Воздух с хрипом вырвался из пробитых лёгких, оставив во рту едкий привкус железа. Я лежал на искорёженных плитах Церебрального зала и чувствовал, как моё тело отказывает. Энергия артефактов бушевала внутри и выжигала вены, превращая кровь в нестабильную плазму. Моя левая рука пошла сетью глубоких трещин, и из этих разломов бил слепящий белый свет. Я захлёбывался собственной кровью, но упрямо цеплялся за ускользающее сознание и пытался удержать контроль.

Под высоким сводом зала бешено вращались «Звёздная Кузня», «Матрица Пустоты» и «Слеза Времени», которая успела покинуть моё тело, но не забыла прожечь дыру в груди. Эти три величайших артефакта слились в хоровод света и гравитации. Мелкие обломки, сорванные кабели и куски обшивки левитировали в воздухе, подчиняясь хаотичным потокам энергии. Наш корабль, с которым я был связан нейронными нитями, стонал от перегрузок. А его биомеханические стены пульсировали багровым светом, силясь справиться с напряжением.

— Влад, мать твою, держись! Не смей закрывать глаза! — сквозь грохот пробился голос Лиандры.

Ксенобиолог рухнула на колени рядом со мной и прижала меня к раскалённой палубе. В свете бушующей энергии её перламутровая кожа казалась прозрачной, а в зелёных глазах плескался неподдельный ужас. Дрожащими пальцами она выхватила из аптечки автоинъектор и с размаху вонзила его мне прямо в шею.

— Ввожу максимальную дозу стабилизаторов и стимуляторов! — крикнула Лиандра, потом отбросила пустую ампулу и тут же схватила новую. — Ты должен держаться, командир! Слышишь меня? Мы не для того вытаскивали тебя из каждой передряги, чтобы ты сдох прямо на финишной прямой!

Я почувствовал тупой укол, но ожидаемого холода лекарств так и не последовало. Моя кипящая кровь испаряла любые препараты за долю секунды, не давая им добраться до сердца. Организм сгорал в топке артефактов.

— Бесполезно, док, — прохрипел я и выплюнул кровавый сгусток на пол. — Твои витаминки мне уже не помогут. Я перегружен. Забирай остальных и уходите к шаттлам, пока я просто не взорвался.

— Заткнись и дыши! — рявкнула Лиандра. Она вколола мне ещё одну дозу. — Я корабельный врач, и я решаю, когда тебе умирать. Гюнтер и меня пустит на фарш, если я вернусь без тебя. А Кира разнесёт корабль на винтики. Так что живи!

Я криво усмехнулся. Даже на пороге смерти команда оставалась моей главной опорой. Через нейронную связь с Левиафаном я чувствовал всё, что происходило снаружи. Там, в холодной пустоте космоса, Семён Аркадьевич всё ещё уклонялся от залпов имперских крейсеров. Капитан выжимал из орудий максимум, прикрывая нас. Гюнтер поливал вражеские истребители шквальным огнём, не забывая орать ругательства на немецком. А Кира где-то в машинном отделении удерживала реактор от взрыва, не забывая при этом громко ругаться, что ей совершенно не шло. Они бились за меня, и я не имел права сдаваться. Но я чётко понимал, что медицина здесь бессильна. Чтобы выжить и завершить создание «Колыбели», требовались радикальные меры. Я закрыл глаза и мысленно обратился к тому, с кем лучше было не связываться.

Вазар, приём. Отключай болевые рецепторы. Перераспределяй нейронные связи на максимум и блокируй всё, что мешает прямому контролю над энергией артефактов, — отдал я приказ своему цифровому призраку.

«Внимание: данное действие приведёт к необратимым критическим повреждениям коры головного мозга, — немедленно отозвался внутренний ИИ холодным синтетическим тоном. — Вероятность полной потери зрения, слуха и тактильных ощущений составляет девяносто восемь процентов. Летальный исход наступит через три минуты. Это нелогичное решение. Органика не способна выдержать прямое подключение к артефактам Древних. Как я уже и говорил».

Плевать я хотел на твою логику и статистику! Мы уже нарушили все законы физики, так что давай ломать дальше! Просто делай, жестянка! — мысленно рявкнул я в ответ.

Очередная волна агонии грозила окончательно стереть мою личность, но мне отчаянно нужна была ясная голова. В ту же секунду мир вокруг изменился: разрывающая мышцы боль исчезла, словно её выключили, грохот работающих двигателей, скрежет металла и крики Лиандры превратились в фоновый шум. Зрение сузилось до узкого туннеля, в конце которого сияли три артефакта. Я добровольно пожертвовал своими человеческими чувствами и превратил собственный мозг в вычислительный центр.

Став машиной, я снова потянулся к бушующей энергии и в очередной раз направил потоки плазмы через своё тело прямо в парящую «Звёздную Кузню», пытаясь стабилизировать процесс. Но сухая математика оказалась неумолима. Вычислительных мощностей человеческого мозга не хватало для синтеза изолированной микро-галактики. Я превратился в тонкий провод, через который пытались пропустить заряд гигантской молнии. Голограмма «Колыбели» начала дестабилизироваться и распадаться на фрагменты.

Пространство в самом центре Церебрального зала внезапно разорвалось пополам. Звук был такой, словно огромная ткань треснула по шву, и вспышка портала резанула по глазам даже сквозь моё суженное зрение. Образовавшаяся воронка начала засасывать мелкий мусор. Гравитация в зале сошла с ума, швырнув Лиандру на пол и с грохотом оторвав от стены пару терминалов.

Из рассеивающегося чёрного портала медленно шагнул Вазар. Он возвышался над палубой, словно бог войны, явившийся забрать кровавые дары. Его зеркальная маска холодно отражала пламя бушующих артефактов.

Следом за гигантом из портала вышла Валериус. Её вид вызывал ужас: половина лица генеральши представляла собой багровый пульсирующий ожог, едва прикрытый куском белой маски, а искалеченное тело было заковано в броню, которая содрогалась при каждом шаге. Медицинский экзоскелет с тихим жужжанием поддерживал её позвоночник, а правую руку заменял боевой протез. Единственный уцелевший глаз Валериус горел огнём фанатичного безумия.

— Наконец-то! — расхохоталась она, оглядев разрушенное помещение и остановив полный ненависти взгляд на мне. — Я же говорила, что эта грязная дворняга долго не протянет! Посмотрите на него! Он сам себя уничтожил, пытаясь прыгнуть выше головы!

Генеральша сделала шаг вперёд. Она явно наслаждалась зрелищем поверженного врага, который так долго портил ей кровь.

Лиандра мгновенно вскочила на ноги, заслонив собой моё изломанное тело.

— Отойди в сторону, биомусор, — презрительно бросила Валериус. — Ты даже не заслуживаешь того, чтобы я тратила на тебя заряд, я просто раздавлю твой череп.

— Сделай ещё хоть шаг, уродка, и я лично вскрою твой единственный глаз, — ледяным тоном ответила Лиандра.

Я поразился её отваге. Обычный биолог стояла против лучшего убийцы Империи, отчаянно защищая своих близких. Но Валериус быстро потеряла к ней интерес, сочтя ничтожной преградой. Она подобострастно повернулась к гигантскому Аватару, который неподвижно возвышался посреди зала.

— Повелитель, умоляю, позволь мне лично добить этого скулящего пса! — взмолилась генеральша, и её голос заметно дрогнул от садистского предвкушения. — Он жалок и беспомощен. Он не справился со своей задачей и оказался обычным браком. Я докажу, что именно я — твоё самое идеальное творение!

Я лежал на полу, парализованный и истекающий кровью. У меня не было сил даже поднять палец. Всё, ради чего мы так отчаянно сражались, летело в бездну. Инквизиция пришла забрать артефакты прямо с блюдечка, а я оказался слишком слаб, чтобы их остановить. Моя команда гибнет снаружи, а я умираю внутри.

Но Прайм-Командир даже не повернул головы в её сторону, зеркальная маска была неотрывно устремлена на меня. Цифровой бог видел, как творение гибнет из-за хрупкости человеческой плоти. Своим холодным разумом он просчитывал каждую миллисекунду распада «Колыбели».

Колосс сделал шаг, и от его веса ощутимо задрожала палуба. Валериус оскалилась, обнажая зубы в хищной улыбке, и пошла следом. Она предвкушала кровавую развязку, но Вазар прошёл мимо меня. Он проигнорировал мой расколотый симбиот и Лиандру, киборг шагнул в зону нулевой гравитации, прямо туда, где пылала «Звёздная Кузня». Гигант остановился в эпицентре бушующей энергии и встал вплотную к обнажённому ядру Левиафана.

Генеральша непонимающе замерла. Её торжествующая улыбка медленно сползла с обожжённого лица, уступая место растерянности.

— Повелитель? — неуверенно позвала она, опуская смертоносный протез. В её голосе проскользнула паника. — Что ты делаешь? Нам же нужно просто забрать артефакты и уйти… Император ждёт…

Вазара повернул к ней безликую голову и, как мне показалось, усмехнулся.

— Ты так ничего и не поняла, — произнёс киборг. — Я пришёл не забирать. Я пришёл отдать.

Валериус застыла и глупо пялилась на него, и в её уцелевшем глазу плескалось такое отчаяние, что мне на долю секунды стало её жаль.

— Нет… Ты врёшь! — завизжала она так, что у меня заложило уши. — Ты не можешь всё бросить! Что ты задумал⁈

Она вскинула боевой протез, и воздух мгновенно сгустился. Пространство затрещало от статического напряжения, а следом за этим мощный телекинетический удар врезался в Вазара. Такой невидимый пресс легко смял бы шагоход в фольгу, но матовый металл киборга лишь скрипнул. Вазар даже не шелохнулся. Он спокойно стоял в эпицентре бушующей энергии «Звёздной Кузни».

Я попытался подняться. Сломанные рёбра тут же отозвались острой болью.

— Эй, Валериус, у него просто сменились приоритеты, — хрипло бросил я, пытаясь отвлечь её внимание на себя. — Смирись, ты больше ему не нужна.

Но тут в дело вмешался Левиафан. Багровые вены на стенах вспыхнули и гравитационный толчок ударил в генеральшу, отшвырнул её назад. Тяжёлая броня с лязгом пролетела через зал и вывалилась в коридор.

Массивные био-шлюзы тут же захлопнулись, а толстый хитин и переплетённые стальные кабели запечатали вход. Снаружи сразу послышались бешеные удары, но Левиафан держал оборону.

В зале снова стало тихо, только «Звёздная Кузня» ровно гудела, переваривая энергию белого карлика.

Вазар медленно отвернулся от закрытых дверей и направился ко мне. Я лежал в луже крови и не мог пошевелить даже пальцем. Лиандра стояла рядом, готовая броситься на киборга, но тот отодвинул её небрежным жестом.

— Отойди, док, — прохрипел я. — Если он захочет нас прикончить, ты ничем не поможешь.

— Я не брошу тебя, Влад, — упрямо ответила она. Но шаг назад всё же сделала.

Киборг тяжело опустился на одно колено, и зеркальная маска склонилась над моим изломанным телом. Я ждал удара, насмешки или нудной лекции о слабости органики. Но Вазар протянул руку и мягко положил её мне на плечо.

— Вечно за тобой приходится убирать, Единица 734, — произнёс гигант.

В его синтетическом голосе больше не было яда или презрения. Только усталость существа, которое видело слишком много смертей.

— Ты сам меня таким слепил, Прайм-Командир, — я снова сплюнул сгусток крови. — Я просто системная ошибка. Баг в твоей идеальной программе.

— Нет, Влад, — Вазар покачал головой. — Ты стал хорошим человеком. А я — хорошим калькулятором.

— К чему эти откровения? — я попытался усмехнуться.

— Для создания нового мира нужно и то, и другое. Твоей слабой плоти не хватит, чтобы переварить божественную математику. Мой разум послужит процессором.

Я даже не успел вникнуть в смысл его слов. Пальцы Вазара вдруг разошлись в стороны, и из чёрного металла вырвались десятки толстых проводов. Одна часть заискрила и вонзилась прямо в ядро пылающей «Кузни». Другая безжалостно пробила мою грудь. Кабели грубо подключились к остаткам моей разрушенной нервной системы.

Меня накрыла волна обжигающей энергии, но теперь она ощущалась иначе. Она не выжигала вены и не рвала мозг на куски. Вазар принял основной удар на себя. Его цифровой разум стал вычислительным центром и работал как щит между мной и слепой яростью артефактов.

«Запускаю протокол полного слияния, — чётко раздалось в моей голове. — Перенаправление памяти, личности и базового кода в матрицу 'Колыбели».

Великий и жестокий разум Прайм-Командира начал распадаться на биты информации. Я чувствовал это. Чужие воспоминания вспышками неслись перед глазами. Я видел, как он создавал первых клонов в стерильных лабораториях, как искренне мечтал о мире без войн, как тайно гордился моей непокорностью, скрывая это под маской садиста. Киборг отдавал всё добровольно, стирал себя из вселенной ради того, чтобы я выжил.

Какого чёрта ты творишь⁈ — мысленно заорал я, — Ты же исчезнешь! Тебя просто сотрёт!

«Успокойся, Влад, — ответил он. — Это самый логичный исход».

Да плевать мне на логику! Ты убиваешь себя! Давай найдём другой путь!

«Я обретаю своё Вознесение, — тихо сказал угасающий голос создателя. — Прощай, Гончая. Позаботься о своей стае. И не смей подыхать, пока не закончишь работу».

— Вазар! Стой!

Его сознание мигнуло в последний раз, а потом растворилось в ослепительном белом свете. База данных, сложные алгоритмы и холодный расчёт просто перестали существовать. Мой разум внезапно опустел. Въедливый голос, который так долго жил в моей голове, давал советы и учил выживать, пропал.

Процесс завершился мелодичным звоном. Провода безжизненно отвалились от моей груди и втянулись обратно, а тело Аватара рухнуло на палубу. Теперь это был просто кусок мёртвого металла.

— Влад! — Лиандра бросилась ко мне и упала на колени. — Ты как?

— Живой, док, — я кряхтя опёрся на здоровую руку.

Она помогла мне сесть. Тело невыносимо ныло, но пожар в груди окончательно погас, а раны каким-то чудом затянулись. Не все, но… жить буду.

Из недр «Звёздной Кузни» плавно вылетела сфера. Она была размером с яблоко и пульсировала тёплым золотым светом. Внутри прозрачного шара медленно вращалась крошечная галактика.

«Колыбель». Тюрьма и новый дом для расы Императора. Мы всё-таки сделали это вопреки всему.

Я криво усмехнулся, глядя на парящий артефакт.

— Забирай эту штуку, Лиандра, и валим отсюда, — скомандовал я, пытаясь встать на ноги. — Слишком много драмы на один квадратный метр.

Но порадоваться победе мы не успели.

Мощный взрыв сотряс коридор, и пол ушёл из-под ног. Я рухнул обратно, когда слои хитина и сталь шлюза разлетелись на куски. В рваную дыру шагнула Валериус. Её броня дымилась от жара, а белый плащ превратился в грязные лохмотья.

— Вы… убили моего Его… — прошептала она, не веря тому, что видит. — Но… как же…