Монстр оглушительно заскрежетал, заставив меня поморщиться, а затем его передние клешни с лёгкостью перекусили кристальное дерево, отчего земля под ногами затряслась, поднимая облака пыли.

— Командир, я не пробью эту броню даже из главного калибра! — в панике заорал Морж, торопливо пятясь назад, пока его пулемёт бесполезно щёлкал остывающими стволами без малейшего шанса на пробитие.

— Назад, все быстро назад! — перекрикивая грохот, скомандовал я и с силой толкнул Семёна Аркадьевича за ближайший валун, где капитан тяжело осел на землю, прижимая к груди свой плазменный дробовик.

Тварь не обращала внимания на остальных, потому что её фасеточные глаза смотрели только на меня: для этого мира я был главной угрозой, источающей максимум энергии, поэтому скорпион-сороконожка рванул вперёд с немыслимой скоростью. Я попытался уйти перекатом, но тело просто не успело за инстинктами.

Пасть с рядами клыков захлопнулась на моей левой руке, и боль мгновенно ослепила меня, пробиваясь через все защитные контуры биомеханического симбиота. Металл Вазара жалобно заскрипел под чудовищным давлением жвал, а затем монстр резко дёрнул головой, оторвав меня от земли и принявшись трясти из стороны в сторону, словно тряпичную куклу.

— Влад! — в ужасе закричала Ани и, выхватив гудящие виброклинки, бросилась ко мне на помощь.

— Стой на месте! — прохрипел я, выплёвывая кровь и с трудом поворачивая к ней голову. — Не смей злиться, слышишь меня!

Всё моё человеческое существо требовало немедленно превратить симбиот в плазменный резак, чтобы выжечь мозги твари прямо через пасть, и волна ярости уже начала затапливать сознание. Но в этот момент в дело вновь вступила холодная машина: алгоритмы Вазара проанализировали ситуацию за долю секунды, выдав сухие строчки расчётов.

«Угроза питается агрессией, а ответная злоба увеличит массу и силу объекта вдвое. Вероятность выжить в открытом силовом контакте равна нулю. Оптимальное решение — парадокс».

Стиснув зубы, я сделал то, что ненавидел больше всего на свете: полностью отключил эмоции, задвинув боль, страх и гнев в самый тёмный угол подсознания, и позволил машинному коду взять под контроль гормоны. Моё лицо мгновенно превратилось в бесстрастную маску, дыхание выровнялось, а сердцебиение замедлилось до минимума.

Монстр внезапно перестал меня трясти и замер в растерянности, явно не понимая, почему его желанная добыча перестала источать адреналин, отчего его хватка немного ослабла, а челюсти разжались.

Пока Ани стояла в оцепенении, Морж уронил пулемёт, а Семён Аркадьевич в укрытии вообще перестал дышать, я медленно поднял правую руку и плавно погладил тварь по шипастой морде.

— Хороший мальчик, — произнёс я абсолютно ровным и мёртвым голосом. — Тебе незачем злиться, здесь нет врагов и никто не хочет причинить тебе боль.

Монстр издал булькающий звук и неуверенно моргнул, а под моей ладонью его броня вдруг начала размягчаться, теряя плотность. Через секунду туша просто распалась на миллионы светящихся искр, которые мягко осыпались на мох, словно новогоднее конфетти, а я рухнул на колени, баюкая пульсирующую руку, пока эмоции возвращались сбивающей с ног лавиной.

— Матерь божья… — хрипло выдохнул капитан, выходя из-за валуна и вытирая пот со лба дрожащей рукой. — Влад, ты что, только что загладил до смерти монстра?

— Это был алгоритм, — ответил я, с трудом возвращая себе человеческие чувства и морщась от боли в предплечье. — Этот мир работает как зеркало, которое просто возвращает нам то, что мы в него бросаем. Ани, подойди сюда, мне нужна твоя помощь.

Девушка тут же оказалась рядом, опускаясь на колени и заглядывая мне в глаза.

— Что я должна сделать, ты ранен? — быстро спросила она.

— Царапины заживут, но ты эмпат, и твоя сила может передавать эмоции на расстояния. Пожалуйста, заглуши нас и залей лес таким первозданным спокойствием, чтобы ни одна ветка не вздумала на нас ощетиниться, сделай нас невидимыми для местной флоры.

Ани понятливо кивнула и закрыла глаза, а я сразу же почувствовал, как пространство вокруг накрыло невидимым одеялом покоя: вся тревога улетучилась, а прятавшиеся в кустах хищники тихо заскулили и начали растворяться в воздухе, распадаясь на безобидную пыльцу.

— Порядок, — проворчал Морж, поднимая пулемёт и сдувая с него пылинки. — Но скажу честно, командир: если мы встретим тут ещё кого-то, я всё равно буду стрелять, потому что мои нервы не предназначены для обнимашек с чудовищами.

— Идём дальше, — сказал я и с трудом поднялся на ноги, опираясь на плечо наёмника. — Источник энергии находится прямо в ущелье, из которого и вылезла эта тварь.

Осторожно спустившись на дно разлома, где стены состояли из пульсирующего кристалла, мы увидели парящую в центре пещеры «Матрицу Пустоты» — тёмную сферу с кружащимися внутри галактиками, но наше внимание привлекло совсем другое.

Прямо над артефактом завис сгусток энергии, переливающийся зелёным светом и принимающий форму гуманоида в мантии.

— Кселиан? — удивлённо моргнул я, сразу узнав черты Хранителя со станции «Архива Бесконечности».

— Кселиан, а кто такой Кселиан? — раздался старческий голос существа, полный искреннего недоумения.

Фигура повернулась к нам, постоянно рябя, словно сломанная голограмма, а в её пустых глазах читалось беспросветное безумие существа, проведшего в одиночестве вечность.

— Здравствуйте, путники! — радостно возвестил призрак и широко развёл руками, словно встречая старых друзей. — Добро пожаловать в мой сад, который я выращиваю уже миллион или два лет, ведь все эти цифры такие скучные, не находите?

— Так вот кто устроил нам этот приём на поверхности, — процедил Семён Аркадьевич, делая шаг вперёд и крепче сжимая дробовик. — Вы, уважаемый садовник, чуть нас не угробили своими зверушками.

— Зверушками? — призрак растерянно почесал затылок. — Ах, вы говорите про охранные алгоритмы! Простите великодушно, они иногда шалят без присмотра, ведь я просто спал и видел сны, а «Матрица Пустоты» материализует всё из моей головы, так что при кошмарах лес становится немного кусачим.

Переглянувшись с Ани, я понял: перед нами находился представитель энергетической расы, но в отличие от разумного Кселиана, этот бедолага окончательно сошёл с ума, а его сломанное подсознание подключилось к артефакту и создало карликовую планету из ничего.

— Послушай, приятель, — я сделал шаг вперёд, убирая руку с оружия и стараясь говорить максимально мягко, чтобы не спровоцировать его. — У тебя тут отличный сад, но нам нужна эта «Матрица», чтобы спасти много жизней, а ты сможешь пойти с нами на корабль, где есть отличная команда и робот-повар, который готовит отвратительный суп из болтов.

— Уйти отсюда? — призрак растерянно захлопал глазами, пока его цвет начал медленно меняться с зелёного на тревожный жёлтый. — Нет, я должен охранять это место, ведь это мой долг и великая миссия, которую нельзя нарушать.

— А миссия от кого, кто приказал тебе здесь сидеть? — осторожно спросила Ани, продолжая транслировать волны покоя для стабилизации его разума.

— От Создателей и Древних, — прошептал призрак, чей голос внезапно обрёл пугающую сталь. — Они сказали мне сидеть здесь и ждать их возвращения.

Симбиот на руке тревожно завибрировал, царапнув кожу, потому что упоминание Древних сработало как триггер, и хотя внутренний голос кричал остановиться, слова уже вылетали изо рта.

— Древние давно исчезли, дружище, — вздохнул я, глядя в его светящиеся глаза. — Их больше нет, они не вернутся, а тебя просто бросили, как сломанную игрушку на чердаке.

Это была ошибка, ведь пытаясь достучаться до его логики, я совсем забыл, что общаюсь с безумцем, чьи эмоции напрямую управляют реальностью через могущественный артефакт.

Призрак резко застыл, а одеяло покоя от Ани мгновенно порвалось, словно паутина на ураганном ветру. Тело существа пошло рябью, меняя цвет с жёлтого на режущий глаза багровый оттенок, от которого повеяло жаром.

— Бросили и предали! — злобно прошипел он, хватаясь за голову светящимися пальцами. — Они заперли меня здесь на миллионы лет, называя ключом, а сами ушли строить свои чёрные дыры, использовав нас как расходный материал!

С каждым его гневным словом пещера содрогалась всё сильнее, а свод над нашими головами начал трескаться, осыпая нас каменной крошкой.

— Влад, его разум буквально разрывается на части! — крикнула Ани, падая на колени и зажимая уши руками. — Там столько ненависти, что я физически не могу её сдерживать, меня просто сминает!

— Они предали нас всех! — громогласно взревел призрак, вспыхнув как неукротимая сверхновая и заливая пещеру кровавым светом. — Я уничтожу всё, что они создали, и вы сгорите вместе с ними!

«Матрица Пустоты» под его ногами завибрировала, питаясь яростью, и из стен пещеры с оглушительным рёвом полезли новые кошмарные твари, сотканные из концентрированной ненависти. Джунгли наверху снова ожили, и сквозь толщу земли донёсся гул надвигающегося урагана, готового стереть всё на своём пути.

— Кажется, мы только что нажали кнопку ядерного взрыва в голове у свихнувшегося бога, — мрачно пробормотал я, трансформируя симбиот в щит и прикрывая собой Ани.

Морж раскрутил стволы пулемёта, капитан вскинул дробовик, а я приготовился к самой безнадёжной битве в своей жизни.

— Ну, добро пожаловать в ад, — только и успел сказать я, прежде чем первая волна тварей бросилась на нас.

* * *

Монстр клацнул зубами по хитиновому металлу моей руки, и я тут же всадил ему в брюхо заряд из бластера. Тварь разлетелась на куски, обдав меня зелёной слизью, но на её место сразу запрыгнули ещё две. Вокруг творился первозданный хаос. Пещера содрогалась от рёва, а из стен с противным хлюпаньем лезли новые твари, давно переставшие быть похожими на простых каменных ящеров. Безумие призрака рождало совершенно гротескных чудовищ. Безглазые комки плоти с десятками щёлкающих пастей катились по полу, шипастые шары на длинных паучьих лапах прыгали по потолку, а зубастые лозы с размаху били по камням, высекая искры.

— Получайте, выродки! — ревел Морж, вдавив гашетку пулемёта.

Тяжёлая плазма выкашивала монстров десятками и сжигала их дотла. Наёмник в своей помятой броне превратился в настоящую огневую точку, заливая всё вокруг расплавленным пламенем, но врагов почему-то меньше не становилось. Морж шагнул вперёд, давя массивными ботинками хрустящие панцири, и с размаху врезал пневмо-кулаком какому-то трёхметровому переростку. Тот с хрустом отлетел в стену и сполз вниз бесформенной кучей.

— Эй, босс! — гаркнул Морж, не переставая поливать пещеру огнём. — Я, конечно, люблю хорошую драку, но мне за сверхурочные никто не платит! Моя пушка скоро перегреется! Давай уже делай что-нибудь со своей магией, или мы тут все ляжем!

— Пиши жалобу в профсоюз, здоровяк! — крикнул я, уворачиваясь от летящего куска кислоты. — Я сейчас немного занят, пытаюсь выжить!

— Волков, они прут со всех щелей, конца и края нет! — поддержал его Семён Аркадьевич, всаживая заряд из дробовика прямо в разинутую пасть прыгнувшей на него твари.

Монстр лопнул с чавкающим звуком, окатив капитана вонючей жижей с ног до головы. Старик грязно выругался, сплюнул, утёр лицо рукавом и резко дёрнул затвор. Его любимая фуражка чудом держалась на голове среди всего этого кошмара.

— Мой ствол скоро расплавится, Влад! — крикнул старик, отступая на шаг и прикрывая спину Ани. — Я для такого дерьма уже слишком стар! У меня радикулит стреляет сильнее, чем эта чёртова пушка!

— Держись, капитан, ещё немного! — подбодрил я его, отстреливая конечности ближайшему шару, который пытался подобраться к старику. — Вернёмся на корабль — я тебе лично спину мазью разотру и налью лучшего пойла из запасов!

— Я сделаю из вас отборный шницель, мешки с мясом! — радостно вопил Гюнтер, кружась рядом в смертоносном танце.

Его огромный кухонный тесак со свистом рассекал воздух, оставляя на полу горы изрубленных конечностей. Робот громыхал гусеницами, сверкал красным глазом и без остановки поливал монстров из встроенных пушек.

— Консистенция жёстковата, но после маринада из антифриза пойдёт! — бодро рапортовал Гюнтер, разрубая пополам особенно крупного ящера, пытавшегося откусить ему пушку. — Герр Волков, как вы предпочитаете: прожарка с кровью или угольки? Зер гут! В любом случае будет очень вкусно!

— Просто руби их, жестянка, и поменьше болтай! — рявкнул я, прикрывая его фланг.

Ани стояла спиной ко мне, и её виброклинки превратились в сплошное сияние. Она не проронила ни звука, двигаясь с пугающей скоростью. Каждое её движение было выверенным. Она резала монстров на куски, не давая им даже приблизиться к нам, но я чувствовал, как её разум трещит по швам. Девушка-эмпат принимала на себя всю концентрированную ненависть призрака, чтобы мы могли хотя бы стоять на ногах. Я видел, как напряглась её спина и как тяжело она дышит. Её белые волосы разметались, а на щеке появилась кровоточащая царапина.

— Ани, как ты⁈ — крикнул я, пробиваясь к ней.

— Терпимо, — процедила она сквозь зубы, отсекая голову зубастой лозе. — Но этот ублюдок давит на мозги. Сделай что-нибудь, Влад. Я долго не продержусь.

Я короткими очередями отстреливал тварей и понимал, что мы проигрываем. Мы не сможем перебить злобу существа, которое копило её миллионы лет. В центре пещеры парила «Матрица Пустоты», пульсируя кровавым светом и питая этот бесконечный кошмар. А над артефактом бился сам призрак. Его тело раздувалось и меняло форму, превращаясь в облако чистой ярости. Он кричал, и от этого звука на стенах лопались кристаллы, а у меня закладывало уши.

Обычным оружием сгусток энергии не убить, тут нужен другой подход. Я должен добраться до него и ударить напрямую.

— Прикройте меня! — скомандовал я, перекрикивая грохот боя. — Морж, капитан, огонь по центру! Очистите мне путь к этой гирлянде!

— Понял, босс! — гаркнул Морж, разворачивая ствол пулемёта. — Эй, уроды, жрите плазму! Капитан, давай со мной!

— Иду, здоровяк! — отозвался Семён Аркадьевич, вскидывая дробовик. — Зададим им жару!

Сплошной поток огня прорубил в толпе монстров узкую просеку, и я рванул вперёд. Я бежал, игнорируя хлещущие по броне когти и брызги кислоты, которые с шипением разъедали металл. Моя левая рука на ходу изменила форму. Чёрный хитин потёк, стягиваясь в длинную мерцающую иглу. Глаза вспыхнули ледяным огнём, когда я активировал остаточный код Вазара.

Монстр-паук прыгнул мне наперерез, раскрыв слюнявую пасть, но я просто снёс его биотическим толчком. Тварь отлетела в сторону, а я не сбавил скорости.

Призрак заметил меня. Его пустые глаза вспыхнули ярче, он протянул светящиеся руки и попытался испепелить меня на месте. Воздух вокруг него затрещал от напряжения. Но я оказался быстрее.

Я оттолкнулся от каменного уступа, взмыл в воздух и с силой вонзил иглу прямо в центр его энергетического тела.

Время остановилось.

Реальность вокруг погасла, сменившись непроглядной темнотой. Меня с головой накрыло волной чужих мыслей, воспоминаний и первобытного ужаса. Призрак ударил по моему разуму всей своей мощью, и это было похоже на удар кувалдой по затылку. Я почувствовал миллионы лет абсолютного одиночества. Тишина сводила с ума и рвала барабанные перепонки, а безумие сворачивалось в тугие кольца внутри желудка, заставляя задыхаться.

Я закричал, чувствуя, как моё собственное «я» начинает растворяться в этом кислотном океане отчаяния. Меня рвало на части.

Но затем включился алгоритм.

Холодный и безжалостный машинный код Прайм-Командира возвёл в моей голове непробиваемую стену. Цифровая логика отсекла панику, отключила боль и заперла человеческие эмоции в герметичный бункер. В голове прояснилось, страх ушёл на задний план.

Ты не сломаешь меня, — произнёс я ментально, который звучал как лязг стальных плит.

Я начал давить в ответ. Не как человек, а как машина, которая не знает жалости. Но одного льда Вазара было мало. Чтобы победить дух, нужна была человеческая упрямость. Та самая искра, которая делала меня не просто клоном-ошибкой, а настоящей личностью. Я должен был переварить его, чтобы остановить. И я распахнул свой разум навстречу его памяти, начиная жадно впитывать её в себя.

Картинки замелькали перед внутренним взором с пугающей скоростью.

Я увидел, как Древние скручивают целую звёздную систему в сингулярность. Они были существами из чистого света. Я слышал крики миллиардов существ расы Императора, которые оказались заперты в чёрной дыре. Время для них остановилось, и они навечно застряли в моменте предсмертной агонии. Этот вопль пробирал до костей. Древние сделали это не со зла, а из сухого прагматизма. Они просто устранили угрозу, стерев целую цивилизацию, словно пыль со стола.

А затем я увидел то, что творил сам призрак. Его оставили охранять «Матрицу Пустоты», и он начал медленно сходить с ума от одиночества. Чтобы не исчезнуть, он стал пожирать других энергетических существ. Он рвал их сущности на куски, впитывал их боль и извращал собственный разум. Призрак превратился в омерзительного паразита. Он создавал фантомы, мучил их и питался их страхом.

Тошнотворные картины выживания заполнили мою голову. Это была грязь в чистом виде, мерзкая и липкая. Я почувствовал привкус гнили на языке.

— Хватит! — рявкнул я, собирая всю волю в единый кулак. — Твоя смена окончена, ублюдок!

Симбиот на руке раскалился добела. Я силой вытянул из призрака остатки его истерзанного духа и просто стёр их в порошок. Я перетёр его между цифровыми жерновами Вазара и своей человеческой яростью, не оставив ни следа.

Связь оборвалась так же резко, как и началась.

Я рухнул на каменный пол пещеры и содрал в кровь колени. Реальность вернулась страшным ударом под дых. Нервная система не выдержала ментальной отдачи, и желудок скрутило спазмом. Меня вырвало жёлчью прямо на светящийся мох. Тело сотрясала крупная дрожь. В голове стоял гул, а перед глазами всё ещё плясали кошмарные картины чужих воспоминаний.

— Командир! — услышал я крик Моржа словно сквозь плотную вату. Тяжёлые шаги наёмника сотрясали пол.

— Влад, ты как⁈ — Ани упала рядом со мной и попыталась заглянуть мне в глаза.

Её руки дрожали, когда она коснулась моего плеча. Я тяжело задышал и с трудом сфокусировал зрение. Девушка выглядела испуганной, её золотые глаза с тревогой изучали моё лицо.

Вокруг стояла звенящая тишина. Никакого рычания, никаких выстрелов. Бой закончился.

Я поднял голову и увидел, как орды монстров прямо на глазах рассыпаются в серую труху. Джунгли стремительно теряли цвет. Кристальные деревья чернели, трескались и осыпались мелким пеплом. Мягкий мох превращался в сухую пыль. Иллюзия, которую создал безумный разум, быстро рушилась на куски.

«Матрица Пустоты» мирно парила в воздухе. Она больше не пульсировала агрессией и выглядела как простая стеклянная сфера, внутри которой кружился водоворот звёзд.

А пещера преобразилась.

Когда остатки ложной флоры исчезли, перед нами открылось истинное нутро астероида. Мы стояли у входа в огромный лабиринт. Его стены были высечены из гладкого чёрного кристалла. Правильные геометрические формы уходили куда-то в непроглядную глубину. Это было творение Древних. Строгое, мёртвое и пугающее своим величием.

— Это было отвратительно, — прохрипел я, с трудом поднимаясь на ноги.

Я оперся на плечо Ани и вытер рот. В теле чувствовалась ужасная слабость, словно из меня выкачали все силы.

— Гюнтер, твоя стряпня — это просто цветочки по сравнению с тем, что я сейчас попробовал на вкус.

— О, спасибо, герр Волков! — радостно мигнул сенсором робот, вытирая окровавленный тесак о свой белый фартук. — Я обязательно запишу этот комплимент в свою книгу рецептов! Завтра на обед будет особое рагу из машинного масла и болтов в вашу честь!

Капитан Семён Аркадьевич подошёл ближе и подозрительно оглядел мёртвый лабиринт. Он закинул дробовик на плечо и поправил усы.

— Ты убил его? — спросил старик. В его голосе звучала сильная усталость.

— Я его стёр, — поморщился я, чувствуя, как во рту остался мерзкий привкус чужого безумия. — Поверьте, так для него лучше. Он сломался ещё тысячелетия назад и превратился в чудовище.

— Главное, что мы целы, — тихо сказала Ани, не отпуская мою руку. — Ты молодец, Влад.

— Стараюсь, — усмехнулся я, хотя сил на улыбку почти не было.

Я посмотрел на «Матрицу Пустоты» и криво усмехнулся. То, что изначально перед нами предстало, тоже оказалось иллюзией, а настоящий артефакт покоился где-то неподалёку. И всё же… она манила к себе, но путь к ней преграждали чёрные кристаллические стены лабиринта. От них веяло могильным холодом пустоты. Охранная система Древних явно не ограничивалась только одним сумасшедшим призраком. Нам предстояло идти дальше, и я чувствовал, что это будет очень непросто.