регулярно использовал, я не сомневаюсь, — сказал Антон.

— Может, у него какие проблемы со здоровьем были? — задумчиво сказал я.

— Вряд ли… — сказал Антон, — вернее, может, и были, вот только «магтеки» не торгуют лекарствами. Они торгуют магическими препаратами, которые открывают или изменяют навыки людей. Лечат сейчас лекари, фармацевты здоровьем как таковым обычно не занимаются.

— Не задумывался об этом, — сказал я, — тогда они никакие не фармацевты, а магазины их не аптеки.

— Они и не аптеки, а магтеки, — сказал Антон.

— Знаю я, как они называются, — вздохнул я, — но всё равно эта стилистика скопирована с аптечной сети, но, оказывается, занимаются они совсем другим.

— Нет, ну может там и есть что для здоровья, — задумался Антон, — наверняка есть… но это побочный ассортимент. Главное, это магические вещества. Аспирин ты дорого не продашь, а вот таблетку, которая замедляет расход маны, вполне!

— Ты разжёг мой интерес! — сказал я, — до этого мне не так остро хотелось узнать, для чего эти конфетки нужны, а теперь прям зудит!

— Случай подходящий нужен, — сказал Антон, — в обжитом районе найти «магтеку» не должно составить труда, но вот здесь, в заброшенной части города, никто не будет держать подобное заведение. И клиентов нет, и, скорее всего, первые же, кто наткнётся на такое заведение, его и обнесут вчистую!

— Это верно! — сказал я, — ладно, у меня есть ещё одна, последняя штука затрофеенная у коллекционера.

Я достал перстень. Антон взял его в руки, внимательно посмотрел, нахмурился и перевёл взгляд на меня.

— Это же не тот, что ты постоянно носишь? — спросил он.

— Ты заметил? — усмехнулся я.

— Ну да, это же мой профиль! — сказал Антон.

— Нет, это другой, и я понятия не имею, для чего он нужен! — сказал я.

— А твой для чего? — спросил Антон.

— Извини, но я не буду отвечать на этот вопрос, — сказал я, — дело в том, что это не моя тайна. В общем, всё сложно.

— Понял! — быстро согласился Антон, — извини, что спросил, не знал, что ты не хочешь это обсуждать!

— Всё нормально, — сказал я, — так что скажешь насчёт этого?

— Штука сильная, — задумчиво сказал Антон, — но вот так с ходу я не могу понять, для чего он нужен. Его свойства как будто зашифрованы. Тот, кто его делал, не хотел, чтобы можно было сразу понять, для чего он нужен.

— А если попробовать его надеть? — сказал я.

— Боюсь, что это как раз случай с кислотой, — сказал Антон, — если кто-то специально скрывает свойства артефакта, значит, ему это зачем-то нужно. Это может быть и ловушкой! Вдруг этот артефакт подчинит тебя себе? Или пошлёт настоящему хозяину какой-нибудь сигнал?

— Настоящий хозяин мёртв, — сказал я.

— А кто тебе сказал, что он был настоящим хозяином? Вполне возможно, что он был либо просто носителем, либо жертвой, — сказал Антон, — ну, в случае если гипотеза про ловушку верна. Это может быть что-то вроде вируса с вредоносным программным обеспечением.

— А ты можешь получше разобраться, что это за штуковина? — спросил я.

— Попробовать можно, но опять же, не сейчас! Ты же знаешь сам, у меня первоочередная задача нашу команду экипировать. Плюс ты принёс много чего, что можно в короткие сроки подготовить к использованию. Защита и оружие, это то, что нам сейчас нужно больше всего! А исследованиями можно будет заняться потом, на досуге.

— Ты прав! — сказал я, — возможно у меня кое-что ещё найдётся интересное, но оставим всё это, как ты и сказал, на потом.

Так и не разобранный рюкзак коллекционера лежал сейчас здесь же, на складе, на одном из стеллажей. Там, где были мои вещи.

— Надеюсь, я тебе помог! — сказал Антон.

— Очень! — улыбнулся я, — прибор ночного видения, это классная штука! Да и с остальными вещами всё равно картинка стала более понятной! Спасибо! Пойду, другими делами займусь!

— Удачи! — сказал Антон, и мы пожали друг другу руки.

А я, решив, что дальше уже откладывать некуда, пошёл искать Амину. Всё же пора было поговорить с ней, да и день уже постепенно шёл к концу.