— Если хочешь провернуть крупное дело, сначала устрой цирк для отвлечения внимания, — прошептал Семён Аркадьевич, наслаждаясь своей новой ролью.

Экипаж старого грузового корабля в точности следовал этому правилу. Пока Влад и Ани спустились в технические туннели за информацией, остальная команда устроила настоящее шоу. Они выбрали самое дорогое заведение Нео-Атлантиса. Казино называлось «Жемчужина». Место слепило глаза кислотными неоновыми вывесками. Стены покрывал толстый слой фальшивой позолоты, а с потолка свисали безвкусные хрустальные люстры.

За центральным столом играли по-крупному. Ставки уже перевалили за десятки миллионов юнов. Владельцы местных картелей лениво перебрасывались фишками. С одной стороны сидел грузный мутант-амфибия, и его зелёная кожа неприятно блестела от слизи под светом ламп. С другой стороны расположился суровый киборг в деловом костюме, на шее которого мерно раздувались искусственные жабры, издавая тихое шипение.

А напротив них возвышался Гюнтер. Робот категорически отказался снимать белый колпак и заляпанный фартук с надписью «KISS THE COOK». Он решил вопрос маскировки просто, нацепив поверх хромированного корпуса толстую золотую цепь, которая больше напоминала корабельный канат, и уверенно подкатил к столу.

Семён Аркадьевич стоял за спиной робота, мастерски изображая эксцентричного магната с далёкой Периферии. Старый парадный китель трещал по швам на его широкой груди при каждом вдохе. Капитан важно пыхтел и внимательно сканировал зал. Лиандра стояла рядом и играла роль его надменной спутницы. Перламутровая кожа доктора привлекала голодные взгляды местной подводной аристократии, но женщина лишь холодно улыбалась в ответ.

— Капитан, здесь столько пыли, что я скоро чихну и выдам нас с потрохами, — раздался в наушниках звонкий голос Киры.

Гайка пряталась в узкой вентиляционной шахте прямо над покерным столом. Она лежала на животе, подключила свой поцарапанный датапад к камерам казино и взламывала местную сеть.

— Терпи, Гайка. Цирк только набирает обороты, — тихо ответил Семён Аркадьевич. — Что там по картам?

— Местные идиоты играют колодой со встроенными микро-чипами, — усмехнулась техник. — Я уже пробила их защиту и нашла лазейку. Сейчас выведу на внутренний экран нашего повара все карты противников. Они у нас на крючке.

Игра за столом накалялась с каждой секундой. Пластиковые фишки сыпались на зелёное сукно с тихим, шелестящим звуком. Вокруг стола собралась толпа зевак, желающих посмотреть на развязку партии.

— Поднимаю ставку на двести тысяч, — булькнул босс-амфибия, прерывая тишину.

Он небрежно толкнул гору пластика в центр стола. Его выпуклые глаза уставились на Гюнтера с нескрываемым презрением.

— Твой ход, консервная банка. Давай посмотрим, из чего ты сделан на самом деле.

Гюнтер угрожающе сверкнул единственным красным глазом.

— Вы играете так же пресно и скучно, как переваренные макароны в дешёвой столовой! — на весь зал произнёс Гюнтер. Из-за сильного акцента его слова звучали как объявление войны. — Я ставлю всё!

Амфибия и киборг удивлённо переглянулись. Они даже не догадывались, что хрупкая девчонка в вентиляции над их головами прямо сейчас сливает их комбинации.

— Ты блефуешь, кусок металлолома, — злобно прошипел киборг.

За его спиной нервно дёрнулись четыре механических щупальца, готовые атаковать в любой момент. Босс наклонился над столом и оскалился, обнажая металлические зубы.

— У тебя ничего нет. Сдавайся, пока мы не пустили тебя на переплавку прямо здесь.

— Гюнтер, у жабы только две пары, а у киборга слабая тройка, — быстро доложила Кира по внутренней связи. — Добивай их, шеф!

— Мои кулинарные шедевры и мои карточные комбинации никогда не бывают пустыми! Вскрываемся, мешки с мясом! — торжественно объявил робот-повар.

Он с бросил на стол карты, обнажив стрит-флеш. Толпа зевак синхронно ахнула, а челюсти мафиози отвисли до самой груди. Амфибия позеленел так сильно, что почти слился с зелёным сукном. Киборг подскочил со стула и яростно ударил железным кулаком по столешнице.

— Это обман! — истошно заорал киборг, размахивая щупальцами во все стороны. — Охрана! Немедленно разберите эту наглую жестянку на мелкие запчасти!

Ситуация взорвалась за долю секунды. Десяток мускулистых головорезов в строгих костюмах выхватили плазменные бластеры и взяли команду «Полярной Звезды» на прицел. Посетители казино с истошными визгами бросились к спасительным выходам. Местные богачи падали на пол, теряя обувь, и прячась за игровыми автоматами.

Семён Аркадьевич даже бровью не повёл и не сдвинулся с места. Лиандра быстро нащупала в складках вечернего платья рукоять парализующего иглострела.

Но Гюнтер отреагировал гораздо быстрее своих кожаных товарищей. Его корпус издал громкий щелчок, и из левого бока со свистом выскочил огромный кухонный тесак, способный разрубить человека пополам. А из правого плеча медленно выдвинулась спаренная плазменная пушка. Стволы орудия мгновенно налились багровым светом и загудели от переизбытка энергии.

— Если хоть один из вас, недожаренных морепродуктов, сделает движение, я немедленно пущу вас на гуляш! — радостно проревел Гюнтер.

Робот навёл раскалённую пушку прямо на толпу охраны. Бандиты застыли как вкопанные. Они смотрели на стволы и не решались нажать на спуск своих бластеров.

— Я давно мечтал поэкспериментировать с местной фауной! — продолжал громко вещать безумный повар. — Добавлю немного свежего машинного масла, щепотку лучшего антифриза, и вы станете главным блюдом на моём камбузе! Ordnung должен быть во всём, господа! И особенно в честной карточной игре!

Головорезы тяжело сглотнули, внушительный калибр пушки Гюнтера быстро охладил их пыл. А пугающее спокойствие Семёна Аркадьевича и Лиандры окончательно сломало их волю к сопротивлению. Казино погрузилось в напряжённую тишину, которую нарушал только гудящий звук плазменного заряда.

— Вот это я называю хорошим цирком, — усмехнулся Семён Аркадьевич в лицо замершему киборгу. — Ну что, железяка, сдулся?

* * *

— Надеюсь, Гюнтер оставит от местной мафии хоть пару кусков на сувениры, — хмыкнул я, шагая вслед за Ани к дверям грузового лифта.

— Ты же знаешь нашего повара, — чуть заметно улыбнулась девушка, проверяя заряды в бластере. — Он устроит им кулинарный ад.

Лифт со скрежетом закрыл створки, и мы стремительно полетели вниз. Спускаться на самое дно Нео-Атлантиса оказалось тем ещё удовольствием, ведь пока наш неадекватный робот морально и физически уничтожал боссов на верхних ярусах, мы погружались во тьму.

Трущобы нижнего яруса встречали нас недружелюбно. Здесь не было неона, золота или очищенного воздуха, а когда створки лифта разъехались, в нос тут же ударила вонь. Пахло гниющими водорослями, ржавчиной и тотальной безнадёжностью. Давление миллионов тонн океанской воды ощущалось даже сквозь стены защитного купола, заставляя металл трещать и гудеть. Трубы, как и говорила Кира, постоянно подтекали, образуя под ногами скользкие лужи.

Мы пошли по запутанным переулкам, стараясь держаться в тенях и аккуратно переступая через бродяг, которые спали возле отопления. Мой симбиот пульсировал, методично сканируя каждый угол на наличие угроз. Ани скользила рядом со мной бесшумно и плавно, словно призрак, а стелс-костюм делал её почти невидимой. Её эмпатия работала как радар, безошибочно отсеивая работяг от корпоративных шпионов или убийц.

— Тут столько боли, Влад, — тихо произнесла Ани, поморщившись и потерев виски. — Они тут просто гниют заживо, и я чувствую их отчаяние. Это сводит с ума.

— Держись, — я ободряюще коснулся её плеча, стараясь передать немного спокойствия. — Мы здесь не для того, чтобы спасать всех подряд, нам нужны только координаты.

Тот самый телепатический голос, который недавно позвал меня в приёмном зале амфибий, снова зазвучал в голове. Он словно тянул меня за невидимую нить, уверенно ведя сквозь лабиринт трущоб. Вскоре мы вышли к водоочистительной станции, которая давно выглядела заброшенной. Внутри среди гудящих труб и пустых резервуаров нас уже ждали.

Вождь сопротивления оказался старым гуманоидом. Его серая кожа была покрыта шрамами, а в глазах читалась усталость поколений. Он сидел на ящике из-под имперских пайков и чистил лезвие гарпуна. Вокруг него в тенях прятались люди: десятки оборванных, но вооружённых повстанцев взяли нас на прицел.

Один из них, парень с кибернетическим глазом, дёрнул стволом винтовки.

— Ни с места, корпоративные псы! — крикнул он срывающимся голосом.

— Отставить, — хрипло произнёс старик, откладывая оружие в сторону, и его голос прозвучал точно так же, как тот телепатический шёпот в моей голове. — Вы всё-таки пришли. Те самые безумцы, что ищут наследие Древних.

— Меня зовут Влад, а это Ани, — я спокойно вышел вперёд, подняв руки. — Ты сказал, что Бездна помнит. Нам нужны координаты артефакта, Ты поможешь?

Вождь горько усмехнулся, обнажив ряд сточенных зубов, тяжело поднялся на ноги и подошёл к иллюминатору. За потрескавшимся стеклом клубилась океанская тьма.

— Эти жабы наверху считают всё это сказками, — произнёс он, вглядываясь во мрак. — Они верят только в юны Империи и свою безнаказанность. Но мы знаем правду, мы — дети дна. То, что вы называете «Звёздной Кузней», действительно существует. Она покоится во впадине глубоко под этим городом.

Он замолчал, давая нам осмыслить услышанное, и Ани подошла ближе к стеклу.

— Там бушуют чудовищные водовороты, — мрачно продолжил старик. — Давление в тех местах такое, что с лёгкостью плющит военные субмарины, сжимая их как фольгу. Империя сунулась туда триста лет назад, потеряла пару крейсеров вместе с экипажами и решила, что игра не стоит свеч. Эти трусы объявили место мёртвой зоной, а артефакты назвали бреднями стариков.

— Но координаты безопасного пути у тебя есть, — утвердительно сказал я.

Повстанцы вокруг нас зашевелились, и оружие в их руках предательски дрогнуло.

— Есть, — медленно кивнул вождь. — Наши предки веками изучали эти воды и составили карты безопасных течений. Я дам их вам. Но вы должны понимать, чужаки, что в этом мире у всего есть цена. Никто не помогает просто так.

Ани мгновенно напряглась и коснулась пальцами рукоятей своих виброклинков, готовая в любую секунду сорваться с места. Я коротким жестом попросил её успокоиться.

— Чего именно ты хочешь? — прямо спросил я. — Оружие корпоратов? Денег? Топливо для генераторов? Назови свою цену, и мы договоримся.

Вождь отрицательно покачал головой, поднял палец и указал наверх, туда, где сверкала неоном верхушка Нео-Атлантиса.

— Мне не нужны ваши деньги, — с презрением выплюнул старик, и в его сгорбленной фигуре вдруг проступила былая, ныне растоптанная гордость. — Заберите их себе. Я хочу совершенно иного… Я хочу, чтобы вы помогли нам свергнуть этих проклятых узурпаторов и утопить в их же собственной слизи.

Он оперся на длинный гарпун, заменявший ему трость, и его глаза, привыкшие к вечному полумраку, блеснули яростью.

— Вы думаете, мы всегда были такими? Крысами, прячущимися в недрах? Нет. Пока не явились Имперцы. Они подмяли под себя весь наш мир, жадно выкачивая ресурсы, словно паразиты. А когда им надоело марать руки, они посадили на трон этих склизких тварей — амфибий, сделав их своими цепными псами и марионетками. Нас же, истинных хозяев этих мест, они скинули сюда, на самые нижние уровни. Заставили гнить в зловонных помойках и работать на износ за жалкие пайковые водоросли в токсичных шахтах, где ядовитые испарения разъедают лёгкие за пару лет.

Старик закашлялся и на его губах выступила тёмная кровь. Он смахнул её грязной тряпкой и продолжил, понизив голос до зловещего шёпота:

— Тех, кто пытался воспротивиться имперской власти в самом начале, они показательно и жестоко покарали. Сдирали кожу заживо на главных площадных ярусах, растворяли в кислотных резервуарах на глазах у семей. И сейчас по улицам города рыскают их карательные рейды. Тяжело бронированные имперские солдаты и жабы-мутанты убивают без суда и следствия любого, кто косо посмотрит на патруль, любого, в ком они почуют хотя бы искру неповиновения. Нас просто истребляют ради устрашения. Помогите нам уничтожить личную охрану амфибий, прорвать оцепление и взять власть в городе в свои руки. Сделайте это, и клянусь своей жизнью — карта Бездны станет вашей.

В сыром помещении повисла тишина, нарушаемый лишь капелью воды. Повстанцы прятались в глубоких тенях, с робкой, отчаянной надеждой ожидая моего ответа. Их худые руки судорожно сжимали кустарно собранные плазменные резаки и куски арматуры.

Ани, стоявшая чуть позади, бросила на меня тревожный взгляд. Её эмпатический дар сейчас был для неё настоящим проклятием: она буквально захлёбывалась от транслируемой ими боли, унижения и страха. Девушка дрожала, неосознанно прижимая руки к груди, искренне желая броситься на помощь этим несчастным. Её человеческое сострадание рвалось наружу, требуя немедленных действий.

Но в моей голове уже проснулся безжалостный цифровой код Вазара. Он мягко, но непреклонно оттеснил все человеческие эмоции на задний план, гася зарождающуюся жалость и уступая место логике и расчёту.

Перед мысленным взором развернулась полупрозрачная тактическая карта секторов. Вазар мгновенно просчитывал численность охраны мутантов, расположение постов карательных рейдов, архитектурные особенности купола и наши текущие боевые ресурсы. В мозгу стремительно побежали зелёные строчки вероятностей, отсекая тупиковые варианты и выстраивая единственный безупречный план атаки. Пульс замедлился до минимума. Дыхание стало ровным и незаметным. Я перестал быть сочувствующим Владом, окончательно превратившись в хладнокровную, смертоносную машину.

Медленно поднял взгляд на старика. Мои глаза на долю секунды ярко вспыхнули потусторонним голубым светом, сканируя его биологические показатели.

— Личная охрана амфибий насчитывает около пятисот единиц плохо обученного состава, полагающегося лишь на грубую силу, — произнёс я с пугающей, нечеловеческой расчётливостью. — Имперские карательные отряды следуют предсказуемым маршрутным алгоритмам, а их оружейные системы критически уязвимы для моих локальных кибератак. Моральный дух наёмников стремится к нулю. Учитывая фактор внезапности и использование нестандартных тактических паттернов, вероятность успешного переворота при нашей огневой поддержке составляет ровно восемьдесят семь и четыре десятых процента. Мы поможем.

* * *

— Идеальный план — это тот, в котором хотя бы половина взрывов происходит именно там, где ты изначально задумал, — усмехнулся я, поудобнее перехватывая рукоять бластера и проверяя уровень заряда батареи.

Мы стояли в полутёмном техническом коридоре, который вёл прямиком к правительственному шпилю Нео-Атлантиса. Местное Сопротивление во главе со старым вождём замерло позади нас. Повстанцы крепко сжимали в руках потёртые винтовки, плазменные резаки и связки самодельных гранат. В их воспалённых глазах горела отчаянная решимость отомстить зажравшимся чиновникам.

Мой внутренний калькулятор от Вазара монотонно просчитывал тайминги, вероятности рикошетов и процент выживаемости нашей группы. Цифровой призрак внутри головы вываливал сухие графики прямо в мозг, бездушно предлагая использовать повстанцев как живой щит для экономии ресурсов. Но сейчас я полностью контролировал этот процесс. Я привычным мысленным усилием заткнул голос холодной машины и сосредоточился на своих людях. Я не был идеальным имперским оружием. Я был человеком и лидером своей чокнутой стаи.

— Гайка, ты на позиции? — тихо спросил я по защищённой внутренней связи.

— Ещё бы, командир! — радостно отозвалась Кира. — Я пролезла в главный коллектор жизнеобеспечения шпиля. Здесь полно грязи, но зато очень интересно. Представляешь, эти пупырчатые идиоты даже пароли с заводских настроек не поменяли! Защита уровня детского сада. Дайте мне пару секунд, и я устрою им такой праздник, что они до конца жизни будут чистую воду ненавидеть.

— Только не взорви там всё раньше времени, — хмыкнул я и переключил канал. — Морж, как обстановка?

— Моя малышка уже раскручивается, босс, — довольно пробасил здоровяк. Я почти наяву увидел его зубастую ухмылку. — Занял позицию у главных шлюзов гарнизона. Броня в норме, ленты заряжены. Как только эти имперские псы высунут свои носы наружу, я накормлю их плазмой так плотно, что они растворятся на месте. Никто не пройдёт, можешь расслабиться!

— Отлично. Ани, прикрываешь левый фланг и следишь за слепыми зонами. Капитан, Лиандра, Гюнтер — держите тылы вместе с нашими новыми друзьями. Если кто-то попытается зайти нам в спину, не стесняйтесь применять силу. Начинаем!

Я подошёл к бронированной двери и вытянул левую руку. Чёрный хитин мгновенно отреагировал на команду, превращаясь в десяток тонких интерфейс-игл. Они с тихим шипением вонзились в контрольную панель, пробивая защитный пластик. Мой мозг моментально затопила подробная схема охранных систем. Защитные турели, лазерные сетки, датчики движения и скрытые тепловизоры — всё это было слишком примитивно для алгоритмов Древних, которые теперь стали частью меня. Я мысленно щёлкнул цифровыми пальцами, взламывая и переписывая их защиту под себя. Тяжёлые замки послушно щёлкнули, а орудийные стволы под потолком уныло опустились вниз и погасли.

— Путь свободен, пошли! — скомандовал я и резким движением выдернул иглы из искрящейся панели.

Толпа повстанцев с боевым кличем ворвалась внутрь роскошных коридоров шпиля. Мы бежали по коврам ручной работы, оставляя за собой грязные следы от ботинок. Вокруг сверкало золото, на стенах висели голографические картины, а с потолка свисали хрустальные люстры. Контраст между нищетой нижних уровней и этим подводным дворцом просто бил по глазам.

Внезапно по всему шпилю завыли пронзительные сирены, но это была не охранная тревога. Освещение тревожно мигнуло и сменилось на аварийное красное. Из скрытых в стенах вентиляционных решёток с рёвом хлынули потоки вонючей канализационной воды.

— Получайте, жабы перекормленные! — победно закричала Кира по рации, перекрывая шум бурлящей воды. — Я перенаправила стоки нижних ярусов прямо в их элитные бассейны и переговорные комнаты! Пусть поплавают в том, в чём местные работяги вынуждены жить каждый божий день!

Мы выскочили в главный приёмный зал, и картина предстала поистине комичная. Разжиревшие мутанты-амфибии в тесных золотых камзолах барахтались в бурных потоках нечистот. Они смешно скользили по дорогому мраморному полу, падали друг на друга и истошно вопили на своём булькающем языке. Их личная охрана в белой броне пыталась занять огневые позиции, но ботинки разъезжались на грязи. Бойцы барахтались в зловонных лужах, тщетно пытаясь прицелиться в нас.

Ани метнулась вперёд белой неуловимой молнией, двигаясь с кошачьей грацией, почти не касаясь мокрого пола. Её виброклинки мерцали в полумраке зала, ловко выбивая тяжёлое оружие из рук наёмников. Она била рукоятями по шлемам, подсекала ноги и обезоруживала врагов до того, как они успевали нажать на спусковой крючок.

Я шёл следом и хладнокровно отстреливал бластеры из рук самых упрямых охранников. Убивать их не было никакой нужды, мне достаточно было лишить их возможности сопротивляться. Мой пистолет методично выплевывал сгустки плазмы, расплавляя оружие наёмников в дымящийся пластик.

Где-то этажом ниже гулко загрохотал пулемёт Моржа. Его басистый рёв сливался с паническими криками запертого гарнизона и свистом плазмы. Наш здоровяк отрезал подкрепление, не давая имперским марионеткам ни единого шанса выйти из казарм.

— Сдавайтесь! Ваша власть закончилась! — прохрипел старый вождь. Он вышел вперёд и грозно наставил потёртый плазменный (да, это штука тоже оказалась боевой) гарпун в грудь главному жабу. Местный правитель барахтался в луже, потеряв свой золотой камзол и авторитет.

Оставшиеся наёмники посмотрели на своих напыщенных боссов, валяющихся в грязи, затем перевели взгляд на разъярённую толпу вооружённых жителей, которые лезли из всех коридоров и дверей. После чего переглянулись, бросили оружие на пол и покорно подняли руки. Бунт увенчался успехом без лишних жертв, Нео-Атлантис скинул с себя надоедливых пиявок.

Перестрелка затихла так же быстро, как и началась. Я опустил бластер и внимательно огляделся по сторонам, проверяя свою стаю.

У дальней стены зала Лиандра опустилась на колени перед раненым повстанцем. Паренёк лет двадцати тихо застонал, держась за простреленное плечо. Наша ксенобиолог действовала с ледяным профессионализмом, расстегнула свою аптечку, вколола парню дозу сильного обезболивающего и наложила кровоостанавливающий пластырь.

— Лежи смирно и не дёргайся, кость не задета, — строго, но при этом заботливо произнесла Лиандра.

Я увидел, как Ани наблюдает за ней, и её губы тронула тёплая улыбка.

В это время ко мне подошёл вождь. Его лицо покрывала копоть, но в глазах светилась искренняя радость. Он вытер грязную руку о штаны и протянул мне чип памяти.

— Ты сдержал своё слово, чужак, — прохрипел старик и вложил чип в мою ладонь. Его пальцы слегка дрожали от волнения. — Здесь записаны безопасные координаты течений. Они ведут в самую глубокую впадину, прямо к «Звёздной Кузне». Дальше мы справимся сами. Этот город снова принадлежит нам, и мы заставим этих жирных жаб чистить сточные фильтры на нижних ярусах до конца их дней.

— Удачи вам, старик, — я крепко и по-мужски пожал его руку. — И постарайтесь больше не отдавать свой дом корпоративным крысам. Держите оборону.

Семён Аркадьевич подошёл ко мне и довольно хмыкнул в седые усы.

— Ну что, Волков? Подводную революцию мы успешно устроили, теперь можно и по своим делам лететь? А то у меня от этой мерзкой сырости поясницу ломит так, что хоть на стену лезь. Я уже не в том возрасте, чтобы по лужам бегать.

— Все немедленно уходим на корабль! — скомандовал я по рации. — Пора наведаться в гости к древним легендам.

— Jawohl, герр командир! — бодро отозвался робот-повар из динамика. — Мои гусеницы уже покрываются ржавчиной от этой отвратительной воды! Я приготовлю праздничный гуляш из машинного масла в честь нашей победы!

* * *

Через полчаса мы уже стояли на мостике нашего Левиафана и погружались всё глубже и глубже.

Вода вокруг нас становилась плотнее. Свет звёзд и яркий неон города остались далеко наверху, уступив место давящему со всех сторон мраку. За толстым стеклом иллюминаторов мелькали странные глубоководные твари, которые в панике разбегались от нашего корабля. Левиафан недовольно и раскатисто заурчал прямо в моей голове. Пульсирующие вены на его обшивке налились густым багровым светом, мобилизуя все силы и готовясь к перегрузкам. Корабль чувствовал опасность, но покорно выполнял мою волю.

Мы сидели в рубке, неотрывно вглядываясь в обзорные экраны. Давление воды за бортом росло с каждой секундой погружения. И внезапно приборная панель перед Кирой жалобно и пронзительно запищала.

— Влад! — нервно выкрикнула Кира. Её пальцы с бешеной скоростью летали по клавиатуре, пытаясь стабилизировать системы. — Датчики давления просто сходят с ума! Мы уже превысили все допустимые нормы погружения! Внешний хитин корабля испытывает перегрузку в тысячи атмосфер!

Палуба под нашими ногами протяжно заскрипела, словно гигантские невидимые тиски сжимали корабль со всех сторон. Вдалеке в абсолютной тьме Бездны начали закручиваться гигантские водовороты, о которых так боялся рассказывать старик. Могучие течения готовились разорвать нас на мелкие куски.

Кажется, мы только что променяли одну смертельную ловушку на другую, но когда нас это останавливало?