— Всё? — удивилась Алиса, — мне кажется, что я заслуживаю большего! Кто мотался с тобой и буквально горел в огне, чтобы ты смог выяснить судьбу Риты?

— Может быть, ты и права, — я задумался, — просто я не хотел никому рассказывать подробностей, они… не очень… красивые, что ли…

— Красивые? — усмехнулась Алиса, — где ты вокруг красоту видишь, оглядись… ну, кроме меня, конечно. Я-то красивая! Но в остальном, это же ад и разруха!

— Ладно, — вздохнул я, — но это только между нами и потому, что ты оказалась больше других вовлечена в эту историю.

— Не томи! — нетерпеливо сказала Алиса.

— В общем, Рита не смогла далеко уйти. Она сразу же попала в банду, где её насиловали, а потом убили, — сказал я.

— Жёстко! — было видно, что Алиса расстроилась по-настоящему, — надеюсь, что все они умерли? — серьёзно спросила она.

— Да, — сказал я, — и, к сожалению, не очень быстро.

— Не жалей, они заслужили, — сказала Алиса.

— Нет, так делать нельзя. Понимаешь, я потерял контроль и… то, что я с ними делал, было не очень правильно. Я перегнул! — сказал я.

— Тебя можно понять, — сказала Алиса, — но от этого ты не стал другим. Посмотри вниз, ведь кое-кто снова притащил целую толпу людей, что нуждаются в помощи. Плохие люди так не поступают. Если тебе не нравится то, что ты сделал, считай, что просто оступился. Что это была ошибка, которую ты постараешься не повторять. Ты приносишь людям намного больше пользы, чем вреда. Да, иногда кому-то приходится воздавать по заслугам, но без этого никак. Ведь раньше, когда были государства, всегда кому-то приходилось делать грязную работу. Палачи тоже были нужны, для здоровья общества. И ошибки тоже случались. Ведь бывало, и невиновные страдали. Но не ошибается только тот, кто ничего не делает. А ты делаешь очень много, так что и ошибки могут случаться. А здесь, ты даже не ошибся!

— Это всё звучит неожиданно мудро для тебя, — усмехнулся я.

— А что, по-твоему, если я красивая, то уже и мудрой быть не могу? — удивилась Алиса.

— Красивая, мудрая и невероятно сильная… не слишком ли много? — сказал я.

— Вот видишь? Я идеальна! Так что задумайся, раз уж ты теперь свободен, — сказала Алиса, но тут же спохватилась, — но не сразу, конечно. Тебе нужно пережить случившееся!

И когда она это произнесла, я даже не понял, серьёзно это было сказано или с сарказмом… но решил не уточнять. Вместо этого предпочёл сменить тему, чтобы не продолжать разговор про Риту.

— Мусорщики, когда приехали, отдали то, что мы им оставили на сохранение? — спросил я.

— Да, как только меня увидели, так тут же завели об этом разговор, — сказала Алиса, — мы всё перетащили в карман ещё вчера.

— Хорошо, — сказал я, — слушай, тебе ещё нужен защитный артефакт? Я его отдал Крис временно, чтобы в двух не ходить. А то это… как-то не очень было бы, да? Она отдаст, когда я скажу.

— Да не надо! — махнула рукой Алиса, — я же видела, что ей не хочется его отдавать, несмотря на то, что она готова была это сделать.

— Да, мне самому отбирать у неё его как-то неловко, но ты его больше заслужила, — сказал я.

— Забей! Тоха уже в шаге от того, чтобы всех нас экипировать. Он тебе разве не сказал? — удивилась Алиса.

— Сказал, — кивнул я, — но ведь пока ещё не экипировал!

— Пускай девочка носит, — сказала Алиса, — тем более, если ты считаешь её достойной этого.

— Да, она молодец, — сказал я, — хорошо себя проявила. Думаю, что нужно её в нашу компанию взять. Она принесёт пользу. Характер у неё, конечно, не слишком покладистый!

— А ты заметил, что почти у всех самых активных и полезных характер с «особенностями», — сказала Алиса.

— Да? — удивился я, — не думал об этом.

— Ну вот смотри, я самый полезный член команды и со мной нелегко, разве не так? — сказала Алиса.

— Никогда не перестану поражаться твоей скромности, — усмехнулся я.

— Ну, я же объективно! — всплеснула руками Алиса, — я же бриллиант в нашей банде!

— Спорить не буду, наверное, отчасти ты и права. Скорее всего, тут не прямая закономерность, но некая связь присутствует. У свободных и независимых людей обычно есть своё мнение, и оно может иногда не совпадать с мнением окружающих, — сказал я.

— Ты сказал то же самое, только размазал как соплю по стеклу! — сказала Алиса.

— Фу! — сморщился я.

— Для человека, прошедшего через столько всякого дерьма, ты слишком щепетилен. Чем тебя не понравилось слово «сопля»? Или, может, тебе не понравилось слово «стекло»? — сказала Алиса.

— Слушай, — не стал я вступать в этот дурацкий разговор, а предпочёл развить свою мысль, — может быть, ненавязчиво возьмёшь шефство над Кристиной? Только так, чтобы она этого не поняла. Можешь за ней присмотреть?

— Ну, ты же должен понимать, что нянька из меня так себе, — серьёзно посмотрела на меня Алиса, — да и потом… неохота!

— Ничего особенного делать не нужно. Просто поглядывай за ней и если что помоги. Или удержи от глупостей. Она же здесь никого не знает, а характер у неё тоже вспыльчивый… плюс возраст. Она, по сути, ещё подросток, хотя уже и в старшей версии.

— А сколько ей лет? — спросила Алиса.

— Не знаю, — пожал я плечами, — спроси, если интересно.

— Неинтересно, — пожала плечами Алиса, — секунду назад был мимолётный интерес, но уже закончился.

— Ну так что, присмотришь? — спросил я.

— А сам-то что? Твоя же протеже, — сказала Алиса.

— Да, боюсь, что мне скоро придётся снова уйти, — сказал я.

— Куда? — удивилась Алиса.

— На самом деле, вариантов полно! — сказал я, — и первоочередное, это, наверное, нужно будет попытаться найти Шторма с ребятами, чтобы помочь… надеюсь, что будет не поздно. Самими им, боюсь, не справиться. Да и с Орденом нужно закрыть тему, а то мы постоянно будем сталкиваться со следами их деятельности и разгребать то дерьмо, что они наваляли.

— А… — сказала Алиса, — знаешь, Алик… а я ведь тебя сюда затащил не для того, чтобы про Риту поговорить… точнее, не только для этого.

— Да? — удивился я, — а для чего же ещё?

— Не знаю, с чего начать… — вздохнула Алиса и уставилась вдаль, — видишь ли… я тоже ухожу! — сказала она.

— Куда? — удивился я.

— Совсем! — сказала Алиса, — то есть, неважно куда, важно, что навсегда.

— А вот с этого места, если можно, поподробнее! — напрягся я.

— Алик, я устала, — сказала Алиса, — наверное, я всё же недостаточно социальный человек, чтобы жить в коллективе. Мне всё надоело. Да, ты собрал классных ребят, но я не могу больше находиться с вами. Меня это чем дальше, тем больше угнетает. Это против моей природы! Наверное, я, всё же, одиночка.

— Ты просто фурия! — вздохнул я.

— Может быть, дело и в этом тоже, — сказала Алиса, — просто я сейчас как будто бы живу не своей жизнью. Как будто действую против своей природы. И это чувство постепенно усиливается.

— Мне эта идея не нравится… — после некоторого раздумья сказал я, — и куда ты планируешь направиться?

— Не знаю! — пожала плечами Алиса, — для начала вернусь в центральные районы, где мы жили. У меня там квартира осталась… надеюсь, она ещё цела, как и вещи в ней.

— Я бы на твоём месте сильно на это не рассчитывал, — сказал я.

— Почему? — удивилась Алиса, — я её спрятала так, как ты меня учил. Чтобы было непонятно, что там вообще квартира есть. И тайный вход через крышу. Может быть, и уцелела!

— Надо же! — усмехнулся я, — не думал, что ты переняла мой опыт. Не припомню, чтобы ты раньше это рассказывала.

— Потому что не рассказывала, — сказала Алиса, — это же ведь тайное убежище, о нём вообще никто не знает. Когда ты мне рассказал, как маскируешь свои… как ты их называешь?

— Опорные точки, — подсказал я.

— Вот, точно! — улыбнулась Алиса, — так вот, я это сразу же приняла на вооружение, и своё жилище тоже замаскировала. А тебя не тянет посетить свои старые места?

— Тянет немного, — сказал я, — и я планирую это сделать как-нибудь. Только вот разгребу дела.

— Звучит как «никогда», — усмехнулась Алиса.

— Да нет, сейчас появились предпосылки. Есть шанс закрыть основные темы, которые меня волнуют, и сходить в центр. Там тоже остались вопросы в подвешенном состоянии, — сказал я.

— Не хочется новые опорные точки создать, раз уж в старые не наведываешься? — спросила Алиса.

— Так я их и создаю! — сказал я.

— Да? — удивилась Алиса, — и когда только успеваешь?

— Ты про них знаешь, — сказал я, — просто они теперь не индивидуальные, а коллективные. Одна из моих опорных точек, это Петин карман. Ещё одна, это Барбинизатор… где ты, кстати, пока ещё не была. Ещё одна, это будет Иггдрасиль, — и я указал рукой в сторону парка и «огурца» бывшего Карачуна.

— Мне эта штука пенис напоминает, — усмехнулась Алиса.

— У кого что болит, тот о том и говорит, — пожал я плечами.

— Эй! Как у меня может болеть то, чего нет? — возмутилась фурия.

— Смысл не в этом, но ладно, не стоит развивать эту тему, — сказал я.

— Да знаю я в чём смысл! — сказала Алиса, — и всё равно мимо! Просто похоже, и всё!

— Для тебя! — сказал я, — а для голодного человека это будет похоже на колбасу, а для космонавта на ракету…

— Алик, не нужно, не продолжай! — сказала Алиса, — не заставляй меня сомневаться в твоих умственных способностях. Ещё один пример вроде ракеты, и я буду сильно разочарована.

— И мы будем в расчёте, потому что я уже разочарован твоим «пенисом», — сказал я.

— Моим чем? — чуть не подавилась Алиса, — ты сам-то понял, что сказал? Или ты специально? — вдруг прищурилась она.

Я улыбнулся.

— Лиса, я не хочу, чтобы ты уходила! — сказал я, — ведь потом мы можем и не найтись!

— Да нет, — легкомысленно махнула рукой Алиса, — ты меня, может, и не найдёшь. Но тебя не найти очень трудно. Я же могу прийти сюда, и мне скажут, где ты, хотя бы примерно. Да и вообще, в последнее время следы твоей деятельности видно невооружённым взглядом, стоит только оказаться на расстоянии пушечного выстрела.

— Почему пушечного выстрела? — удивился я.

— Не спрашивай, не знаю, — пожала плечами Алиса, — просто к слову пришлось.

— А есть шанс, что ты передумаешь? — спросил я.

— Нет! — покачала головой Алиса, — я это твёрдо решила!

— После нашей с тобой прогулки? — спросил я.

— Прогулки? — усмехнулась Алиса, — то есть, оставить за собой несколько десятков трупов, это значит прогуляться с девушкой? По мне, так это больше похоже на боевую операцию!

— Не придирайся к словам, — сказал я, — ты же поняла, что именно я имею в виду.

— Поняла, — вздохнула Алиса, — и дело не в этом. Вернее, не только в этом. Наша с тобой вылазка была последней каплей, и я просто утвердилась в том, о чём уже давно думала.

— Ну, если тебе нужно побыть одной, то побудь и возвращайся! — сказал я.

— Нет, уходить, чтобы вернуться, это не уходить. Я не зарекаюсь, может быть, когда-нибудь, если захочется… ну, в общем, всё возможно. Но это будет потом. Сейчас же я хочу просто уйти. Насовсем! Бессрочно!

— Честно говоря, ты меня расстроила, — сказал я, — мне будет тебя не хватать!

— Я знаю, — просто сказала Алиса, — честно говоря, и мне тебя. Да и остальных тоже… но мне всё равно нужно уйти. Иначе напряжение внутри меня будет нарастать, и рано или поздно я сорвусь. А этого, поверь, никому не надо!

— Да, боже упаси быть рядом с фурией, когда она сорвалась, — усмехнулся я, — и когда же ты планируешь отчалить?

— Меня ничего уже не держит и никто не гонит, — сказала Алиса, — как только, так сразу. Я ждала твоего возвращения, чтобы узнать результат, но поскольку ты вернулся, то я могу уйти. Единственное, чего бы мне ещё хотелось, так это дождаться, пока Тоха выдаст мне защитный артефакт. Можно же его с собой будет забрать, или это только для тех, кто живёт в кармане?

— Конечно, можно, о чём ты говоришь? — удивился я, — если бы я мог тебе что-то запретить, то запретил бы уходить. Но на том, чтобы у тебя был артефакт, я даже настаиваю! Я хочу, чтобы ты выжила!

— Как это мило! — сказала Алиса, — в общем, для твоей девочки придётся искать другого опекуна.

— Это я уже понял, — вздохнул я.

— А ты когда планируешь уйти? — спросила Алиса.

— Наверное, завтра утром, — сказал я, — нужно кое-что сделать и собраться с мыслями.

— Что именно тебе нужно сделать? — спросила Алиса, — просто любопытно!

— Ну, во-первых, нужно попробовать разбудить Нину, — сказал я.

— Ух ты! — обрадовалась Алиса, — наша спящая красавица наконец-то проснётся?

— Я очень на это надеюсь! — сказал я.

— А во-вторых? — спросила Алиса.

— А во-вторых, пока что не скажу, — ответил я, — а может быть, и вообще не скажу.

— Да и не больно-то хотелось, — слегка обиделась Алиса.

— Ну и хорошо, что не хотелось! — закрыл я эту тему.

Мы некоторое время молча смотрели на Сокольники.

— Бардак здесь какой-то происходит, — вдруг сказала Алиса, — народу вроде собирается много, но что получится в итоге, пока не очень ясно.

— Переходный период, это нормально, — сказал я, — когда Иггдрасиль сформируется, парк просохнет, и люди начнут его осваивать, поверь, это место превратится в центр притяжения. Многие сюда захотят попасть.

— И всякий сброд в том числе! — сказала Алиса.

— Естественно! — сказал я, — защита этому месту потребуется. Я потому сюда людей и стягиваю. Когда здесь несколько человек и толпа детей, место выглядит уязвимым. Когда же здесь будет большая и развитая община, не каждый рискнёт сюда сунуться. Хотя, конечно, желающие всё равно найдётся. Но если всего бояться, тогда можно сразу лечь и умереть, потому что проблемы всегда были и всегда будут.

— Это понятно, — вздохнула Алиса, — и чем больше всё становится организованно, тем сильнее мне хочется уйти. Я, наверное, всё же не командный игрок!

— Это тебе только так кажется! — сказал я, — поверь, ты прекрасно играешь в команде, нравится тебе это или нет.

— Как скажешь, — улыбнулась Алиса, — в общем, ладно! Новостями обменялись… я тебя сюда притащила потому, что, честно говоря, ожидала более острой реакции на мой уход и не хотела публичных сцен. А ты в целом воспринял это достаточно адекватно.

— Тебя это расстроило? — спросил я, — ты бы хотела, чтобы я умолял тебя остаться?

— Нет, наоборот, хорошо! — сказала Алиса, — ты не умолял, но сказал, что не хочешь, чтобы я уходила. Этого достаточно. А если бы начал давить, то тогда мне было бы… неприятно. А так вроде бы нормально поговорили и можем полюбовно разбежаться.

— Возможно, я так спокойно отнёсся к твоему желанию уйти, потому как в любом случае не собираюсь тебя вычёркивать из списков и надеюсь, что рано или поздно ты вернёшься, — сказал я.

— Ну, я тоже не загадываю, — сказала Алиса, — но пока что возвращаться не собираюсь… я ведь ещё даже не ушла!

— А ещё, возможно, что я чувствую в тебе это желание уйти. Чувствую, что тебя что-то тяготит, — сказал я, — потому, может быть, и оказался подсознательно готов к твоему решению.

— Забирайся на меня, полетели вниз, а то мы уже начинаем повторяться, — сказала Алиса.

— Да? Не заметил, — удивился я.

Однако обнял Алису сзади за плечи, и мы полетели.

Пока спускались, я разглядел бегающих вдалеке собак, сидящих на аллее девочек в балахонах, по-прежнему лежащего в тенёчке Геннадия, вставший кольцом караван мусорщиков на площади перед входом в парк. В общем, везде что-то происходило. Там, куда мы приземлились, тоже было относительно людно.

Я снова подумал, что какое всё же чудесное место Петин карман. Наша база с кучей ресурсов и людей была где-то вот здесь, рядом, но скрыта от посторонних глаз.

Петю я, кстати, не видел, возможно, он был внутри. Зато увидел Амину, которая смотрела на наш полёт, задрав голову и приложив ладонь над глазами козырьком. Похоже, что она нас ждала.

Мы приземлились на некотором удалении от неё, и Амина стремительно зашагала к нам.

— Алик, слушай, я тут проводила небольшую перепись населения среди вновь прибывших… мне кажется, что кого-то не хватает. Был ещё мужичок такой, немолодой. Ещё особнячком держался от остальных, — сказала она.

— Оливер? — напрягся я.

— Шут его знает, — пожала плечами Амина, — но среди опрошенных Оливера вроде бы не было!

— Вот сучёныш! — ругнулся я, — найду, ноги вырву, чтобы больше не убегал! Так и знал, что за ним глаз да глаз нужен!